Секретные файлы "Премьер-министра"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

  Секретные файлы "Премьер-министра" За кулисами процесса. Григорьев, Чанышев, Бодолика и Джейсон договор все же подписали…
© Газета журналистских расследований ДЕЛО №16, 10.06.2006
Дмитрий Соколовский Сенсация, эксклюзив, шокирующие подробности
Converted 21575.jpg

При умелом подходе и определенной доле везения все это легко может превратиться для любого СМИ в огромные тиражи, небывалый рейтинг и прекрасную рекламу. Кстати, нередко сенсационные подробности из жизни знаменитостей делают рейтинги не только тем, кто о них пишет, но и самим звездам отечественного шоу-бизнеса. Хорошо всем, не говоря уже о восторженных поклонниках, которые ради строчки о вожделенном кумире обойдут все киоски, сметая тиражи разноцветной прессы. Вот только мало кто задумывается, как, а главное зачем на свет божий появляются эти «сенсации». Если посмотреть глубже, то оказывается, что поведение большинства знаменитостей имеет мало общего с гламурной звездностью, которую они старательно создают вокруг себя. Их поступки всего лишь плоды общечеловеческих комплексов, предрассудков и пороков. 5 исков для экс-«премьеров»
За примером далеко ходить не надо. Бывшие участники группы «Премьер-министр» продолжают судиться с продюсером Евгением Фридляндом. Сводки из районов «боевых действий» появляются в прессе с завидной регулярность. Как и во всех остальных случаях, когда журналисты смакуют очередной «попсовый» скандал, кроме эмоций и «пикантных» подробностей, в этих статьях нет ничего. И это, с одной стороны, правильно – публике не нужны нудные философские изыскания и скучные документальные факты – хлеба и зрелищ! 

С другой стороны, если дело доходит до открытого конфликта, в котором стороны уже не могут ничего решить собственными силами и вынуждены обращаться в суд, то с этого момента они становятся уже не гламурными персонажами, а субъектами правового поля. То есть, чтобы разобраться кто прав, кто виноват, надо переходить в юридическую плоскость, и рассматривать конфликт музыкантов и продюсера с точки зрения закона, а не в порыве благородного гнева. Может, оно и не так занимательно, зато все сразу становится предельно ясно. Тем более что факты – вещь упрямая.

Музыканты, трудившиеся на ниве шоу-бизнеса, страшно сказать, без малого 8 лет, решили уйти в самостоятельное плавание, громко хлопнув дверью перед носом продюсера Евгения Фридлянда, которого иначе как мошенником они теперь и не называют. Платить отступные за досрочный разрыв контракта они не пожелали, обвинив «отца-основателя» в подделке подписей на договоре о сотрудничестве. При этом экс-«премьеры» утверждают, что имеют полное право на использование названия «Премьер-министр», и продолжают успешно гастролировать, исполняя свои старые хиты, и даже успели снять новый клип, транслирующийся сегодня на одном из популярных музыкальных каналов. 

А возмущенный продюсер затеял судебные разбирательства, требуя вернуть ему полагающуюся по контракту неустойку, отрывая тем самым артистов от творческого процесса. Так выглядит ситуация с обывательской колокольни.

Однако с юридической точки зрения все намного сложнее. В настоящее время музыкантам официально предъявлены 5 исков, в числе которых запрет на использование названия и песенный репертуар, взыскание штрафной неустойки за разрыв контракта, а также иск о защите чести и достоинства. Согласитесь, обвинения достаточно серьезные. Более того, по словам адвокатов, представляющих интересы Фридлянда, у них есть все основания бороться за права продюсера. 

Подтверждением тому могут служить результаты недавней почерковедческой экспертизы, которая была проведена по решению Хорошевского суда города Москвы. По утверждению музыкантов (у адвокатов Фридлянда на сей счет есть документальные свидетельства) контракт, заключенный с продюсером в 2004 году, они не подписывали. В частности на официальном сайте группы говорится: «По итогам предыдущего январского слушания адвокатская группа, работающая с группой «Премьер-Министр», ожидала, наконец, увидеть оригиналы договоров. Однако в ходе сегодняшнего заседания выяснилось, что в документах, представленных Фридляндом 3 февраля, все подписи участников коллектива оказались поддельными. Это постановление независимых экспертов, оглашенное на заседании, вызвало волну оживления и недоумения у всех, кто присутствовал в зале. «Такими, мягко говоря, не совсем цивилизованными методами пользоваться очень сомнительно», - заявили нам специалисты в эксклюзивном интервью.

