Страна трех китов: коррупции, криминала, казнокрадства

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Стенограмма закрытого заседания Комитета ГД по безопасности

ГУРОВ А., председатель Комитета Госдумы РФ по безопасности: Уважаемые коллеги! Вопрос беспрецедентный. Не только потому, что один и тот же юридический факт три ведомства оценивают по-разному, но еще и потому, что президент вынужден вмешаться (на коллегии Генпрокуратуры) в вопрос о «Трех китах». И президент был вынужден назначить независимого прокурора для расследования этого дела. Вопрос глубже, чем уголовная статья.

Суть такова. 14 июля 2001 года Государственная Дума поручила Комитету по безопасности (читаю дословно) «изучить причины прекращения уголовного дела о контрабандном ввозе в Россию большого количества дорогостоящей импортной мебели фирмы ООО «Лига Марс» с освобождением виновных от уголовной ответственности и привлечением к уголовной ответственности сотрудника Следственного комитета МВД России Зайцева, расследовавшего данное дело».

В 1999 году таможенными органами и МВД был начат комплекс мероприятий по пресечению правонарушений по импорту мебели. В августе 2000 года и позднее заведен ряд уголовных дел о нарушении таможенных правил, в том числе по «признакам контрабанды»… Была создана межведомственная следственно-оперативная группа из сотрудников ГТК и МВД. Ими были документированы способы сокрытия правонарушений в импорте мебели: нулевая отчетность по получаемой прибыли от торговых сделок, ложные адреса от фирм-однодневок, занятых на разных операциях с импортной мебелью, оформление этих предприятий на несуществующих людей, в том числе давно умерших…

Собраны документальные свидетельства коррупции в высших эшелонах власти.

В ноябре 2000 года Генеральная прокуратура из множества, повторяю, из множества, хозяйственных дел выделяет рассматриваемое нами дело и забирает в собственное производство.Межведомственная оперативно-разыскная деятельность по этому делу в России фактически замораживается.

Спустя некоторое время Генеральной прокуратурой возбуждается уголовное дело против группы сотрудников ГТК и МВД, наиболее активно документирующих незаконную деятельность в сфере импорта мебели, по признакам превышения ими должностных полномочий.

7 мая 2001 года уголовное дело о контрабанде мебели, в котором фигурантами были руководители торговой фирмы «Три кита», прекращается прокуратурой за отсутствием состава преступления. При этом из всех 200 томов (может быть, мы не правы) уголовного дела свыше 170 передаются на руки лицам, по нему проходящим… Не приобщаются к уголовному делу, а передаются. ГТК и МВД возбуждают новые дела по схожим обстоятельствам, которые опять истребуются Генеральной прокуратурой.

Умные люди понимают, что ситуация, возникшая вокруг «Трех китов», — знаковая и может быть названа переломной.

Развитие постсоветского общества подошло к той черте, когда настала пора принципиально решать, подчеркиваю, важнейший аспект экономической безопасности страны: будет ли российская экономика и впредь настраиваться на криминальные ориентиры либо же в этом процессе наконец наступят конституционная справедливость, юридическая упорядоченность, общественное благоденствие.

КОЛМОГОРОВ В., заместитель генерального прокурора РФ: Да, по «Лиге Марс» было возбуждено уголовное дело МВД и Таможенным комитетом, оно расследовалось. По поручению генерального прокурора это дело было поручено расследовать Следственному управлению Генеральной прокуратуры в связи с неоднократными жалобами, поступающими от граждан, которые шли по этому делу в качестве подозреваемых…

По указанию Генеральной прокуратуры было возбуждено уголовное дело в отношении следователя Следственного комитета Зайцева и группы, которые при расследовании дела в отношении «Лиги Марс» допускали грубейшие нарушения уголовно-процессуального законодательства, выразившиеся в незаконном задержании граждан, водворении их в изолятор временного содержания. Более десятков проведенных обысков без санкций прокурора. При проверке все эти факты подтвердились. Люди содержались в изоляторе временного содержания без всяких оснований, без предъявления каких-либо подозрений.

