Тайные операции эмира Аль Тани

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Тайные операции эмира Аль Тани FLB: Почему Катар может позволить себе избивать и обыскивать российских дипломатов. Кто финансирует развал России

"За последние годы маленькая монархия Персидского залива – эмират Катар с его тремя сотнями тысяч населения – столько раз наносила России чувствительные удары, что не замечать это становится просто невозможно. Последние сводки с этого восточного фронта таковы. Катар так и не извинился за избиение российского посла Владимира Титоренко, произошедшее 29 ноября прошлого года в аэропорту катарской столицы Доху . Катарские таможенники и полицейские силой пытались просветить рентгеном дипломатическую почту, хотя у россиян в соответствии с Венской конвенцией было разрешение министерства иностранных дел Катара на провоз диппочты без досмотра. В результате посол, обладающий статусом дипломатической неприкосновенности, оказался в больничной палате: врачи зафиксировали у него многочисленные ушибы на лице и теле и отслоение сетчатки глаза. Кроме Владимира Титоренко пострадали и двое других сотрудников посольства. Нашему послу пришлось проходить лечение в соседних Объединенных Арабских Эмиратах. Говорят о необходимости лазерной терапии. В итоге Россия закономерно понизила статус дипломатических отношений с Катаром. А в начале февраля 2012 года, по данным алжирского информационного агентства, министр иностранных дел Катара в крайне грубой форме сказал нашему постоянному представителю при ООН Виталию Чуркину: «Я предупреждаю Россию, что если она не воздержится от вето и не примет решения ООН, она потеряет все арабские страны». Так министр карликового, но богатого государства лоббировал проект резолюции СБ ООН, предусматривавший открытое вмешательство во внутренние дела Сирии . После этого демарша Россия призвала не проводить в Дохе серию переговоров в рамках ООН по проблеме климата. На поверхности – внезапное и труднообъяснимое охлаждение отношений, установленных относительно недавно – в 1989 году. Впрочем, эксперты по региону давно ожидали чего-то подобного. Судите сами. Еще в девяностые годы именно в Катар потянулись теснимые российскими войсками чеченские боевики. Там успели «засветиться» и ичкерийский президент Зелимхан Яндарбиев (наследник Дудаева), и шеф ичкерийской пропаганды Мовлади Удугов . Когда в начале 2004 года, как предполагается, российские спецслужбы в стиле израильского Моссада, но довольно неуклюже ликвидировали Яндарбиева, на совести которого были сотни похищенных людей, замученных российских военнослужащих и чиновников, катарские силовики устроили настоящую облаву на проживающих в Катаре российских граждан. Два предполагаемых офицера российских спецслужб были арестованы катарцами и осуждены местным судом. Потом понадобились многие месяцы дипломатических усилий и вмешательство тогдашнего президента Путина, чтобы как-то разрешить эту проблему. (Теперь, говорят, двое наших «блондинов»-ликвидаторов отбывают наказание где-то на спецобъекте в Подмосковье). Но этот укол был лишь предвестником куда больших неприятностей. Вот уже десять лет Катар – база «общеарабской» телекомпании «Аль-Джазира». Вопреки надеждам многих на то, что эта телестанция направит острие своей критики на американскую оккупацию Ирака и Афганистана, «Аль-Джазира» пошла по пути даже не Би-би-си, а, скорее, арабской службы радио «Свободная Европа». В редакционной политике этой станции внешний лоск «сбалансированности» и «нейтральной подачи информации» совмещается с откровенной неприязнью к России, а также с вмешательством во внутренние дела Египта, Ливии, а теперь и Сирии. «Аль-Джазира», пользуясь тем фактом, что независимые арабские страны объединяет общий литературный язык, откровенно разжигала антиправительственное восстание в Ливии, а теперь подрывает последний дружественный России режим на Ближнем Востоке – Сирийскую Арабскую Республику (САР), средствами пропаганды превращая её лидера Башара Асада в «международного изгоя». Потихоньку становится ясно, что Катар получил от США и Евросоюза карт-бланш на то, чтобы направить свое главное оружие – собственную телекомпанию «Аль-Джазира» - на вытеснение остатков влияния России на Ближнем Востоке. Конечно, эта цель играет для самого Катара лишь побочную роль, просто без нее невозможно осуществление главной мечты катарского эмира Аль Тани . Эта мечта – установление на Ближнем Востоке власти исламских режимов суннитского направления с преобладающим влиянием саудовцев и катарцев, а также их союзников – исламистов ваххабитского толка. Но для достижения этой мечты нужно убрать из региона Россию и шиитский Иран. У России есть ахиллесова пята – Северный Кавказ, где давно действуют «единоверцы» ваххабитов. Ну, а западная общественность достаточно глупа, чтобы обмануться показанными ей в Египте или в другой «революционной» арабской стране миражом свободных выборов (исламистам, как и нацистам, достаточно лишь одной победы на выборах, чтобы закрепить ее на десятилетия). Противостояние в последние недели нарастает. Катарская «Аль-Джазира» просто рвала и метала по поводу наложенного Россией и Китаем вето на резолюцию Совета безопасности ООН, возлагавшую всю вину за кровопролитие в Сирии на Башара Асада и фактически открывавшую дверь для внешнего вмешательства в Сирии по ливийскому сценарию . Похоже, Москва слишком долго недооценивала растущих «тигров» Ближнего Востока, в число которых наряду с очень возгордившейся в последние годы Турцией входит и Катар. Они давно уже живут в многополярном мире, показывая России зубы отнюдь не только «по указке Уолл-стрита», но и по собственным мотивам и с собственными целями. Их планы идут порой намного дальше отведенной им при «холодной войне» Америкой роли. Поэтому материал Петра Львова (Институт Ближнего Востока) представляет, с точки зрения редакции, большой интерес для понимания как раз внутренней мотивировки действий Катара. Что же движет этой маленькой, но больно дерущейся ближневосточной монархией? Пётр Львов, Институт Ближнего Востока КАТАРАКТА БЛИЖНЕГО ВОСТОКА «Нынешняя правящая в Катаре династия Аль Тани, которая возглавляет конгломерат племен Мидади, пришедших на полуостров Катар в конце 17-го века из оазисов Южной Аравии, имеет родственное саудовцам происхождение. Сначала Мидади были просто племенем кочевников, которое осело на берегах Персидского залива. Занимались эти арабы-кочевники по большей части рыболовством, ловлей жемчуга, понемногу выращивали финики и пасли коз с верблюдами. Промышляли порой и пиратством. Все изменилось, когда в тридцатые годы в этих местах нашли нефть и газ. Сначала территория нынешнего Катара была британским протекторатом, но с обретением независимости в 1971 году началась и собственная политика. «Нефтянка» была национализирована, но рядом с занимающими ключевые административные посты катарцами всегда находятся советники – англичане, американцы, канадцы. Все решения принимаются техническими советами, которые составляют заключения по технической и финансовой составляющим проектов. При такой системе понятно, что независимость Катара, по крайней мере, экономическая, во многом фикция. В частности, понятно, что эксперты из Великобритании, США, Канады и Австралии не заинтересованы в том, чтобы пропускать через контролируемые ими фильтры инвестиционные сделки эмирата с Россией. Поэтому не надо удивляться тому, что ежегодный торговый оборот наших стран за год едва достигает 20 млн долларов, а объем экономического сотрудничества равен нулю. Только наивные люди могут удивляться тому, что отношения между РФ и Катаром не развиваются. Не способствует этому и политика нынешнего эмира Аль Тани, пришедшего к власти в 1995, поторопившего уход собственного отца на заслуженный отдых. БАЗА ПОДЛЁТА Сегодняшний Катар – богатое государство, способное тратить миллиарды долларов на такие дорогие игрушки как телеканал «Аль-Джазира» и на поддержку боевиков в Чечне. Но благосостояние это хрупкое – оно основано на высоких ценах на нефть и использовании труда гастарбайтеров – специалистов с Запада и Востока, а также чернорабочих индийцев, пакистанцев, филиппинцев. Сами катарцы в огромном большинстве своем специализируются на отдаче команд и сидении в роскошных офисах за огромные зарплаты (госслужащий среднего звена получает в Катаре около 20 тысяч долларов в месяц). Ни одного катарского инженера у вентиля на заводах сжиженного природного газа увидеть нельзя. Ввиду вышеизложенного больше всего в Катаре боятся возможной войны США против Ирана, из-за которой может «встать» весь Персидский залив . Впрочем, в плане союзников Катар давно сделал свой выбор. На территории Катара, в 40 км от Дохи, расположена крупнейшая база ВВС США Аль-Удейд, на которой дислоцированы свыше 4 тысяч военнослужащих. Это – 30% численности катарской армии. Так что если эмир начнет «дрейфовать» не в ту сторону, не нужно даже направлять специальное подразделение для его замены на более лояльного государственного деятеля. При этом база Аль-Удейд использовалась во всех действиях авиации США против Ирака, а с 2001 года – в качестве моста обеспечения войск НАТО в Афганистане. Наряду с базой ВМС на Бахрейне и 45-тысячной группировкой сухопутных войск США после вывода американских войск из Ирака, Аль-Удейд - одна из ключевых опор военного присутствия США в Персидском заливе . Правда, она же – и цель в случае ударов возмездия Ирана, если американцы нанесут по его территории свои любимые «точечно-ковровые» удары. РЕВОЛЮЦИОННАЯ АРАБСКАЯ МОНАРХИЯ Но если США в Катаре стараются не злить, то с соседями по арабскому миру особо не церемонятся. Последние примеры – Ливия и Сирия. Катар был одним из главных лоббистов грозных резолюций Лиги Арабских стран (ЛАГ) против режимов в Ливии и Сирии, когда в этих странах начались волнения . Катарские лётчики на французских «миражах» бомбили Ливию, причём местная пресса пестрела заголовками типа «Катарские соколы в небе над Ливией». Катарский спецназ помогал ливийским повстанцам. Сегодня аналогичные процессы идут в Сирии. Почему Катар стал авангардом протестных движений Ближнего Востока? Возможно, потому, что лучше поддержать революцию у соседа, а не впустить ее в свой собственный дом. Или это попытка навязать пуританские нормы ислама ваххабитского толка другим арабским странам? Или просто сверхдоходы от газа и нефти разожгли амбиции руководства страны до уровня, когда ему захотелось стать великим и известным в мировом масштабе, тем более что претензии на участие в мировой политике в качестве одного из демиургов были налицо и до этого? Катар стал посредником при решении чуть ли не всех региональных споров, будь это Дарфур, Ливан, межпалестинские разногласия, йеменский конфликт, эритрейско-джибутийский спор или иранская ядерная программа. Едва ли не каждую неделю в стране проходит международная конференция. Диалог религий, сосуществование цивилизаций, мировая энергетика, etc. Сейчас вовсю слышны слухи о том, что именно в Дохе начнутся переговоры «Талибана» с нынешним афганским правительством, США и представителями мирового сообщества . Только результатом всех этих миротворческих усилий почему-то часто становится не мир, а новые войны и революции. Возможно, ответ – в странных симпатиях эмирата к исламистам радикального салафитского «масхаба», главным закопёрщикам мирового исламского терроризма. Еще 10 лет назад Катар стойко ассоциировался именно с этими господами. Не случайно расследование событий 11 сентября 2001 года в США выявило не только саудовский, но и катарский «след». Близкие родственники эмира оказались в списке тех, кто давал убежище и помогал боевикам «Аль-Каиды», которые уничтожили башни-«близнецы» . Но отличающийся повышенной даже для Ближнего Востока «проходимостью» министр иностранных дел Катара Хамад бен Джассем и здесь оказал услугу эмиру. Он смог договориться с Вашингтоном о снятии антитеррористических санкций с Катара в обмен на то, что с авиабазы Аль-Удейд американцы осуществляли командование военной операцией против Ирака в марте-апреле 2003 года. США «простили» Дохе и активные связи с талибским режимом в Афганистане, и контакты с «Аль-Каидой», и использование катарских финансовых институтов для спонсирования сомнительных организаций исламистского толка. СЧЁТЫ С РОССИЕЙ Огромные газовые деньги позволили катарцам «закрыть» глаза лидера мировой антитеррористической коалиции на все «прегрешения» Дохи в священном деле помощи «братьям» по салафитской вере повсюду – от Африки до Кашмира. Правда предпоследний посол США в Дохе Джозеф Лебарон, если верить материалам сайта «Викиликс», в 2008 году все-таки написал в Госдепартамент США, что Катар продолжает финансировать международный терроризм. Стоит вспомнить и о том, как Катар финансировал терроризм на Северном Кавказе, поощряя войну в Чечне. Деньги, если верить арабским источникам в Дохе, шли сначала в Швейцарию, оттуда в Стамбул, а затем уже непосредственно боевикам . Надо сказать, что Катар был в числе «передовиков» финансирования «воинов джихада». Более того, уставшие от боев «солдаты Аллаха» могли отдохнуть от разбоя и насилия на территории этой страны. С Россией у Катара вообще особые счёты. Ваххабиты Катара и Саудовской Аравии ненавидели Россию в ее советском обличье и не изменили к ней своего отношения после распада Союза. Причём в этот распад Саудовская Аравия внесла значительную лепту, обвалив в конце восьмидесятых цены на нефть по просьбе тогдашнего американского президента Рейгана: экономика СССР без нефтяных вливаний была обречена. Мечта салафитов – развалить Россию и вычленить из её состава мусульманские регионы, прежде всего Северного Кавказа, а если получится, то и Поволжья. Эти районы, по дальнему прицелу салафитов, должны перейти под контроль будущей исламистской империи во главе с самыми праведными из праведных – ваххабитами . Поэтому неудивительно, что именно в Катар бежали вместе с ичкерийским президентом Яндарбиевым до семи сотен его сторонников. Все они жили в Катаре и не бедствовали. До сих пор остался открытым вопрос, где деньги Яндарбиева и финансовые средства, собранные для чеченских боевиков, которые в свое время щедро текли из многих арабских государств Персидского залива? Деньги формально собирались не государством, а гражданами, чуть ли не на улицах. Сбор организовывался в мечетях и супермаркетах тремя крупными благотворительными фондами и местным Обществом Красного полумесяца. Затем эти средства пополнялись «углеводородными» финансовыми активами правящей семьи и отдельными ее шейхами, и формально расходовались на помощь бедным мусульманам в арабских, африканских и азиатских странах. Только ХАМАСу в 2007-2010 г.г. ежегодно шло, по оценкам палестинцев, проживающих в Катаре, до 450 млн долларов «помощи», на которые закупалось оружие для борьбы с «сионистским врагом». И Россия, и Израиль, и даже страны Запада для исламских фанатиков – части одной враждебной цивилизации. Россия не сразу заметила, что после падения Мубарака в Египте Лига рабских государств (ЛАГ) попала под контроль саудовцев и катарцев . Ведь многие годы Лига занималась борьбой с Израилем и эта ее деятельность неизменно находила поддержку СССР. Но в 2011 году Катар и саудовцы решили использовать ЛАГ для ликвидации режима Каддафи – конкурента не нефтегазовом рынке. Весной 2011 года в Лиге была проведена резолюция о необходимости отстранения Каддафи, а затем было принято решение о прямом вмешательстве. Это было беспрецедентно – ЛАГ фактически ввела режим изоляции арабской страны и попросила мир о вмешательстве в арабские дела . Даже когда президент АРЕ Анвар Садат заключил в 1979 году мир с Израилем, ЛАГ всего лишь объявила весьма неуверенный бойкот Египту. При этом далеко не все арабские страны разорвали с Каиром дипотношения, хотя тогда речь шла о «сепаратной сделке с сионистами и продаже арабских интересов и палестинского народа». В Ливии руководству страны инкриминировалась всего лишь расправа властей с вооруженными демонстрантами, что не раз спокойно воспринималось всей арабской уммой. Достаточно вспомнить хотя бы резню коммунистов, устроенную в 70-х годах прошлого века Саддамом Хусейном с всеобщего благословения. Или бомбардировки восставших «Братьев-мусульман» в сирийских Хомсе, Хаме и Алеппо в 80-х годах. Более того, Лига не изгнала из своих рядов Ирак, который в 1990 году оккупировал Кувейт, то есть целую арабскую страну. Результаты новой деятельности ЛАГ налицо – бойня в Ливии, продолжающееся противостояние в Сирии. И всё это – во имя демократии, если верить «Аль-Джазире». Но кто же учит весь арабский мир демократии? Битва у трона Катар – это абсолютная монархия. Страной единолично управляет эмир, в переводе с арабского «князь». Его власть передается наследнику, как правило, старшему сыну. Иногда собирается Высший семейный совет семейства Аль Тани, в который входят несколько самых близких эмиру родственников, для улаживания текущих вопросов «царской семьи» или выбора наследника престола. Даже квази-парламента в стране нет. Действует только Консультативный совет, 25 членов которого назначает эмир. Его функции – давать советы, которые не обязательны к исполнению. Это не более чем синекура, чтобы пристроить важных и влиятельных персон из окружения эмира, которые не пригодны быть министрами или возглавлять важные ведомства. Все члены правительства, включая премьер-министра и его заместителей, назначаются указами эмира или наследного принца (принц носит еще и титул «заместитель правителя», то есть тот, кто замещает главу государства в случае его отсутствия в стране). Многие из членов кабинета министров носят фамилию Аль Тани, в том числе глава МВД. Если вернуться к истории этой страны, можно вспомнить, как в 1995 году нынешний эмир Катара Хамад совершил переворот, отстранив от власти отца, который в это время был в зарубежной поездке. Легитимность его власти сомнительна и ему понадобилось немало времени, чтобы его власть признали на Западе и в соседних арабских странах, поскольку причин для переворота не было, кроме его желания самому стать правителем. Большая «заслуга» в легитимации власти нынешнего эмира принадлежит нынешнему премьер-министру, министру иностранных дел Хамаду бен Джассему, родственнику эмира по тупиковой линии Аль Тани (бен Джассем не может претендовать на власть, так как не принадлежит к «царской» семье), который тогда был главой МИД . До этого высокого поста он дошел невероятно быстро, сделав головокружительную карьеру, начинавшуюся на посту скромного чиновника министерства по делам муниципального развития. По мнению осведомленных источников, его главное качество – умение оперировать деньгами, полученными за счёт сделок со средствами государственного Катарского управления инвестиций (КУИ), во главе которого он стоит. Только за приобретение лондонского универмага «Хэрродз», как утверждают катарские бизнесмены, бен Джассем заплатил 4 млрд долларов из средств КУИ, причем кое-какие «откаты» пошли при этом в частные руки. Таких сделок было немало. Приобретение доли «Сантандер» (бразильского филиала одноименного испанского банка) на очередные 4 млрд. долларов. Мифические вложения в тонущую греческую экономику на миллиарды долларов. Скупка элитной недвижимости в Лондоне и Париже. В интервью газете «Файненшл таймс» в конце октября 2010 года накануне визита в Англию, эмир дал понять, что не одобряет работу на государство с одновременным ведением частного бизнеса. Частный же бизнес бен Джассема – это целая империя, включая львиную долю в авиакомпании «Катар эйрвейз», Катарский исламский банк ,возглавляемый его сыном, инвестиционная группа «Барва», возглавляемая другим сыном и т.д. Бизнес-офис Х. бен Джассема находится в Лондоне. Англия и США владеют такими компрометирующими материалами о коммерческой деятельности премьера Катара, что тот не может и слова сказать против интересов Лондона и Вашингтона . При этом страну сделал богатой вовсе не бен Джассем, а его конкурент и злейший «враг» Абдалла Аль-Аттыйя, бывший вице-премьер и министр энергетики и промышленности . Именно этот технократ, имеющий прекрасное образование и разбирающийся в мировой истории, в том числе владеющий тонкими нюансами истории России от Петра и до сегодняшних дней, стал «отцом» катарской программы СПГ (сжиженного природного газа). С 2007 года газ стал основным источником огромных доходов эмирата, обойдя нефть. Катар в настоящее время экспортирует официально 77 млн. тонн СПГ, имея для этого самый крупный в мире флот в 54 специальных судна. За 15 лет Аль-Атыйя вывел Катар в лидеры мировой энергетики и первую по доходам на душу населения страну мира (свыше 100 тысяч долларов в год). При этом Катар не зависит от стран-транзитеров, будучи в состоянии доставить газ в любую точку мира. Отсюда обширная география поставок – США, Южная Америка (Аргентина, Бразилия), Европа, Азия (Китай, Индия, Пакистан, Япония, Южная Корея, Малайзия). Катар планирует поставлять СПГ даже Польше, начиная с 2013 года, и уже несколько лет является основным конкурентом российского «Газпрома», зачастую поставляя на споте СПГ на традиционные российские рынки в ЕС (например, в Италию). Именно Катар - главный конкурент «Газпрома» в Азии . При этом Доха может сильно демпинговать, чрезвычайно осложняя «Газпрому» сохранение высоких цен на газ на нынешнем уровне. Ряд европейских компаний требуют пересмотра цен на российский газ в сторону снижения, спекулируя именно катарским СПГ. Основными партнёрами Катара являются американская «Экссон мобил» и английская «Бритиш Петролеум», обладающие самыми передовыми технологиями в сфере сжижения газа. И их особая роль в экономике ощутима везде . Год назад Аль-Аттыйя стал руководителем администрации эмира в ранге вице-премьера, а в декабре 2011 года получил ранг премьер-министра, чем больно ударил по интересам Хамада бен Джассема. Поговаривают, что Аль-Аттыйя вскоре сменит последнего на посту председателя правительства. Традиции Клана Интересно, какая же это страна собирается избавить Сирию от «коррумпированной власти одной семьи»? Может быть, эта страна стопроцентно свободна от коррупции и экономики личных и родственных связей? Нет. Даже «несостоявшимся» членам клана Аль Тани выплачиваются пособия. Они могут зарабатывать и спонсорством, то есть быть партнёрами-лоббистами по бизнесу иностранных предпринимателей, поскольку работать в Катаре самостоятельно получается только у крупных компаний. Остальные без партнёра-лоббиста просто не смогут существовать. Вполне элегантный способ вымогать деньги из иностранцев, чтобы содержать неудачников из правящей династии. Государственный служащий может в свободное время иметь любой бизнес, в том числе благодаря институту спонсорства. Хамад бен Джассем – наиболее яркий представитель таких госслужащих-бизнесменов. Соответственно, демократия в сфере бизнеса в Катаре также отсутствует. Отдельный вопрос – права человека. Гастарбайтеры живут в Катаре практически на положении рабов. За ними установлен плотный контроль. Они компактно проживают в своего рода гетто в старой части Дохи, по несколько человек в комнате. В приличных районах города на улицах их не видно, все время, кроме рабочих часов, они проводят в вышеупомянутом гетто. Над служанками издеваются, их нередко насилуют, но суд в таких случаях всегда будет на стороне катарца. От Саудовской Аравии жизнь в Катаре отличает только более свободная форма одежды иностранцев (но в определенных «пределах») и предоставленная женщинам возможность водить машину и работать. Но выйти замуж за немусульманина гражданка Катара не имеет права. За мусульманина-иностранца выйти можно, но с разрешения МВД, и с потерей прав катарского гражданина ребенком, родившемся в таком браке. Получить гражданство Катара практически невозможно, даже арабам, верой и правдой служившей этой стране по 30-40 лет. Женщина-иностранка, выходящая замуж за катарца, должна принять ислам. В случае развода дети остаются с отцом – катарцем. Так что есть все основания для революции в самом Катаре, которая, как это принято писать на политически корректном Западе, помогла бы стране «избавиться от деспота, войдя в семью цивилизованных демократических наций» . Но Запад такую революцию почему-то не торопит. От редакции FLB: Полный текст Петра Львова «Катар – карлик с амбициями гиганта или просто мираж в аравийской пустыне?» можно прочитать на сайте Института Ближнего Востока."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации