Таких не берут в президенты

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Таких не берут в президенты Заявив на неделе о готовности бороться за президентский пост на следующих выборах, Григорий Явлинский опередил всех возможных соперников. Скорее всего, это останется единственной его победой на пути к Кремлю.

"Григорий Алексеевич Явлинский родился 10 апреля 1952 года во Львове.

Окончил Московский институт народного хозяйства имени Плеханова. До 1991 года работал в НИИ управления угольной промышленности, Госкомитете по труду СССР, заместителем председателя Совета Министров РСФСР. С 1991
года - экономический советник предсовмина РФ, лидер общественного
движения "Яблоко", депутат Госдумы РФ. Баллотировался в президенты России в 1996 году. Кандидат экономических наук. Женат, двое сыновей.
"Я прочитал программу "400 дней" и сказал, что это чудовищная программа
и попросил не тратить время на чепуху".
"Ходят слухи, что Михаил Юрьев, вице-спикер Думы от "Яблока",
контролирует 50 процентов производства дрожжей в стране. У него было
обязательство профинансировать фракцию в 1995 году. Обязательство это
он, говорят, не выполнил. Конфликт на финансовой почве там был очень
серьезный".
"Только позиция "Яблока" позволила коммунисту Геннадию Селезневу занять
кресло председателя Госдумы".
"Несмотря на желание соратников Явлинского принять участие в выборах
московского мэра, "Яблоко" никого не выдвинуло. Тогда многие правильно
посчитали, что Явлинский не хочет осложнять отношения с Юрием
Лужковым".
Григорий Явлинский уже потому интересен, что он самый молодой из тех,
кто когда-либо в новейшей истории России замахивался на обладание
высшей властью. Теперь он пожелал сделать это во второй раз.
Между тем, что касается участия в самой власти, у Явлинского это
получалось как-то по-касательной. Во властных коридорах он появлялся
редко и всегда ненадолго, проходил стороной, не оставляя заметного
следа.
При этом - непомерные амбиции человека, который знает, как надо. А
также ни единого значимого факта успешного применения этого знания. И -
слышимая в каждом слове обида на всех за то, что не дают развернуться.
О том, что из себя представляет политик Григорий Явлинский,
рассказывают люди, в разное время работавшие с ним или наблюдавшие его
со стороны:
Алексей Михайлов, председатель комитета по природным ресурсам и
природопользованию Госдумы РФ (фракция "Яблоко");
Олег Румянцев, заместитель ответственного секретаря Парламентского
собрания Белоруссии и России, в прошлом активист хасбулатовского
Верховного Совета России;
Николай Рыжков, председатель депутатской группы "Народовластие" Госдумы
РФ, в прошлом председатель Совета Министров СССР;
Сергей Юшенков, независимый депутат Госдумы РФ; а также другие
собеседники "Профиля", пожелавшие остаться неназванными.
Смертельный арест Собеседник "Профиля" в правительстве РФ: "В 1991 году после победы над
ГКЧП тогдашний генпрокурор Валентин Степанков обратился к одному из
руководителей Верховного Совета России, чтобы он поехал арестовывать
министра внутренних дел Бориса Пуго. Тот вздохнул и с неохотой
отправился выполнять приказ. Тут же был и Григорий Явлинский, и он
сказал: "Хочу Пуго арестовывать". Ему ответили: "Мы же люди в погонах,
а ты политик. Зачем тебе влезать в эти дела?" Но Явлинский заявил, что
поедет. Когда они приехали, дверь долго не открывали. Потом открыл
старик - отец жены Пуго. Сам Пуго лежал на кровати мертвый, в
спортивном костюме, а его жена Валентина вся в крови шевелилась на
ковре. Картина была очень страшной, и Явлинский, говорят, упал в
обморок - так ему стало плохо. Из двух врачей, которые там были, один
пытался остановить кровь у еще дышавшей жены Пуго, хотя это было уже
бесполезно, а другой приводил в чувство Явлинского. Так Гриша
арестовывал Пуго".