Дело расследовано и сейчас находится в суде. Истребовать это дело из суда, как предлагается, по-новому провести дополнительное расследование по вновь якобы открывшимся обстоятельствам — для этого нет никаких оснований. Дело находится в суде, суд будет решать и рассматривать, насколько доказана вина Зайцева в превышении своих полномочий в расследовании дела.

Почему поднимать это дело до уровня Государственной Думы, Комитета Государственной Думы — я этого не понимаю. Это дело следователя, и это определяется законом об оперативно-разыскной деятельности и инструкцией.

Поэтому я считаю и Генеральная прокуратура считает: в отношении тех дел, которые находятся сейчас в судебных инстанциях, слово должно оставаться за судом, за правосудием. В отношении того дела, которое расследуется сейчас, как вы сказали, независимым прокурором, хотя Лоскутов, работник Ленинградской областной прокуратуры, по указанию генерального прокурора принял это дело. У Лоскутова есть все возможности процессуальные решить вопрос о переквалификации действий и о даче поручения на проведение оперативно-разыскных мероприятий. Поэтому мы считаем, что тут больше всего воздействовали средства массовой информации на общественное мнение, на мнение депутатского корпуса и потому придана такая серьезная оценка этим расследуемым делам.

ЯРИЗ А., начальник Управления собственной безопасности ГТК России: Я представляю три документа. Первый — это то, что поступило нам на территории России в таможенном оформлении. Второй документ — это то, что было оформлено, в частности, на территории Италии. Единое в этих документах — номер контейнера. 506119/0. И на том, и на другом документе.

Первый документ — это так называемый инвойс, где изложено все, что предприниматель ввез в нашу страну. Это печать и номер декларации, оформленной у нас.Теперь смотрим на нее внимательно. Итак, стоимость всего этого перемещенного товара 8496 долларов. Вес без упаковки — 2823 килограмма. А теперь посмотрим, что же в этот контейнер, опломбированный на территории Италии и вскрытый на территории нашей страны, было загружено? Контейнер тот же, номер 506119/0. Дальше просто на уровне арифметики 5-го класса. Получается, что, по данным из таможни Италии, вес занижен на 6720 килограммов, то есть в три раза. Стоимость занижена на 37 936 долларов, то есть в пять с половиной раза.

Вот здесь третий лист — 11 деклараций. Здесь стоимость различается в разы: самая максимальная — 7, 8 и самая минимальная — 3, 3 раза. Это только по 11 декларациям. Таких деклараций на момент задержания было около 400. Поставок партии мебели — тысяча.

ВАНИН М., председатель ГТК России: Василий Васильевич (Колмогоров. — Рея.) сказал: найти никого не удалось — фирмы нет, дело прекратили. Но, кроме «Лиги Марс», были таможенники, которые оформляли грузы и ставили свои личные номерные печати на грузовые декларации, транспортные документы, — сотрудники Одинцовской и Зеленоградской таможен. Одинцовскую таможню я, к слову сказать, расформировал полностью.

Сотрудники Одинцовской таможни работали не с призраками, они работали с конкретными людьми — грузополучателями, декларантами, владельцами складов временного хранения и так далее. Если бы следствие заняло позицию добросовестного расследования, то, наверное бы, эти таможенники были бы допрошены. И таможенники начали бы рассказывать, кто предъявлял им для оформления грузы, кто предъявлял им документы, кто эти люди, которые платили им деньги за то, что они в три-четыре раза занижали стоимость и вес. И мы вышли бы на всю схему, на всех, С кто участвовал в этой крупной серьезной контрабанде. Речь идет об уклонении на сумму как минимум 8 миллионов долларов США. Всего эпизодов было примерно тысяча. Следствие на том этапе, пока оно не было прекращено, располагало доказательствами по 384 эпизодам…

Мы говорим нашим уважаемым коллегам из Генеральной прокуратуры: вы, возможно, не хотите наказывать тех, кто стоял у организации этой схемы — отправителей, получателей, декларантов, в конечном итоге владельцев магазина, где эта мебель реализовывалась. Накажите наших таможенников. Мы хотим, чтобы это было превентивной мерой для остальных.

