Скрытые грани алмазного бизнеса. Штыров

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


" «Недавно первый вице-премьер Сергей Иванов предложил перераспределить поток, идущий по так называемому алмазному трубо¬проводу. Часть российского сырья должна развернуться в сторону отечественных производителей. Это заявление разбередило давнюю болячку нашей «драгоценной» индустрии. Россия – крупнейший в мире производитель алмазов. Но почти все камни уходят за границу необработанными, а собственным огранщикам алмазов не хватает. Почему так получилось и можно ли переломить ситуацию?

РОССИЯ добывает четверть всех алмазов в мире, но зарабатывает на них до смешного мало. Хотя этот бизнес овеян легендами, в масштабах глобальной экономики он почти не заметен. Вся мировая добыча алмазов приносит не более 10 млрд. долл. в год, из них нашей стране достается 3 млрд. долларов.

Другое дело – бриллианты. Шлифовальная машина превращает «сырой» камень в самое дорогое из существующих украшений. Мировой рынок бриллиантов оценивается в 70 млрд. долл. в год. И России есть что предложить. У зарубежных ювелиров в ходу термин «русская огранка». Для знатоков это примерно то же, что «немецкое качество» или «швейцарская точность». Такой камень не перепутаешь ни с одним другим. Благодаря идеальной полировке и симметрии у него появляются уникальный блеск и особое свечение граней.

За крупными камнями «русской огранки» иностранные покупатели выстраиваются в очередь. Однако основной отечест¬венный производитель бриллиантов – смоленский завод «Кристалл» – продает товара всего на 400 млн. долл. в год. Хотя его мощности в несколько раз больше.

Почему же, владея богатейшими месторождениями и передовыми заводами, мы предпочитаем гнать за рубеж не слишком прибыльное сырье?

Под дудку «Де Бирс»

ПРИЧИНА в том, что в «бриллиантовом» бизнесе процветают монополизм и разделение труда. Добывают камни одни компании, гранят их другие, а конечным покупателям продают – третьи. При этом их интересы пересекаются далеко не всегда.

В России добыча алмазов сосредоточена в руках государственной монополии «Алроса» – наследника советского «Якут¬алмаза». С середины 1960-х гг., когда были открыты первые кимберлитовые трубки в Якутии, практически весь наш экспорт алмазов идет через компанию «Де Бирс». Работа с южноафриканцами дает два преимущества. Во-первых, никто, кроме них, не в состоянии регулярно и оптом закупать у России камни самых разнообразных цветов и размеров. Во-вторых, монополия более 100 лет поддерживает стабильные цены на сырье. А Россия, выйдя в самостоятельное плавание, может обрушить рынок. По¬этому, взвесив все «за» и «против», наша алмазодобывающая отрасль предпочла играть по правилам «Де Бирс».

Но у такой «опеки» есть и обратная сторона. Стараясь поддерживать баланс на рынке, монополия расписывает условные «роли» для каждой страны. Например, право осуществлять закупку для последующего гранения имеют всего 90 компаний в мире (из них только одна – российская). Торги идут на двух биржах – в Бельгии и Гонконге. Право гранить крупные камни досталось голландским, бельгийским и израильским мастерам. Алмазы поменьше шлифуют в Индии и Китае. А Ботсване, Анголе и России с их богатейшими месторождениями отведена роль «сырьевой базы».

За 40 лет сотрудничества с «Де Бирс» наша «Алроса» четко усвоила эти правила. И нарушать статус-кво ей явно не с руки. Но сейчас обстоятельства меняются. В России работают три гранильных производства, которых роль «сырьевого придатка» явно не устраивает.

Гранильщики

ГРАГИЛЬНЫЕ заводы – редкий пример «советского наследия», неплохо чувствующего себя в рыночных условиях. Дело в том, что СССР далеко не во всем придерживался «южноафриканских» правил игры. Не желая терять прибыли, в 1960-е гг. в стране с нуля создали гранильное производство, построив семь заводов «Кристалл». Для них разработали жесткие ГОСТы и технические условия на качество бриллиантов – так и родилась «русская огранка». Но на экспорт советские бриллианты почти не шли – «Де Бирс» попросту не пускал их на мировой рынок.

Сейчас времена изменились. Внутри России спрос на качественные бриллианты невелик. По словам экспертов, у потенциальных покупателей еще не сформировалась культура потребления таких камней. Ведь, чтобы не стать жертвой мошенничества, разбираться в них надо так же хорошо, как в тонких винах. Зато окно в США и Европу, где покупатель вполне искушен, распахнулось для наших бриллиантов как никогда широко.

Правда, число изготовителей российских камней заметно поубавилось. В начале 1990-х гг. шесть советских «Кристаллов» обанкротились. Выжил лишь старейший и самый крупный – Смоленский. Патриарх гранильной индустрии сохранил и персонал, и уровень качества изделий. Сейчас завод расширяется и обновляет оборудование.

Почти вся продукция «Кристалла» идет на экспорт, единственная проблема – нехватка сырья. «Мы увеличиваем производство на 8–10% в год, но могли бы расти и на 25%», – утверждает директор «Кристалла» по маркетингу Николай Афанасьев.

Проблема в том, что «Алроса», несмотря на понукания сверху, очень неохотно увеличивает поставки алмазов в Смоленск, а возможности закупать камни за рубежом ограничены. Аукционы контролирует «Де Бирс», которая не даст российскому предприятию развиваться слишком бурными темпами.

Междоусобная война

ПОЧЕМУ российские предприятия, причем принадлежащие государству, не могут договориться между собой? Во-первых, нет «единой головы», которая бы думала об общей выгоде. Во-вторых, в алмазном бизнесе переплетается множество интересов, и разрубить узел способны лишь решительные действия чиновников самого высокого уровня. В-третьих, предприятия алмазной отрасли много лет не могут договориться между собой, ведя междоусобные войны.

Официально конфликта между «Алросой» и российскими огранщиками нет. Но неофициально – еще какой! В разговорах «не для печати» стороны с жаром чехвостят друг друга. «Алроса» считает, что, пользуясь правительственными привилегиями, гранильные заводы скупают у нее камни по ценам ниже мировых. Огранщики же с негодованием утверждают, что платят за камни ровно столько, сколько они стоят в мире.

Как бы то ни было, сейчас противостояние выходит на новый уровень. По иронии, детонатором стал не российский фактор, а наступление Еврокомиссии на «Де Бирс». Она потребовала, чтобы в 2009 г. монополия полностью прекратила закупки алмазов в России. Брюссель рассчитывает разрушить нынешнюю однополярную систему, создав «Де Бирс» мощного конкурента в лице российской компании.

Что интересно – «Алросу» такой поворот вовсе не обрадовал. Цены на алмазы и без того падают третий год подряд, а когда начнется борьба за рынок, они могут резко обрушиться. Поэтому российская госкомпания пошла на беспрецедентный шаг, попытавшись опротестовать резолюцию в Европейском суде.

Но шансов на победу немного. Поэтому «Алроса» решила создать собственное гранильное производство. Бриллианты в отличие от алмазов продолжают дорожать. «Алроса» открыла гранильное подразделение в Ханты-Мансийске. Пытается реанимировать ереванский завод «Кристалл» – соглашение о сотрудничестве подписано с правительством Армении.

По сути, российские гранильщики выглядят, как разрозненная белогвардей¬ская армия, где каждый тянет одеяло на себя. У смоленского завода «Кристалл» есть превосходные технологии и мощности по огранке, но не хватает алмазов. А у «Алросы» огромные запасы сырья, но молодое и пока еще слабое гранильное производство.

Недавно правительство попыталось решить эту проблему. Первый вице-премьер и бывший премьер-министр потребовали увеличить поставки российских алмазов отечественным гранильщикам в два раза. Это позволило бы российским диамантерам значительно повысить свой вес в бриллиантовой индустрии мира. На руку играет и решение ЕС. Но используем ли этот шанс? Не заглохнут ли указания правительства в бюрократических коридорах?»"