Участники команды прокомментировали эту ситуацию так: «В очередной раз, наблюдая деятельность Евгения Иосифовича, мы убедились в сфальсифицированности таких важных моментов, как договора, порядочные отношения с артистами, статус и ИМЯ. Г-н Фридлянд в очередной раз хотел обмануть всех – нас, поклонников, всю страну!» (орфография сохранена). 

К сожалению, источник, из которого был перепечатан материал, на сайте музыкантов не указывается. А зря. Сознательное искажение фактов в чистом виде. До проведения экспертизы и решения суда ни одна подпись не может быть признана поддельной. Обвинить человека в фальсификации документов (кстати, уголовно наказуемое деяние ст. 327 УК РФ) также может только суд. Таких решений суд не принимал. 

Интересно получается, обиженные музыканты, обвиняя продюсера в обмане и подделке документов, сами же врут и клевещут. Как нам сообщили адвокаты Евгения Фридлянда, по этому поводу в Бабушкинском районном суде уже рассматривается исковое заявление о защите чести и достоинства. Поддельные подписи
Однако вернемся к результатам независимой экспертизы. На самом деле было три почерковедческих экспертизы: первая была проведена по инициативе самого продюсера, задолго до начала судебного процесса. По словам адвоката Фридлянда Ларисы Мове, решение провести экспертизу было принято в тот момент, когда отношения между продюсером и музыкантом стали обостряться. На всякий случай. Тем более что Фридлянд хорошо знал своих подопечных, чтобы предугадать на какой шаг они могут пойти. Было, правда, еще одно обстоятельство, заставившее продюсера так настороженно отнестись к происходившим изменениям в отношениях с музыкантами «Премьер-министра», но об этом позже.

Так вот, результаты первой экспертизы, проведенной в Бюро независимых экспертиз «Версия», подтвердили подлинность подписей на договоре возмездного оказания услуг (т.е. контракте) от 5 января 2004 года. Примечательно, что устанавливается подлинность подписей только троих участников группы «Премьер-министр»: Григорьева, Чанышева и Бодолики. Видимо, Джейсон договор все же подписал… 

Но музыканты так не думают, они решили провести свою экспертизу в БНЭ «СВ-Эксперт». Результатом ее стало следующее заключение эксперта С. В. Соколова: подписи на договоре выполнены в подражании подписям Бодолики и Чанышева, короче – подписи подделаны. Разумеется, при таком раскладе суд был вынужден назначить третью независимую экспертизу, которая, наконец, установила бы истину. С этой целью была выбрана сторонняя (весьма уважаемая) организация – Центр независимых экспертиз – которая не имеет (и не может иметь) никакого отношения ни к одной стороне конфликта.

Выводы третьей экспертизы подтвердили, что подписи на договоре 2004 года являются подлинными, замена листов в договоре не производилась, различия в форматах печати текста на листах договора отсутствуют. Вот, собственно, и все. Очередное «недобросовестное заблуждение» артистов стало очевидным. 

Но не тут-то было. В ответ на бескомпромиссное решение экспертов музыканты сказали: ну раз так, то мы вообще ничего не подписывали. Так как сие утверждение не поддается никакой логической оценке и противоречит здравому смыслу, мы его комментировать не будет. Отметим только, что при такой постановке вопроса получается, что все эти годы никаких обязательств у музыкантов перед продюсером (а также у продюсера перед «премьерами») не было, договора о сотрудничестве тоже. В чем тогда предмет спора, если никому ничего не принадлежит? Как все эти годы музыканты зарабатывали деньги, записывали альбомы и осуществляли концертную деятельность? 

Кстати, тех, кто стоит на стороне музыкантов, должен был насторожить этот факт. Потому что кроме договора о сотрудничестве, есть масса других документов (права на использование репертуара, на название и прочее) которые требуют на каждом этапе деятельности группы. Кто бы стал сотрудничать с продюсером, если бы он, не имея соответствующих документов, вел переговоры о размещении песни или клипа в теле-радиоэфире? Ни один канал себе такого позволить не может. Кто бы стал организовывать гастроли группы без тех же правоустанавливающих документов? Рассуждать серьезно на эту тему как-то глупо. Случай в экспертном бюро
Чтобы закрыть вопрос о фальсификациях, необходимо упомянуть о весьма показательном происшествии в Центре независимых экспертиз. В распоряжении редакции имеется заявление на имя федерального судьи о недопустимом поведении участников процесса «по делу «Премьер-министра». Эксперт Центра вынужден был написать это заявление после того, как к нему явились В. Бодолика, Ю. Бороздин (гендиректор ООО «Премьеры», которое музыканты недавно зарегистрировали) и С. Соколов, тот самый эксперт, который установил, что подписи на договоре поддельные (странное совпадение, не находите?), и в резкой форме стали требовать ознакомить их с результатами экспертизы. 

Проще говоря, подвыпившие господа (в заявлении указывается, что от кого-то из посетителей сильно пахло вином), угрожая эксперту, пытались заставить его фальсифицировать результаты экспертизы. До этого, по заявлению эксперта, Соколов неоднократно звонил и требовал поддержать его выводы. Когда на словах уговорить не удалось, решили пойти другим путем. 

Что на самом деле происходило в Центре не известно. На нашу просьбу прокомментировать ситуацию, эксперт Центра, который являлся непосредственным участником инцидента, ответил отказом. Но все же подтвердил – да, инцидент был, остальное читайте в заявлении. Знающие люди утверждают, что привыкших ко всему экспертов (что такое «Премьер-министр» со своими подписями по сравнению с экспертизами по многомиллионным делам, которые сотрудники Центра регулярно проводят!) не так легко довести до написания такой «телеги». Должно было произойти что-то экстраординарное. Это даже как-то делает честь «мальчиковому» ансамблю – достойная смена «Ленинграду». 

Итак, подписи подлинные, договор тоже. Значит, неустойку выплатить все-таки придется. Разумеется, окончательное решение может принять только суд, но в данном случае двух мнений быть не может. Контрактная история
Любому здравомыслящему человеку сразу приходит в голову вопрос: почему вообще возникла эта ситуация с поддельными подписями? На самом деле все очень просто. Первый контракт между Фридляндом и музыкантами «Премьер-министра» был подписан в 1997 году. Тогда совсем еще несмышленым подросткам было абсолютно все равно, что подписывать. Безумно хотелось славы и денег, тем более что маячившая на горизонте перспектива сулила бешеный успех в самом обозримом будущем. А вы бы отказались? На настоятельные просьбы продюсера почитать контракт или отнести его родителям, они не реагировали. Да и зачем? Тогда терять им было нечего. 

По словам адвоката Ларисы Мове, юридическая служба Фридлянда работает на редкость грамотно: на каждый шаг составляется соответствующий документ, что уж говорить о контрактах. Но! Контракты надо читать, даже если никаких противоречий в них нет. Содержание первого контракта так и осталось для музыкантов тайной, но это, по-видимому, их не сильно волновало. 

Контракт был подписан в 1997 году сроком на 7 лет, то есть следующее подписание или расторжение должно было произойти в 2004 году. Но в 2002 году музыкантам предстояло отправиться на «Евровидение». Затраты огромные: необходимо было вести целую делегацию, состоящую из журналистов, группы поддержки и бог знает кого еще. Это помимо членских взносов, которые вносил телеканал. Спонсоров не было, потому что решение о том, что поедет именно «Премьер-министр» было принято за два месяца до поездки. Риск большой. Во-первых, предугадать результаты конкурса не мог никто, во-вторых, необходимо было вложить 200 тысяч долларов (продюсерских денег), а гарантий, что через два года артисты захотят переподписать контракт, не было. 

Музыканты согласились подписать договор о сотрудничестве до 2007 года. Опять не читая. Нет, может, они его и прочитали, но никаких нареканий он не вызвал. А в 2004 году возникла техническая необходимость подписать все контракты заново. Причин было несколько, среди прочих, реорганизация компании, которая ранее называлась «Продюсерский центр Евгения Фридлянда», необходимость подписания отдельных договоров на каждый вид деятельности (на концертную – отдельно, на запись песен – отдельно). И опять музыканты подписали стандартный договор сроком на 7 лет. 

В контракте значилось: в соответствии с условиями данного договора музыканты обязались оказывать ООО «Студия Диалог» услуги, связанные с публичным исполнением согласованного репертуара, признавая при этом, что права на использование наименования «Премьер-министр» принадлежат ООО «Студия Диалог». 

Правда, по устной договоренности с продюсером было принято решение о том, что независимо от условий настоящего договора в марте 2007 года Фридлянд и «премьеры» опять соберутся за столом переговоров и решат, хотят ли они дальше сотрудничать. Вы удивитесь, но у музыкантов опять не возникло никаких сомнений! Во всяком случае, результаты почерковедческой экспертизы однозначно свидетельствуют о том, что все было подписано в лучшем виде. Ну действительно, не под дулом же автомата их заставляли.

Столь длинный экскурс в прошлое «премьеров» вполне оправдан – без него невозможно понять, откуда взялись спекуляции на тему фальсифицированных подписей. Юридически все документы оформлены грамотно, а вот то, что их неплохо бы иногда читать, чтобы потом не было мучительно больно, это факт. Что мешало музыкантам обратиться за юридической консультацией, если понять, что написано в контракте самостоятельно не получается? По словам Евгения Фридлянда, после первых успехов у музыкантов просто отказали тормоза – им казалось, что они теперь мегазвезды, и никакая бумажка не достойна их внимания. Тем более та, которую составили умные люди. Мы – первые, и потому все наше!
Ситуация с Роспатентом в настоящее время является главным (и единственным) козырем музыкантов. То есть, это они думают, что козырем. На сайте группы читаем: «Корр.: Евгений в одном из интервью сказал, что авторское право на название и репертуар принадлежит ему. И узнав, что вы попытались предъявить свои права на название он незамедлительно предоставил в Роспатент документы, подтверждающие его авторство, которое зарегистрировано в Российском авторском обществе.

Бодолика: Очень смешное высказывание и уж, простите, снова лживое. Оказывается, все песни написал именно он? Сейчас рассматривается наша заявка на регистрацию торговой марки «Премьер_министр» в «Роспатенте». Мы были первыми, кто обратился туда, продюсер оказался – чуть позже. У нас так называемое на юридическом языке «право приоритета». К сожалению, это довольно долгий процесс, но он все равно рано или поздно закончится. Что касается его слов, будто мы тайно за его спиной пошли и зарегистрировались — это неправда. Группа «Премьер-Министр» – это бренд. Под ним можно выпускать, что угодно. Может, и холодильники захотим выпускать. Мы пошли в «Роспатент» и, честно скажу, хотели зарегистрировать другое название «Президенты» или «Премьеры», потому что были уверены, что Евгений Фридлянд сделал это давно. Но, увидев, что «Премьер-Министр» не зарегистрирован, естественно, тут же сделали это. И вовсе не обязательно, что название группы придумал продюсер. Я сочинил песню «Атомное чувство любовь», а ее зарегистрировал Евгений Фридлянд. Где же правда?» (стиль и орфография оригинала сохранены). 

Жаль, что материал опять не подписан. Да и вообще, публикация подобного «эксклюзива» - настоящий подарок судье. Если рассматривать эти высказывания как клевету, то музыкантам легко можно предъявить обвинение, а если как «заблуждение», то фанаты как минимум должны разочароваться в умственных способностях своих кумиров. Термин «приоритетное право», которым так лихо пользуются музыканты, разумеется, существует. Однако действует это право при отсутствии возражений со стороны обладателя авторского права, а им, как известно, является Евгений Фридлянд. 

Кроме того, когда Роспатент, по словам адвокатов, попросил предоставить дополнительные свидетельства своих прав, то оказалось, что кроме «первоочередной» заявки у музыкантов ничего нет. Зато у продюсера есть свидетельство Российского авторского общества, которое подтверждает его авторство на название, то есть все права на данный объект интеллектуальной собственности принадлежат Евгению Фридлянду. 

В юридической компании «Правовые инициативы – ХХI век» ситуацию с регистрацией товарного знака нам прокомментировали так: «Для производителей товаров и услуг регистрация обозначений, под которыми они выступают, в качестве товарных знаков и знаков обслуживания не является обязательной. Авторское право на подобное обозначение – достаточное основание для запрета его регистрации в качестве товарного знака (знака обслуживания) за третьими лицами.

Авторское право возникает и подлежит охране в силу факта создания произведения. Для возникновения и осуществления авторского права не требуется регистрация произведения, иного специального оформления произведения или соблюдения каких-либо иных формальностей. Свидетельство РАО о депонировании и регистрации произведения является достаточным доказательством авторского права на произведение при возникновении спора. 

Заявка в Роспатент о регистрации словесного обозначения «Премьер-Министр» в качестве товарного знака была подана Евгением Фридляндом 16 июня 2005 года. Заявка в Роспатент о регистрации словесного обозначения «Премьер-Министр» в качестве товарного знака в отношении однородных товаров и услуг была подана Матвеевым А.Г. (патентный поверенный музыкантов – прим. ред.) 25 мая 2005 года.

В связи с тем обстоятельством, что словесное обозначение «Премьер-Министр» воспроизводит название известной российской музыкальной группы, является объектом авторского права и подпадает под действие п. 3 ст. 7 Закона РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» Матвееву А.Г. было предложено представить свои доводы по указанным мотивам. Впоследствии Матвеев А.Г. переуступил свои права по заявке генеральному директору ООО «Премьеры» Бороздину Ю.А. 

Насколько нам известно, ни от Матвеева А.Г., ни от ООО «Премьеры» и Бороздина Ю.А. каких-либо доводов в отношении авторства Фридлянда в Роспатент не поступало. Срок для представления подобных доводов истекает в июне 2006 года. 

Применительно к ситуации со словесным обозначением «Премьер-министр» определяющее значение имеет не дата подачи заявки, а тот факт, что заявленное обозначение является объектом авторского права, в связи с чем не может быть зарегистрировано за третьими лицами без согласия обладателя авторского права (Евгения Фридлянда)». На наш взгляд, исчерпывающий ответ юристов. Закон звезде не писан
На Украине Фридлянд уже получил свидетельство о регистрации товарного знака. Казалось бы, зачем? На самом деле деньги можно зарабатывать везде, особенно на территориях наших бывших союзных республик, в которых до сих пор нежно любят творчество российских исполнителей. Да и многие российские СМИ, являясь федеральными, вещают на весь бывший Советский Союз. В такой ситуации, когда большинство теле- радиоканалов не желают сегодня наживать себе неприятностей и не ставят в эфир песни опальных экс-«премьеров», очень удобно отъехать пару километров от границы нашей родины и спокойно зарабатывать на безбедную старость. Поверьте, на Украине и Казахстане, куда нелегкая доля занесла артистов на гастроли, мало кто слышал о том, что: «В настоящее время Григорьев Ж.Б., Бодолика В.Г., Чанышев М.В., Джейсон П.С. не имеют права выступать, вести гастрольную деятельность, предоставлять свои работы для демонстрации на телеканалах и в радиоэфире под именем «Премьер-министр», так как это нарушает авторское право Фридлянда Е.И. и условия заключенных между исполнителями и ООО «Студия Диалог» договора возмездного оказания услуг» (из ответа юридической компании «Правовые инициативы – XXI век»).

В результате музыканты гастролируют по необъятным просторам дружественных государств, получают гонорары (нарушая тем самым авторское право Фридлянда, что и является основанием для взыскания компенсации по суду), и на эти же деньги судятся с продюсером, который их создал и сделал звездами не последней величины. Скажите, в какой еще стране такое возможно?

Необъяснимая забывчивость музыкантов в очередной раз сыграла с ними злую шутку. То они утверждают, что контрактов не подписывали, то говорят, что написали 80% всего репертуара группы «Премьер-министр», и теперь никак не могут понять, почему на всех каналах сняты c эфира их клипы и песни. Наверное, когда «премьеры» подписывали авторские договоры о передаче исключительных прав на использование музыкальных произведений, авторами которых они являются, «Студии Диалог» (кстати, равно как и остальные авторы, сотрудничающие с Фридляндом) на них нашло очередное затмение. Потому что договор есть, и все в нем оговорено очень четко. Но музыканты этого не помнят, иначе не говорили бы таких абсурдных вещей. 

А для тех, кому интересно, что же на самом деле вышло из-под пера музыкантов, рекомендуем обратиться в Общественное агентство по защите интеллектуальной собственности «Оазис». Там все авторские доли учтены и подсчитаны – «премьерам» досталось только 27% от общего числа песен группы. Стыдно, господа! Все-таки 80% и 27% - две большие разницы.

Вот странно получается, ребята еще очень молоды, читают плохо, считают и того хуже. Думали, что уйдут от продюсера просто так, не возместив убытки и унеся с собой имя и песни. Но когда поняли, что дело пахнет весьма скверно, пришло же в голову судиться! Как будто снизошло озарение, или все гораздо проще?

Комментируя нашему изданию сложившуюся ситуацию, продюсер Евгений Фридлянд рассказал нам еще одну историю, которая, на наш взгляд, многое объясняет. Сегодняшнее поведение музыкантов в том числе.  О том, как поссорились продюсер с продюсером, и что из этого вышло
Шоу-бизнес жесток. В нем как при капитализме – человек человеку – волк, а к немногочисленным друзьям спиной лучше не поворачиваться. Большая редкость, когда входящим в этот узкий круг удается поддерживать хотя бы стабильно ровные деловые отношения. Именно такое деловое сотрудничество в недавнем прошлом объединяло Евгения Фридлянда и Игоря Крутого.

Совместно с Крутым Фридлянд владел несколькими компаниями («АРС-Рекордс» и Независимым агентством авторских прав), в которых у них были равные доли. К тому же, акулы отечественного шоу-бизнеса владели совместными правами в некоторых музыкальных проектах, в том числе в проекте «Премьер-министр». Казалось, все довольны. 

Все, кроме одного человека, который напрямую занимался всеми проектами «АРСа». По словам Фридлянда, амбициозная личность, управлявшая всеми делами «АРСа», не желала терпеть присутствие еще одного продюсера. Проблемы начались, когда группу «Премьер-министр» перестали приглашать в проекты «АРСа», каждый раз мотивируя отказ каким-нибудь изощренным поводом.

К 2000 году ситуация стала настолько критичной, что продюсеры решили разделить совместный бизнес. Фридлянд выкупил доли во всех интересующих его проектах, в том числе и в «Премьер-министре». Однако осталась одна компания, небольшая доля в которой принадлежала Фридлянду, но в течение нескольких лет продюсер не получал от нее практически никакой прибыли.

В итоге Фридлянд предложил Крутому выкупить у него долю в компании, но по прошествии года никто так ничего и не выкупил. А на горизонте уже замаячила «Новая волна», на которую Фридлянд очень хотел отправить своих «народных артистов», тем более что конкурс обещал транслировать Первый канал. Монополия «Фабрики звезд» на Первом канале не позволяла финалистам конкурса «Народный артист» пробиться к аудитории общефедерального уровня, а трансляция «Новой волны» как раз была бы хорошим поводом завоевать любовь широких масс.

Пока у продюсеров все еще оставался совместный бизнес, Фридлянд предложил Крутому очередной совместный проект – два участника «Народного артиста» отправляются покорять Юрмалу, а расходы и доходы разделят на заранее оговоренных условиях. Крутой опять поручает разработать договор своему человеку, который составляет договор таким образом, что Фридлянду по условиям контракта не принадлежит ничего. Не надо быть психологом, чтобы понять – это явная провокация. 

Разумеется, на такие условия Фридлянд пойти не мог. К тому же выяснилось, что Крутой поругался с Эрнстом, и «Новая волна» транслироваться на Первом не будет. То есть то, ради чего и задумывалось это очевидно невыгодное для Фридлянда сотрудничество, рушится в один момент. «Народный артист» все равно не попадет на Первый. Для чего, в таком случае, Фридлянду соглашаться на заведомо невыгодные условия договора с Крутым и ехать на конкурс?

Продюсер решил пойти на компромисс и опять предложил Крутому выкупить его долю в компании за несколько сотен эфиров на одном из музыкальных каналов. Только на таких условиях Фридлянд был согласен ехать на «Новую волну». Вопрос опять повис в воздухе – никакого решения принято не было, однако Крутой, вероятно, посчитал, что Евгений Фридлянд выступил против него. И с этого момента вяло текущий конфликт перерос в серьезную ссору. 

Надо сказать, что в этой несчастливой компании, которой совместно владели продюсеры, одним из управляющих был поставлен человек Фридлянда, который по определению должен был отстаивать его интересы. Но все хорошее люди забывают быстро. Разумеется, никаких интересов Фридлянда он не отстаивал, зато был очень дружен с В. Бодоликой. 

Внимательный читатель, вероятно, уже сделал некоторые выводы из этой весьма поучительной истории. Например, можно ответить на вопрос, почему не имея никаких прав требовать то, что они сейчас требуют, музыканты чувствуют себя столь уверенно. Или почему Евгений Фридлянд задолго до происходящих сегодня событий решил провести экспертизу подписей. Ведь если предположить, что конфликт между продюсером и музыкантами спровоцирован кем-то из «АРСа», то подготовка к нему могла быть начата заранее. 

Сами музыканты основной причиной разрыва контракта с продюсером считают его нежелание продвигать проект «Премьер-министр» на медиарынке. На сайте музыкантов говорится: «Он вообще не занимался нашим продвижением в масс-медиа. Вместо концертов, мы постоянно участвовали в различных ток-шоу. Наши клипы не появлялись в эфире. Фридлянд объяснял это тем, что для нас нет медиапространства. А потом выяснилось, что на самом деле они просто не проходили по качеству, так как бюджет клипа был настолько мал, что качество от этого страдало». 

Можете себе представить, что продюсер вложил деньги в проект, а потом отказался его продвигать, не желая возвращать потраченные средства? Это уже не говоря о том, сколько денег и нервов на самом деле было вложено в проект – одно «Евровидение» чего стоит, за право поехать на этот конкурс сражаются не на жизнь, а на смерть. И не у каждого продюсера есть возможность отправить на «Евровидение» своего протеже, будь он хоть мегапопулярен на родине. Про сольный концерт в «России», на организацию которого было потрачено примерно 300 тысяч долларов (кстати, отбить их так и не удалось – после трагедии в Беслане и взрыва на станции метро «Рижская» 2 тысячи билетов пришлось просто раздать), а также стабильную запись порядка 25 песен в год, музыканты, очевидно, снова запамятовали. 

Справедливости ради, стоит сказать, что успех группы по всем показателям действительно мог быть значительней. Но после этой истории с «АРСом» все становится на свои места.

Конечно, нельзя не понимать, что музыкантов просто используют, а они, то ли заблуждаясь, то ли искренне веря в последнюю возможность привлечь внимание к своим персонам, пытаются как можно дольше тянуть время и ждать «справедливого решения» суда. Не случайно именно по вине их адвокатов до настоящего времени не было проведено ни одного полноценного судебного заседания. То они адвоката решили сменить, то новый адвокат с делом не успел ознакомиться, то вообще отправился в отпуск. И самое главное – общее недоумение адвокатов Евгения Фридлянда вызывает то, что ни на один иск не было подано возражения в судебные инстанции. Адвокатам также до сих пор неизвестна позиция стороны защиты музыкантов. Ни одного комментария с их стороны еще не было – ни в прессе, ни в суде.

Согласитесь, странное поведение для людей, уверенных в своей правоте. Почему просто не представить суду все доказательства и спокойно, не провоцируя прессу и не совершая абсурдных поступков, из-за которых их адвокатам, наверное, приходится поглощать тонны валидола, ждать действительно справедливого решения? 

Вместо этого, пытаясь доказать свою правоту, не имея, судя по всему, на это никаких оснований, музыканты оскорбляют продюсера (и зарабатывают тем самым очередной судебный иск), угрожают экспертам и инициируют надуманные поводы, дабы отсрочить очередное судебное заседание. При этом они старательно пытаются вызвать жалость сочувствующих, заявляя, что все эти суды отвлекают их от творческого процесса. Где логика?

Вообще если разобраться, то продюсеру, прежде всего, не выгоден весь этот конфликт. Судебные издержки выливаются в огромные суммы (особенно если процесс намеренно затягивается), кроме того, приходится оправдываться перед прессой и коллегами по цеху. Получить свои законные отступные в итоге будет очень проблематично – забирать-то особенно нечего, да и неизвестно, когда суд примет решение. Единственно, что может подвигнуть продюсера на такой сомнительный с точки зрения эффективности шаг – желание создать прецедент. Чтобы всем представителям шоу-бизнеса стало абсолютно ясно, что в нашей стране, хоть и нет закона, регулирующего отношения в сфере шоу-бизнеса, тем не менее действуют общегражданские законы, по которым должны существовать все, независимо от степени звездности или социального положения.