Что может сказать по этому поводу прокуратура? Она ничего не может сказать, потому что, если прокуратура будет привлекать таможенников к ответственности, они начнут давать показания.

БАРКОВСКИЙ П., заместитель начальника Управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры: Прокуратурой Московской области, транспортным управлением транспортной прокуратуры возбуждено уголовное дело по должностным преступлениям в отношении таможенников.

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА: Транспортную прокуратуру уже два года как разогнали.

ГУРОВ А.: Спросим представителей МВД, они, кстати, прислали справку, из которой было видно, что обыски и прочие следственные действия, подписанные начальником Следственного управления в ранге замминистра, были осуществлены в рамках закона.

ЗОТОВ М., исполняющий обязанности начальника Главного следственного комитета: Уголовное дело было возбуждено Следственным управлением Московской области 7 сентября 2000 года. Постепенно начали всплывать фирмы, через которые шли контрабандные поставки мебели, шло растаможивание товара, большое количество таможенных постов, терминалов и так далее… На оперативном совещании 9 октября у меня было принято решение принять это уголовное дело к производству, создать большую следственно-оперативную группу.

Схема преступления была достаточно сложная и завуалированная. Хищения были очень здорово продуманы. И поэтому мы подключили в принципе одного из наших лучших следователей Зайцева, который до этого закончил колоссальное дело по контрабанде мясных продуктов и направил его в суд.

В процессе расследования возникли проблемы проведения обысков в ночное время. Да, из 11 обысков, которые вменяются Зайцеву, 9 были проведены в ночное время, и, что самое интересное, подавляющее большинство этих обысков дало положительные результаты: изъяты очень нужные следствию доказательства, которые изобличали многих лиц в совершении контрабанды, фальсификации документов. Причем на многих терминалах документы просто скрывались. Они просто складывались в мешки и вывозились.

Хочу сказать, во-первых, что решение об этих обысках принималось на совещании при заместителе начальника следственной части Зимарине Василии Семеновиче в присутствии всей следственно-оперативной группы, других следователей, оперативных работников. То есть это не было решением, которое следователь сам принимал.

Мы тогда еще не могли сказать конкретно, кто это совершил. Предстояло проделать большой объем работы и в России, и за границей. Нам нужно было направить колоссальное количество международных отдельных поручений. И вдруг 22 ноября мы получаем уведомление из Генеральной прокуратуры о необходимости передать уголовное дело для расследования в Генеральную прокуратуру.

ГУРОВ А.: Скажите, пожалуйста, все эти мешки, которые вы обнаружили, они еще целы или попали в 180 дел, которые раздала прокуратура?

ЗОТОВ М.: Этого я не могу сказать.

ГУРОВ А.: Василий Васильевич, у меня к вам вопрос: действительно тома дел розданы лицам, проходившим по делу?

КОЛМОГОРОВ В.: Александр Иванович, конкретно скажу: то, что было изъято при этих обысках, которые, мы считаем, незаконно, необоснованно проводились, множество и компьютеров, и всяких бумажек, записей, личных документов и прочее. Все они складывались в мешки и увозились в Следственный комитет. Когда мы взяли дело в свое производство по поручению генерального прокурора, мы сказали: то, что вы изъяли по обыскам, в протоколе об этом ничего не написано. А в протоколе обысков должно быть четко расписано: какой документ, откуда изъят и прочее… И мы сказали: наведите порядок. Каждый изъятый мешок, коробку, откуда, какие документы, каким образом вы изъяли. Почему в протоколе нет? Мы дали им срок. Так и не дождались…

ГУРОВ А.: А когда вы по телекомпании НТВ действовали, ваши сотрудники тоже все документы вкладывали в мешки, помните? Ведь вы аналогичным образом действовали!

ЗОТОВ М.: Я поясню ситуацию. Немножко не так. Когда проводится обыск и когда изымаются сотни тысяч документов, десятки тысяч, они складываются в мешок, опечатываются подписями понятых или из присутствующих при обысках, а потом уже, в присутствии других понятых, эти мешки расфасовываются, и производится опись каждого документа. У нас следователи порой проводят такой осмотр до двух месяцев. До двух месяцев! Сотни тысяч документов!

ЩЕКОЧИХИН Ю., зампредседателя Комитета по безопасности: У меня вопрос к МВД. Скажите, пожалуйста, если бы дело не изъяли тогда, вы нашли бы эту фирму-невидимку, которая исчезла?

ЗОТОВ М.: Там не одна была фирма, их было много. А в принципе лица, которые стоят за этими фирмами, они же все известны.

КАРЕТНИКОВ В., член Комитета по безопасности: Что явилось основанием для изъятия этого дела из МВД? Забрали это дело у них, и все?

КОЛМОГОРОВ В.: Ну забрали-то забрали — не надо так говорить.В ходе исследования этого дела, которое проводилось оперативно-следственной группой, от граждан, особенно из Подмосковья, пачками пошли жалобы, что их родственников прямо из дома забирают и увозят, никто ничего не объясняет.Мы должны были разобраться с этим делом как надзирающий орган. Мы разобрались. И усмотрели, что в действиях этой следственно-оперативной группы, возглавляемой следователем Зайцевым, имеется превышение власти. Поэтому было принято решение: передать это дело следователю Следственного управления Генеральной прокуратуры.

ГУРОВ А.: Василий Васильевич, а почему по такой упрощенной схеме пошли? Возбудили против двух сотрудников уголовное дело. Но — отменили то дело. А почему параллельно не стали вести?

КОЛМОГОРОВ В.: Это совершенно разные вещи, Александр Иванович.

ГУРОВ А.: Разные вещи, да. Но к какому результату они привели?

КОЛМОГОРОВ В.: Почему? Одно дело находится в суде. Я уже вам здесь говорил.

ГУРОВ А.: В суде-то оно находится. Но 8 миллионов государство потеряло.

ЩЕКОЧИХИН Ю.: Василий Васильевич, почему именно это дело вас заинтересовало? Вы говорите: общественное мнение. Но мы же знаем, мы люди, знающие, кто был истинной «крышей» над «Тремя китами». За 5 лет работы в Думе я не помню, что хотя бы раз наказали за незаконный обыск. Хотя бы раз хоть кого-то! Дело Зайцева — первый случай на моей памяти. И мы знаем, почему это произошло. И сегодня вы нам рассказываете очень точно, как надо действовать по закону. Почему же раньше вы не начали действовать по закону-то?!

КОЛМОГОРОВ В.: Меня спросили, на каком основании было изъято дело. Я объяснил.

ОСТАПЕНКО В., замначальника Управления таможенных расследований и дознания ГТК России: Я сам бывший следователь по особо важным делам при генеральном прокуроре СССР. К этому делу я был подключен лишь в июле прошлого года. Поэтому я — человек совершенно непредвзятый. Мне было поручено разобраться в этих документах, дать свою оценку.Так вот, я вел злосчастных 15 дней дознание по тому делу. Дело у меня было тут же изъято Генеральной прокуратурой, как только мы начали активно исполнять свои действия.Следователь Генпрокуратуры Попов прекратил дело против работников «Лиги Марс». Мы не говорили, что работники «Лиги Марс» совершили контрабанду эту. Совершили неизвестные лица, используя реквизиты подставной фирмы «Лиги Марс».Лица, которые стояли за этой фирмой, в общем-то в основном уже установлены и мной, и тем же Зайцевым. Они установлены… Есть связи, которые ведут к «Трем китам».И еще одно. Ссылались на какой-то акт, который представил Таможенный комитет следователю Попову, на основании которого он вынес постановление о прекращении дела.Это — неправда! Выхвачена из текста нашего акта отдельная фраза, вторая часть предложения, где написано, что точную сумму можно получить только при получении документов зарубежных таможенных служб.Я полностью согласен с некоторыми тезисами, о которых говорит Попов в своем постановлении о прекращении дела, что, дескать, для решения вопроса о наличии контрабанды компьютерной распечатки недостаточно. Так кто мешал ему как следователю запросить эти данные?Он этого не сделал. Сделали мы… Меня послали в Италию, и привез я эти документы. И не только по этому конкретному случаю, но и по многим другим. Кто мешал это сделать Генпрокуратуре? Не сделали. Отдельное поручение в Италию в рамках сотрудничества по уголовным делам не направлялось. Направили в Германию отдельное поручение, но составили его совершенно безграмотно и перепутали названия фирм…Поэтому прекращено это дело совершенно необоснованно. Можно было считать, что это просто халатность, недобросовестность и неквалификация. Но что началось потом? Вот я сам как прокурор таких безобразий не видел. Если я прихожу к следователю и говорю: друг мой любезный, допустил ты ошибку, преждевременно прекратил дело. Вот у меня из Италии материалы присланы, на, возьми, скажи спасибо, что мы это сделали, немедленно решай вопрос о возобновлении производства по делу и начинай расследовать его. Нет! Никаких контактов со мной. Я неоднократно пытался выйти на руководство этого управления. Со мной никто не хочет разговаривать. Шлем запросы — оскорбительные ответы. Руководство наше отправляет акт документальной ревизии, который подтвердил 39 случаев контрабанды и уклонения от уплаты таможенных платежей, в том числе по эпизоду, проходившему по прекращенному делу Что делают? Издевательский ответ: оснований нет.

ГУРОВ А.: Такой же получили и мы.

ОСТАПЕНКО В.: Теперь о самом главном — о привлечении наших сотрудников к уголовной ответственности. В отношении Зайцева говорить не буду, понимая, что это не наша епархия. Скажу в отношении наших работников из ГТК — Фаизулина и Волкова. По делу, по которому они привлекаются к уголовной ответственности, проходят два потерпевших — Зуев в лице фирмы «Альянс-95″. И второй — «Электро-Эм». (Это — вторая организация, карманная, подставная, через которую они получали контрабандную мебель.) Так вот по «Альянсу» у нас 500 случаев контрабанды. По «Лиге Марс» — около 400. Интересная вещь получается…Сейчас сама Генеральная прокуратура изъяла у нас это дело, которое сама возбудила по 90 эпизодам. Ведь это же комедия. Зуев, его ближайшее окружение (там даже адрес штаба преступной группы тот же) совпадает, что и по этим 39 эпизодам, что и по этим 90. Телефон тот же. Телефон лично Зуеву принадлежит. Это же все публика его. Он с ними по телефону разговаривает как командир. А дело закрыла Генпрокуратура. А за что привлекли наших сотрудников?

КОЛМОГОРОВ В.: Я ничего не хочу добавлять и не могу добавлять. Уж очень эмоциональное выступление. Я понимаю прекрасно. Я поэтому в самом начале сказал. Дело находится в суде.

ГУРОВ А.: Какое дело в суде находится?

КОЛМОГОРОВ В.: В отношении Волкова и Фаизулина.ГУРОВ А.: Да при чем здесь Волков?! Мы же о другом сейчас говорим-то!

КОЛМОГОРОВ В.: В отношении того, что все запутали — все. Хорошо, пожалуйста, давайте разбираться будем.

ГУРОВ А.: Василий Васильевич, это очень неубедительно.

КУЛИКОВ А., зампредседателя комитета: Я, честно говоря, как профессионал вижу, явно вижу признаки серьезных преступлений, совершенных при расследовании этого уголовного дела. Мне кажется, что ряд работников Генеральной прокуратуры фактически стали крышей для контрабандистов. Мы должны довести дело до ума, до конца, расставив точки в конечном счете. Почему, кто заинтересован был в сокрытии контрабандистов от уголовной ответственности?

КОВАЛЕВ Н., член комитета, председатель комиссии ГД по борьбе с коррупцией: Об опасности такого развития событий я говорил, начиная с 1994 года. Как только появились семь субъектов оперативно-разыскной деятельности, все превратилось в борьбу ведомств между собой. Стыдно слушать, что происходит сейчас. Происходит, по сути дела, оценка одним ведомством действий другого ведомства, бесконечные препирательства.Василий Васильевич Колмогоров! Хочу сказать от имени комиссии по борьбе с коррупцией. Нам приходится направлять документы в Генеральную прокуратуру десять раз в день. Десять в день! В каждом из них говорится о нарушениях прав человека, о незаконных задержаниях, арестах, обысках и так далее. Получается — 300 в месяц. Ни по одному Генеральная прокуратура не приняла дело к своему производству. Поэтому, конечно, возникает естественный совершенно вопрос: почему именно дело Зайцева? В чем причина такой избирательности? И на этот вопрос Генеральная прокуратура должна ответить совершенно гласно и однозначно, честно, чтобы всем было понятно. Дело приняло очень широкий, не только российский, но и международный оборот. Оно скандальное и беспрецедентное.

ЩЕКОЧИХИН Ю.: Еще раз повторяю. Дело Зайцева — единственное дело, которое взяла под контроль Генеральная прокуратура по одной причине — спасти «крыши», которые прикрывают «Трех китов».

ИЛЮХИН В., член комитета: Ситуация не красит ни генерального прокурора, ни Таможенный комитет, ни в целом нашу правоохранительную систему. Случай вопиющий, случай, как говорится, неприемлемый, но из него надо достойно выходить. Я упрек делаю и нам. Ведь в декабре прошлого года, Александр Иванович, я предложил: давайте обратимся с письмом к председателю Верховного суда Российской Федерации, чтобы он обеспечил объективное, справедливое и скорейшее рассмотрение дела.

ГУРОВ А.: Я обратился с письмом к президенту.

ИЛЮХИН В.: Какая реакция президента?

ГУРОВ А.: Реакция нормальная.

ИЛЮХИН В.: Вот нормальная реакция. А почему бы нам к председателю Верховного суда не обратиться? Василий Васильевич, когда дело было направлено?

КОЛМОГОРОВ В.: В прошлом году. Более полугода.

ИЛЮХИН В.: Более полугода дают пищу спорить вокруг этого дела.А что, за два месяца нельзя было рассмотреть это дело? И многие проблемы были бы сняты. И тогда были бы у нас основания голову снимать с генерального прокурора. А я прямо говорю: можно снимать.

ГУРОВ А.: А я разговаривал с генеральным прокурором. И он мне прямо сказал: я посажу этого человека.

ИЛЮХИН В.: Но полгода не рассматривать дело! Это что же у нас за правосудие?

ГУРОВ А.: Поступили предложения от депутатов. Давайте их обсудим.Учитывая, что рабочая группа, которая была создана по инициативе генерального прокурора (я с ним согласился), ни до чего не договорилась, а стало быть, и следующая рабочая группа тоже ни до чего не договорится, встают другие предложения.

Первое. Парламентский запрос в Генеральную прокуратуру с учетом того, что было сказано.

Поступило предложение от депутатов. Я ставлю его на голосование. Кто против? Нет. Будем работать над этим запросом.

Второе. По поводу стенограммы. Кто за то, чтобы этот серьезнейший документ попал к следователю, который ведет сегодня дело?

ИЛЮХИН В.: Я категорически против. Это давление на следствие.

КОВАЛЕВ Н.: Я предлагаю мягкую форму: ознакомить следователя Лоскутова с материалами, со стенограммой.

ГУРОВ А: Кто за то, чтобы ознакомить следователя Лоскутова с материалами этого серьезнейшего документа? Прошу поднять руки. Кто против?

ИЛЮХИН В.: Давайте наше решение вместе со стенограммой направим генеральному прокурору, но не следователю.

ГУРОВ А: Извините. Следователь специально назначен президентом.Он ведет это дело.

КОЛМОГОРОВ В.: Александр Иванович, вы извините, следователь назначен генеральным прокурором Российской Федерации. Поэтому надо генерального прокурора поставить в известность.

ГУРОВ А: Хорошо. На самом деле не скажи президент слово, вы бы и не назначили его никогда.

P.S. Полный текст стенограммы заседания от origindate::14.02.02 Комитет Государственной Думы РФ по безопасности попросил приобщить к делу по обвинению Павла Зайцева, которое рассматривается сейчас в Мосгорсуде.