Советские тени, украинские призраки. Кучма

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Карапчив, Украина. Моя машина застряла в грязи на так называемой дороге. В 1920-е годы здесь было шоссе, но теперь оно превратилось в проселок, а недавно рухнул мост, и с тех пор водителям приходится форсировать болото, напоминающее зыбучие пески.

Таково особое достижение Советского Союза: он 70 лет подавлял и доводил до нищеты собственных граждан и продолжает делать это сегодня, уже после своей смерти.

Беды деревеньки Карапчив для меня особенно болезненное свидетельство всего, что шло и до сих пор идет не так в усопшем СССР - в иной вселенной она была бы моим домом. Семья моего отца (армяне-эмигранты) жила здесь, когда это была Румыния. В 1944 году советские войска оккупировали эту территорию, а мой отец начал долгое и непростое путешествие в Орегон.

Противоречивые чувства переполняют мое сердце, когда я стою здесь перед домом Кристофов (на самом деле это был дом Кшиштофовичей: приехав в США, отец сократил фамилию). Я не могу не восхищаться его былым великолепием, но сейчас он стал ветхим и обезображен коммунистическим сочетанием шелушащейся краски, осевших крыш и одичавших садов.

В 1908 году, когда дом построили, в нем был водопровод, но трубы убрали. Теперь здесь находится сельское правление, в доме живут несколько семей, но туалета нет ни в здании, ни во дворе, люди просто ходят в ближайший лес.

В другом семейном доме теперь сельская школа, и использовать его таким образом намного лучше, чем держать там меня. Я уверен, что коммунисты оказали нам услугу, выселив отсюда и заставив добраться до Америки. Старый режим, при котором несколько богатых семей, вроде моей, эксплуатировали огромное количество крестьян, не имел поддержки и, честно говоря, являлся сильным аргументом в пользу коммунизма.

Но советские коммунисты уничтожили инициативу и плюрализм и отравили почву для будущего. На Украине депрессия после распада СССР длилась 10 лет, в течение которых ВВП неуклонно сокращался, что привело к общему экономическому спаду на 59%.

Грузия пережила еще больший спад - на 78%. Для сравнения: Великая депрессия в США привела к падению объема производства на 27%. Мы на Западе радовались, когда Советский Союз зашатался и рухнул. Но мы пошли вперед, а территория бывшего СССР осталась в запустении, и обычные люди помнят не о свободе, а о смертях от СПИДа, туберкулеза и пьянства. После революции, которой мы аплодировали, продолжительность жизни на Украине уменьшилась.

Сейчас Украиной правит бандит Леонид Кучма, чьи противники то и дело становятся жертвами загадочных автокатастроф. Четыре известных журналиста погибли при таинственных обстоятельствах, среди них Георгий Гонгадзе, чье обезглавленное тело было найдено после того, как президент Кучма сказал: "Выкиньте его. Отдайте его чеченцам". Эти слова оказались на тайно записанной кассете.

(Кучма утверждает, что записи подделаны. Вашингтон, разгневанный продажей Ираку радиолокационной системы стоимостью 100 млн долларов, оправданно суров с ним, так как Украина нуждается в лучшем лидере.)

Здесь, в Карапчиве, работа настолько призрачна, что нанять человека можно за доллар в день. Главный деревенский предприниматель Анатолий Марьянчук, на лесопильном предприятии которого работает 12 человек, жалуется, что правительство душит бизнес налогами и законами, больше напоминающими произвол.

Депрессия, последовавшая за распадом СССР, закончилась повсюду, и Россия переживает бум, добившись в этом году роста, превышающего 6%. Рост на Украине составляет почти 5%, и в обеих странах он больше, чем в США и Западной Европе.

В Карапчиве строительный бум выразился в появлении небольших молелен - дань религиозным свободам. Я снял койку у крестьянина, который, как и многие другие, работал на стройке за границей, и это дало ему возможность жить в крепком доме, где в уличном туалете есть свет и туалетная бумага.

Внимание привлекает даже дорога, на которой я застрял. Над болотом строят новый мост, и в один прекрасный день Карапчив, возможно, достигнет уровня 1930-х годов и двинется дальше.

Автор – колумнист раздела "Мнения/Редакционные комментарии" газеты The New York Times

Перевод Inopressa.Ru

"