Трансаэро: полёт на крыльях обмана

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

F 21440804.jpg

История взлёта и падения крупнейшей частной авиакомпании. Банкротство перевозчика было неизбежно, поскольку его владельцы методично и регулярно выводили средства на офшорные счета


О причинах печального финала деятельности второго в России авиаперевозчика, прекратившего полеты в октябре прошлого года, есть разные мнения. Некоторые эксперты полагают, что менеджмент компании «Трансаэро» не сумел разглядеть признаки надвигающегося кризиса. Иные пеняют на то, что в компании откусили кусок не по горлу, укомплектовав самолетный парк комфортабельными «Боингами», что при обрушении рубля осенью 2014 г. сделало их лизинг неподъемным.


Однако на деле банкротство перевозчика было неизбежно. Поскольку его владельцы, супруги Александр и Ольга Плешаковы – при поддержке матери Александра, главы Международного авиационного комитета (МАК) Татьяны Анодиной – методично и регулярно выводили средства на офшорные счета. Финансовые же проблемы, неизбежно возникающие при столь «неординарном» подходе, дружная семейка перекладывала на партнеров по бизнесу и государство.


41898.jpg

Александр Плешаков


Официальная история создания компании звучит вполне в духе американской мечты: жил да был скромный конструктор Московского машиностроительного завода «Скорость» (более известного как ОКБ им. Яковлева) Саша Плешаков. В 1990 г., на пике перестройки, 26-летнему инженеру пришла идея арендовать у Аэрофлота пару самолетов, и организовать с их помощью вывоз евреев в Израиль – в рамках программы репатриации агентства «Сохнут».


Дело пошло, компания под мудрым и эффективным управлением со временем разрослась. И, типа, плечом к плечу с мужем несла все тяготы растущего бизнеса его боевая подруга Ольга. Действительность, между тем, далека от сахарной сказки. Начать с того, что г-н Плешаков, не отличаясь бизнес-талантами, трудился на окладе в 140 руб.


817Татьяна Анодина.jpg

Татьяна Анодина

Зато его мать, Татьяна Анодина, которую уже в те годы за глаза именовали «генерал в юбке» и которая, успев поработать начальником технического управления Министерства гражданской авиации СССР и директором НИИ, знала рынок авиаперевозок как никто иной.


Именно мать и поспособствовала развитию бизнеса любимого сыночка. Тем более что Анодина обладала весьма широкими связями. Особо тесной, если верить журналисту Сергею Доренко, была ее дружба с всемогущим главой Службы внешней разведки Евгением Примаковым. Собственно, плодом этой отнюдь не платонической дружбы и стал Александр Плешаков.


Примаков

Примаков, Анодина, супруги Плешаковы


При таких исходных данных – отчего бы и не попробовать замахнуться на Аэрофлот? Тем более, что и в дальнейшем Плешаков опирался на мамины связи. Подарком судьбы стало для него знакомство с Магомедом Муталибовым, с которым чету Плешаковых познакомил экс-министр МВД Чечни Абдулбек Даудов, женатый на сестре Муталибова.


Отец брата и сестры Муталибовых, писатель-фронтовик и государственный деятель Чечено-Ингушской АССР Зайндин Муталибов, обладал авторитетом не только в родной республике, но и в столице СССР. А стало быть, его сын обладал связями, сравнимыми с кругом знакомств Татьяны Анодиной.


Будучи опытным бизнесменом, Магомед Муталибов сразу увидел перспективы компании, взявшей неплохой старт. Другое дело, что он не смог разглядеть в симпатичной молодой паре хозяев Трансаэро типичных аферистов и нахлебников, привыкших решать свои проблемы за чужой счет. А проблемы у Плешаковых возникли очень скоро. Напомним, негласным владельцем Аэрофлота в те времена был Борис Березовский. Как и дон Корлеоне (герой романа Марио Пьюзо «Крестный отец»), Березовский знал, что конкуренция приводит лишь к трате сил и средств, и что полагаться можно только на монополию.


Через подставные фирмы и при помощи своего соратника Бадри Патаркацишвили он стал понемногу прибирать к рукам акционировавшийся к тому времени Трансаэро. Ему удалось провести в руководство и совет директоров компании своих людей. А затем он прямым текстом сделал Плешаковым предложение, от которого было трудно отказаться.


Совладельцы Трансаэро в буквальном смысле впали в истерику. По свидетельству очевидцев, Плешаков трясся, как осиновый лист, если ему звонил Березовский или Патаркацишвили. Дошло до того, что после личных встреч в кабинете одного из них он уверял окружающих, что в процессе переговоров на него воздействуют неким «психотропным излучением». Далее Плешаков возомнил, будто Березовский заказал его киллерам, и потребовал от высокопоставленных сотрудников спецслужб, чтобы его персону охраняли 24 часа в сутки.


