Трагедия председателя Копейкина

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Трагедия председателя Копейкина Закончено расследование дела о самозванцах нацпроекта "Доступное жилье"

"Главное следственное управление (ГСУ) при ГУВД по Москве, как стало известно «Времени новостей», направило в суд очередное уголовное дело об обмане пайщиков-соинвесторов строительства жилья. На скамье подсудимых оказались бывшие руководители потребительского ипотечного кооператива (ПИК) «Общее дело» -- председатель Вэгель Копейкин, менеджер по выходу из кризисной ситуации Николай Пищиков и юрист компании Ирина Федотова-Самаркина. По данным следствия, они на протяжении четырех лет собирали деньги с пайщиков, желающих приобрести недвижимость в Москве и Подмосковье, и покупали на них себе лично дорогие квартиры и машины. В итоге значительная часть клиентов ПИК осталась без жилья и без денег. Потерпевшими по делу были признаны 310 человек, а ущерб от действий обвиняемых следствие оценило более чем в 180 млн рублей. Это уголовное дело ГСУ возбудило 12 декабря 2007 года на основании материалов проверки управления по налоговым преступлениям (УНП) и УБЭП Москвы. Позже к расследованию подключились сотрудники отдела по борьбе с экономическими преступлениями (ОБЭП) УВД по ЦАО, отдела по борьбе с оргпреступностью (ОБОП) УВД по ВАО и ГУ МВД по ЦФО. В ходе следствия было установлено, что Пищиков, Копейкин и Федотова-Самаркина в ноябре 2004 года вступили «в преступный сговор с неустановленными лицами с целью хищения денег у граждан под видом реализации нацпроекта «Доступное жилье», с последующей их легализацией» (на самом деле действует нацпроект «Доступное и комфортное жилье -- гражданам России», но ПИК к нему никакого отношения не имел). Как следует из материалов дела, кооператив был зарегистрирован 30 ноября 2004 года в 8-й налоговой инспекции. Учредителями кооператива стали Пищиков и его супруга Инга, Федотова-Самаркина и ООО «Финансовая группа «Центр», учредителем и руководителем которой был тот же Пищиков. Председателем ПИК Пищиков поначалу назначил себя, арендовал офис в деловом центре гостиницы "Рэдиссон-Славянская", разместив во всех кабинетах официальную символику России, портреты Владимира Путина, поддельные благодарственные письма и грамоты, якобы полученные от различных чиновников и госведомств. Попутно он выпустил ряд рекламных буклетов с подробным описанием нацпрограммы «Доступное жилье» с фотографией г-на Путина и его официальной цитатой относительно создания социальных программ по улучшению жилищных условий граждан. Кооператив начал работу в январе 2005 года, после чего Пищиков организовал масштабную рекламную кампанию в СМИ, на общественном транспорте и в метро. Из рекламы следовало, что для вступления в ПИК «Общее дело» требовался лишь паспорт, без каких-либо справок о доходах и поручителей. Более того, вселение в квартиру якобы было возможно в течение месяца с момента внесения членского взноса. Размер его варьировался в пределах 1--5% годовых от суммы займа, который ПИК обещал предоставить клиентам для оплаты жилья при вселении, что было существенно ниже, чем в банках. Самым привлекательным из всех условий была возможность оформления квартиры сразу в собственность хозяина. При этом в рекламе особо подчеркивалось, что ПИК "Общее дело" не является коммерческим предприятием и не преследует цели извлечения прибыли. И вскоре люди потянулись в кооператив, отдавая последние накопления в надежде получить заветные квадратные метры. Однако, как установило следствие, за 2005--2007 годы из 2 тыс. пайщиков ПИК «Общее дело» жилье получили несколько десятков человек, и то на самом начальном этапе работы кооператива. Какое-то время другие клиенты надеялись, что вскоре тоже станут счастливыми обладателями заветной недвижимости, продолжая платить паевые взносы (их необходимо было платить, чтобы оставаться членом кооператива). Когда же они понимали, что жилья своего никогда не увидят, то начинали требовать у руководства кооператива возвращения денег. Однако те придумали