Собеседник в Госдуме: "Вообще Явлинский очень плохо чувствует себя в
экстремальных ситуациях: он впадает в истерику. В 1993 году, во время
заварухи с хасбулатовским верхсоветом, он кричал по радио: "Надо
раздавить гадину! Захватить Белый дом танками! Ввести войска!" То же
было и во время войны в Чечне: он ездил туда, предлагал себя в
заложники. Все это очень несолидно. То же самое с отставкой из
правительства в 1990 году, после того как не утвердили его программу
"500 дней",- с ним опять была истерика".
Дырявые руки Николай Рыжков: "В 1989 году при Совете Министров СССР была создана
комиссия по проведению экономической реформы во главе с академиком
Леонидом Абалкиным. В нее входило много известных ученых - экономистов,
производственников, тот же Станислав Шаталин. У нас был и постоянный
аппарат, в который мы взяли специалистов,- они работали на постоянной
основе. В числе этих специалистов, экономистов не самого высокого
ранга, был и Григорий Явлинский - он не был в то время среди ведущих
экономических "акул". Кстати, там же начинал и нынешний министр
экономики Яков Уринсон.
Я или приглашал их вечерами в Кремль, или приезжал к ним по субботам в
"Сосны". Мой помощник Владимир Саваков сидел там с ними все время.
Как-то в марте 1990 года он предложил мне встретиться с членами
комиссии. Они мне дали документ на нескольких страницах, на котором
было написано "Программа действий "400 дней". Одним из авторов был
нынешний депутат от "Яблока" Алексей Михайлов, имя второго я не помню.
Явлинского там не было.
Я прочитал, сказал, что это чудовищная программа, и попросил их не
тратить время на чепуху. Там была великая глупость: приватизацию,
акционирование, изменение форм собственности, например, предлагалось
провести на сотый день, в то время как не было ни соответствующих
законов, ни постановлений. Там были и такие перлы: если в стране будет
особое положение, то надо будет развернуть на улицах полевые кухни".
Сергей Юшенков: "Что касается программы "500 дней", то это наивная
романтическая утопия, не учитывающая объективных процессов. И хотя мы,
радикальные демократы, тогда поддерживали Явлинского, потому что
другого ничего не было предложено, сами же внутри посмеивались: как это
за 500 дней можно все сделать? У Гайдара, например, программа была
рассчитана на три года. Очень многие положения программы "500 дней"
имели теоретически верные абстрактные формулировки, но они абсолютно не
подходили к реальности, которая сложилась в то время в Советском
Союзе".
Николай Рыжков: "Потом я об этой программе забыл. Но после избрания в
1990 году председателем Верховного Совета РСФСР Бориса Ельцина встал
вопрос о премьере правительства России. Было несколько кандидатур, в
том числе известный тогда промышленник народный депутат Михаил Бочаров.
Бочаров взял эту программу, накинул на нее сто дней, и получилась
программа "500 дней". С ней он и вышел на утверждение в Верховный
Совет. Но премьером избрали не его, а Ивана Силаева".
Алексей Михайлов: "В 1989 году я работал в Госкомцен, мой друг Михаил
Задорнов, ныне председатель думского бюджетного комитета, работал в
Институте экономики. Явлинский был тогда начальником одного из отделов
в комиссии Абалкина. У нас возникла идея попробовать сделать прообраз
всесоюзной экономической программы. Мы начали этим заниматься, сделали
текст программы "400 дней", который вручили Явлинскому, с тем чтобы он
попытался кого-то заинтересовать.
Тогда же, когда Явлинский был в командировке в Японии, к нам обратились
из межрегиональной депутатской группы ВС России, в частности экономист
Михаил Фильшин - он тогда считался кандидатом на пост премьер-министра
РФ от демократического блока и главным экономистом межрегиональной
группы. Он очень заинтересовался текстом программы и попросил его на
одну ночь почитать. Мы дали, взяв клятву, что никто не будет снимать
никаких копий. Фильшин прочитал, был восхищен, стал спрашивать
разрешения все это использовать. Мы ответили, что когда все мы трое
авторов посоветуемся, тогда и примем решение. И стали ждать Явлинского.
Но Фильшин успел снять копию с этого текста, успел ее распространить.
