Серые прайсы «МК» . Гусев

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Региональные подразделения газеты «Московский Комсомолец» неоднократно становились героями скандалов, где попытки «заключить договор на информационное обслуживание» с теми или иными представителями органов власти куда больше походили на банальный шантаж. И не успела ещё общественность переварить разбирательство, связанное с «МК в Архангельске», где главный редактор издания Дмитрий Семаков был задержан оперативниками ФСБ по подозрению в вымогательстве, как аналогичная история приключилась в Якутии. Там экс-редактор газеты «МК в Якутии» предстанет перед судом по обвинению в вымогательстве.

« Под угрозой распространения сведений…»

Как сообщила пресс-служба СУ СКР по Республике Якутия, «завершено расследование уголовного дела по обвинению бывшего главного редактора газеты «Московский комсомолец» в Якутии» в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.163 УК РФ (вымогательство), то есть требование передачи чужого имущества под угрозой распространения иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего).
По версии следствия, «в июне 2011 года журналист, используя свои возможности по размещению в СМИ статей различного содержания, потребовал от пресс-секретаря Верховного суда Республики Саха (Якутия) передать ему денежные средства в сумме 240 тысяч рублей за прекращение публикации в газете статей, которые создают негативное представление о судейском сообществе в глазах общественности.

При этом, понимая, что должностные лица Верховного суда республики не желают добровольно передать ему требуемые денежные средства, с целью вымогательства, «главный редактор неоднократно высказывал пресс-секретарю Верховного суда угрозы опубликования данных материалов и в последующем опубликовал статьи, создающие негативное представление о судейском сообществе. Во исполнение своего преступного умысла злоумышленник предложил заключить договор на информационные и рекламные услуги, придав тем самым своим действиям видимость законности. 5 июля 2011 года журналист получил от посредника денежные средства и был задержан с поличным. - рассказала старший помощник руководителя СУ СК РФ по РС (Я) по взаимодействию со СМИ Надежда Дворецкая, подчеркнув, что «расследование уголовного дела завершено, с утвержденным обвинительным заключением оно направлено в суд для рассмотрения по существу».

Прим FLB: О том, что же, собственно, произошло с руководителем «МК в Якутии», можно узнать из публикации из якутской газеты «Наше время» от 7 июля 2011 года.

«Вечером 5 июля был задержан с поличным главный редактор регионального выпуска газеты «Московский комсомолец в Якутии» Игорь Грищенко. В отношении журналиста возбуждено уголовное дело по п. «б» ч. 4 ст. 204 УК РФ - коммерческий подкуп. Статья предусматривает наказание от 7 до 12 лет.

Справка: Игорь Грищенко возглавлял «МК в Якутии» семь лет: с 1999 по 2006 год. До 2010 года о нем ничего не было слышно, но в январе 2011 года он вновь вернулся в журналистику. В период вынужденного простоя Грищенко занимался продажей неких биологически активных добавок (БАДов)[…]

В своей практике журналисты часто сталкиваются с судебными исками о защите чести и достоинства со стороны физлиц или деловой репутации со стороны юридических лиц, значительно реже против журналистов возбуждают уголовные дела за клевету. Случай с Грищенко стоит особняком.

Как полагает следствие, в июне редактор «МК в Якутии», используя свое служебное положение, потребовал от пресс-секретаря Верховного суда РС(Я) Радмилы Сюн-Цин-Фан 240 тысяч рублей за не опубликование в газете «Московский комсомолец в Якутии» статей, содержащих сведения, порочащие честь и достоинство судей республики. После того как Грищенко предложил за приостановку публикаций денежную компенсацию, его взяли в «разработку». Все переговоры журналиста и пресс-секретаря прослушивались и записывались для железной доказательной базы. Вечером 5 июля в салоне автомашины «Тойота Лэнд Крузер» Грищенко получил от посредника денежные средства и был задержан с поличным. В отношении него возбуждено уголовное дело – коммерческий подкуп. Статья серьезная, влекущая наказание в застенках. Ведет дело главреда отдел по расследованию особо важных дел СК РС(Я) под контролем руководителя Константина Шкулепо.

