Степняцкое хамство Илюмжинова

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Вслух о...", origindate::05.08.2003, Фото: В.Левитин, А.Саверкин /"Коммерсант"

Степняцкое хамство

Павел Тайков

Converted 14827.jpg

Кирсан Илюмжинов

С выходками самостийных регионалов центральная власть нехотя мирилась, довольствуясь их заверениями в безусловной лояльности. Во всяком случае, на фактическое отделение лояльной Калмыкии Кремль предпочитал не обращать внимания. Сегодня обстановка изменилась: катастрофическое состояние промышленности и финансов, процветающая в республике коррупция стали причиной охлаждения в отношениях между Москвой и Элистой. Первым признаком возможной отставки бессменного калмыцкого президента Кирсана Илюмжинова можно считать арест республиканского министра внутренних дел. Судя по предъявленному генералу Тимофею Сасыкову обвинению, главным его «подельником» вполне может оказаться сам Кирсан Николаевич...

Кусок «монголосферы»

У каждого российского региона есть свои легенды. Так, в Калмыкии среди национальной политической элиты считается хорошим тоном говорить о себе как о потомках непобедимого Чингисхана. Отсюда – особое отношение к формальным признакам недавно обретенного суверенитета. К примеру, свод местного законодательства называется не конституцией, а Степным уложением, глава исполнительной власти охотно фотографируется на белом скакуне, а прозвище «хан» не считается здесь обидным. Стремлению местного руководства обособиться, создав свое «степное ханство», местные традиции ничуть не мешают. До последнего времени можно было считать, что Калмыкия – не часть России, а ее протекторат. Во всяком случае, российские законы здесь почти не действовали. Режим в Калмыкии можно назвать одной из разновидностей авторитарной автономии. «Хан» полностью контролирует экономику региона, органы местного самоуправления, большую часть СМИ. Оппозиция во главе с вечным соперником Илюмжинова генералом Валерием Очировым предпочитает бороться с президентом из Москвы. Такая вольница даже в бесшабашные времена ельцинского правления считалась делом предосудительным. Правда, до последнего времени Кирсана Николаевича не трогали: он с легкой руки первого российского президента считался «своим».

Токарь-дипломат широкого профиля

Можно сказать, что Кирсан Илюмжинов знает о власти все: по своему рождению он принадлежал к верхушке тогдашнего советского общества. Его отец заведовал отделом промышленности и транспорта Элистинского горкома КПСС. Предполагалось, что маленький Кирсан заберется выше: его еще со школы готовили в дипломаты. Биография будущего посла строилась коммунистически-показательной: после окончания школы некоторое время числился слесарем-сборщиком на заводе «Звезда», потом служил в армии. Потом – рекомендация Президиума Верховного Совета Калмыцкой АССР, благодаря которой младший Илюмжинов попал в сверхпрестижный МГИМО. А потом – громкий скандал и реальная перспектива получить на всю жизнь «волчий билет» отчисленного за связь с иностранцами студента. Юного Кирсана спасло заступничество друга семьи, бывшего члена Политбюро Давида Кугультинова. Став президентом, Кирсан Николаевич достойно отблагодарил заступника: сегодня Кугультинов числится председателем республиканского Совета старейшин, а его племянник Санал занимает пост федерального инспектора в Южном федеральном округе. МГИМО, к слову, Илюмжинов окончил с красным дипломом. Дипломата, правда, из него не вышло. Вместо работы за рубежом он ударился в модную тогда политику. Получилось неплохо: победив на выборах в Верховный Совет России, он сразу стал заметной фигурой. Решающим поворотом в биографии будущего «хана» стало его знакомство с Борисом Ельциным: главному российскому реформатору чрезвычайно понравился бойкий молодой человек с умными черными глазами...

Главный бизнес отца нации

Пламенную деятельность депутата демократического крыла Верховного Совета Кирсан Николаевич удачно совмещал с бизнесом: он значился президентом коммерческого банка «Степь». Именно через это учреждение в самом начале девяностых шли бюджетные деньги, выделенные под федеральную программу закупки шерсти. И... растворялись без остатка в калмыцких степях. По случаю миллионных потерь было даже возбуждено уголовное дело, впоследствии благополучно замятое: как депутат Верховного Совета, Илюмжинов обладал неприкосновенностью. Президентом Калмыкии Кирсан Илюмжинов стал летом 1993 года, аккурат перед последним российским путчем. Победу, по мнению его политических противников, Кирсану принес чрезвычайно эффектный жест: он пообещал снизить цены в республике за счет дотаций из собственного кармана. После выборов Илюмжинов и правда всерьез занялся экономикой Калмыкии – только теперь о благотворительности не было и речи. Если брать только экономический фактор стабильности режима президента Илюмжинова, то нетрудно заметить главные его составляющие: это нефть, икра и собственный налоговый рай. Начиная с 1995 года в Калмыкии действует система, при которой все местные налоги для сторонних предприятий заменены на ежеквартальное перечисление трех сотен долларов в местное Агентство развития и сотрудничества. При этом таких жертвователей, по самым скромным подсчетам, набирается до шести тысяч. Понятно, что при крайне малом числе собственных налогоплательщиков в Калмыкии подобная схема приносит «хану Кирсану» миллионные валютные прибыли. Расплачивается за офшор, как и всегда в подобных случаях, российский бюджет. Что касается калмыцкой икры и нефти, то эти разновидности «черного золота» служат источником вечной головной боли федеральных правоохранительных органов.

Converted 14828.jpg

Тимофей Сасыков

И то и другое здесь воруют, причем делают это, судя по недавнему аресту бывшего главы республиканского МВД Сасыкова, с ведома и при покровительстве высшего руководства Калмыкии. Так, только один дядя арестованного милицейского генерала оказался хозяином сразу нескольких автофургонов, доверху набитых подготовленным к вывозу деликатесом. Оказывается, в Россию из Калмыкии шли настоящие автопоезда икры, сопровождаемые калмыцкими милиционерами. А если учесть давние связи Сасыкова с президентом Калмыкии (они друзья еще со школы), то можно предположить если не причастность, то как минимум осведомленность калмыцкого президента о «шалостях» министра его собственного правительства. Но бизнес «икорных королей» не идет ни в какое сравнение с масштабами хищений нефти. И речь не о подпольных фабриках-«самоварах», изготовляющих паленый бензин из уворованной нефти, – их, кстати, «крышевали» подчиненные все того же генерала Сасыкова. Нефть в Калмыкии умыкали оптом, целыми нефтяными компаниями. Так, еще во времена правления Ельцина Илюмжинов сумел добиться указа о выделении из «Роснефти» ее «калмыцкой» составляющей, контрольный государственный пакет акций которой был затем продан по дешевке вновь образованной компании «Калмнефть». Ее владельцем, кстати, по некоторым сведениям, стал родной брат степного президента.

Рецепты бескалорийной политики

Понятно, что руководство страны совершенно не устраивает рукотворная «дикая степь» в проблемном южном «подбрюшье» России. В силу своего расположения Калмыкия имеет исключительно важное стратегическое значение: с одной стороны, республика служит «амортизатором» между мусульманским и Астраханской областью, с другой – занимает нефтеносное побережье Каспия. Правда, до последнего времени Илюмжинова не трогали. Видимо, сказывался удручающий опыт «работы» с потенциально взрывоопасными национальными республиками. Да и раньше, за редким исключением, Кремль предпочитал не ссориться с зарвавшимися региональными лидерами. Поворот наметился только в текущем, предвыборном году. Федеральный Центр более чем основательно подготовился к будущим выборам президента России. Декларируемую вертикаль власти надо защищать. Ведь, по общему мнению, одним из последствий решения Конституционного суда, давшего главам субъектов Федерации возможность переизбрания на третий срок, стало заключение своеобразного «договора о ненападении»: регионалы отказывались от притязаний на высший государственный пост страны, зато могли полностью задействовать собственный «административный ресурс» на местных выборах. Но в результате такого «водяного перемирия» Центр получил довольно неприятный побочный эффект: влияние центральной власти на развитие политической ситуации в регионах начало катастрофически уменьшаться. «Лекарство» от нового приступа суверенизации было найдено простое, но эффективное: показательная «порка» наиболее сильных глав российских регионов. Политолог Евгений Рошков насчитывает несколько сценариев воздействия на нежелательные для Москвы региональные политические режимы. В наиболее распространенной сегодня «ингушской схеме» федеральный Центр любыми способами утверждает на посту главы региона лояльного Кремлю человека. В случае неудачи задействуется компромиссная «схема Якутии» – руководство страны согласует кандидатуру нового губернатора с местной элитой. Реже всего используется «схема Татарстана», когда верховная власть предпочитает не трогать существующий в регионе режим, дожидаясь естественной развязки опасного для страны конфликта.

Специфика степного голосования

Что касается отношения федерального Центра к Калмыкии, то, как замечает Рошков, президент Илюмжинов оказался в подвешенном состоянии. Совсем недавно, на последних выборах президента Калмыкии, Кремль выступал в роли равнодушного наблюдателя. Сегодня массовые нарушения на выборах стали одним из пунктов обвинения его друга и соратника генерала Сасыкова. По мнению следствия, одна только деятельность министра на прошедших выборах тянет на солидный срок. И заодно ставит под сомнение легитимность илюмжиновского президентства. По замечанию главного соперника Илюмжинова генерала Валерия Очирова, более грязных выборов не было за всю историю постсоветской России. В отличие от немногословного Очирова другой кандидат на пост президента Калмыкии, Наталья Манжикова, о специфике предвыборной кампании Илюмжинова рассказывает по-женски эмоционально: «Вмешательство милиции в процесс выборов было настолько очевидным, что даже прокурор республики был вынужден обращаться с представлением в республиканское МВД. Оказывается, ведомство генерала Сасыкова, исполняя незаконное решение Избиркома Калмыкии, провело опрос сборщиков подписей, проверки в отношении избирателей, поставивших подписи в поддержку оппозиционных кандидатов, при этом на людей оказывалось психологическое и физическое давление. Агитаторы прочих кандидатов задерживались сотрудниками ГАИ и милицией, правоохранительные органы проводили незаконные обыски в избирательных штабах, некоторых кандидатов просто выводили под руки из помещений. Мне, к примеру, приходилось проводить встречи с избирателями на луковом поле, чуть ли не рядом с общественными туалетами. По распоряжению администрации были созданы специальные команды в каждом населенном пункте, которые занимались тем, что срывали агитационные листовки оппозиционных кандидатов. Доходило до того, что этим занимались сами милиционеры...»

Остановка каравана по требованию

Конечно, арест главы республиканского МВД вовсе не означает автоматическую отставку самого Кирсана Илюмжинова – на это у Кремля не хватает конституционных полномочий. Сам «степной хан» увольняться тоже не собирается, понимая, что в этом случае ему придется оставить шокирующее нищих обывателей Калмыкии увлечение – коллекционирование «Роллс-ройсов» и, что тоже не исключено, превратиться в вечного посетителя тесных кабинетов следователей Генеральной прокуратуры. Так что сейчас, по мнению калмыцкой оппозиции, речь может идти только о «бархатном» варианте усмирения впавшего в опалу Илюмжинова: скорее всего, ему, как некоторым его коллегам, предложат по-тихому сменить профессию. Может быть, в преддверии думских выборов Кирсан Николаевич вспомнит свои первые шаги в политике, снова став неприкосновенным, но совершенно безвредным для России депутатом?

***

Оригинал этого материала
© "Вслух о...", origindate::05.08.2003

[...]Вернемся на десять лет назад и вспомним, как Илюмжинов шел к заветной цели. Его кандидатуру на пост президента выдвинули коллективы завода «Звезда» и совхоза «Алачинский», круг казаков Калмыкии плюс съезд предпринимателей республики. А дальше – самое милое: в ходе предвыборной борьбы (а именно – в период с 13 февраля по 11 марта) Кирсан Николаевич ввел для жителей Элисты 50-процентную дотацию на хлеб и молоко. Откуда, родимый? Говорилось, что из собственных средств... Одновременно милиции был подарен «Мерседес», настоятелю православного храма – «Жигули», на нужды православной же церкви было выделено 5 миллионов рублей, на нужды МВД республики – 20 миллионов. Из «собственных» средств также предполагалось выделить по $100 каждой (!) калмыцкой семье. Насколько мне известно, этого не произошло. Зато произошло другое: в местной прессе и на заседаниях парламента стали муссироваться сведения о пропаже миллионов долларов, предназначенных республике. Другое дело, что подтвердить эти сведения никто не решился. И победить на президентских выборах нашему герою это не помешало. Победить, скажу, с большим отрывом.[...]

15 августа 1995 года [Илюмжинов] назначил в Калмыкии внеочередные президентские выборы. Зачем? По словам самого Кирсана Николаевича, «люди должны сделать окончательный выбор». Люди и сделали. Выбор получился весьма закономерным: за Илюмжинова проголосовали 84% принявших участие в голосовании избирателей.[...]