Сорос и Нобель не поделили дом

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Коммерсант", origindate::24.07.2002

Сорос и Нобель не поделили дом

Институт "Открытое общество" судится с хозяином своей жилплощади

Андрей Гришковец

Converted 13277.jpg

Фонду Джорджа Сороса российские арендодатели указали на дверь

В ночь с понедельника на вторник в Москве представители компании-арендодателя (фирмы Nobel Technologies) заперли в здании, арендуемом благотворительным Фондом Сороса (Институт "Открытое общество" (ИОО)), около десятка сотрудников фонда, предварительно отключив им воду. Тогда благотворители вызвали прессу, и под объективами телекамер арендодатели калитку открыли. Имущественный спор, возникший между Фондом Сороса и фирмой, владеющей зданием, стал возможен из-за некорректного оформления документов купли-продажи. Президент ИОО Екатерина Гениева утверждает, что Nobel Technologies "ненавидит Джорджа Сороса". Генеральный директор этой компании признался корреспонденту Ъ, что опасается за свою жизнь.

Суть спора между ИОО и Nobel Technologies, по версии госпожи Гениевой, изложенной "Интерфаксу" ночью с понедельника на вторник, такова. Конфликт с арендодателем возник вокруг договора об аренде помещения (особняк по адресу Озерковская набережная, дом 8), заключенного ИОО в 1999 году. Согласно этому документу, ИОО получал право на аренду сроком на десять лет, а стоимость аренды и ремонтных работ составила приблизительно $3,5 млн. Однако в декабре 2001 года юристами ИОО было замечено, что в договоре (зарегистрированном Московской регистрационной палатой) появилась статья, согласно которой, в случае если до 1 августа 2002 года здание не будет приобретено ИОО в собственность, договор утрачивает силу, "что означает и утрату всех вложенных средств", подчеркнула президент. Она сказала: "Это история о подделке и замене документа, и мы можем утверждать, что договор поддельный, поскольку у наших нью-йоркских юристов находится подписанный нами английский оригинал".

Во вторник днем руководство Фонда Сороса собрало пресс-конференцию, на которую пригласили представителя юридического консультанта ИОО – фирмы Baker&McKenzie – Владимира Хвалея. Сделка по аренде помещения на этой пресс-конференции выглядела несколько иначе, чем рассказала ранее госпожа Гениева. В 1999 году созданная институтом "Открытое общество" (Нью-Йорк) компания Open Society Institut Management Service (кипрский офшор.– Ъ) заключила трехсторонний договор купли-продажи офисного здания с ЗАО "Сектор-1" (собственник здания) и ЗАО "Специфик" (владелец земельного участка). Договор со стороны обоих ЗАО был подписан одним и тем же лицом – подданным Великобритании и гражданином Канады Марком Ричардсом (Marc Richards). Стоимость здания была зафиксирована в сумме $1,4 млн. Однако, по версии руководства Фонда Сороса, ни "Сектор-1", ни "Специфик" не имели полного комплекта документов, позволяющих зарегистрировать сделку в Москомрегистрации. Поэтому руководство Фонда Сороса заключило договор об аренде этого помещения (с выплатой арендной платы $144 тыс. в год) сроком на десять лет, на основании которого фонд и занял здание. Причем договор аренды был зарегистрирован в Москомрегистрации на русском языке, а английский вариант отправился в Фонд Сороса в Нью-Йорк.

Представитель Baker&McKenzie Владимир Хвалей пояснил корреспонденту Ъ, каких именно документов не хватало продавцу. У него не было прав на коммуникации и не была оформлена проведенная ранее реконструкция здания. Ни то, ни другое не является препятствием для регистрации сделки, но создает определенный риск, о чем Baker&McKenzie и предупредила своих клиентов. Здесь стоит отметить, что в Москве едва ли можно найти хоть одно здание, юридическая история которого была бы безупречна. Руководство ИОО предпочло не ждать, когда собственник решит свои проблемы, и потом приобрести здание, а въехало в особняк по договору аренды, оставив правильное оформление сделки на потом. Екатерина Гениева сказала корреспонденту Ъ, что у нее не было оснований не доверять Марку Ричардсу, потому что "раньше это здание арендовало у него IBM и у них не было претензий".

Как бы то ни было, оформление сделки купли-продажи затянулось. В начале 2002 года ИОО получил информацию, что ЗАО "Сектор-1" и ЗАО "Специфик" продали здание и земельный участок компании Nobel Technologies. Юристы ИОО спохватились – подобная операция не была предусмотрена договором аренды. Тут выяснилось, что в оригиналы зарегистрированного договора аренды были внесены изменения. Криминалистическая экспертиза признала договоры подделкой (Замоскворецкая прокуратура возбудила уголовное дело по этому факту), и ИОО подал в арбитраж.

Корреспондент Ъ связался с генеральным директором Nobel Technologies (свидетельство о регистрации фирмы #106.335) Кантемиром Карамзиным и попросил его прокомментировать сложившуюся ситуацию.

– Каким образом здание по адресу Озерковская набережная, дом 8 оказалось в вашей собственности?

– Сперва немного истории, которую я знаю со слов предыдущего владельца. В 1998 году на Марка Ричардса вышли лондонские представители Фонда Сороса и предложили купить особняк. Сумма сделки – $6,5 млн. Господина Ричардса это вполне устроило, и он начал готовить сделку. На тот момент здание арендовала IBM, платя за него около $1,5 млн в год. Фирме было предложено расторгнуть договор аренды, что было сделано. Но тут в России случился финансовый кризис, и фонд отказался покупать здание. Марк Ричардс заключил с ним договор аренды, установив символическую плату в $12 тыс. в месяц с тем условием, что здание будет выкуплено позже. Срок действия этого договора истекал 1 августа 2001 года. 28 апреля 2000 года Фонд Сороса подготовил новый проект договора купли-продажи здания и отправил его господину Ричардсу. Проект его не устроил, и он вернул его неподписанным. По истечении срока договора он был расторгнут, и этот факт был отмечен в Москомрегистрации. Но фонд не покинул здание. Тогда Марк Ричардс пришел к нам и предложил купить здание, отягощенное присутствием там ИОО. Сделка показалась нам очень выгодной – за здание предлагалось заплатить чуть больше $1 млн. Мы решили, что господин Ричардс просто плохой переговорщик (он говорил, что более проблемного клиента у него не было за десятилетнюю историю бизнеса в России), а мы сможем договориться с такой солидной организацией. В сентябре 2001 года я впервые пришел в здание как его новый владелец.

– В чем суть конфликта между вами и ИОО?

– В Фонде Сороса были очень удивлены моему появлению. Реакция была примерно такая: как вы посмели купить здание, в котором мы находимся? Его купить можем только мы. Я пытался поднять арендную ставку за здание (оно площадью 2000 кв. м) хотя бы до $50 тыс. в месяц (это примерно половина от рыночной ставки), но мне не удалось даже это.

На первой нашей конфликтной встрече с президентом фонда Екатериной Гениевой присутствовали представители охранного агентства "Стеллс". Я обратился за разъяснениями к госпоже Гениевой. Меня успокоили и сказали, что это была первая и последняя встреча с этими ребятами. Потом мою машину угнали. Неизвестные проникли в мою квартиру без следов взлома. Не взяв никаких материальных ценностей, переворошили документы. К сотрудникам моей компании подходили люди и говорили, что фонд "нагибает целые страны", а с нами и подавно разберется.

Потом Фонд Сороса подал два иска в арбитражный суд. Один иск о незаконности расторжения договора аренды между ними и прежним собственником, а второй – о недействительности договора между нами и прежним собственником. 4 апреля 2002 года арбитражный суд первой инстанции решил, что договор аренды расторгнут на совершенно законном основании. Фонд подал кассацию, которая еще не рассмотрена. Рассмотрение второго иска приостановлено. Мы подали шесть исковых заявлений против ИОО. Суд еще не приступал к рассмотрению.

Nobel Technologies – маленькая компания, и, конечно, мы не в состоянии выдерживать споры с таким монстром, как Фонд Сороса. Мы заявляем, что не желаем иметь никаких разборок с этой организацией. До тех пор пока это в наших силах, мы будем оплачивать расходы за услуги, потребленные всемогущим фондом. Рано или поздно мы выиграем все судебные процессы.

***

© "Коммерсант", origindate::24.07.2002

Общество, которое открыл Сорос

Институт «Открытое общество» (Фонд Сороса) — международная благотворительная организация, учрежденная финансистом и филантропом Джорджем Соросом. В России фонд начал работу в 1995 году. Центральный офис фонда в России находится в Москве, отделения — в Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и Новосибирске. Представительства фонда есть в 30 городах России. ИОО-Россия осуществляет различные программы и проекты в области образования, телекоммуникаций, прав человека, науки и медицины, искусства и культуры, библиотечного дела. Наиболее широкомасштабные акции фонда: мегапроект «Интернет», начатый в 1996 году, и мегапроекты «Пушкинская библиотека» и « Развитие образования в России», стартовавшие в 1998 году. Другие основные программы ИОО-Россия, такие, как «Гражданское общество», «Право», «Поддержка российских СМИ», «Культура», «Восток-Восток», «Женская сетевая программа», входят в программный блок «Общественный договор». Всего за 13 лет благотворительной деятельности Сороса в России было потрачено более $750 млн.

***

Дом, который снимает Сорос

Олег Кузьминский

По мнению ведущего специалиста риэлтерской компании Jones Lang LaSalle Юлии Никуличевой, здание на Озерковской, 8, может претендовать на категорию не выше В. В конце 1999 года здание было выставлено компанией «Сектор-1» как на продажу — по цене $3 млн, так и в аренду — по ставке $300 за 1 м2. Институт «Открытое общество» переехал в здание на Озерковской в 1999 году из здания в Большом Козловском переулке (категория С, арендуемая площадь — около 1000 м2). В начале 2002 года ИОО подал заявки ведущим риэлтерским агентствам Москвы на поиск нового офиса. По мнению Юлии Никуличевой, «офисные площади в здании на Озерковской сейчас могут быть сданы за $300-350 за 1 м2, а проданы, как и три года назад, за $3 млн. Что касается стоимости ремонтных работ, то их оценка в $2 млн представляется явно завышенной».

***

"Открытое общество", которое заперли в доме, который снимает Сорос

Дарья Лаане

Как рассказал корреспонденту „Ъ" командир батальона вневедомственной охраны Виктор Шаповаленко, господин Карамзин, хозяин здания, приехал неожиданно, предложил милиционерам, охранявшим особняк, зайти внутрь, закрыл центральный вход снаружи, забрал ключи и уехал. Потом командиру батальона позвонила госпожа Гениева и пожаловалась, что хозяева здания не пускают транспорт на стоянку, а ее и других сотрудников не выпускают из здания. В это время там же находились два милиционера — капитан Алексей Тупицын и прапорщик Максим Хлусов. Впрочем, поскольку закрыт был только центральный вход, все желающие могли выйти через торцевой.

Договор об охране здания батальон вневедомственной охраны подписал с «Нобель Текнолоджис» в декабре прошлого года. В связи с действующей с июня этого года рекомендацией начальника столичной милиции генерала Пронина, в соответствие с которой его подчиненные не должны вмешиваться в гражданско-правовые споры, господин Шаповаленко заметил, что его люди в конфликте между институтом «Открытое общество» и «Нобель Текнолоджис» никакого участия и не принимали — они сами оказались запертыми в здании.