интересный ход, предложив пайщикам написать заявления на имя председателя кооператива (тогда им уже значился Копейкин) о своем выходе в добровольном порядке и без каких-либо дальнейших претензий. Только в этом случае руководство ПИК обещало вернуть все деньги. Но слов своих, разумеется, никто не сдержал. Кроме того, при возврате денег вступительный взнос вообще не возвращался (а это в среднем 5--10 тыс. долл.) и даже накопленный паевой взнос, в среднем 70% от внесенной в кооператив суммы, смогли вернуть немногие. Только некоторым самым упорным пайщикам кооператив выдал по 10--20 тыс. руб., и на этом выплаты прекратились. Тогда обманутые пайщики обратились в милицию. Основным подозреваемым по делу стал Николай Пищиков. Он был задержан и допрошен, после чего ему предъявили обвинение по ст. 159-4 УК (мошенничество в особо крупном размере), но поначалу отпустили под подписку о невыезде. 24 декабря 2007 года сыщики провели обыски в центральном офисе ПИК по адресу Бутырский вал, 68/70, а также на квартирах его руководства и сотрудников. В их ходе были изъяты финансовая, бухгалтерская, юридическая документация, а также жесткие диски всех компьютеров. Тогда же у следствия появилась информация, что обвиняемый Пищиков собирается выехать в Чехию, и он был арестован. В тот же день Пищиков дал подробные показания о том, что с 2005 года и до момента его задержания являлся фактическим учредителем и руководителем кооператива. Всеми деньгами пайщиков он распоряжался единолично по своему смотрению. Как выяснилось, в 1998 году Пищиков перебрался из Краснодарского края в Москву, где занялся риэлторской деятельностью. В 2004 году ему пришла идея создать свой кооператив по ипотечному кредитованию, и он привлек в партнеры еще нескольких лиц. Федотова-Самаркина в ПИК работала на должности консультанта по приобретению недвижимости. В ее обязанности входило оказание сотрудникам консультаций по сделкам с недвижимостью, отслеживание финансовых потоков и оформление договоров с фиктивными фирмами, через которые прокачивались деньги пайщиков. Копейкин выполнял сугубо технические функции -- до 2006 года он в ПИК занимал должность простого курьера, но потом Пищиков назначил его председателем вместо себя. Сам же Пищиков тогда придумал себе "неприметную" должность менеджера по выходу из кризисной ситуации. Как признал Николай Пищиков, его кооператив для привлечения клиентов «использовал лозунги нацпроекта «Доступное и комфортное жилье -- гражданам России», однако официально не являлся участником данного проекта». У кооператива было разработано несколько программ предоставления займа: классическая, накопительная, рациональная, льготная индивидуальная. Эти программы отличались сроком рассрочки платежей по займу от 1 года до 15 лет и первоначальным членским взносом -- от 10% и выше. Согласно условиям договора, чем выше был процент паевого взноса, тем быстрее предоставлялся заем, чем дольше срок его погашения, тем выше процент взносов. При этом в членском договоре и уставе ПИК был прописан пункт о невозвращении вступительного взноса, если вдруг пайщик выходил из кооператива. Все платежи от членов ПИК принимались только по безналичному расчету. Пищиков показал, что у кооператива было несколько таких счетов. С одного деньги пайщиков расходовались на приобретение жилья, с другого -- на рекламные и охранные услуги, зарплату сотрудникам кооператива и для обналичивания через несколько ООО: «Огдайл», «Риками», Интех», «Империя», «Пирамида», «Анкара», «Инвест-групп» и другие. Деньги в эти фирмы перечислялись под предлогом оказания рекламных и консультационных услуг. Наличные получал или сам Пищиков, либо Копейкин за вычетом 7% от суммы. Пищиков также пояснил, что он обналичивал деньги для выплаты зарплаты своим сотрудникам и для покупки элитных квартир, дорогих машин и на отдых за границей. А Федотова-Самаркина и Копейкин якобы были не посвящены в его темные дела. После этого Пищиков собственноручно написал, что «осознавал, что осуществляемая им деятельность является противоправной, в