Служили два товарища

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Совершенно секретно", апрель 2009

Служили два товарища


Глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов славится своей лоббистской «суперпотенцией». Еще бы: такую богатую корпорацию умудрился возглавить, на первый взгляд, ничего особенного для этого не сделав. Если не считать своевременного знакомства с недавним первым, ныне вторым первым лицом страны

Владимир Воронов

Compromat.Ru

«Найден рецепт преодоления застоя, – считает Сергей Чемезов. – Это создание в наиболее важных секторах экономики государственных корпораций»

Compromat.Ru

2007 год. Слева направо: первый зампредседателя правительства России Сергей Иванов, гендиректор ФГУП «Рособоронэкспорт» Сергей Чемезов и президент России Владимир Путин на открытии Международного авиакосмического салона «МАКС»

В 2008 году «Ростехнологии» получили от государства неслыханно щедрый дар – госпакеты акций 440 предприятий стоимостью не менее 18 миллиардов долларов. Под контролем г-на Чемезова оказалась не только львиная доля экспорта вооружений, как было ранее, но и треть всего ВПК страны. С такой мощью, казалось бы, только творить великие дела, тем более и кризис подоспел, который, как было замечено, «все расставит на свои места». Расставил: «эффективный менеджер» запросил денег у государства. Теперь вдобавок к госпакету ему нужно еще 7,22 миллиарда американской валюты в виде денежных средств и госгарантий.

Человек гибких взглядов

В одном из недавних интервью глава «Ростехнологий» говорил, что хотя положение ВПК и нелегкое, но «мы еще умеем делать эффективную, сложную и конкурентоспособную технику». Помнится, в борьбе за создание корпорации, «под» которую кое-кто хотел положить чуть ли не всю отечественную промышленность, наш герой делал совсем иные заявления, обличая с трибун отсталый военпром. Так, в сентябре 2007 года, выступая в МГТУ им. Баумана, Чемезов во всеуслышание заявлял: «Утверждения некоторых ответственных лиц о высоких темпах роста отечественной экономики вызывают большие сомнения... Мы впереди планеты всей лишь по добыче и продаже наших сырьевых ресурсов».

Там же прозвучал и диагноз: нам позарез нужна военная техника 5-го поколения, а вы даете продукцию лишь

3-го поколения. Оборудование у вас чудовищно устаревшее, доля относительно современных станков не превышает пяти процентов. И с новыми технологиями тоже плохо: «Мы до сих пор используем открытия и научные разработки, сделанные советскими учеными еще в 70-80-е годы прошлого века... Сегодняшнее состояние отечественного машиностроения исчерпало возможность конкурировать на внешнем, да и на внутреннем рынке». Впрочем, Чемезов не только диагноз поставил, но и прописал микстуру: «Уже найден рецепт преодоления застоя... Это создание в наиболее важных секторах экономики государственных корпораций».

Создали. И вот «эффективный менеджер» просит денег, жалуясь, что основные фонды ВПК изношены на 70 процентов и «лишь 15 процентов применяемых ими технологий соответствуют мировому уровню». При этом, по его же словам, вверенная ему отрасль получает деньги от продажи самой высокотехнологичной продукции. Интересно: станки изношены, технологии старые, зарплаты низкие, кадры уходят, и потому ВПК выдает изделия устаревшие, мировому уровню не соответствующие. Но стоит возглавить епархию,0 и за год продукция становится передовой и «самой высокотехнологичной».

Чемезова считают знакомцем Путина со времен их совместной службы в ГДР. И не просто знакомцем: пролистав газеты, можно прочитать, что с 2001-го его прочили то в премьеры, то в директоры ФСБ, а иные поспешили даже обозначить в качестве возможного преемника! В Кремль наш герой не въехал, однако суперкорпорацию с огромными активами получил, так что бурный рост его аппаратного влияния налицо.

Между тем, в официальной биографии сведения о нем, как и прежде, скупы и маловразумительны: из года в год «прирастает» лишь перечень его регалий. А про этапы большого пути, предшествовавшие переломным 1999-2000 годам, лишь штампованные фразы: «Родился… Окончил… Работал...» Хотя Сергей Викторович – генерал, даже генерал-полковник. Только выяснить этот факт почему-то стоило немалых трудов. Обратившись в свое время в «Рособоронэкспорт», который возглавлял Чемезов, автор этих строк с удивлением обнаружил: простейший вопрос – какое воинское звание у их руководителя – привел сотрудницу пресс-службы в состояние повышенной бдительности: «А зачем это вам надо?» Лишь после ряда маневров она таки дала частичные показания. Наотрез, впрочем, отказавшись уточнить, по какому из ведомств проводилось присвоение звания ее шефу. Отослав к официальной справке: там, мол, все есть. Но про генеральские погоны там и по сей день ни слова.

Существенно, что в момент получения первых больших звезд необходимо иметь погоны действующего полковника: генеральские звания в запасе не присваивают. Иначе говоря, за его плечами – большой путь, но если Чемезов и вспоминает иногда о прошлом, то только о личном. Красочно описал он, к примеру, в одном из интервью эпизоды своей юности на окраине Иркутска. Генерал-полковник вспоминал, что отчаянные уличные драки были «чуть ли не единственной формой досуга», альтернативой чему стала секция бокса, «конкурс в которую зашкаливал». Последний выглядел так: «Тренер... ставил новичка против опытного бойца, со знанием дела чистившего сопернику физиономию. Если экзаменуемый выдерживал три раунда и приходил на следующее занятие, его принимали». С удовлетворением генерал заметил: «Я испытание прошел». И добавил, что вскоре стал призером республиканских юношеских первенств. Ничто человеческое генералу не чуждо, невзирая на очевидную сдержанность во всем, что касается профессии и трудовой деятельности.

Цветной металлург

Сколь бы скупа ни была скупа официальная биография нашего персонажа, обойти вопрос о его образовании в ней не удалось. Она начинается с фраз о том, что Чемезов «окончил с отличием Иркутский государственный институт народного хозяйства». Какой факультет, по какой специальности – ни слова. Зато сказано, что «трудовую деятельность начал в Иркутском государственном научно-исследовательском институте редких и цветных металлов» (Иргиредмет). Что до Иркутского госинститута народного хозяйства (ИГИНХ, ныне Байкальский госуниверситет экономики и права), его вряд ли стоит считать обычным институтом народного хозяйства типа института им. Плеханова. По крайней мере один из четырех тогдашних факультетов ИГИНХ готовил специалистов для Министерства цветной металлургии СССР. Иначе выпускник «народнохозяйственного» вуза и не мог попасть в Иргиредмет, он же – бывший военный завод №172, занимавшийся тогда, главным образом, радиоактивными материалами. В столь закрытые и секретные заведения кадры направляли проверенные.

Минцветмет, ведавший тем НИИ, принадлежал к числу наиболее мощных и влиятельных общесоюзных министерств. Занимались там не столько цветными металлами, сколько стратегическим сырьем для еще более могущественного ведомства – Министерства среднего машиностроения, фактически – министерства атомного вооружения. Примечательно, что оба эти неразрывно связанные ведомства бессменно, чуть ли не до конца советской власти возглавляли сталинские наркомы: Минцветмет – еще с 1940-го Петр Фадеевич Ломако, а Минсредмаш – с 1957-го Ефим Павлович Славский. Обоих выдвигал еще Сталин, оба трудились над созданием первых советских атомных и водородных бомб в сверхсекретном Спецкомитете при правительстве СССР под личным руководством Берии. Именно этим ведомствам и, во многом, их руководителям, страна была обязана созданием своей ядерной мощи. Вспомнить о них здесь заставляет одно обстоятельство: закостенев на своих руководящих постах, оба министра оставались ревностными хранителями порядков и духа 1930-х – начала 1950-х годов.

Оба ведомства создавались с использованием кадров НКВД-МГБ и «спецконтингентов» ГУЛАГа, проще говоря, там применяли методы тогдашней госбезопасности и рабский труд зэков. Один из бывших цветметовцев заметил в беседе, что в 1970-х – начале 1980-х годов на собственном опыте убедился: и на местах, и в центральном аппарате министерства порядки были предельно суровы, консервативны и, главное, везде господствовал дух секретности и доносительства. Там особо ценили беспрекословных исполнителей, не имеющих своего мнения, идеология которых выражалась постулатом «как прикажете». Вот с этими-то ведомствами и связал поначалу свою судьбу наш герой, получив там трудовую закалку и билет КПСС.

Согласно той же официальной справке, с 1980 года Чемезов работал в некоем «экспериментально-промышленном объединении «Луч», причем с 1983-го по 1988 год возглавлял представительство «Луча» в ГДР. После чего 8 лет служил «заместителем генерального директора внешнеторгового объединения «Совинтерспорт». Куда занесло «цветного металлурга», может подумать иной читатель. Не будем торопиться с выводами. Прежде всего, разберемся, что это за «Луч»?

«Луч» света

Заглянем в не слишком известный, но авторитетный труд «Ядерная индустрия России». Речь идет о научно-производственном объединение (НПО) «Луч» – одном из важных подразделений атомного ведомства СССР. Это закрытое заведение было напрямую связано со стратегическими разработками в ядерной сфере. Длительное время одно из «открытых» его наименований было предельно скромным: п/я 12. Специалисты «почтового ящика» принимали участие в реализации таких проектов, как разработка ядерных ракетных двигателей (ЯРД) и ядерных энергетических установок (ЯЭУ) космического назначения. Уточнить этот факт, уверяют некоторые, сейчас невозможно, поскольку «Луч» давно погас. Как же, погас! «Луч» значится под №295 в перечне стратегических предприятий и организаций, утвержденном распоряжением правительства РФ №22-р от 9 января 2004 года. Именуется ныне это заведение ФГУП НИИ НПО «Луч» и находится по тому же адресу: Подольск, Железнодорожная, 24. А на его официальной страничке в графе «Вид деятельности» так же значится: «Уран, Плутоний, Радиоактивные материалы».

На первый взгляд, в «Луче» для Сергея Викторовича продолжалась деятельность все в том же цветметовско-средмашевском русле. Иное дело – непостижимый «Совинтерспорт». Очевидно, как раз этот необъяснимый для непосвященных прыжок во «внешнюю торговлю» и побудил коллег из СМИ к поспешной догадке: «Это разведка! Или контрразведка…Нет, даже контрразведка в разведке!» Подкреплялось все единственно ссылкой на то, что в бытность свою в Дрездене Чемезов жил в соседней с Путиным квартире в доме на Радебергер-штрассе.

Попытаемся разобраться. Знакомый экс-сотрудник разведки, к которому я обращался за консультацией, пожал плечами, высказавшись в том смысле, что вообще-то за давностью лет, а еще более из-за перемен в стране никто уже не скрывает своей былой принадлежности к разведке КГБ. Напротив, до последних пор было модно и почетно напомнить о своей службе рядом с нынешним премьером – недавним президентом. Что же до Чемезова, то здесь другой случай. Генерал не отказывается от факта давнего служебного знакомства с Путиным: «Действительно, мы работали в ГДР в одно время... Жили в одном доме, общались и по службе, и по-соседски». Но при этом дает понять, что служили по разным линиям.

Так, может быть, он из «соседей», как традиционно именуют в ГБ военных разведчиков? Косвенным намеком на это служит рассказ супруги президента в известной книге «От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным». Где, в частности, она упоминает, что в Дрездене их чета соседствовала с семьями не только чекистов, но и военных разведчиков.

Но крайне маловероятно, чтобы сегодняшний высокопоставленный государственный служащий, начальник известной государственной корпорации (т.е. человек публичный) упорно воздерживался от упоминаний о своей принадлежности к военной разведке. Ничего секретного сам по себе этот факт не представляет. Наши консультанты из военного ведомства заметили: когда на плечах погоны с такими звездами, «у нас эти вещи уже не скрывают».

Более логичен иной вариант. Напомним, что в ГДР Чемезов пребывал в качестве главы представительства того же самого «Луча». В Дрездене «лучевое» поле деятельности было достаточно обширным: и урановые рудники компании Wismut AG, и Центральный институт ядерных исследований АН ГДР. Обычная инженерно-руководящая работа? Да, кабы не генеральские погоны нашего героя: экстерном генералами не становятся. Это обстоятельство заставляет вспомнить о специальной линии в деятельности органов: обеспечение государственной безопасности в экономике. Точнее, как это именовалось в 1980-е годы, «защита интересов обороноспособности и экономического развития СССР». В 1970-

80-х годах эту работу по линии атомной отрасли обеспечивали подразделения ряда отделов Второго главного управления КГБ, с сентября 1980 года – специальное управление «П» Второго главка КГБ, затем – Шестое управление КГБ СССР в лице его 2-го отдела. Если предположить, что молодой специалист Чемезов, отличник, спортсмен и, разумеется, член КПСС, в связях, порочащих его не замеченный, получил приглашение послужить делу защиты атомных секретов Родины в ведомстве Юрия Андропова и счел за честь принять это предложение, все становится на свои места. И секретные до поры погоны, и доверительные отношения с коллегой-соседом по Дрездену и, главное, выразительное молчание относительно служебного прошлого. Последнее, поясняют наши консультанты, характерно для тех, кто занимался «контрразведкой на объектах атомной промышленности»: упоминание конкретного места выполнения служебных обязанностей само по себе может вести к расшифровке важных секретов.

О причинах перевода нашего героя в «Совинтерспорт» гадать не беремся. Эта контора, как выясняется, если и торговала, то лишь контрактами спортсменов. Несомненно одно: все дружеские связи Чемезов тогда сохранил.

Здравствуй, оружие!

На Руси говаривали: «Попал в случай», имея в виду счастливцев – приближенных царя. В конце 1999 года «в случае» оказался и наш герой, служивший уже на посту начальника Управления внешнеэкономических связей управделами президента РФ (Сергей Викторович однажды обронил, что был рекомендован туда лично Путиным, который тоже послужил в этом Управлении). Вскоре Чемезов был назначен гендиректором федерального государственного унитарного предприятия «Промэкспорт». Об этом ФГУП мало кто помнит: формально занимаясь сбытом за рубеж «излишков» военного имущества Минобороны, оно в действительности выступало опасным конкурентом приснопамятной компании «Росвооружение», которую лапидарно прозвали «Росвор».

По странной случайности именно с приходом Чемезова в «Промэкспорт» оказался связан ряд событий, поразивших международное сообщество торговцев оружием. Сначала засбоил сам «Промэкспорт», доходы которого резко упали, и он скатился со второго места среди отечественных экспортеров вооружения на четвертое. Но самое пикантное, какие-то проблемы неожиданно образовались у главного конкурента – «Росвооружения»: ряд перспективных контрактов оказался сорван из-за демпинговых предложений, поступивших к потенциальным покупателям со стороны... «Промэкспорта». По заслуживающим доверия оценкам, убытки «Росвооружения» (т.е. российской казны) исчислялись не менее чем в 1 миллиард долларов. Кстати, недавно в качестве аргумента в пользу монополии на экспорт вооружений Чемезов выдал едва ли не чистосердечное признание: «Дело доходило до того, что в погоне за инозаказом наши предприятия конкурировали не с зарубежными производителями, а между собой, снижая цены до демпинговой отметки. В результате полученных средств не хватало даже для выполнения заказа, не говоря уже о получении хотя бы минимальной прибыли».

Уверяют, что интрига заключалась в торпедировании тогдашнего руководителя «Росвооружения» г-на Огарева – ставленника «семьи» Ельцина. Огарев вскоре действительно вынужденно освободил кресло, одновременно были упразднены (слиты) «Росвооружение» и «Промэкспорт», а должность первого замглавы новосозданной компании-монополиста «Рособоронэкспорт» досталась Чемезову. Конечно, суть заключалась не в карьерных амбициях нашего героя. Он, как можно догадываться, выполнял важную миссию по отсечению уходящей в политическое небытие «семьи» от одного из важнейших рычагов властного и финансового влияния, каковым является госторговля оружием. С этой точки зрения спецоперацию Чемезов провел успешно. Хотя, понятно, рисковал.

После такой увертюры карьера Сергея Викторовича обрела устойчиво восходящую направленность. Правда, поначалу начальником Чемезова стал его недавний заместитель – Андрей Бельянинов. Но в лучших аппаратных традициях наш герой сразу показал, кто в доме хозяин: «друг царя» наотрез отказался переезжать в головной офис «Рособоронэкспорта» на Гоголевском бульваре, оставшись в помещении бывшего «Промэкспорта» на Стромынке. Куда и вынужден был ездить на совещания к своему заму глава компании. Как ехидно заметил в разговоре один из чиновников «Рособоронэкспорта», «дома не только стены родные, но и прослушка».

В апреле 2004 года, незадолго до очередной инаугурации Путина, состоялась инаугурация Чемезова в качестве полноправного главы «Рособоронэкспорта». За три года и без того влиятельная компания выросла в супервлиятельную, а в январе 2007-го и вовсе получила от президента права монопольного экспортера вооружений. Но куда существеннее иное: за эти годы «Рособоронэкспорт» из торгово-посреднической конторы превратился в крупнейшую корпорацию, подмявшую под себя целые отрасли военной промышленности. Причем речь шла о поглощении уже существующих производств, а не о создании новых.

А потом был новый скачок, и свету явили сверхмощную «Государственную корпорацию по содействию разработкам, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции» (»Ростехнологии»). Ничего не производящую, зато контролирующую совершенно фантастические финансовые потоки.

Почин наверняка принесет богатые плоды, ибо Чемезов сейчас на взлете. Свидетельство тому – факты новейшего периода жизни нашего героя и умопомрачительный список его текущих должностей: он входит в состав Комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами, является руководителем бюро некоммерческого партнерства «Российский союз машиностроителей», президентом Союза работодателей машиностроения России, председателем общественной организации Общероссийское отраслевое объединение «Союз машиностроителей России», председателем советов директоров ОАО «Объединенная промышленная корпорация» «Оборонпром», ОАО «Корпорация ВСМПО-Ависма», ОАО «АвтоВАЗ», членом советов директоров ОАО «КамАЗ», ОАО «Научно-производственная корпорация «Иркут»,

ОАО «Концерн ПВО «Алмаз-Антей», ОАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой», ОАО «Казанский оптико-механический завод». Мало того, вся эта чудовищная нагрузка не воспрепятствовала его согласию на избрание 2 декабря 2006 года на VII съезде Всероссийской политической партии «Единая Россия» в состав бюро Высшего совета этой партии.

За этот же период Чемезов опубликовал шесть книг по различным аспектам деятельности российского военно-промышленного комплекса и подготовил две диссертации по той же проблематике. Автореферата кандидатской в открытом доступе нет, равно как в бюллетенях ВАК отсутствуют данные о докторской: значит, обе защищались в закрытом режиме. Сам факт закрытой защиты и недоступности работ для чтения дает основания научному сообществу отнестись к трудам скептически: результаты такого исследования невозможно проверить, установить степень их достоверности. Между кандидатской и докторской разрыв всего три года: столь беспредельно занятый человек оказался в состоянии самостоятельно их написать и подготовить к защите? А ведь до своего высокого назначения наш герой в творчестве и научной деятельности замечен не был.

Столь неординарная научная плодовитость, а также бурная руководящая и общественная деятельность не могли не получить самого высокого признания. Чемезов, ко всему прочему, становится действительным членом Академии военных наук (эта «академия» – не реально действующее научное или учебное заведение, а «творческое» объединение), заведующим не менее чем двумя кафедрами – военно-технического сотрудничества Академии военных наук и, вероятно, планируемой кафедры – менеджмент в области военно-технического сотрудничества и высоких технологий МГИМО, лауреатом различных премий, кавалером различных орденов и медалей, и прочая, и прочая... Редкое ФГУП, и даже не каждый федеральный орган может похвастать таким руководителем. К слову, у Чемезова есть еще и медаль премии им. Ю.В. Андропова, вручаемая скандальной Академией проблем безопасности, обороны и правопорядка (АБОП), которую недавно по представлению Генпрокуратуры ликвидировал Верховный суд.

А вот политические амбиции у Сергея Викторовича отсутствуют. По крайней мере, он это демонстрирует: «товарищу царя» иметь их не положено, достаточно лишь регулярно заявлять о себе как о твердом государственнике, говоря о необходимости исправить «результаты сомнительной приватизации» и восстановить госконтроль над стратегическими отраслями, дабы «уберечь их от поглощений иностранными монополиями». Потом можно заявить, что «в наш адрес поступили уже сотни писем от руководителей предприятий с просьбой принять их в госкорпорацию «Ростехнологии» и под этот соус снова попросить денег на ремонт и реструктуризацию ВПК. Вот такие руководители нового типа – разносторонние и динамичные – востребованы и, видимо, перспективны в сегодняшней России.