Во всей этой истории не обошлось без политики и коммунистов. Журналист газеты «Коммунист» Галина Мохначевская весной этого года опубликовала ряд статей о судьях Верховного суда РС(Я), в частности о председателе Людмиле Горевой. Ее публикации с хлесткими заголовками – «Хватит терпеть, хватит молчать!», «Встать! Суд берет?» – были очень острые. Мохначевская, не церемонясь в выражениях, обвинила судей в коррупции. Ее материалы со ссылкой на официальный сайт КПРФ, Грищенко печатал в якутской вкладке в «МК». Выдавая статьи по чайной ложке, тем самым вызывая постоянное раздражение у судейского корпуса. Вскоре история приобрела новый поворот.

«Платите за опровержение»

9 июня в очередном номере «МК» была вновь опубликована очередная перепечатка. Пресс-секретарь Радмила Сюн-Цин-фан сообщила на пресс-конференции в четверг, что она позвонила Грищенко, чтобы договориться с ним о публикации опровержения. Однако, как утверждает Сюн-Цин-фан, главный редактор сказал ей, что стоимость газетной полосы равна 20 тысячам руб. На вопрос пресс-секретаря, неужели им все время придется платить за опровержения, Грищенко намекнул ей на взаимовыгодное сотрудничество. Он подготовил договор, оценив партнерство в 240 тысяч рублей. После принес документ в Верховный суд республики. «Договор был составлен с «ИП Грищенко», - сообщает пресс-секретарь. После этого, как утверждает представитель ВС, журналист неоднократно угрожал публикацией материалов, причем не только в телефонных разговорах, но и при личной встрече. Судейскому корпусу ничего не оставалось, как обратиться в правоохранительные органы. Грищенко взяли «в разработку». Его телефон поставили на «прослушку», все документировалось. Вечером 5 июля Грищенко взяли с поличным. Помеченные купюры ему передал посредник.

Двое суток главный редактор находился в изоляторе временного содержания. Вчера, 7 июля, суд назначил ему меру пресечения «домашний арест». Грищенко запрещено общаться с посторонними людьми, получать и отправлять корреспонденцию, пользоваться устройствами связи и выходить на улицу. В случае нарушения он тут же попадет в СИЗО. У журналиста есть адвокат, некий Дорохин Е.Г.

«Суд не нуждается в сомнительных услугах»

Вчера в Верховном суде состоялась пресс-конференция, на которой заместитель председателя Петр Пронин сообщил, что после того, как журналист предложил им «партнерство», он запретил подписывать договор. «Мы не нуждаемся в услугах, тем более сомнительного характера», - подчеркнул он.

На встрече со СМИ было сказано, что все публикации Галины Мохначевской, которые перепечатал «МК в Якутии», не соответствуют действительности. Пронин сообщил, что у него на руках имеются все документы, которые в пух и прах разнесут статьи коммунистки. Он хотел подать гражданский иск в отношении партийного издания, однако председатель ВС РС(Я) Людмила Горева посоветовала ему не вмешиваться. «Я отказался от иска лишь потому, чтобы не подставлять своих подчиненных – судей первой инстанции. Чтобы не дать повода к злословию», - сказал он.

Павел Гусев: «Мы вмешаемся в эту ситуацию»

Как пишет газета: «Нам удалось связаться с учредителем и главным редактором «Московского комсомольца» Павлом Гусевым. До нашего звонка в московском офисе «МК» еще не знали об инциденте в Якутии.

Павел Гусев не сдержал своих эмоций: «Если это правда, то он негодяй! Негодяи ведь есть везде: в милиции, в судах»

«НВ»: Павел Николаевич, вы лично знаете Игоря Грищенко?

П.Г.: Я его мало знаю. У нас 64 филиала, поэтому я не со многими хорошо знаком.

«НВ»: «Московский Комсомолец» вмешается в эту ситуацию?

П.Г.: Естественно. Мы разберемся в произошедшем.

«НВ»: Подобные случаи были в вашей практике?

П.Г.: Нет. Это впервые». (Так прокомментировал скандал в 2011 году Павел Гусев.)

Галина Бочкарева: «Если не виновен, мы за него заступимся»

Председатель Союза журналистов Якутии Галина Бочкарева поделилась с «НВ» своими мыслями относительно случившегося: «Если произошедшее соответствует действительности, то такие поступки никак не вписываются в понятие журналистская мораль, этика. Такой поступок достоин осуждения коллег по цеху. Но если выяснится, что Грищенко не виновен, то Союз журналистов республики будет защищать своего коллегу».

«Красно-желтый симбиоз»

В этой истории обращает на себя внимание еще один момент. Согласитесь, весьма неожиданно выглядит собственно союз ортодоксальной партийной журналистки и скандальной газеты. В чем причины этого «красно-желтого симбиоза»?