содеянном раскаивается, вину свою признает». Но вскоре обвиняемый отказался от своих первичных показаний, пояснив, что «показания будет давать в суде». При задержании Пищикова сыщики изъяли у него связку ключей, на которой находился ключ от депозитной ячейки одного из столичных банков. В ней оперативники обнаружили более 5 млн руб. наличными и колье Bulgari стоимостью 500 тыс. руб. Чуть позже в другой ячейке сыщики обнаружили и изъяли оригиналы договоров на приобретенные им 12 объектов строящейся недвижимости в элитных жилых комплексах Москвы, на два офисных помещения в элитных бизнес-центрах в районе станции метро «Калужская» и на две квартиры -- в Чапаевском переулке и на улице Маршала Тухачевского. Кроме этого сыщики изъяли оригиналы документов на фиктивные ООО «Инвест-групп» и ООО «Лига», через которые Пищиков прокачивал деньги. Все эти документы помогли следствию собрать доказательства вины Пищикова, Копейкина и Федотовой-Самаркиной. Более того, впервые в практике следствию удалось обеспечить интересы потерпевших, арестовав найденную недвижимость Пищикова. «В ходе применения обеспечительных мер по возмещению причиненного ущерба гражданам возникли некоторые трудности, -- рассказала «Времени новостей» руководитель следственной группы, старший следователь по особо важным делам 1-го отдела следственной части ГСУ майор юстиции Анжела Амзина. -- Одна из них заключалась в том, что наложить арест на недвижимое имущество, которое только строится, на которое еще нет свидетельства о праве собственности, а есть лишь предварительные договоры купли-продажи, либо агентские договоры, несмотря на то, что вся стоимость имущества оплачена, оказалось невозможным. Тверским райсудом было отказано в наложении ареста на это имущество. С целью максимально защитить интересы потерпевших нам пришлось арестовать денежные средства на сумму приобретенной недвижимости на расчетных счетах тех компаний-застройщиков, у которых Пищиков купил квартиры. Часть имущества -- денежные средства, найденные в банковских ячейках, колье, автомобили Пищикова и его жены, квартиры на улице Маршала Тухачевского и в Чапаевском переулке, а также четыре объекта из 14 приобретенных Пищиковым и оформленных инвестиционными договорами, мы все же арестовали. Остальное имущество (объекты недвижимости) были признаны по делу вещественными доказательствами, так как похищенные деньги направлялись на приобретение этих объектов. Надо отдать должное всем членам следственной группы, которые, не считаясь с личным временем, посвятили больше года жизни расследованию этого дела. Очень приятно слышать от многих потерпевших слова благодарности за нашу работу, мы старались не оставить без внимания ни один звонок потерпевших. Все потерпевшие в рамках уголовного дела заявили гражданские иски о возмещении ущерба». В конце марта Николаю Пищикову, Вэгелю Копейкину и Ирине Федотовой-Самаркиной было предъявлено обвинение в окончательной редакции по двум статьям -- мошенничество и легализация денег, приобретенных лицом в результате совершения преступления, совершенного организованной группой. По словам следователей, несмотря на то, что Копейкин формально числился руководителем ПИК, во всей этой афере он оказался в определенной мере человеком случайным. Как выяснилось, Копейкин воспитывался в детском доме, был очень привязан к Пищикову, чем последний беззастенчиво пользовался. Он платил Копейкину за формальное исполнение функций председателя кооператива и доставку обналиченных денег по 150--300 руб. в день, обещая в будущем купить квартиру в Подмосковье, но обманул. Поняв это, Копейкин единственный из обвиняемых полностью раскаялся в содеянном и признал свою вину. Кроме того, в ходе расследования этого дела следствие выделило в отдельное производство еще одно дело -- в отношении неустановленных лиц, обналичивавших деньги через подставные фирмы. Также будет проверяться информация о наличии у Пищикова и другого, пока еще не обнаруженного имущества, в том числе за границей. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации