Старая обида нового премьер-министра

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Гордый и вспыльчивый Греф в прошлом публично оскорбил Фрадкова

1081317616-0.jpg В Минэкономразвития в кулуарах отмечали, что у Грефа, достаточно спокойно пережившего отставку правительства Касьянова, резко испортилось настроение после того, как президент объявил кандидатуру будущего премьера. Настроение министра становилось хуже день ото дня, когда началась административная реформа. Греф — ее автор и идеолог (непосредственно после отставки Касьянова он подал президенту собственный план ее практического осуществления). Видение Грефа, надо заметить, сильно отличалось от того, что делается сейчас. Алексей Кудрин тоже поначалу не выражал восторга в связи с единоличным вице-премьерством Александра Жукова и сокращением постов замминистров, прежде всего в «суперминистерствах» — МЭРТ и Минфине. Но Кудрин вовремя сориентировался и наладил хороший контакт с премьером. Фрадков на последнем заседании кабинета даже похвалил Кудрина.

А вот у Грефа с нынешним премьером — давняя и взаимная неприязнь. Она зародилась в 2000 году, когда возглавляемое Фрадковым Министерство торговли было упразднено и передано в состав МЭРТ. В период работы Фрадкова в Совбезе и Налоговой полиции его отношения с главой МЭРТ тоже были довольно напряженными, но без обострений. Самая же серьезная стычка произошла во второй половине 2003 года во время одного из визитов Грефа в Брюссель. Фрадков уже был спецпредставителем при ЕС. По словам очевидцев, Греф резко отчитал Фрадкова за «плохую работу с ЕС». И вообще, говорят, повел себя довольно заносчиво. То ли устал с дороги, то ли разговор с еврокомиссаром Паскалем Лами не сложился.

Люди, хорошо знающие Грефа, часто отзываются о нем как о человеке гордом, вспыльчивом и не всегда сдержанном. Публичные конфликты с Касьяновым и Кудриным из-за налоговой реформы, многочисленные заявления об уходе, прошлогодний весенний нервный срыв и, наконец, вчерашний скандальный бенефис на конференции отчасти подтверждают такие отзывы. Свидетели брюссельского «наезда» на Фрадкова уже тогда сочли его не вполне заслуженным, последний же воспринял его как оскорбление. Греф критиковал Фрадкова на глазах у подчиненных. Такое не забывают.

Теперь у Фрадкова есть возможность отыграться за пережитые неприятные минуты. Благо поводов для критики Грефа и его министерства достаточно. Мол, и прогнозы пишут неправильные (не удваивается ВВП, как велит президент, по таким прогнозам): амбиций мало, а те, что есть, на нефтяные цены завязаны. Переписывают сценарии слишком часто: утром представляют одни цифры, а вечером уже другие. «Клоунада какая-то», — возмущаются в Белом доме. Законопроекты у МЭРТ, мол, тоже выходят нежизнеспособные, как будто списаны из учебников экономики. «И эти ученые-теоретики заявляют, что нам не нужна промышленная политика», — кипит высокопоставленный чиновник правительства. Наконец, Греф с Фрадковым — это просто люди разных поколений и разных культурологических типов: Греф — скорее чиновник-западник, Фрадков — чиновник скорее советского склада, он часто пользуется именно такой терминологией, прибегает к тем аналогиям.

Теперь отвечать за развитие экономики будет сам премьер. Реформами и стратегическим планированием займутся профильные министры. Трудно отделаться от впечатления, что распределение функций в рамках административной реформы идет не в пользу МЭРТ отчасти под воздействием личных отношений Михаила Ефимовича и Германа Оскаровича. «Сводный планово-экономический отдел» — так Фрадков определил положение МЭРТ в правительстве, обозначив его функции так: «анализировать и экспертировать». Вопрос в том, удовлетворится ли Герман Греф — один из самых влиятельных и ярких министров прошлого кабинета — отведенным ему местом.

Елена Короп, Георгий Бовт

Оригинал материала

«Известия»