На первый взгляд, мотивы Галины Мохначевской на поверхности: на страницах достаточно популярной в народе газеты она получила трибуну для идеологической промывки мозгов избирателям, ведь ее родной «Коммунист» - издание для гораздо менее широкой публики.

Что касается индивидуального предпринимателя Грищенко, то в отсутствие собственной полноценной редакции ему неизбежно приходилось прибегать к услугам разномастных стрингеров. И тут уже не до избирательности - на страницах издания практически еженедельно выходили разоблачительные, часто сомнительного качества, материалы сторонних авторов, перепечатки с сайтов и других печатных изданий. В этом, конечно, нет ничего противозаконного, но и гордиться здесь нечем.

Грищенко могли спровоцировать?

В заключение давайте еще раз трезво взглянем на случившееся. Коллективная позиция ВС, изложенная в пресс-релизах и на пресс-конференции, понятна и однозначна: редактор «МК» вымогал у якутских «служителей фемиды» деньги за приостановление компрометирующих публикаций о ее высших руководителях.

Попробуем посмотреть на все происходящее глазами Грищенко. Он составил текст некоего договора «об информационном сотрудничестве» в двух экземплярах, один из которых находился в Верховном суде, его наличие подтвердили на пресс-конференции.

Получается, что в ВС приняли документ к рассмотрению, хотя, по большому счету, они могли сразу «послать» Грищенко, если в его предложении было что-то противозаконное.

Можно предположить, что судьи намеренно взяли паузу, и вполне естественно, что главный редактор начал звонить, чтобы узнать о дальнейшей судьбе «взаимовыгодного партнёрства». В предвкушении хорошего куша Грищенко наверняка поторапливал судейский корпус с подписанием документа, намекая, что у Мохначевской еще много чего есть в запасе.

Далее вполне можно предположить, что 5 июля на телефон к Грищенко поступил звонок, ему сообщили, что договор подписан, нужно приехать и получить деньги наличными. У нормального российского индивидуального предпринимателя такое предложение вряд ли вызовет подозрение. Бог с ним, с «безналом» и налогами - речь ведь не о миллионах, а о 240 тысячах. Но «комсомолец» Грищенко, вероятно, немного заигрался и забыл, с кем имеет дело.

Итак, «ИП Грищенко», слопав «живца», приехал в назначенное место и во время передачи денег был взят с поличным и через несколько часов был публично обвинен в попытке вымогательства, шантаже и получении взятки. Зарвавшегося журналиста закрыли под домашний арест, вообще лишив права голоса и общения с внешним миром. […]

Но это только наши предположения и догадки. Однако они не выглядят фантазией на пустом месте. Всем понятна позиция Верховного суда, но абсолютно неизвестны доводы Игоря Грищенко. Держатся в секрете улики, расшифровки телефонных прослушек его переговоров и еще много чего. Ситуация действительно очень нехорошая, и при любом исходе эта история бросает тень как на якутскую журналистику, так и на судебную власть» - полагала газета в 2011 году.

FLB: Для полноты картины имеет смысл ознакомиться с данными технического контроля, под который издатель «МК в Якутии» был взят, как только его действия стали попахивать вымогательством. Расшифровка этих данных, к слову, невольно возвращает всех нас к скандальному видео, где менеджеры и журналисты федеральной редакции газеты «Московский Комсомолец» демонстрируют вполне отлаженный процесс по приему «серых денег», и который, похоже, собирались наладить «МК в Архангельске» и «МК в Якутии». Впрочем, вернемся к «прослушкам» и расшифровкам, которые легли в доказательную базу уголовного дела в отношении «МК в Якутии» и Игоря Грищенко. Благодаря архиву портала «Дебри-ДВ» мы представляем на обозрение часть таких документов.

Расшифровка беседы главного редактора «МК в Якутии» Грищенко с неизвестным лицом в ландкрузере «Прадо» возле здания Верховного Суда. 5 июля 2011 года

Действующие лица:
Г. – Игорь Грищенко, издатель «МК в Якутии»
Н. – действующий сотрудник правоохранительных органов
Р. – Джульетта, сотрудник аппарата Верховного суда РС(Я), ответственная за связи со СМИ

Грищенко открывает дверь «шикарной кареты»:

-Здравствуйте! Н., да?

Н.: -Да.

Г.: - Меня зовут Игорь. Давайте знакомиться (искренне улыбаясь, протягивает паспорт, раскрывает). Издатель «МК в Якутии».

Н.: - (читает по слогам) Грищенко Игорь Анатольевич. Все вижу.

Грищенко положил телефон и паспорт в сумку. Достает документы из файла.

Н. протягивает пачку денег: - (подозрительно) Считать будете?

Г.: (в воодушевлении) А-а, подождите-ка, я же должен документы сделать.

Н.: - (притворно удивляясь) Какие документы?

Г.: - Печать, подпись и прочее.

Н.: - Так меня попросили только передать и все.

Г.: - (в деловом тоне) У вас печать есть какая-нибудь?

Н.: - Какая-нибудь? (злобно усмехается) Какой-нибудь нет.

Г.: - Ну, ИП. Я скажу, что предприниматель, ну, оформлять.

Н.: -(скороговоркой) Нет-нет, с собой ничего нет. Обговаривали так, что встречаемся, я Вам деньги отдаю и все. Больше ничего.

Г.: - (озадаченно) Хм… Да-а, уж. Совсем что ли? Просто передать что ли? Вы могли бы на счет положить, и проблем бы не было.

Н.: - Не ко мне вопросы.

Г.: - Давайте, тогда позвоним «Джульетте». Или что?

Н.: - Не знаю, звоните.

Г.: - Я же сказал – печать, подпись, я уже доверенность должен вот... (не договорил) Приходные, квитанции… (не договорил). А у вас паспорт с собой, надеюсь?

Н.: - Паспорт с собой.
Г.: - Извиняюсь, Вы – индивидуальный предприниматель, ОАО какое-нибудь?

Г. звонит по сотовому телефону Р.: «Алло, Джульетта! Я с Вашим человеком разговариваю. Он же ни печать, ничего не захватил, говорит, что ничего нет. Мы же договаривались, что счет оформим в виде договора… Ага… То есть так, да?... Ага… Ну смотрите, я не знаю. Ладно, тогда сделаем так. Тогда я просто оформляю на паспортные данные… В счет договора на информационное обеспечение. Ну, а с кем тогда? Как Вы потом проведете, как там? Полосы остаются за вами или кто у меня покупает полосы?... Но все равно (не договаривает) В принципе я однозначно говорил: договор, печать, подпись, как стороны и т.д. То есть я (не договаривает). Деньги эти приходуются, поступают и т.д. То есть, все законно и никаких, ничего не должно быть… Ну я не знаю, что тогда (не договаривает)… Ну, знаете (не договаривает)… Тогда, наверное, мне остается попрощаться и уйти. Я же Вам говорил, договор на информационное обеспечение. Вы сказали, что найдете просто человека, который предприниматель, у которого договор (не договаривает). А мне все равно, кто будет покупать полосы, и на какие цели они будут использоваться. Просто свой интерес однозначно (не договаривает)… Ну, вот он говорит, что ничего у него нет. … Ну, так. Ясно. Ждите, ладно. … Ну, хм-м. … Хорошо. Давайте, тогда я не знаю, сейчас (не договаривает). Если человек будет… Ну, ради Бога, давайте, как физическое лицо он составит, подпишет фамилию, я без договора деньги брать не буду, я Вам однозначно говорю. Вот, так. В принципе, если устроит его вариант (не договаривает). … Давайте, смотрите, как. … Да меня устроит, мне же заполнять надо данные паспорта, гражданин такой-то заключил договор и т.д. … Я то оставлю. Я один экземпляр должен себе взять. Как я так подставляться-то (не договаривает). Ну, давайте, попробую, если человек не возражает. Просто, в принципе, он хочет мне передать. А так, без договора, зачем мне брать деньги? … Да я не знаю, какое руководство? Ну, я же говорил Вам, мне главное, что договор с кем-то. А там кто будет договор (не договаривает). … Ага. Ну, и что, давайте вначале договор там».

Грищенко обращается к Н.: - Вы согласны паспорт отдать на заполнение?

Н.: (нервничает, торопится) Да, давайте быстрее, времени мало.

Грищенко продолжает разговаривать по телефону с неизвестной: «Он говорит, что да. … Ну, давайте, по такому варианту пойдем. Хотя мне печать нужна, пусть своей рукой заполняет (не договаривает). Ну, все, я Вам перезвоню, когда (не договаривает). … Подождите, посмотрим еще. Я Вам еще перезвоню. Давайте».

Грищенко отдает бумаги, Н. заполняет. Грищенко подсказывает, показывает, где и что писать. Заполняет несколько документов, отрывает корешок, отдает Н.

Н. достает из портфеля пачку денег, перетянутую резинкой, протягивает Г.

Г.: - Вы посчитали?

Н.: - Нет, я получил, и все. А-а, еще момент. Вы же деньги получили. Позвоните сейчас Джульетте.
Г.: - Сейчас выйду, позвоню. Я даже зайду к ней.

Н.: - (глаза лукаво заблестели) Что с меня миссия снята. Это же не мои деньги, правильно?

Г.: - Что Вы сейчас хотите?

Н.: - Нет, но Вы ее предупредите, чтобы ко мне никаких претензий не было.

Г.: - Сейчас скажу.

Звонит неизвестной: «Все, по паспортным данным сделали, вопрос закрыт как бы… Да там, правда, договор без печати, но я написал входные данные все эти. Давайте, я завтра к Вам подойду. Вы же хотели какие-то материалы опубликовать? Мне то без разницы, полосы кто-то купил у меня и Вы публикуйте там что надо. Ну смотрите. Все, хорошо.

Н.: - Все?
Г.: - Все

Блюстители порядка опрокидывают рояль, бегут к Грищенко и кладут зубами об асфальт.[…]

FLB: И еще один документ. Как иронично написали журналисты: «Прикладывая ухо к замочной скважине кабинета №712 ВС РС (Я), слушаем другие подробности, неопубликованные в предыдущей статье»

Напомним, что Игорю Грищенко позвонила по телефону пресс-секретарь Верховного Суда РС (Я) Радмила Лю-Ци-Фан о возможности заключения договора на информационное обслуживание. Главред и не подозревал, что уже с первого визита в ВС РС (Я) он находился под видеонаблюдением правоохранительных органов.

Грищенко при беседе с пресс-секретарем уточнил:

- Есть пункт в договоре не размещать в газете материалов, которые могут навредить репутации рекламодателя. Все. Это везде так.

Р.: - То есть, это в любом случае, даже, если вот, они заплатят там больше…

Г.: - Да, это в любом случае. Даже в пять раз больше заплатят или в десять раз, будут соблазнять. Все равно, я говорю: «Все извините, ребята, мы дружим».

Р.: - Тогда оплата, я так понимаю, у нас она как… Вы нам, в общем, предлагаете, что и безналичными мы можем заплатить, вернее, наличными мы можем заплатить вам, да?

Г.: - 240 тысяч, но это как-то мне боязно, во-первых, у вас брать сразу. Да это уже… Не подставите меня тут? А то потом обвините меня, черт те что…

Р.: - Мы должны посмотреть этот договор?

Г.: - А-а, в смысле? Смотрите, честно говоря, я хотел бы вообще, чтобы сегодня сказали, ваше начальство. А, если вы говорите, что Горевой там по барабану это дело…

Р.: - Да, то есть я вот честно говорю, так как я подчиняюсь только Горевой… Я понимаю, что это моя работа, поэтому я разговаривала с другими редакторами. О чем я ей, конечно, доложила. Она знает, что все это неправда, более того, сочувствующих оказалось гораздо больше. И причем не в судейском сообществе. И, в общем, настроение у нее не упало, тонус не понизился, и поэтому она говорит: «Если вот госпожа Мохначевская хочет там…» […]

[…]Г.: - А когда у нее выборы или перевыборы, или что там?

Р.: - На будущий год. Дело в том, что там не будет, наверное, перевыборов. Людмила Тимофеевна три года, допустим, отсидела. И на третий год вышел вот этот Указ Президента о том, что будет двухсрочный конституционный срок назначения судей. То есть, вот эти три года она может легитимно отсидеть. И это будет правильно. Председатель Верховного Суда Лебедев в Москве, он в таком же положении, то есть он два года отработал там. И говорят, что такие… Скорее всего, будет специальный Указ президента, который продлит эти полномочия. А сейчас вот вообще не стоит вопрос о выборах или что-то. Обычно, когда они уходят, назначается конкурс. Но к нам никаких пока директив не поступает. И самое главное, здесь вот Поволжье, Челябинск, крупные регионы России - они в таком же положении, которые отсидели по три года, а не по 33. Естественно, я думаю, что им тоже не хочется покидать свой пост. Это одно из сильнейших лобби в России.

Г.: - Как журналист, вам просто говорю, когда появляется один материал, потом второй появляется, «снежный ком» сыпется. Возбуждаются другие люди – «ага, вот написали, а у меня есть еще фактура, еще покруче будет». И начинают эту фактуру приносить.

Р.: - Просто я хочу как-то вас привести к тому, что нам интересней именно кто приносит эту фактуру, то есть вот то, что она печатает – это «собака лает, караван идет». […]

Далее разговор продолжился о судье ВС, якобы имеющем диагноз шизофрении. Из него следует, что по молодости на действующего верховного судью было заведено уголовное дело. Дело было прекращено, так как у подозреваемого была определена шизофрения невропатологом санчасти МВД Валентиной Приходько. Позже, когда справка всплыла наружу спустя много лет успешной карьеры, выяснилось, что врач не имел права кого-то освидетельствовать. Судья вынужден был пройти комплексную проверку в институте Сербского. Серьезная комиссия из 20 (!) специалистов не обнаружила у судьи ни шизофрении, ни ее «остаточных» признаков. Хотя по слухам, судья регулярно берет отпуск и больничные весной и осенью. Непонятно, чем вызван диагноз – то ли криминальным прошлым, то ли реальной болезнью…
Г.: - Знаете что, я, скорее всего даже верю, что это дело так и было. Потому что он сам выходил через моих знакомых и просил, чтобы этот материал не появлялся.

Р.: - Потому что характер, по сути, совсем другой. Вот Людмила Тимофеевна она – «железная леди». То есть, она как-то крепче, стойче. И, конечно, неприятно, когда пишут, особенно про ее ребенка, но в то же время она более стоически все это выдерживает. А он, несмотря на то, что он мужчина, очень трепетно к этому относится. Он вообще почему-то не хочет, когда я ему говорю: «У нас есть все материалы проверки и т.д. Давайте сделаем опровержение или что-то. Как-то выйдем». Он не хочет. Когда прокуратура подтвердила, что есть факт клеветы в статье, он отказался писать заявление. А Людмила Тимофеевна может спокойно взять и, допустим, дать команду найти, кто там «сливает» или что-то там. Есть у нас другие судьи, которые говорят одно, а делают второе, допустим, у каждого свой характер. Хотелось бы, конечно, нам гарантий с вами.

Г.: - Гарантии, ну, если договор официальный, тогда гарантией этот договор и является. Я говорю, что дорожу своей репутацией, если мы говорим, что речь идет о Верховном Суде. Если у меня будут появляться публикации про судей Арбитражного Суда, вам же дела нет до этого, да? Правильно? Или опять будете говорить, что…

Р.: - У нас объединенная пресс-служба.

Г.: - А-а, вот так даже?

Р.: - Если это у нас официально. Если неофициально – мы говорим про конкретных лиц.

Г.: - Но все судебное сообщество не трогать я просто не могу. Городской суд – скорее всего, публикации какие-то будут, потому что судьи там выносят решения, журналисты недовольны. Осуждение насильнику – срок маленький там. Еремеева осудили на шесть с половиной лет, по сравнению как бы. Народ сейчас возропщет, наверное, пойдут какие-то публикации. Меня устроит такой вариант. Хорошо, пусть эта сумма 240 остается, я тогда обязуюсь с вами согласовывать, если будут, конечно, какие-то сильно критические материалы, посвященные тому или иному судье.

Р.: - Даже не критические, порочащие. Будем работать с бухгалтерией. А я вот с Советом судей.

Г.: - Тогда так, можно договор… А Совет судей – это общественная организация или как?

Р.: - Нет, это орган судейского сообщества, они при Верховном Суде.

Г.: - У них расчетный счет есть, нет?

Р.: - У них нет, но у них есть фонд. Там, допустим, подарки, помощь материальная и т.д., оказывается из средств Совета судей республики. Это, типа профсоюз.

Г.: Понятно, для меня это тоже вариант. Ну, подумайте так вот. Хорошо. Это прайс. Все вроде обговорили.» […]

«Из материалов прослушки следует, - отмечали журналисты, - что Грищенко договорился о заключении договора на информационное обслуживание на сумму 240 тысяч рублей по 20 тысяч одной страницы в месяц. Кстати, как говорят в близком окружении Грищенко, именно такую сумму пытался занять у друзей для оплаты федеральному «МК» «роялти» - право издания на территории республики и использование бренда». - предположили якутские СМИ. Так ли это, теперь будет выяснять суд Якутии. "