Сурков украл "народный праздник"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Сурков украл "народный праздник"

Письмо депутатов Путину: "Милиция рвала даже Ваши портреты"

Оригинал этого материала
© "Коммерсант", origindate::11.11.2006, "Русский марш" доводят до президента

Екатерина Савина

Converted 22652.jpg

[Слева внизу - рука Рогозина]

Вчера депутаты Госдумы, организовавшие несанкционированный "Русский марш" 4 ноября, отправили письмо Владимиру Путину. Они потребовали, чтобы президент "взял под личный контроль" имевший, по их мнению, место "произвол властей", заверили его в своей лояльности и поддержке его инициатив, касающихся контроля за миграцией. В "произволе" депутаты обвинили "окружение" российского президента.

Письмо Владимиру Путину с требованием "взять под личный контроль расследование причин массового нарушения прав человека и произвола, допущенного московскими и региональными властями при проведении 'Русского марша'" и "наказать виновных" подписали четыре депутата Государственной думы: Дмитрий Рогозин, Виктор Алкснис, Николай Курьянович и Андрей Савельев. Все они входили в общественный совет "Русского марша" наряду с представителями националистических движений, таких как Движение против нелегальной иммиграции.

Депутаты пожаловались, что власти не "превратили День народного единства во всенародное торжество". Они уверяют господина Путина, что на "Русском марше" намеревались "заявить о национальном единстве России" и о "поддержке политических инициатив президента", таких как "содействие в приоритетном порядке трудоустройству российских граждан", "защита зарубежных соотечественников", "борьба с нелегальной иммиграцией".

Но "народный праздник", по мнению авторов письма, не состоялся по вине милиции: "Сотни сограждан провели многие часы в отделениях милиции, спецмашинах и автобусах ОМОНа". Виновными в этом депутаты считают "людей в окружении" Владимира Путина, у которых есть "планы взбаламутить страну фальшивой угрозой русского фашизма". Фамилий "людей из окружения" в тексте письма нет, однако один из его авторов, Николай Курьянович, пояснил Ъ, что они имели в виду замглавы президентской администрации. "Это делает Владислав Сурков. Мне известно, что по его указке руководители регионов запрещали наши акции, а центральные телеканалы создали информационный вакуум и не показали нас",– заявил господин Курьянович.

Как рассказали Ъ в администрации президента, письма там не получали. Может быть, "оно еще не дошло", предположила сотрудница пресс-службы президента Людмила Крылова.

Президент Института национальной стратегии Станислав Белковский считает, что даже если письмо и дойдет до президента, "вряд ли на него будет какая-то реакция". По мнению политолога, "организаторам шествия просто надо было доказать Путину свою лояльность, убедить его в том, что они не готовили никакой государственный переворот". Николай Курьянович также не скрывает того, что "письмо было отправлено в пропагандистских целях" и что сам он "никаких действий от президента не ждет".

"Очевидно, что у участников 'Русского марша' осталось чувство неудовлетворенности после 4 ноября,– считает один из организаторов прошедшего 4 ноября антифашистского митинга, лидер Союза правых сил Никита Белых.– Громких скандалов не было, лидеров марша не арестовали, беспорядки спровоцировать не удалось. Отсюда и это письмо, и поиск виноватых в окружении президента. Это неудачная попытка наших главных 'борцов за родину' вновь напомнить о себе".

***

"Милиция арестовывала людей, несущих государственные флаги, рвала плакаты «Долой коррумпированных чиновников», «Свободу слова» и даже Ваши портреты"

Оригинал этого материала
© kuriyanovich.ru, origindate::09.11.2006

Президенту Российской Федерации В.В. Путину

Уважаемый Владимир Владимирович!

События в ряде городов Российской Федерации 4 ноября 2006 года в связи с проведением недавно учрежденного Дня народного единства выявили ряд проблем, реально существующих во взаимоотношениях власти и общества.

Ни федеральная, ни региональные власти, ни собственно «партия власти», как именует себя партия «Единая Россия», выступившая с почином ввести День народного единства, не позаботились о том, чтобы превратить новый праздник в действительно всенародное торжество. Создается впечатление, что введением нового праздничного дня власть решала узко-корыстные вопросы по вытеснению из народной памяти Дня Октябрьской революции 7 ноября и ослаблению таким образом позиций левых оппозиционных партий.

Тем не менее, инициатива широкого празднования Дня народного единства 4 ноября пришла снизу. Граждане России выразили желание самостоятельно провести в ряде городов Российской Федерации акцию «Русский марш», на которой планировалось заявить о национальном единстве России, гражданском единении всех народов Российской Федерации, а также о своей поддержке политических инициатив президента.

Однако главы многих городов России, среди которых Москва и Санкт-Петербург, отказали гражданам в свободном выражении своей позиции на митингах и шествиях, нарушив тем самым одно из основополагающих положений Конституции, гарантирующее гражданам право «проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование» (ст. 37 Конституции РФ).

У частников же разрешенных митингов встречали многочисленные отряды ОМОНа, сотни большегрузных самосвалов и автобусов по перевозке задержанных. Сотни наших сограждан, преимущественно молодых людей, только вступающих во взрослую жизнь, знакомились с нравами «эпохи Путина» в спецмашинах и автобусах ОМОНа. Они были лишены праздника и многие часы вынуждены были провести в отделениях милиции по абсурдным обвинениям в «переходе улицы в неположенном месте». В это же время представители столичного УВД лгали журналистам о том, что во время проведения праздника было задержано 37 (!) человек.

Организаторы «Русского марша» были подвергнуты беспрецедентной кампании шельмования и клеветы в средствах массовой информации, определяющих себя как пропрезидентские. Цели и задачи марша были искажены в высказываниях чиновников среднего и высшего звена, несмотря на то, что организаторами акций были даны исчерпывающие разъяснения по существу своих намерений. Нас безапелляционно обвиняли в подготовке «оранжевой революции», «кровавого воскресенья», «фашистского переворота» - и были искренне разочарованы тем, что ничего этого не произошло. Вы, уважаемый Владимир Владимирович, должны знать, что подобных настроений в российском обществе нет. Напротив, подавляющее большинство участников «Русского марша» поддержало растущий интерес российской власти к сбережению нации, защите зарубежных соотечественников, борьбе с нелегальной иммиграцией.

Массированная дезинформация, как мы полагаем, направляемая из единого центра в Вашем окружении, привела к совершенно неадекватным действиям право охранительных органов. Милиция арестовывала людей, несущих государственные флаги, рвала плакаты «Долой коррумпированных чиновников», «Свободу слова» и даже Ваши портреты, с которыми участники «Русского марша» шли на разрешенный митинг в сквере на Девичьем поле в Москве.

Мы считаем, что информационное и силовое воздействие на участников «Русского марша» является результатом реализации планов взбаламутить страну фальшивой угрозой «русского фашизма», оскорбляющей память героев Великой Отечественной войны и национальное достоинство русского большинства, подвигнуть наших сторонников к акциям гражданского неповиновения, дестабилизировать обстановку в целом и создать угрозу конституционному порядку. Мы считаем, что действия властей против граждан, желающих в соответствии со своими конституционными правами заявить о поддержке идей национального единства и политических инициатив президента, являются грубой и опасной провокацией. Её цель - мобилизация агрессивных настроений в гражданах и в целом противопоставление общества и президента.

Мы уверены, что эти планы конструируются в Вашем окружении некоторыми людьми, которые решают таким образом проблему собственного трудоустройства и частного благополучия после 2008 года. Этим людям не важен престиж страны, а доверие граждан к власти и Президенту - не более чем инструмент в их циничных политических манипуляциях.

В этой связи просим Вас взять под личный контроль расследование причин массового нарушения прав человека и произвола, допущенного властями г. Москвы и других регионов страны при проведении «Русского марша», и наказать виновных. Вся необходимая информация, в том числе жалобы пострадавших, будут переданы назначенному Вами представителю.

origindate::9.11.2006

Д.О. Рогозин
В.И. Алкснис
Н.В. Курьянович
А.Н. Савельев

***

Оригинал этого материала
© "Эксперт", origindate::13.11.2006

Москва-маршировочная

Олег Кашин

Фото - Таисия Антонова

Николай Курьянович оказался единственным ряженым на митинге

Шествие радикальных националистов стало единственной традицией нового праздника — Дня народного единства. Оно вышло совсем не драматичным, куда менее пафосным, чем предполагалось, но тем не менее очень показательным.

Заместители председателя московского отделения партии «Яблоко» Алексей Навальный и Андрей Бабушкин выглядели здесь явно лишними. Они не были похожи ни на участников «Русского марша», ни на журналистов, ни тем более на сотрудников милиции, которых утром 4 ноября на платформе станции «Комсомольская» Кольцевой линии московского метро было заметно больше, чем остальных. Между тем без Навального и Бабушкина почти абсурдная картина «Русского марша» выглядела бы не вполне полной — накануне они чуть не вызвали раскол в «Яблоке», подписав вместе с лидером московского отделения партии Сергеем Митрохиным заявление об участии «Яблока» в «Русском марше» в качестве наблюдателей. Уже через несколько часов зампред федерального «Яблока» Сергей Иваненко опровергал это заявление, но опровержение выглядело неубедительно. «Я не считаю лозунг “Слава России!” фашистским и всегда заканчиваю им все свои выступления, в том числе на демократических митингах», — похвастался Навальный корреспонденту «Эксперта» и пошел здороваться с крупным мужчиной в костюме с двуглавым орлом на лацкане. Этот мужчина — Александр Севастьянов, сопредседатель Национально-державной партии России (ее лидер, бывший министр печати Борис Миронов, уже три года находится в федеральном розыске по обвинению в разжигании национальной розни), — поздравил Навального с праздником и сообщил, что «сейчас начнется что-то интересное».

Агентурная сеть

Интересное появилось на платформе практически в ту же минуту. В человеке в черной папахе с кисточкой и со значком «Линия Сталина» на груди с трудом можно было узнать депутата Госдумы Николая Курьяновича, несколькими днями ранее исключенного из фракции ЛДПР и одноименной партии. Вероятно, именно членство в ЛДПР до сих пор сдерживало тягу Курьяновича к маскарадным костюмам — впрочем, в итоге он оказался практически единственным ряженым на «Русском марше».

Исключение Николая Курьяновича из ЛДПР стало блестящей иллюстрацией к выведенной накануне Глебом Павловским формуле срыва «Русского марша». «Естественно, когда правоохранительные органы создают агентурную сеть, неестественно, когда эти люди выходят на марши. Надо, чтобы соответствующие службы набрали соответствующие номера и отозвали их с “Русского марша”. И не надо будет ничего запрещать», — заявил Павловский журналистам 31 октября, и действительно: к этому времени практически все организации и частные лица, имеющие более или менее тесные контакты со структурами администрации президента и собиравшиеся принять участие в «Русском марше», под разными предлогами от участия в марше националистов отказались.

Место встречи изменить нельзя

Converted 22654.jpg

Александру Белову (на фото) мешает только Сурков

По сути, единственной организацией, не изменившей своих планов на 4 ноября, осталось незарегистрированное Движение против нелегальной иммиграции (ДПНИ). Глава центра общественных связей ДПНИ и фактический лидер движения Александр Белов под своей настоящей фамилией Поткин направил в префектуру ЦАО несколько десятков заявок на проведение марша. Ни одна из заявок не была удовлетворена столичными властями, и именно поэтому оргкомитет «Русского марша» принял очевидно провокационное решение собраться под землей, в метро, чтобы потом «проследовать к месту народного схода», которое, однако, то ли держалось в тайне, то ли просто не было выбрано. Ожидания большинства наблюдателей (в том числе вполне лояльных ДПНИ) по поводу перспектив сбора в метро были самыми пессимистическими. 3 ноября нервы организаторов сдали — председатель общественного совета в поддержку «Русского марша» депутат Госдумы Виктор Алкснис призвал сторонников не собираться в метро и принять участие в санкционированном митинге партии «Народная воля» на Девичьем поле (район метро «Парк культуры»). Инициативу Алксниса поддержал Дмитрий Рогозин, который, не будучи формальным организатором марша, ранее неоднократно заявлял о своем желании идти во главе националистических колонн. Впрочем, за сутки до мероприятия изменить место сбора оказалось уже невозможно, поэтому все-таки встречались в метро.

Папаха и депутатское удостоверение обеспечили Николаю Курьяновичу всеобщее внимание — когда он сел в вагон метро, за ним бросились не только журналисты, но и многие рядовые участники марша. Оказалось, впрочем, что Курьянович едет не на «Парк культуры», а на «Белорусскую» — встречать живущего там Дмитрия Рогозина.

Русское небо

Бывший лидер «Родины» появился не один. С ним был сопровождаемый личной охраной Александр Белов. Поздравив друг друга с праздником, лидеры поехали обратно на «Комсомольскую», где уже дежурил Виктор Алкснис с мегафоном — депутат призывал участников марша не создавать давки, а самостоятельно добираться до «Парка культуры». «Справишься один?» — поинтересовался у коллеги Николай Курьянович. Алкснис кивнул. Курьянович, Рогозин и Белов пошли пересаживаться на Сокольническую линию, чтобы ехать к месту проведения марша.

За лидерами шла внушительных размеров толпа активистов и репортеров, однако охрана Александра Белова эффектно заблокировала двери вагона, в который садились Белов и Рогозин — так что давки в вагоне вопреки ожиданиям не возникло.

Зато на улице, у выхода из «Парка культуры», творилось что-то невообразимое. Территория вокруг станции была окружена грузовиками «Урал» и солдатами внутренних войск. Выходивших из метро обыскивали и при малейшем подозрении на принадлежность к экстремистским группировкам или, скажем, на алкогольное опьянение людей задерживали (по данным ГУВД, всего в этот день на «Парке культуры» было задержано 560 человек). Встречавшая участников марша депутат Госдумы от «Родины» Ирина Савельева вначале пыталась уговорить милиционеров быть менее активными, а потом просто разрыдалась.

Выйдя из метро, Александр Белов воскликнул: «Вот оно, русское небо! И неужели эти м…, эти Асламбеки Дудаевы, смогут нам помешать его видеть?»

Асламбеком Дудаевым Александр Белов называет заместителя главы администрации президента РФ Владислава Суркова. Когда марш закончится, выяснится, что больше ни о ком и ни о чем Белов говорить не будет — только о Суркове, преимущественно матом.

— А о ком еще мне говорить? Нам мешает только Сурков, — заявил Белов корреспонденту «Эксперта». — Сам звонит во все ведомства, заставляет запрещать «Русский марш». Только он, больше никто.

— То есть остальные вам помогают?

— Нам никто не помогает, все кругом п…, — отрезал лидер ДПНИ.

«С фашистской силой темною»

Но этот разговор состоится уже после марша, а пока колонна идет к Девичьему полю. На Зубовской площади путь марширующим зачем-то преграждает цепочка ОМОНа.

— Пустите нас, здесь депутаты! — кричит Белов, и колонна прорывает цепочку. В толпе воодушевление — впрочем, кажется, что оцепление и было выставлено только для того, чтобы его можно было прорвать.

Сквер у памятника Льву Толстому оцеплен более основательно, стоят металлоискатели, митингующие спокойно проходят досмотр. Содержание плакатов изучает стоящий здесь же представитель оргкомитета — транспаранты с малейшим намеком на антисемитизм и другие экстремистские проявления изымаются.

Сквер, однако, оргкомитету уже не подвластен — здесь проходит официальное мероприятие партии «Народная воля» Сергея Бабурина. Бабурин — вполне «системный» политик. Видимо, поэтому ни Рогозин, ни Белов даже не подходят к нему здороваться, предпочитая давать интервью на расстоянии от трибуны. С трибуны тем временем звучит песня «Священная война»: «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой, с фашистской силой темною, с проклятою ордой». Какой-то мужчина раскладывает на ступенях памятника Толстому книги — «Протоколы сионских мудрецов», «Спор о Сионе» Дугласа Рида и тому подобное. К торговцу тут же подходит человек из оргкомитета: «Немедленно уберите, вы мешаете людям ходить». Тот убирает книги и исчезает.

Чуть в стороне — пенсионер с мегафоном. Начинает без приветствия:

— Я извиняюсь, но у Путина на лице пять признаков еврея…

Из толпы перебивают:

— Что, нос обрезан?

Оратор продолжает:

— Понимаете, картавость не свойственна славянам и казакам.

В эту минуту над площадью появляется милицейский вертолет, все смотрят в небо, когда вертолет скрывается, человека с мегафоном уже нет.

Русские жесты Сергея Бабурина

Начинается митинг. Открывающий его Сергей Бабурин показывает рукой на фоторепортеров:

— Они пришли сюда за фашизмом. Не будем их провоцировать. Пожалуйста, не репетируйте «римских приветствий». Давайте осваивать наши, русские жесты.

Виктор Алкснис восхищается обилием молодежи: «Пятнадцать лет назад, когда мое поколение начало ходить на митинги, молодежи было совсем мало». Ирина Савельева рассказывает о задержаниях у метро. «Почему над нами так издеваются? Ведь мы не фашисты, мы просто против нелегальной иммиграции, которая приносит зло». Николай Курьянович читает оду Гаврилы Державина. Во время выступления жены находящегося в розыске Бориса Миронова Татьяны (на груди у нее — большой портрет Владимира Квачкова) ломается микрофон. Сергей Бабурин отдает ей свой, но ломается и он. «Есть у кого-нибудь мегафон?» — кричит Бабурин. Пенсионер-антисемит поднимает свой мегафон над головой и торжественно несет его сквозь толпу. Татьяна Миронова наконец заканчивает свое выступление здравицей в честь Квачкова.

Внизу у грузовика-трибуны стоит Дмитрий Рогозин. На вопрос корреспондента «Эксперта» о его отношениях с Сергеем Бабуриным Рогозин выразительным жестом показывает на спину бабуринского охранника, закрывающую ведущую на трибуну стремянку: «Ну ты видишь, какие отношения».

Очевидно, отношения между Сергеем Бабуриным и Александром Беловым складываются не намного лучше. Подняться на трибуну Белову (а с ним и Рогозину) благодаря собственной охране удалось, но выступить он не смог — когда мегафон оказался в руках лидера ДПНИ, Сергей Бабурин объявил митинг закрытым и распорядился включить музыку.

Белов вскарабкался на кабину грузовика и продолжил выступление, которое, хоть и походило на истерику, впечатление производило весьма сильное.

— Что это за б…дство? — кричал он. — Милиция, вы русские или б…ди?

Очевидно, в ответ милиция сняла с площади оцепление. Белов спустился в толпу и повел своих сторонников по улице Льва Толстого.

Марш до ближайшей станции

Собственно, это и был «Русский марш» — несколько сотен митингующих, скандируя «Кондопога! Кондопога!», шагали по Москве. Белов уже сорвал голос, но продолжал материть Владислава Суркова и изобретать новые речевки:

— Это наш город! — кричал он. — Это наша страна! Что будет дальше?

— Война! — хором отвечала Белову колонна.

«А куда мы идем?» — спрашивали друг у друга марширующие в хвосте колонны. Большинство сходилось на версии о Болотной площади, где начинался антифашистский митинг, тем более что драка между антифашистами и нацистами накануне уже была анонсирована на нескольких радикальных сайтах.

Все оказалось проще — шли всего лишь к метро. На углу Комсомольского проспекта колонну уже ждала омоновская цепь. С подачи Белова толпа начала скандировать лозунг «Каждому омоновцу по квартире в Москве!».

Омоновцы улыбались, но просили не задерживаться. Спустившись в метро, Белов быстро сел в вагон и уехал на «Добрынинскую», где его ждал автомобиль. Желающих ехать на Болотную площадь набралось не более полусотни — но драки все равно не получилось. На пешеходном мосту у Третьяковской галереи националистов остановил ОМОН. Националисты разбежались.

Разбежались, дав комментаторам множество поводов говорить о провале «Русского марша», о неизлечимой маргинальности его организаторов и о том, что никакого будущего у этой уличной силы нет. Подобных комментариев столько, что создается впечатление, будто все пытаются убедить самих себя и друг друга в том, что «Русский марш» провалился.

В сущности, «Русский марш» действительно провалился. Москва еще помнит миллионные демократические митинги конца 80−х, собиравшиеся вопреки единогласному потоку информации телеканалов и газет. Когда народу действительно есть что сказать, на улицы выходит не три тысячи человек и госпропаганда этого остановить не может. «Русский марш» предваряла достаточно широкая пиар-кампания, его тематика, если не его лозунги, активно поддерживается всеми телеканалами, и на этом фоне небольшая массовка вокруг Льва Толстого выглядит малоубедительно.

Сами организаторы марша, естественно, не считают событие провальным. Провалилась попытка подраться — но она и не входила в планы организаторов, это была инициатива снизу. Провалился на Девичьем поле и Сергей Бабурин, взявшийся в рамках своей «системности» обуздать националистическую стихию и не справившийся с этой миссией.

«Несистемные» же лидеры, и в первую очередь Александр Белов, выглядели неплохо. Не столько в силу собственной харизмы, сколько на общем унылом политическом фоне. Чем стройнее властная вертикаль, тем проще любому митинговому оратору завоевать симпатию улицы — для этого достаточно только заговорить уличным языком, отклонившись от общепринятой повестки дня. Одинаковость и слабость «системных» политиков легко оборачивается силой их «несистемных» оппонентов.

Собственно, «Русский марш», как бы комично он ни выглядел, был элементом живой политической жизни и оттого заметным событием. Разумеется, при желании можно и этот росток живой жизни закатать в асфальт. Но важно заметить, что каждый раз росток этот все равно пробивается, прибавляя в силе. Причем в одном и том же месте. Нацболы, либеральная оппозиция, теперь националисты — все они так или иначе набирали очки не столько на поле своей идеологии (тот же Белов почти ничего в этот раз не говорил ни про инородцев, ни про мигрантов), сколько на поле коммуникации власти и общества. Отрицание официозной лжи, пафос живой политической жизни, человеческих слов и человеческих эмоций привлекает людей. И именно в этой точке живой политики будут постоянно возникать внесистемные политические силы, до тех пор пока системная политика не станет живой.