Свидетель под защитой

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© Газета "Дело №", origindate::27.04.2007

Свидетель под защитой

Пострадавших и свидетелей приходится защищать не только от преступников, но и от правоохранительных органов

Михаил Добровольский

В прошлом году Правительством РФ было утверждено Постановление «О защите свидетелей, потерпевших и других участников судопроизводства». Правозащитные организации, юристы и депутаты пытаются его усовершенствовать, так чтобы граждане России чувствовали себя в безопасности. Дай Бог, скоро поговорка «Меньше знаешь – крепче спишь» станет не такой актуальной!

Настя Спиридович в 16 лет стала инвалидом из-за чужой халатности. У метро «Речной вокзал» ее сбил Икарус, причем водитель даже не заметил произошедшего. Девочка провела в реанимации 15 дней. На ее лечение было потрачено 137 тысяч рублей. Сейчас у Насти первая группа инвалидности. Суд вынес приговор водителю автобуса: один год условно, без лишения водительских прав, без материальных компенсаций пострадавшей. Только после вмешательства адвоката удалось вернуть дело в Головинский суд на новое рассмотрение. Новое постановление суда лишило водителя права вождения на трехлетний срок, а также предписало возместить ущерб. Причем отвечать за выплату должен 11 автобусный парк, к которому относился злополучный Икарус.

Но с материальной компенсацией, в размере 203 тысяч рублей, и моральной – 400 тысяч, представители парка не согласились. Их не устраивают такие суммы.

Этот современный случай показывает, что нам еще нужно предпринять очень многое для того, чтобы закон, принятый почти два года назад, действительно защищал права потерпевших и свидетелей. Но даже в недавнем прошлом о таком законе можно было только мечтать.

Думаем, вы легко вспомните с дюжину американских боевиков, в которых герой-одиночка, по собственной инициативе, исключительно из обостренного чувства гражданского долга, спасает важных свидетелей от рук бандитов. В советские времена тоже существовали такие герои, совершенно не похожие на стероидных кинозвезд. Такими героями были обычные участковые, оперативники и следователи. Как нам поведал в личной беседе один известный московский адвокат, в основном, вся процедура защиты строилась лишь на личных контактах оперативника и следователя. Не потому, что так предписывал закон, а потому, что есть здравый смысл и мораль. Ведь и без бумажки «сверху» всем было понятно, что надо что- то предпринимать, вот и решали этот вопрос телефонным звонком, дабы к человеку была приставлена охрана. И до дома провожали, и с работы встречали. Бывали случаи, когда потерпевший ночевал в участке. Естественно, вопрос защиты свидетелей и потерпевших требовал более серьезного подхода и разработки нормативной базы.

Закон и порядок

Закон о защите свидетелей и потерпевших был подготовлен еще в 1994 году. Но Совет Федерации и лично Борис Ельцин, сославшись на нестабильное экономическое положение в стране, отклонили его. С тех пор закон пережил еще восемь переработок, но так как экономическое положение в стране, по мнению власть имущих, так и не стабилизировалось, все восемь проектов тоже были отклонены. И вот, в 2001 году появилась 278 статья Уголовно-процессуального кодекса, 5 часть которой гласила: «При необходимости обеспечения безопасности свидетеля, его близких родственников, родственников и близких лиц суд без оглашения подлинных данных о личности свидетеля вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства, о чем суд выносит определение и постановление». Но этого, естественно, было мало.

В 2004 году Думой все-таки был принят Закон о «Защите свидетелей, потерпевших и других участниках уголовного судопроизводства». Он вступил в силу с 1 января 2005 года. Выполнять нормы закона надлежало МВД, ФСБ, Минобороны, ФСКН, Федеральной таможенной службе, Федеральной службе исполнения наказаний и Минздравсоцразвития. То есть каждое подразделение защищает своих свидетелей. Хотя, если быть точнее, сейчас круг тех, кому требуется защита, расширился. Теперь туда входят все, кто так или иначе связан с судебным процессом: потерпевшие, члены их семей, адвокаты, эксперты, обвиняемые и осужденные, решившие сотрудничать со следствием.

Но закон-законом, а механизм его реализации был непонятен. Лишь в конце 2006 года Правительством РФ было выпущено постановление, поясняющее, какие силы и средства могут применяться для обеспечения безопасности свидетелей и потерпевших. Практически полтора года потребовалось на то, чтобы этот закон начал хоть как-то работать. Теперь для потерпевших и свидетелей предусматривается личная охрана, охрана жилища и имущества, выдача специальных средств защиты, в том числе бронежилетов, смена места работы, смена фамилии, имени, отчества, года и места рождения, всей родословной, и изменение внешности путем пластической операции. Эта мера должна осуществляться на основании договора силового ведомства с медицинским учреждением. На основании договора с производителями спецсредств будут приобретаться средства спецзащиты. В замене документов участвуют паспортно-визовая служба и муниципальные органы.

В постановлении оговаривается, как обеспечить конфиденциальность. Например, при замене документов, защищаемое лицо передает свои прежние документы на хранения тем органам, которые обеспечивают ему меры безопасности. Все, кто участвует в мероприятиях по защите свидетелей и потерпевших, предупреждаются об уголовной ответственности за нарушение конфиденциальности. Также они дают подписку о неразглашении сведений о защищаемом и о тех мерах защиты, которые к нему применяются.

Как показала практика, пока что наибольшей популярностью пользуется раздел о выдаче спецсредств индивидуальной защиты. Такие меры, как смена документов, изменение внешности или переселение на новое временное или постоянное место жительства, применяются лишь в исключительных случаях. Не последнюю роль в этой закономерности играет нехватка финансирования. В Америке, к примеру, для того, чтобы программа защиты работала эффективно, каждый год выделяется сумма, эквивалентная 15 млрд рублей. У нас в стране посчитали, что потребуется 948 млн рублей на три года.

Свидетели – 500 человек. Потерпевшие – вся страна

По статистике МВД, Закон о защите свидетелей в 2005 году применялся примерно 500 раз. В 2006 – около 700. К началу этого года показатели возросли. Мы попытались разузнать какие-нибудь реальные случаи применения этого закона. Рассказывали только хрестоматийные примеры, когда в качестве свидетелей выступали члены ОПГ, которые стали сотрудничать с правоохранительными органами.

Один из таких примеров приводит «Российская газета». В Томске была проведена операция ФСБ, в ходе которой была обезврежена банда Игоря Рогожина. Это произошло, благодаря показаниям бывшего спецназовца Виктора Роде, по прозвищу Немец, который был нанят для ряда заказных убийств, но предпочел явиться в ФСБ с повинной. Два года Немец жил на конспиративной квартире, под бдительной охраной офицеров ФСБ. Его кормили, играли с ним в шахматы и даже помогли освоить профессию столяра. Итог – банда, державшая в страхе весь город, была полностью ликвидирована.

В Казани, на процесс по делу преступной группировки «Хади-Такташ» свидетелей привозили в суд под усиленной охраной, их фигуры были спрятаны под просторные балахоны, а лица скрывали глубокие капюшоны. Люди давали показания под вымышленными именами, а их голос менялся, благодаря специальной аппаратуре. В результате – два пожизненных заключения и 11 сроков от 6 до 24 лет.

После того, как аппарат для изменения голоса был впервые применен в Кемеровской области на суде по делу о сбыте наркотиков, Управлением наркоконтроля было принято решение применять, при необходимости, подобные аппараты во всех судах Кемеровской области.

Но кроме ярких примеров и статистики, которую гордо предоставляют правоохранительные службы, есть и менее радостные цифры. По словам экспертов, в личной охране нуждаются приблизительно пять тысяч человек. Примерно тысяче человек после процесса придется менять место жительства. Около 10 млн человек ежегодно выступают в роли свидетелей преступлений. 90% лиц, проходящих по уголовным делам в качестве потерпевших и свидетелей, готовы отказаться от своих показаний в случае угрозы их жизни и безопасности, и примерно 25% в ходе судебного разбирательства, меняют свои показания, данные на предварительном следствии.

Генеральный директор правозащитного движения «Сопротивление» Иван Мостович отмечает: «По опросам, 25% населения России за последние два года стали жертвами преступлений». Это подтверждает и статистика МВД, которая была озвучена на международном круглом столе, посвященном обсуждению проблемы правового и социального статуса жертв преступности в нашей стране. За последний год было зафиксировано 1 млн 704 тысячи тяжких и особо тяжких преступлений. «Прибавьте к этому количеству близкое окружение потерпевшего, его родственников – получиться, что у нас вся страна – потерпевшие! – добавляет Иван Мостович. – Почему-то, когда речь заходит об этом законе, все забывают о том, что он призван защищать и потерпевших, что у них тоже есть права. Сегодня обвиняемый имеет право на бесплатного адвоката, а у потерпевших и свидетелей такого права нет».

К вопросу об адвокатах. Минюст задумало создать государственное юридическое бюро, которое должно оказывать бесплатную юридическую помощь малоимущему населению. Идея вызвала резкий протест российских адвокатов. Например, известный адвокат Генри Резник заявил, что раз адвокат защищает людей от государства, он не может быть госслужащим. Слова Резника кажутся несколько абсурдными, ведь гособвинение направлено на преступников, а не на жертв. То есть адвокаты даже не принимают во внимание то, что и потерпевшие нуждаются в защите. Причем иногда даже в первую очередь.

«Неплохие ребята» ездят с трупом в машине

Случай Насти Спиридович, о котором мы рассказали в начале статьи, к сожалению, не единичен. А самое прискорбное, что потерпевших иногда приходится защищать от тех, кто призван отстаивать их интересы. Следующий грустный случай нам рассказал Иван Мостович.

Около месяца назад в Отрадном сотрудники ППС обратили внимание на старую машину «Жигули», которая задела бордюр и поехала дальше. Они решили ее остановить. Из машины врассыпную выбежали четверо человек. Трое были задержаны. При досмотре машины был найден труп хозяина машины – Алексея Легезы, избитого и задушенного жгутом из его же аптечки. Мать узнала о смерти сына от похоронного агента. Родственники не понимали, что нужно делать, кому звонить, о чем говорить, поэтому они обратились за помощью к правозащитникам. Только приложив некоторые усилия, юристам удалось узнать, где лежит тело, что случилось, кого задержали, и настоять на том, чтобы хотя бы через неделю после трагедии мать и жена покойного могли забрать Алексея и похоронить.

Старший следователь Бутырской прокуратуры Пчелинцева М.В., вызвав мать Алексея на допрос к 10 утра, продержала женщину в коридоре до 12 часов. И то, спасибо сослуживцу Пчелинцевой, который пожалел сидящую два часа женщину и уговорил следователя принять ее. В кабинете госпожа Пчелинцева тоже не могла уделить внимание убитой горем матери, посчитав, что важнее будет навести порядок на столе. А через 30 минут следователь сказала, что, в принципе, женщина может уже идти домой, так как она, следователь, не будет ей ничего говорить, ведь любая информация – это тайна следствия. Но мать Алексея официально признали потерпевшей (кстати, жену Алексея по каким- то причинам – свидетелем), а потерпевшие имеют право получать всю информацию, связанную со следствием.

Через некоторое время выясняется, что задержанных уже не трое, а двое. (Хотя сюжет о задержании был снят съемочной группой программы «Дежурная часть» телеканала «Россия». И почти трехминутный сюжет был показан в эфире 3 апреля 2007 года под названием «Убийство на северо-востоке Москвы. Трое (!) задержанных» – прим. автора).

В прокуратуре это объясняют тем, что в машину Алексея сначала сели трое иногородних, избили Алексея и убили, и положили на заднее сидение. А потом подобрали четвертого – москвича. Все трое задержанных перекладывали вину на того, которому удалось скрыться, тем более (как удобно!) имени и фамилии его они не знали, только кличку. А москвича выпустили под подписку о невыезде, ведь он не участвовал в преступлении, а просто ехал на заднем сидении вместе с трупом!

Когда жена Алексея была вызвана на допрос, следователь Пчелинцева, непосредственно в ее присутствии, начала обсуждать с двумя своими сотрудникам, что задержанные, в принципе, неплохие ребята, просто в компанию нехорошую попали. Каким цинизмом нужно обладать, чтобы, зная, что их слышит вдова убитого, так тепло отзываться об убийцах!

Кто, в подобных случаях, может воздействовать на следователя? Вряд ли родственники, которые переживают личную трагедию. Если начать разбираться, может найтись множество объективных причин, объясняющих поведение следователя Пчелинцевой. Понятно, что в следственных органах каждый день сталкиваются с горем, но есть же какие-то рамки… Одним словом, ситуация со свидетелями и потерпевшими в России сейчас остается очень тяжелой и напряженной. И даже не потому, что закон еще новый, работает не в полную силу, и нет достаточного финансирования, а из-за человеческого равнодушия.

Душевные раны детей оценили в 800 рублей

Другой пример демонстрирует, что не принимается во внимание психологическое состояние не только взрослого потерпевшего, но и ребенка, у которого негативные последствия преступного деяния могут остаться на всю жизнь.

6 декабря 2006 года группа из 17 липецких школьников была приглашена на выставку. Под видом экскурсии дети подверглись психологическому воздействию со стороны религиозной группы с использованием специальной музыки и одурманивающих средств. В итоге несколько детей были госпитализированы, а позже с жалобами на ухудшение самочувствия в больницу обратились и остальные маленькие потерпевшие. Более того, после посещения выставки одна девятиклассница выбросилась из окна своего дома. У педагога, забившего тревогу, заявление в милиции не приняли, а порекомендовали обратиться сразу к участковому. Того постоянно не было на месте. Тогда учительница решила обратиться в ФСБ. Только после их вмешательства дело было передано в суд. Но дело завели не уголовное, а административное. Совсем даже не детские допросы в районной прокуратуре, присутствие детей на суде – все это, безусловно, наносило детям повторные психологические травмы. Но самое серьезное потрясение ждало детей и их родителей во время зачитывания приговора. Липецкий суд приговорил членов религиозной секты к штрафу в размере 800 (!) рублей. Сторона, признанная виновной, решила обжаловать приговор.