Когда Явлинский вернулся из Японии, все газеты говорили о том, что у
Ельцина есть программа "400 дней": Фильшин прямым путем направился к
Ельцину и положил ему на стол эту программу. Так что первым, кто
использовал программу без разрешения, был Фильшин.
После этого программа стала "гулять" по межрегиональной группе,
попалась Бочарову, и, к нашему полному потрясению, Бочаров взял ее. 400
дней он заменил на 500, СССР заменил на Россию и без каких бы то ни
было изменений объявил своей избирательной программой на пост
премьер-министра России. Мы же тогда находились в странной ситуации -
мы искренне желали ему провала с нашей же программой.
Потом Ельцин продолжал размахивать этой программой, президент СССР
Михаил Горбачев тоже стал проявлять к ней повышенный интерес, и в один
прекрасный день, когда было сформировано правительство Силаева,
Явлинскому предложили войти в него вице-премьером по экономической
реформе".
Николай Рыжков: "Ельцину надо было выходить на союзный уровень, и он
реанимировал программу "500 дней". Сколотили бригаду - там появились
Шаталин и Явлинский. Потом Явлинский пришел ко мне и сказал: "Меня
берут заместителем председателя Совета Министров РСФСР. Я буду там
заниматься экономической реформой, как у вас - у Абалкина". Я
согласился, и он рассыпался в благодарностях.
В 20-х числах августа 1990 года мы с Абалкиным поехали к ним. Сели за
стол - Шаталин сидит, Силаев, Явлинский. У нас с ними получился
разговор глухого со слепым. Тогда я сказал им: "Вы разрушители страны".
У них в программе уже в то время не было слов "Советский Союз", а был
экономический союз, который до сих пор Явлинский и проповедует".
Алексей Михайлов: "В сентябре 1990 года программа была принята
Верховным Советом России, но российское правительство приняло еще ряд
решений, которые пускали эту программу под откос, например решение о
повышении закупочных цен, чеки "Урожай-90", по которым до сих пор никак
не расплатились. С другой стороны, союзное руководство от нее
практически отказалось, а в российском руководстве целый ряд людей,
например зампред Верховного Совета Руслан Хасбулатов, уже начали
Отсчет: вот пошел 20-й день исполнения этой программы, вот пошел 25-й
день... Такого издевательства мы уже терпеть не могли. Чтобы показать,
что происходящее - это не программа "500 дней", а нечто совсем другое,
не разумное и рациональное, а просто поток сознания, дружно и
добровольно ушли в отставку. (После этого программа "500 дней" тихо
сошла на нет.- "Профиль"). Мы ушли и создали небольшую научную
организацию под названием "ЭПИцентр", который существует и по сей день,
и по сей день мы все там работаем.
Кстати, когда мы объявили о своей отставке, то решили написать первый
закон о приватизации в России. Мы полтора месяца просидели в
Архангельском и лишь пятнадцатый вариант документа решили выдать
правительству. И когда мы это сделали, мы были потрясены: тогдашний
начальник комитета по приватизации Михаил Малей уже внес в
правительство от своего имени наш седьмой вариант. Так что в
правительстве наш пятнадцатый вариант стал спорить с нашим же седьмым".
Собеседник в МВД: "Дееспособность команды Явлинского изначально была
фактически нулевой. Там ведь все теоретики и мыслители. Они везде
проваливались на технической работе. Нормальный аппаратчик никому не
отдаст свои бумаги, а они отдали в чужие руки, например, свою программу
"500 дней", как и программу приватизации. Малахольные. Дырявые руки".
Яблоки на снегу Собеседник в МВД: "Во время выборов в Думу в 1995 году они чуть не
завалили сбор подписей: собрали их много, а оформить нормально не
смогли и чуть не завалили выборы".
Собеседник в аппарате Думы: "Дело в том, что организационным ядром
"Яблока" в самом начале, в 1993 году, была Республиканская партия.
Позже они ее изгнали и остались практически без аппарата. На
парламентских выборах 1995 года "Яблоко" собрало три миллиона подписей,
но из-за плохого оформления они не были приняты Центризбиркомом к
регистрации. На консультациях с председателем ЦИК Николаем Рябовым они
заняли позицию баранов, и Явлинский довел дело до суда. Верховный суд
обязал Центризбирком принять подписи и зарегистрировать "Яблоко", но
решение это было чисто политическим. С формальной, юридической точки
зрения Рябов был прав".
Собеседник в Госдуме: "Идея создания "Яблока" возникла осенью 1993
года. Явлинский, его сподвижник Юрий Болдырев и бывший посол в США,
ныне председатель думского комитета по иностранным делам Владимир Лукин
- по первым буквам их фамилий и было названо движение. Слово "Яблоко"
появилось потом. Сначала журналисты называли его короче - "Ябло".
Болдырев ушел из блока с большим скандалом в ноябре 1995 года. Смысл
конфликта заключался в том, что "Яблоко" выступило одним из инициаторов
проведения через Думу закона "О разделе продукции" - его тогда
лоббировали депутаты от "Яблока" Алексей Михайлов и Алексей Мельников.
Болдырев же был категорически против этого закона. Позже он и бывший
министр экономики Сергей Глазьев вставили в закон знаменитую статью о
перечне месторождений - именно перечень должен утверждаться Думой. Это
и "заморозило" весь закон".
Собеседник в аппарате Думы: "Болдырев не согласился с уготованной ему
ролью. Явлинский поставил дело в парламентской фракции "Яблока" так,
что он решает, а все остальные должны его обслуживать. Потому что он
обеспечивает основные электоральные возможности, он достает деньги".
Собеседник из МВД: "Ходят слухи, что Михаил Юрьев, вице-спикер Думы от
"Яблока", контролирует 50% производства дрожжей в стране. У него было
обязательство профинансировать фракцию в 1995 году. Обязательство это
он, говорят, не выполнил. Конфликт на финансовой почве там был очень
серьезный".
Собеседник в Госдуме: "Потом активную роль в движении стал играть
депутат из Татарстана, один из лидеров федералистской оппозиции
президенту Шаймиеву Иван Грачев. Сейчас его влияние несколько
уменьшилось. Борис Немцов хотел его пригласить в Антимонопольный
комитет. Явлинский тогда сказал, что в правительство люди из "Яблока"
могут пойти только при условии, если они будут делегированы самим
"Яблоком".
Сейчас наиболее активный человек, который занимается в "Яблоке"
партийной работой,- Вячеслав Игрунов. Он хоть как-то структурировал
движение, хотя сама по себе структура до сих пор достаточно слабая. У
них сильные организации в Санкт-Петербурге, Ростове. В подавляющем же
большинстве городов организаций нет, а есть несколько человек, которые
пытаются заработать на этой организации немножко денег для себя, но ни
особых возможностей, ни влияния не имеют. Третье по влиятельности лицо
во фракции - Сергей Иваненко. Он отвечает за парламентскую
деятельность. Кстати, Иваненко, как и Михайлов с Мельниковым, пришел в
Думу из "ЭПИцентра". Вообще костяк "Яблока" составили люди, работавшие
с Явлинским еще с 1991 года в "ЭПИцентре". И они ревнуют Явлинского к
"новенькому" Игрунову".
Олег Румянцев: "Игрунов является членом нашего Парламентского собрания
Союза Белоруссии и России. Иногда он говорит, что по решению фракции не
может принимать участие в том или ином голосовании. Так, недавно он
сказал, что не может голосовать по какому-то достаточно важному
вопросу, поскольку думская фракция "Яблока" считает, что парламент
Белоруссии сформирован незаконно. Возникает парадокс: если парламент
Белоруссии сформирован незаконно (а он делегировал 36 депутатов в
Парламентское собрание), то почему тогда представитель фракции "Яблока"
принимает участие в работе органа, половина которого незаконна? Но я
рад, что именно Игрунов представляет "Яблоко" в собрании, поскольку его
отношение к российско-белорусскому союзу движимо здоровым эгоизмом в
защите государственных интересов России. Если бы там был Явлинский,
шуму было бы гораздо больше, а толку гораздо меньше".
Новое слово на букву "я"
Собеседник в Госдуме: "Некоторое время назад на Явлинского внимательно
смотрели на Западе. На экономическом форуме в Давосе в январе 1996 года
после выступления Геннадия Зюганова и Анатолия Чубайса встал вопрос о
том, кто может конкурировать с Зюгановым на предстоящих президентских
выборах. Тогда Явлинский выступил и сказал, что он самый явный
конкурент Зюганова. Его спросили: "Почему вы, а не Черномырдин или
Ельцин?" Явлинский ответил: "У меня рейтинг выше". Рейтинг у Ельцина
тогда действительно был очень низкий. Но через три недели после Давоса
рейтинг Ельцина вырос, а Явлинского упал.
Тем не менее его президентская кампания велась, по слухам, на деньги
Запада".
Собеседник в аппарате Думы: "В марте - мае 1996 года, перед
президентскими выборами, шел процесс создания предвыборного союза
"Третья сила". Предполагалось, что кандидаты, не относящиеся к
коммунистам и нынешней власти, должны объединиться и выдвинуть единого
кандидата. Инициатором был Олег Румянцев".
Олег Румянцев: "На определенной стадии переговоры стали вестись не
между политическими партиями и движениями, а лично между кандидатами в
президенты. В этом была методологическая ошибка. Как только переговоры
перешли в плоскость Лебедь - Федоров - Явлинский, сразу вся
политическая подоплека "Третьей силы" исчезла, потому что партии и
движения уже не контролировали ход переговоров - они велись кулуарно
между тремя лидерами.
Явлинский же, наиболее хитрый из этой тройки, фактически попытался
просто перетащить на свою сторону двух других кандидатов. Это стало
очевидным после двух заявлений этой тройки, которые последовали после
принятия Думой постановлений, касающихся Беловежских соглашений и
подтверждения юридической силы референдума 1991 года о Союзе. Эта
тройка приняла заявление, фактически написанное Явлинским, где
полностью солидаризировалась с истерической реакцией Кремля на эти
постановления Думы. После этого дальнейшая деятельность "Третьей силы"
становилась невозможной, коли три кандидата в президенты пляшут под
дудку Явлинского, который пляшет под дудку режима".
Собеседник в аппарате Думы: "Потом, в мае, Явлинский обратился с
письмом к Борису Ельцину, в котором написал, что готов его поддержать
при определенных условиях, в частности при условии отставки Виктора
Черномырдина. Смысл этого письма был в том, что надо назначить его,
Явлинского, премьером с широкими полномочиями: в частности, президент
не имел бы права подписывать указы по экономике без визы премьера. То
есть письмо Явлинский писал как бы под себя.
Это уязвило Черномырдина, в связи с чем интересна пресс-конференция
премьера после победы Ельцина во втором туре, когда на вопрос, каким он
видит сотрудничество с Явлинским, Черномырдин ответил: "А кто такой
Явлинский?"
Собеседник в правительстве: "Когда до первого тура президентских
выборов Ельцин встречался с Лебедем, тот вышел и гордо сказал, что с
ним президент говорил тридцать одну минуту. Потом у президента был
Явлинский - встреча длилась два часа. Я хочу сказать, что Явлинского
всячески уламывали. Ему предлагали место вице-премьера. Предлагали и
организационную помощь. Явлинский от всего отказывался. Он был согласен
только на премьера. Но в той ситуации это было нереально".
Сергей Юшенков: "Я не видел ничего плохого в том, что Григорий
Явлинский выставлялся в первом туре президентских выборов. Но во втором
туре, когда Явлинский вышел из игры, "Яблоко" призвало избирателей к
какому-то странному поведению: за Зюганова не голосовать, за Ельцина
тоже не голосовать. Это как в анекдоте: "Поднимите левую ногу,
поднимите правую ногу". - "А на чем стоять?" Тем более что было
понятно: сторонники Зюганова не будут вычеркивать обоих кандидатов и не
будут бойкотировать выборы. Слава Богу, такая позиция "Яблока" не имела
существенного влияния на исход выборов.
