Тайна имени российских олигархов

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Олигархам, заплатившим пиар-компаниям небольшие состояния, чтобы их разрекламировали как международно уважаемых общественных деятелей, очень сложно доказать, что они всего лишь скромные личности

1100850369-0.jpg Отмывание репутации чем-то похоже на отмывание денег. Чем больше вы смешиваете факты, тем сложнее их запомнить, тем меньше наносимый ими вред и тем чище результат. Именно поэтому российские олигархи прилагают столько усилий, подавая иски против критиков и расследователей их деятельности в суды иностранных государств. Выбранные страны — те, где у олигархов есть дома и семьи, а также те, где их банкиры выдают займы или где у олигарха есть возможность защитить свои местные деловые интересы от не печатающих рекламу газет. Поскольку законы о клевете в разных странах отличаются — в США они на стороне прессы, а в Великобритании — на стороне олигарха — предпочтительным местом для операции по отмыванию репутации оказывается Лондон. Здесь на отмывании репутации специализируются не только английские суды, но и английские газеты и даже английский премьер-министр.

Основная проблема, с которой дипломированный российский олигарх сталкивается в США, заключается в том, что он считается общественным деятелем, а не частным лицом. По американскому закону о клевете, положениям Конституции о свободе речи и их толкованию американскими судами, если хороший человек считается известным своей деятельностью в правительстве, на рынке или в СМИ, многое из негативных сообщений о нем не будет расцениваться как клевета.

Олигархам, заплатившим американским пиар-компаниям небольшие состояния, чтобы их разрекламировали в США как международно уважаемых общественных деятелей, очень сложно вдруг признаться американскому судье в том, что они всего лишь скромные личности, не ищущие славы и не заслуживающие дурной репутации.

Один олигарх, который скоро попытается это доказать в федеральном суде США, за последние четыре года накопил 11,5 тысяч страниц репортажей в англоязычной прессе, не говоря уже об Интернете. Если судья решит, что человек с таким послужным списком является общественным деятелем, то те, кто писали о нем плохое, не должны будут доказывать правдивость своих сообщений. Наоборот, это плохому хорошему олигарху придется доказать наличие злого умысла или грубое игнорирование правды в репортажах о нем.

Учитывая, что олигархи обычно платят за хорошие репортажи, и предположив, что за плохие платят враги или конкуренты, подобные юридические требования удовлетворить практически невозможно. Соответственно, американский суд вряд ли признает факт клеветы против какого бы то ни было олигарха. С другой стороны, вряд ли хоть один американский судья соберется отделять истинно плохое от истинного хорошего в репутации олигарха.

Хотя Англия и США — это страны, от которых российские олигархи больше всего зависят, есть еще несколько мест, где им нравится жить, а также зарабатывать и тратить деньги. Например, в Германии и Франции они подавали иски о клевете против газет, в основном деловых изданий, влиятельных в банковских кругах. Зачастую одной угрозы обращения в суд достаточно, чтобы убедить даже самых уважаемых издателей не информировать читателей о реальных, кажущихся, подозреваемых и наговариваемых рисках о ведении дел с российскими олигархами.

Такая форма народного контроля представляет достаточно серьезную проблему, так что два года назад один олигарх не поленился нанять международно признанное детективное агентство для составления отчета о его репутации. Судя по контракту, олигарх согласился заплатить за это крупную сумму, но, как указало в переписке агентство, цена, которую придется заплатить, если банкиры решат, что ему не стоит одалживать деньги, гораздо выше. И вот агентство было нанято, для проекта придумали кодовое название, и с клиента затребовали большой аванс.

Собственно говоря, у детективного агентства тоже была репутация, которую нужно охранять. А потому ему было несколько неловко принимать от олигарха плату за работу, которая по согласию обеих сторон должна была быть ‘независимой’ оценкой всех приписываемых олигарху плохих деяний. Работу, которую он затем должен был распространить среди тех, кто, как он подозревал, думает о нем плохо. Агентство пообещало разослать запросы в официально независимые правоохранительные и разведывательные структуры по всему миру, к которым у него якобы был доступ. К сожалению для репутации агентства и для его отчета, последние, очевидно, решили на запросы не отвечать. Детективы не узнали ничего, что можно было бы включить в отчет.

Международно известное детективное агентство вряд ли может быть привлечено в американский суд, поскольку его отчет лишь докажет то, что олигарх должен попытаться опровергнуть, — что он является общественным деятелем с международно подмоченной репутацией. С другой стороны, доклад частной иностранной компании, претендующий на получение сведений от российских правительственных ведомств, вряд ли будет принят как доказательство в российском суде.

А потому недавно отчет был представлен во французский суд, вызвав вопрос о том, что же французское правительство и разведка знают о его теме. Но даже если французское правосудие благосклонно к олигархам с точки зрения деления на общественных деятелей и частных лиц, прошло уже много веков с тех пор, как французские суды принимали в качества доказательства мнение частной иностранной компании, собирающей и продающей информацию за деньги.

Подвергая свою репутацию судебному разбирательству, каждый рискует лишь увеличить свою дурную славу, а, следовательно, независимо от исхода процесса, лишь усилить впечатление, что он как раз такой плохой, каким его — несправедливо — пытаются представить. Все-таки, обращаясь в суд, олигарх ищет оправдания и уважения не человека с улицы. Его мишень — это глава отдела оценки рисков банка, председатель кредитной комиссии, страхователь ответственности директоров, независимый аудитор и юрист, который будет составлять его следующий проспект о выпуске необеспеченных еврооблигаций или американских депозитарных акций. Это небольшая, но искушенная аудитория, которая знает непечатную правду. На нее не сильно влияют обвинительные или оправдательные приговоры в делах о клевете.

Примечание для читателей: 22 ноября 17-й суд Парижа рассмотрит иск Михаила Фридмана о клевете против французской деловой газеты «Les Echos». 21 декабря судья Джон Бэнкс (John Banks) федерального окружного суда США в Вашингтоне заслушает выступления сторон о ходатайстве истца о вынесении решения в порядке упрощенного судопроизводства в деле Михаила Фридмана и Петра Авена из ОАО «Альфа-банк» и ЗАО «Альфа-Эко» против Кнута Ройса (Knut Royce) и Натаниэля Хеллера (Nathaniel Heller) из Центра за общественную целостность.

Джон Хелмер

Перевод:«ИноСМИ.ру»

Оригинал материала

«The Russia Journal»