Солдат Швейк в Сибири

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Солдат Швейк в Сибири Как небольшой народ влип в большую историю. Исполнилось 90 лет восстанию Чехословацкого корпуса

"Бывают исторические события и ситуации, особенно лихо закрученные с точки зрения географии. Скажем, в 1864 году австрийский эрцгерцог Максимилиан попадает в Мексику (!), где немногочисленные местные монархисты объявляют его императором. Разворачивается гражданская война, в результате которой республиканцы берут несчастного Максимилиана в плен и расстреливают вместе с двумя его генералами... К тому же разряду относится и история Чехословацкого корпуса, который ровно 90 лет назад неожиданно для самого себя вступил в Гражданскую войну в России. В отличие от Максимилиана мотивы действий чехов ясны, но вот в оборот их история взяла не менее круто, чем незадачливого мексиканского монарха. Два двуглавых орла История чешских воинских формирований в России началась в 1914 году, во время Первой мировой. Через пару недель, после того как Россия и Австро-Венгрия, союзница Германии, объявили друг другу войну, была сформирована Чешская дружина из чехов — подданных Российской империи1. В ходе войны выяснилось, что некоторые славяне, служившие под австро-венгерскими знаменами, не жаждут воевать с русскими, и двуглавый орел Романовых им милее такой же геральдической птицы Габсбургов. Многие пленные чехи и словаки были не прочь пополнить ряды Чешской дружины и сражаться за независимость своей родины. Но царское правительство не хотело играть на национальных чувствах народов Австро-Венгрии, памятуя, что правит точно такой же многонациональной страной, против которой может быть использован аналогичный прием... В результате толчок формированию крупных чехословацких соединений (легионов) в составе русской армии был дан уже после Февральской революции. В начале июля 1917 года, во время в целом неудачного русского наступления, чехословацкая бригада хорошо показала себя в боях под Зборовом на Украине. Осенью того же года бригада была расширена и преобразована в корпус. К нему прикомандировывались и русские офицеры. Поскольку в русской армии под влиянием революционных событий к тому времени начался откровенный развал, многие даже предпочитали службу у чехов, сохранявших воинскую дисциплину. «Здесь еще армия, а у нас — одна митинговщина», — с горечью писал один из таких офицеров. После того как в марте 1918 года большевистское правительство заключило Брестский мир с Германией, Австро-Венгрией и их союзниками по блоку центральных держав, Чехословацкий корпус попал в сложное положение. Будучи союзником Антанты, продолжавшей борьбу с центральными державами, он согласно договоренности с большевиками должен был покинуть Россию и отправиться на Западный фронт — воевать с немцами. Однако большевики не спешили выполнять обещание: чешские эшелоны двигались по русским просторам, как черепахи. Навстречу им ехали другие бывшие пленные — немцы и венгры, кто-то возвращался на родину, а кто-то спешил присоединиться к красным, делать мировую революцию. Отношения между ними и чешскими легионерами были враждебные. Крупная драка на вокзале в Челябинске, где стоял один из чешских эшелонов, привела к тому, что местные большевики решили разоружить чехов. Те в ответ взялись за оружие и... как-то так получилось, что свергли не крепкую еще советскую власть в этом уральском городе. От Волги до Байкала Так началось то, что в советской историографии называлось «белочешским мятежом». Это неточно по двум причинам. Во-первых, «белыми» чехи были весьма условно и стали ими поневоле, после того как большевики сами выступили против них. С русским Белым движением, как мы увидим, отношения у Чехословацкого корпуса были непростые и не выходили за рамки тактического союза. Во-вторых, сложно говорить о «мятеже», коль скоро легионеры не имели обязательств перед советской властью: напротив, это она обязалась предоставить им свободный выезд из России, но обещания своего не выполнила. Как бы то ни было, телеграф разнес весть о событиях в Челябинске по всей магистрали, вдоль которой растянулись чешские эшелоны. Глава Реввоенсовета Троцкий издал кровожадный приказ: «Каждый чехословак, замеченный на железнодорожной линии с оружием, должен быть расстрелян на месте. Каждый эшелон, в котором окажется хотя бы один вооруженный солдат, должен быть высажен из вагонов и отправлен в лагерь для военнопленных». В ответ чехи выступили против большевиков, наладив контакты с местными антикоммунистическими силами. Хотя части Чехословацкого корпуса, насчитывавшие к тому времени 40 тысяч военнослужащих, были разбросаны от Поволжья до Сибири, эффект неожиданности сыграл свою роль: пали Пенза, Сызрань, Самара, к середине июня белые повстанцы совместно с чехами захватили Омск и Томск, в июле пала Уфа, затем Екатеринбург, где большевики, однако, успели расстрелять царскую семью. Совместными усилиями Чехословацкого корпуса и различных белогвардейских сил (тогда чуть не в каждой губернии возникло самостоятельное правительство, в основном из эсеров, меньшевиков и кадетов) к концу лета 1918 года советская власть была свергнута на огромном пространстве от Волги до Байкала. Чехословацкий национальный комитет, возглавлявший борьбу чехов и словаков против Австро-Венгрии, мог быть доволен: о солдатах небольшого народа, воюющих на просторах огромной чужой страны, теперь говорил весь мир. Антанта рассматривала вопрос о создании объединенного фронта чехословацких легионеров и белогвардейцев против большевиков как фактических союзников Германии. Ненадежные партнеры 1920 год. Ярослав Гашек — третий слева (в первом ряду) среди работников политотдела 5-й армии Но осенью все изменилось. Немцы потерпели поражение на Западном фронте, АвстроВенгрия рухнула. 28 октября 1918 года в Праге была провозглашена Чехословацкая Республика. После этого у затерянных в России легионеров осталась одна задача: побыстрее добраться домой. Однако чехи уже так глубоко втянулись в русскую смуту, что покинуть Россию им оказалось не так-то просто. Многие чешские командиры сделали за несколько месяцев 1918 года феерическую карьеру, некоторые на время даже перешли на русскую службу.2 Есть и обратные примеры: к Чехословацкому корпусу были прикомандированы полковник (позднее генерал) Войцеховский, будущий преемник легендарного Каппеля,3 и генерал Дитерихс, впоследствии начальник Генштаба верховного правителя России адмирала Колчака. Отношения с Колчаком, пришедшим к власти в занятых белыми восточных регионах России в ноябре 1918 года, у Чехословацкого корпуса складывались непросто. Колчак рассматривал чехов как союзников в битве с большевизмом. Но у них была другая цель: уехать на родину, так как первоначальная задача — борьба с Германией и Австро-Венгрией — к тому времени стала неактуальной. «Мы не видим иного выхода, как лишь в немедленном возвращении домой», — говорилось в меморандуме, направленном командованием корпуса представителям западных союзников в России. В результате чехи были сняты с фронта и направлены на охрану Транссибирской магистрали. Дисциплина в их рядах к тому времени изрядно пошатнулась, многие легионеры мародерствовали. С одной стороны, слишком много было соблазнов в России (под контроль легионеров на пару месяцев попала даже часть русского золотого запаса), с другой — разлагающе действовала большевистская пропаганда, в результате чего многие чехи и словаки оказались настроены революционно и совсем не хотели защищать Колчака, который казался им реакционером. Кое-кто и вовсе перебежал к красным. Подробности пребывания чехов в охваченной гражданской войной России запечатлел в своих рассказах Ярослав Гашек. В результате, когда в 1919 году колчаковское наступление захлебнулось и разбитые белые армии покатились в Сибирь, Чехословацкий корпус фактически занял нейтральную позицию. Чехи ориентировались на генерала Жанена, главу англо-французской военной миссии на востоке России, у которого, в свою очередь, были напряженные отношения с Колчаком. Когда в Иркутске в первые дни 1920 года поднял восстание связанный с большевиками политцентр, легионеры, в эшелоне которых следовал вагон разгромленного адмирала, с молчаливого согласия союзников передали повстанцам Колчака и его ближайшее окружение. В обмен они получили возможность беспрепятственно двигаться к Владивостоку. Адмирал Колчак был расстрелян в ночь на 7 февраля 1920 года. Последние чехословацкие солдаты покинули российскую территорию летом того же года. Навсегда в России остались 4112 легионеров — именно столько их погибло в боях с большевиками. Домой История с Колчаком бросает тень на эпопею Чехословацкого корпуса, этого, как иногда шутят, «самого знаменитого дембельского поезда в истории». Но созданию в тогдашней Чехословакии героического мифа о легионерах она не помешала. Хотя роль бывших бойцов Чехословацкого корпуса в дальнейшей истории их страны оказалась неоднозначной. Те легионеры, которые успели изрядно «покраснеть» за время пребывания в России, участвовали в подготовке неудавшегося коммунистического переворота в конце 1920 года. Другие, в частности генерал Гайда, стали ярыми националистами и пришли к фашизму (в чешских условиях он, правда, отличался главным образом антинемецкой направленностью). Третьи, как Ян Сыровы, командовавший легионерами в России на последнем этапе их эпопеи, продолжили военную карьеру, причем успешно отодвигали на задний план тех офицеров и генералов, кто в годы Первой мировой остался верен присяге и до конца служил в императорской армии. Интересно, что два русских генерала, Владимир Шокоров и Сергей Войцеховский, чья судьба оказалась связана с чехами, после поражения белых эмигрировали в Чехосло вакию и были приняты на службу в армию этой страны (Войцеховский дослужился до командующего Пражским военным округом). В 1938 году, однако, чехословацкое командование, почти сплошь состоявшее из бывших легионеров, не стало противодействовать решению президента Бенеша подчиниться условиям Мюнхенского соглашения великих держав, отдавших Чехословакию на растерзание Гитлеру. Но это уже совсем другая история. Чешский писатель Ярослав Гашек в 1915 году был призван в австро-венгерскую армию, вскоре сдался в русский плен. В 1916-м вступил в созданную в России чехословацкую воинскую часть, сотрудничал в газете «Чехослован» (Киев). После Октябрьской революции перешел на сторону Советской власти, вступил в партию большевиков и в Красную Армию. В самые напряженные моменты Гражданской войны работал в Сибири, в политотделе 5-й армии Восточного фронта. Сотрудничал во фронтовых газетах, писал фельетоны на русском языке против интервентов, Колчака, буржуазии. В 1920 году вернулся на родину, опубликовал свой знаменитый роман о бравом солдате Швейке. Умер 3 января 1923 года. 1 Небольшая чешская диаспора проживала главным образом на Волыни. 2 Один из самых известных, Радола Гайда — так он «славянизировал» свое имя Рудольф Гайдл — из капитанов стал генералом, командиром белогвардейского корпуса. 3 Каппель Владимир Оскарович (1883–1920), генерал-лейтенант (1919). В 1918-м командовал группой белогвардейских войск Комуча, в 1919-м — корпусом, армией, с декабря — колчаковским Восточным фронтом. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации