Сделал дело — всю жизнь свободен?. Винниченко, Зубрин, Сыдорук

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"В пятницу, 6 августа, на совещании со своими заместителями и начальниками отделов горпрокуратуры прокурор Санкт-Петербурга Николай Винниченко заявил о своей отставке. Никаких официальных комментариев к этому весьма заметному в номенклатурной жизни событию не последовало.

Российская прокуратура на рубеже веков представляет собой совершенно загадочное явление. Это государственная структура, сотрудники которой носят форму и оружие, имеют огромную власть, контролируют сами себя, но при этом они совершенно штатские люди. Чтобы стать инспектором ГАИ, нужно учиться на специальных курсах, пройти специальные сборы и сдать экзамены. При этом потенциального инспектора будет проверять служба собственной безопасности, его осмотрят врачи и замучают вопросами психологи.

Чтобы стать прокурором, нужно закончить институт по специальности «юриспруденция» и принести справки от нарколога и психиатра. Разумеется, нужно быть несудимым и не проходить по всяким спецучетам в качестве члена преступного сообщества. Прокуратура, созданная в советские годы, служила пудрой, призванной смягчить и облагородить злобный лик энкавэдэшного государства, сегодня нуждается в глобальной реформе, но слишком соблазнительно было использовать ее в качестве политического орудия в период ельцинско-путинского перехода власти. И использовали…

Слухи о том, что Винниченко двинется в Москву на повышение, распространились сразу после назначения Александра Беглова помощником Путина, но прокурорская пресс-служба категорически эти слухи опровергала. И вот время настало: проработав прокурором всего год, Винниченко свой пост покинул. Причем при странных обстоятельствах: за день до утверждения Советом Федерации нового заместителя генпрокурора, которому по должности доведется курировать Северо-Западный округ. Еще одна пикантная деталь отставки Винниченко заключается в том, что губернатор нынче в отпуске, а депутаты ЗакСа, которые утверждают кандидатов на должности прокурора города, отдыхают.

За год своей работы Винниченко создал только один громкий информационный повод: возбудил уголовное дело в отношении Анны Марковой за клевету на Валентину Матвиенко. То ли из желания угодить, то ли из «неодолимого законолюбия», то ли нервы у кого-то не выдержали, и эти кто-то очень сильно надавили…

Результат, однако, получился скандальный: Маркова обжаловала это дело в суде, так как прокурор может возбуждать такие дела только в случае недееспособности оскорбленного и оклеветанного лица. А вполне дееспособная Матвиенко должна была действовать через суд, если хотела привлечь свою бывшую соперницу к ответу. В самый разгар скандала Винниченко (очевидно, понимая неизбежный проигрыш в суде) свое решение о возбуждении отменил. А вскоре и противницы замирились, так что остался крайним именно прокурор. Теперь уже практически бывший.

Политические экспромты, тем более среди людей в погонах, плохо вписываются в реальности путинской эпохи. И, следовательно, Винниченко ушел не «просто так». Во властных кругах говорят, что новый северо-западный прокурор Иван Кондрат лют и, как рассчитывает генеральный прокурор Владимир Устинов, будет более умело держать местное начальство в постоянном напряжении, нежели его предшественник Владимир Зубрин.

Напомню, Зубрин не сумел успешно завершить ни одно из уголовных дел, возбужденных им против петербургских вице-губернаторов: эти дела разваливались либо в суде, либо до суда. Если это правда и Кондрат начнет свою карьеру на Северо-Западе с возбуждения громких уголовных дел в отношении городских чиновников и крупных бизнесменов, чьи фамилии на слуху, то «заблаговременный» уход Винниченко можно расценить как нежелание быть втянутым в длинную и весьма драматичную историю прокурорского «натиска» на Смольный.

Доказательством этого служит так называемое «Дело Маковоза», скандальное расследование о серии заказных убийств в Санкт-Петербурге, которое генпрокуратура приняла к своему производству после того, как убедилась, что петербургская прокуратура не проявляет особого рвения в этом направлении. Кстати, добровольный уход Зубрина со своего поста некоторые аналитики также связали с этим уголовным делом. Мол, слишком громкие фамилии фигурируют в роли заказчиков убийств — родственники высоких чиновников, депутаты, политики не районного уровня…

Если у этих слухов есть основание, то очень скоро мы услышим от Ивана Кондрата о том, что город нуждается в зачистке от криминально-коррупционных элементов во властных структурах. И о том, что перед законом все равны — и слон, и даже маленькая улитка…

Как бы то ни было, а Винниченко ушел в момент отсутствия губернатора в городе. Либо у него совсем не было времени для маневра, либо он выполнил предварительную договоренность — уйти в самый тихий политический сезон, максимально незаметно для рядовых обывателей и, конечно, по собственному желанию. А может, просто выполнил Николай Винниченко свою миссию — обеспечить выборы во вверенном субъекте федерации — и теперь свободен…

Как мне пояснили в прокуратуре Санкт-Петербурга, Николай Винниченко находится в отпуске до 9 сентября, после отпуска на работу не выйдет в связи с отставкой…

Недостаточная информация к размышлению

Юрист по образованию, Николай Винниченко пришел в городскую прокуратуру по окончании ЛГУ в 1987 году. Работал прокурором отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних, начальником отдела по надзору за следствием в органах федеральной безопасности. С 1995 по 1998 гг. являлся прокурором Московского района Санкт-Петербурга. В феврале 1998 года назначен на должность заместителя прокурора города. Не сработавшись с начальником — прокурором Иваном Сыдоруком, в апреле 2001 года Николай Винниченко перешел на работу в Северо-Западное полпредство на должность главного федерального инспектора по СПб. Там Николай Винниченко, в частности, обеспечивал оперативную связь полпреда Виктора Черкесова с антияковлевской оппозицией. В апреле 2003 года после отставки Ивана Сыдорука Николай Винниченко был назначен на его место.

Под руководством Николая Винниченко горпрокуратурой были возбуждены несколько громких уголовных дел. В том числе об убийствах таджикской девочки и ливийского студента, о пропаганде национальной вражды лидером Партии свободы Юрием Беляевым, о хищении официальной печати старшим помощником прокурора Виктором Забелкиным. До успешного судебного финала, впрочем, пока не доведено ни одно из них. Несмотря на довольно скромные успехи в работе на посту городского прокурора, Николай Винниченко (активно сочувствующий Союзу правых сил) пользовался политической поддержкой со стороны демократических партий СПб. Депутат ЗакСа Андрей Черных («Яблоко») оценил его работу так: «Есть такое понятие «хороший сервис», когда работа делается незаметно, а результат виден всем. Так и Николай Винниченко — работал тихо и незаметно, но с хорошими результатами».

Примечательно, что слухи о грядущей отставке Винниченко, как и сама она, оказались для городских депутатов полной неожиданностью. Единственное, чем смог утешить себя в этой ситуации ЗакС, — это растерянным сетованием, которое раздалось из уст заместителя председателя Собрания Юрия Гладкова (СПС): «Намерение отправить в отставку с должности прокурора Санкт-Петербурга Николая Винниченко мне представляется необоснованным по своим целям и вызывает недоумение по способу и времени принятия решения. Стоит напомнить, что 9 апреля 2003 года городской парламент единогласно голосовал за утверждение Винниченко на должность прокурора Санкт-Петербурга, высоко оценив его профессиональные и деловые качества. За прошедший год у меня не было никаких поводов для изменения этой позиции… Стремление определенных сил отправить в отставку Николая Винниченко в период отсутствия в городе и депутатов Законодательного собрания, и губернатора без объяснения причин и консультаций с петербургской общественностью вызывает сильную обеспокоенность».

Отсутствие комментариев со стороны прокуратуры и лично Николая Винниченко породило в прессе множество слухов и версий.

Сперва заговорили о том, что Николай Винниченко займет пост заместителя генерального прокурора по Северо-Западному федеральному округу. Однако уже на следующий день Совет Федерации утвердил на эту должность прокурора Костромской области Ивана Кондрата.

Это назначение, в свою очередь, породило слух о намерении Кремля сформировать в Петербурге «силовой блок», способный принимать решения, не оглядываясь на мнение губернатора Валентины Матвиенко. К этой версии тут же «подшили» и недавнее назначение «силового» вице-губернатора Виктора Тихонова, до этого работавшего одним из руководителей Федеральной службы охраны. Сторонники «силовой» версии предположили на страницах «Известий», что в городе грядет еще большая подморозка либерализма, а вслед за ней и передел собственности.

Сторонники третьей версии увязывают внезапную отставку Винниченко с генпрокурорской проверкой деятельности ведомства Винниченко, совпавшей по времени с отставкой прокурора по СЗФО. Сторонники этой версии, озвученной «Независимой газетой», считают, что грядет возбуждение ряда уголовных дел в хозяйственной сфере и чистка властных структур. Таким образом, данную версию можно считать вариантом «силовой».

Наконец, последняя версия гласит, что уход Николая Винниченко в период, когда большинство депутатов парламента и губернатор находятся в отпусках, а политическая жизнь города замерла, вполне логичен. Прокурор Винниченко обеспечил выборы «нужного» губернатора и теперь должен тихо уйти.

Новый прокурор Санкт-Петербурга должен быть утвержден депутатами осенью по окончании каникул. До этого момента достаточно времени, чтобы определиться с кандидатурой на этот пост, равно как достаточно времени, чтобы создать еще много версий о причинах отставки Винниченко. Конец этим домыслам могло бы положить официальное заявление городских и федеральных властей, но высокие чины молчат. «Отсутствие объяснений причин отставки и появление слухов — это следствие общей непрозрачности нашей власти. Решения принимаются кулуарно и без контроля со стороны общественности», — сокрушается еще один городской политик, лидер местного «Яблока» Максим Резник.

Как бы то ни было, ясно одно: о том, что должно случиться, мы узнаем лишь после того, как оно случится. А о том, почему оно случилось, судя по всему, не узнаем никогда."