Ни одна общественная организация, ни один депутат не выступили в поддержку пострадавших детей. Хотя нет, простите, в интервью двум ведущим телеканалам областная администрация пообещала направить детей на реабилитацию. Своими обещаниями они нанесли еще одну травму потерпевшим, так как слов своих не сдержали. Кроме поддержки сотрудников Федеральной службы безопасности, к которым формально это дело не имеет отношения, никакой юридической и психологической помощи детям оказано не было.

Дети все-таки прошли реабилитацию. Сотрудники «Сопротивления» организовали им поездку в подмосковный пансионат, где с ребятами работали психологи и психотерапевты. Кроме того, правозащитники ходатайствуют о пересмотре дела, но уже в уголовном суде.

Решение проблемы – в объединении

Получается, что человек, пострадавший от преступления или ставший его свидетелем, практически в одиночку пытается разобраться с возникшими проблемами. Справиться со стрессом, нервным напряжением, с не всегда правильно работающим законом и с деструктивными факторами работы правоохранительных органов. Неудивительно, что граждане не всегда верят в то, что государство способно их защитить. Вероятно поэтому в органы за поддержкой обращаются 500-700 человек в год, а в общественные организации, готовые оказать бесплатную юридическую и психологическую помощь – около 50-ти человек в день. Ольга Костина, лидер правозащитного движения «Сопротивление» объясняет это так: «У нас в стране существует большая проблема с коррупцией в милиции, и об этом, слава Богу, говорит и министр. Руководство МВД давно перестало скрывать эти цифры и эти данные. Нагнетание, пускай даже искусственное, ужаса перед органами – оно существует, и средний гражданин не очень рассчитывает на закон и милицию, а больше на себя и своих близких».

Очевидно, что решение проблемы лежит в объединении усилий государства, общественных структур и самих пострадавших. Для того, чтобы закон о защите свидетелей и потерпевших заработал в полную силу, нужно провести немалую работу в правовом, психологическом, организационном и информационном направлениях. Необходимо уточнить соответствующие статьи Уголовного, Жилищного и Семейного кодексов. Проблема недостаточного профессионального уровня сотрудников правоохранительных органов и коррупции может быть решена старым русским методом «кнута и пряника» – повышением зарплат милиционерам, прокурорам и судьям, и суровым наказанием за халатность, безалаберность и взяточничество. Заместитель председателя Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Алексей Александров так прокомментировал ситуацию нашему изданию: «Мы считаем, что суд – это вершина уголовной юстиции, поэтому он вне критики. Это не так. Мы можем совершенствовать и деятельность суда и деятельность судей. Я убежден, что судьи будут прислушиваться к разумным рекомендациям».

Не менее важна психологическая сторона проблемы. По мнению специалистов, при правовой защите параллельно должна присутствовать и психологическая – на официальном уровне. Это очень важная составляющая, потому как на всех этапах процесса, начиная с предварительного следствия и заканчивая судом, человек в этом остро нуждается.

После выхода в прокат фильма «Бумер», актер Максим Коновалов был удостоен премии «За самую яркую криминальную роль». Возвышение образа бандита, приводящее к искажению системы ценностей, уже переместилось из виртуальной плоскости телевизионного экрана в реальность, такие образы уже отмечают особо – призами и наградами. Нельзя, чтобы нормой жизни стали ситуации, мешающие нормальному правовому сознанию, чтобы средства массовой информации делали из человеческого горя шоу, дабы поднять свои рейтинги.

От редакции:

Недавно была создана рабочая группа, состоящая из сотрудников правоохранительных органов, депутатов и членов общественного движения «Сопротивление». Примерно раз в неделю члены рабочей группы собираются, чтобы обсуждать поправки в существующее законодательство, изучают опыт зарубежных коллег. Поправки разрабатываются с учетом реальных прецедентных примеров из правозащитной практики. Вероятно, данные поправки в УПК будут приняты в первом чтении уже в конце этого года. А пока, нуждающиеся в юридической и психологической помощи граждане, ставшие свидетелями или потерпевшими, могут обратиться по телефону «горячей линии» правозащитного движения «Сопротивление»: +7 (495) 781-96-02.

Наверх
Знаком '+' отмечены подразделы,
а '=>' - перекрестные ссылки между разделами
B.gif


B.gif