Кстати, в Думе такая позиция "Яблока" позволила коммунисту Геннадию
Селезневу занять председательское кресло, ведь голосов, отданных за
Ивана Рыбкина и Владимира Лукина, которого двигало "Яблоко", в
совокупности было больше, чем голосов отданных в первом туре за
Селезнева. Все демократы тогда выступали за Рыбкина, и если бы
Явлинский согласился на эту кандидатуру, то Селезнев бы не прошел. Не
договорились же потому, что "Яблоко" посчитало, будто Рыбкин несет
слишком большую ответственность за войну в Чечне, за то, что шел на
согласование своих действий со структурами исполнительной власти. Здесь
отчетливо видно: для Явлинского коммунисты милее, чем президент. Это же
слышно и из уст непримиримой оппозиции. Недавно Селезнев в "Моменте
истины" так и сказал: может быть сформирована единая оппозиция в
составе КПРФ, ЛДПР и, возможно, "Яблока". Значит, "Яблоко" делает
намеки, что такой союз возможен. Но я лично думаю, что "Яблоко" ни с
кем объединяться не будет, поскольку это движение начинается с буквы
"я".
Другие и Явлинский
Собеседник в Госдуме: "Явлинский никогда не проявлял особой лояльности
к Ельцину, хотя именно Ельцин в свое время сделал его первым
вице-премьером в силаевском правительстве. Но не пошла программа "500
дней", и Явлинский с грохотом ушел в отставку. Это был удар и по
Горбачеву, и по Ельцину.
Когда в 1991 году обсуждался горбачевский союзный договор в
Ново-Огареве, Явлинский участвовал в этом, он был одним из
организаторов программы "Согласие на шанс". В то время как Ельцин
утверждал, что в окружении Горбачева одни ретрограды. Молодой демократ
Явлинский своим присутствием рядом с Горбачевым градус ельцинской
критики существенно снижал.
Конец 1991 года. Идет поглощение Россией союзных структур. Явлинский
отвечал за заключение экономических соглашений и как бы "подставлял"
ельцинскую команду. Потому что контрагентам российских властей
приходилось нелегко бороться с ним как с человеком достаточно
популярным.
В 1992 году началась либерализация. Вначале Явлинский молчал, а к маю
разразился большой статьей в "Московских новостях": мол, все делается
неправильно и мы идем не туда.
В 1993 году, во время конфликта Кремля с Верховным Советом, он тоже вел
себя недостаточно лояльно: сначала пытался искать какой-то компромисс,
а после штурма мэрии впал в истерику".
Собеседник в правительстве: "Отношение к Анатолию Чубайсу у Явлинского
крайне негативное хотя бы потому, что Чубайс работает в "партии
власти", а Явлинский - в демократической оппозиции. А так как Чубайс
является наиболее талантливым человеком в "партии власти", это вызывает
сильнейшее негодование Явлинского. И хотя личных нападок на Чубайса он
себе не позволяет, но реально вставляет ему палки в колеса в
парламентских прениях по бюджету и Налоговому кодексу".
Собеседник в аппарате Думы: "Интересны отношения Явлинского с
московским мэром Юрием Лужковым. Формально Явлинский должен его ругать:
сам Явлинский за конкуренцию, за развитие малого бизнеса и тому
подобное. Все это в московском правительстве присутствует в гораздо
меньшей степени, чем в федеральном. При этом, кстати, программа
приватизации для Москвы была написана Явлинским - он ее презентовал.
Интересно и то, что, несмотря на желание соратников Явлинского принять
участие в выборах московского мэра, "Яблоко" так никого и не выдвинуло.
Тогда многие правильно посчитали, что Явлинский не хочет осложнять
отношения с Лужковым. Ведь его "ЭПИцентр" до сих пор сидит в московской
мэрии.
Сергей Юшенков: "Явлинский зависит от Лужкова, Явлинский - это
структура, связанная с "Мостом", порожденная "Мостом": за счет чего
"ЭПИцентр" финансируется?"
Собеседник в Госдуме: "Парламентская избирательная кампания Явлинского
в 1993 году велась на средства "Моста". А шеф "Моста" Владимир
Гусинский еще с тех времен не утратил доверительных отношений с мэром
Москвы".
Собеседник в правительстве: "Что касается отношений с Борисом Немцовым,
то Явлинский работал с ним: он ездил в Нижний Новгород в 1992 году и
написал программу "Нижегородский пролог". И хотя реализовано там ничего
не было, миф остался.
Но как только Немцов вышел на федеральный уровень, стал первым
вице-премьером, выяснилось, что у них как бы разное понимание того, кто
из них главный. Появление Немцова в правительстве и его огромные
полномочия не изменили позиций Явлинского в отношении бюджета и
Налогового кодекса. Явлинский ведь отыгрывает идею демократической
оппозиции, смысл которой в том, что мы, мол, за рыночную экономику, но
все, что делает нынешнее правительство, неправильно. Этим объясняется и
то, что никто из "Яблока" с приходом Немцова в правительство не вошел".
Алексей Михайлов: "Немцов сейчас делает то, о чем мы его
предупреждали,- теряет свой электорат и свою популярность. Он пошел в
правительство без совета с нами. Когда он появился в правительстве, мы
встретились с ним в "ЭПИцентре" - он к нам приехал. Тогда мы ему и
сказали все, что думали по этому поводу. Немцов ответил, что не мог
отказать".
Добро пожаловать в президенты
Собеседник в Госдуме: "На последнем заседании думской фракции "Яблока"
вопрос о выдвижении Явлинского кандидатом в президенты не стоял. Просто
среди политических целей, которые рассматривала фракция, стоял вопрос о
перспективе, обсуждалась лишь необходимость дополнительных мер, которые
должны подготовить позицию "Яблока" к президентским выборам 2000 года.
Как такового партийного решения не было".
Собеседник в аппарате Думы: "Явлинский работает в образе "самого
честного", и его неожиданное заявление о желании участвовать в будущих
президентских выборах сделано как раз с этой позиции. Раз он самый
честный, то и объявил сейчас, что будет выдвигаться, в то время как
другие лукавят и скрывают".
Алексей Михайлов: "Явлинский объявил сейчас: мол, буду баллотироваться
в президенты,- видимо, потому, что некоторые люди очень сильно хотели
объявить, что он больше не будет претендовать на этот пост, что он ищет
партнера и так далее. Такие люди есть и в нашем движении, и не только в
нем".
Сергей Юшенков: "С тем рейтингом, который имеет Явлинский сейчас,- 6%,-
можно, конечно, на что-то рассчитывать. Но мне это непонятно. Мне
вообще непонятно: вот, есть человек, который придерживается, и они сами
об этом говорят, их взглядов. Это Немцов. У него есть опыт управления
большой областью, и сейчас он первый вице-премьер с прекрасным
рейтингом. Зачем раскалывать свою электоральную базу? Почему не пойти
на поддержку Немцова, который в определенном смысле мог бы стать
консолидирующей фигурой для демократов? Немцов идет в президенты, а
Явлинский премьером. Нет, надо заявить: "Я буду выдвигаться в
президенты". Неужели только во имя личных амбиций?"
Вопрос, скорее всего, риторический. Не потому, что ответ на него
очевиден, а потому, что он просто неактуален. Какая разница, почему
Григорий Явлинский хочет быть президентом, если он в 2000 году им точно
не будет?
Почему? Да потому же, почему биссектриса делит угол на две равные
части. А именно не почему-то, а по определению, просто в силу своих
пространственно-начертательных функций.
То же и Явлинский - из всего вышесказанного можно сделать вывод, что он
человек слишком рафинированный и ранимый. А президентом в нынешней
России может стать только его антипод - личность грубая и толстокожая.
Наверное, Явлинский это знает. И его заявление - просто самореклама,
преследующая вполне близкие и локальные политические цели. Например,
скорые выборы в Мосгордуму, где "Яблоко" намерено потеснить и
преобладающих там гайдаровцев, и рвущихся туда левых. Или происходящая
сейчас в "Яблоке" структурная перестройка из аморфного движения в
дисциплинированную партию с рекрутированием новых членов. Да мало ли
что еще, что нужно для дальнейшего участия в большой политической игре?
А там как карта ляжет.
По большому же счету, для того чтобы Явлинскому стать президентом,
нужно, чтобы либо изменился Явлинский, либо изменилась Россия.
Явлинский не изменится: после 45-ти люди не меняются - это медицинский
факт. Ну а если уж он доживет до того времени, когда изменится Россия,
тогда да - добро пожаловать в президенты."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации