Согласование "по мылу"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Согласование "по мылу"

"В начале июля Путин написал Дерипаске по Сети , что, мол, он не против покупки Базэлом бизнеса Русснефти"

© The New Times, origindate::03.09.2007

Владимир Ухов

Converted 24950.jpg

Гуцериев увез в Лондон «золотой ключик» от российских активов Glencore

Год назад пребывавший в зените влияния и славы Михаил Гуцериев, отвечая на вопрос, что будет, если «Русснефть» сама станет мишенью для более крупного агрессора, сказал: «Пусть попробуют. Будет медвежья сцепка». Попробовали. Сегодня акции компании арестованы. Гуцериев бежал в Лондон. Его сын Чингис погиб в загадочном ДТП. Спустя несколько дней после гибели сына было объявлено о заочном аресте отца, хотя простое человеческое сострадание должно было потребовать подождать, дать оправиться от горя. Добивают. Почему? Зачем? А бизнес-комьюнити безмолвствует, будто нефти в рот набрав.

Аналитики отрасли напоминают, как в 2005 году «Русснефть» незадолго до банкротства «ЮКОСа» приобрела целый ряд его лакомых активов. Много шума, в частности, вызвала покупка компанией шести добывающих «дочек» «Томскнефтегазгеологии-ВНК». Уже здесь Гуцериев, по-видимому, задел детонатор: прокуратура Томской области возбудила уголовное дело по факту сокрытия имущества.

«Роснефть»: «Месть — это блюдо, которое подают холодным»

Однако «точку невозврата» в отношениях с Кремлем глава «Русснефти», вероятно, прошел в феврале 2006 года, договорившись о покупке 49% словацкой Transpetrol (Национальный оператор сети магистральных нефтепроводов, который ежегодно транспортирует 9,9 млн тонн российской нефти по словацкому отрезку нефтепровода «Дружба».). Параллельно Гуцериев присматривался к компании Mazeikiu Nafta. Если бы менеджерам «ЮКОСа» удалось быстро сбросить оба эти ценнейших актива по рыночной цене, быть может, у компании и хватило бы средств для расчета с кредиторами. А банкротства «ЮКОСа», превратившего НГК «Роснефть» в главную нефтяную компанию страны, страшно вымолвить, могло и не случиться.

Полтора года отделяют этот весьма неприятный для Кремля момент от 28 августа 2007 года, когда Тверской суд Москвы выдал санкцию на арест Михаила Гуцериева. Как говорил герой Марио Пьюзо, «месть—это блюдо, которое подают холодным».

Glencore: добрый гном

Правительство России уже было одобрило покупку Гуцериевым доли в Transpetrol. Дезавуировать решение Белого дома было крайне неудобно. Проще оказалось сломать сделку руками братиславских бенефициаров. На ковер в Кремль был вызван посол Словакии Аугустин Чисар: во имя укрепления торгово-экономического сотрудничества двух стран его убедительно попросили повлиять на свое правительство, владеющее 51% акций Transpetrol. Придирки словаков вскоре вынудили главу «Русснефти» отказаться от сделки по собственной инициативе.

Вероятно, именно в те дни предпринимателю разъяснили новый сложившийся вокруг компании дискурс. Заплатить государству Михаил Сафарбекович мог бы, например, двумя ведущими добывающими «дочками» своей компании, сохранив для себя дистрибуцию ГСМ. Мог бы и уступить «Русснефть» целиком—например, за $1 млрд.

Почему же Гуцериев на все такого рода предложения отвечал жестким отказом?

Дело в том, что «Русснефть» хоть и принадлежит Гуцериеву и его семье, но не совсем. Гуцериев создал компанию на средства, одалживаемые швейцарским Glencore. В результате, по разным оценкам, мировому нефтетрейдеру сегодня только официально принадлежат от 35 до 40% акций основных добывающих «дочек» «Русснефти». При этом «Русснефть» на второй квартал этого года была должна Glencore примерно 47 млрд рублей.

Наличие такого партнера—резидента Швейцарии, где хранят свои авуары высшие чиновники страны, должно было спасти «Русснефть» от судьбы «ЮКОСа», а самого Гуцериева—от карцера. Но это только казалось.

«Базэл»: согласование «по мылу»

Осенью 2006 года Генпрокуратура возбудила и передала в Следственный комитет МВД уголовные дела по факту незаконного предпринимательства в отношении «дочек» компании. В январе этого года Следственный комитет МВД завел уголовное дело по факту неуплаты «Русснефтью» налогов. Самому Гуцериеву предъявили обвинения в неуплате налогов и незаконном предпринимательстве и взяли подписку о невыезде. Параллельно ФНС подала в арбитражный суд Москвы восемь исков к 11 фирмам, бывшим и нынешним акционерам «Русснефти», требуя признать недействительными сделки между ними по купле-продаже акций, а акции самой компании взыскать в доход государства. Это апробированная технология: именно так «Газпром» в свое время восстановил контроль над АХК «Азот».

Не сразу, лишь к середине лета этого года рулевые судебно-следственной машины, взявшей «Русснефть» в оборот, осознали, что, ударив по Гуцериеву, они ударили и по влиятельной компании-нерезиденту. И что так же просто отобрать «в пользу государства» акции «дочек», как это было проделано с АХК «Азот», скорее всего, не получится. Вероятно, именно в этот момент давление на Гуцериева достигло пика. От него, по-видимому, требовали «по-хорошему» отдать «золотой ключик» от той части активов «Русснефти», что принадлежали Glencore, но контролировались лично главой компании. То есть сообщить номера депозитарных счетов, где хранятся соответствующие акции, оформленные на предъявителя. И выдать доверенность на управление ими.

Гуцериев и к такому развитию событий подготовился заранее. Он нашел человека, который в принципе смог бы вытащить его из «медвежьей сцепки», купив «Русснефть». Это Олег Дерипаска, владелец холдинга «Базовый элемент» и также важнейший российский партнер Glencore. Швейцарский концерн в этом году стал совладельцем 12% акций UC Rusal, где у Дерипаски 66%. Дерипаска взялся согласовать сделку с президентом Владимиром Путиным и главой кремлевской администрации Сергеем Собяниным. Утверждают, что ему это удалось. Но несколько экзотическим для бизнеса образом: не лично, а виртуально. Слух-мейкеры говорят, что олигарх довольно часто переписывается с главой государства по Сети, обсуждая серьезные государственные вопросы. По слухам, в начале июля президент написал своему паладину, что, мол, он не против покупки Дерипаской бизнеса «Русснефти»; подразумевалось, что в целях дальнейшей перепродажи «кому надо». И только.

Сделка была совершена в конце июля. Тогда под арестом находились лишь 30% акций «Русснефти». По мнению аналитиков рынка, сумма сделки не превышала $7 млрд. Гуцериев получил около $3 млрд. Параллельно Дерипаска погасил долги «Русснефти» перед Glencore и Сбербанком. При этом Glencore получил в результате сделки блокирующий пакет акций «Русснефти», а структуры «Базэла», если верить рыночным слухам, — контрольный пакет. Немедленно после этого Гуцериев покинул Россию.

Теперь Дерипаске, чтобы сохранить лицо, следует либо попросить ФАС официально заблокировать сделку с акциями «Русснефти», либо лично убедить Генпрокуратуру, Следственный комитет МВД и ФНС России в том, что президент Путин не пошутил.