Кроме того, за поддержкой Плешаков обратился к тогдашнему председателю Совета Федерации, губернатору Орловской области Егору Строеву. Тот не только обеспечил административное прикрытие деятельности Трансаэро, регистрация которой была переведена в Орел, но и предоставил авиаперевозчику налоговые льготы. Взамен Плешаков обязался реконструировать аэропорт Орла под прием широкофюзеляжных «Боингов» и «Эйрбасов».


В начале 2000-х Березовский стремительно терял влияние. Он не только отказался от идеи поглощения «Трансаэро», но и согласился передать часть акций под контроль Плешаковых. Для этого было создано ЗАО «Трансаэро», куда перешли 12,38% акций, которые прежде контролировал олигарх.


Денег за них он, впрочем, так и не увидел. Плешаковым удалось найти хорошего адвоката, сумевшего доказать в суде, что никакой оплаты за этот пакет и не предполагалось. Адвокат потрудился на славу – хотя, гонорара за свои труды тоже не получил.


Позднее Березовский попал под уголовное преследование и навсегда покинул Россию. Ушел с поста главы Совфеда и Строев. С этого момента, интерес Плешаковых к нему и к Орловской области быстро угас.


Но вот интерес к чиновникам высокого ранга Плешаковы сохранили. В 2006 г. они завели теплую дружбу с губернатором Санкт-Петербурга Валентиной Матвиенко, и даже перевели компанию в Питер. Получив льготы и административную поддержку, они пообещали организовать ряд недорогих маршрутов в дальние страны и города. Надо ли говорить о том, что питерцы обещанного так и не дождались.


Провернем хронику немного назад. Шло время, компания развивалась – и немалую роль в этом развитии играл Магомед Муталибов, обладавший широкими связями среди российских и зарубежных политиков. Например, когда Аэрофлот и Трансаэро вели борьбу за право организации рейсов из Москвы в Тель-Авив, исход спора решила организованная Муталибовым встреча Плешакова с тогдашним премьер-министром Израиля Ариэлем Шароном. Схожим образом у Трансаэро появились выгодные маршруты в Казахстан, Германию и другие страны.


Более того, для развития Трансаэро Муталибов готов был рисковать материально. В начале нулевых компания оказалась в катастрофической финансовой ситуации – ее самолеты, забитые пассажирами, оказались прикованы к земле: поставщики топлива отказывались заправлять их без предоплаты.


В этот критический момент Муталибов вышел на ныне покойного главу ТД «Топливное обеспечение аэропортов» Евгения Островского и предложил ему принять в залог свою 4-комнатную квартиру (со всей обстановкой) в престижном районе Москвы.


Предполагалось, что в дальнейшем, когда Плешаков погасит долги за топливо, квартира вернется в распоряжение владельца. Самолеты взлетели, но Плешаков не рассчитался по долгам. В итоге, ни квартиру, ни хранившуюся в ней коллекцию антиквариата, ни эксклюзивную мебель бывший уже хозяин так больше никогда и не увидел.


2Талибовы и Плешаков.jpg


Тем не менее, Плешаковы решили сделать вид, что хотят отблагодарить своего благодетеля, предложив ему купить (!) кусочек Трансаэро. Не из своей доли, конечно: Муталибову предложили часть акций, «отжатых» у Березовского. Так и получилось, что в 2000 г. владельцем 5% акций стал сын Магомеда, Эскерхан Муталибов, в ту пору учившийся (ныне преподающий) в Оксфорде.


Для чего понадобился Плешаковым этот «аттракцион неслыханной щедрости», станет ясно чуть позже. А пока Александр и Ольга (которая тогда занимала в компании второстепенные должности) укрепляли не только деловые, но и дружеские связи с Муталибовыми. Старшие Муталибовы радушно принимали друзей в своем доме в Испании, не раз бывали Плешаковы и у Эскерхана в Оксфорде.

5Плешаковы.jpg Талибовы и Плешаков.jpg


Уже в мае 2001 г. Плешаковым вновь понадобилась помощь Муталибовых. Приближалось очередное собрание акционеров, на котором предстояли перевыборы гендиректора. На тот момент эту должность занимал Александр Плешаков. Однако в компании все еще существовала сильная оппозиция под управлением хоть и беглого, но все еще могущественного Березовского.


Семья основателей Трансаэро решила выдвинуть на этот пост Ольгу Плешакову. Единственное, что мешало осуществить задуманное: Плешаковым и Анодиной (которая также была миноритарным акционером) не хватало 5% акций до гарантированного большинства голосов. Зато эти 5% были у Эскерхана Муталибова.


Муталибов-младший не возражал против того, чтобы отдать свои голоса Плешаковой. Но он сдавал сложные экзамены в Оксфорде, и прилететь в Москву возможности не имел. В российском посольстве Эскерхан оформил на имя Ольги доверенность на право голосования – без права отчуждения акций. Вскоре счастливая Ольга позвонила Магомеду Муталибову и сообщила о своей победе.


После этого Муталибовы о доверенности забыли. Да и какой смысл был в ежеквартальной проверке реестров Трансаэро, принадлежавшей, как считалось, друзьям семьи? Тем более, из компании регулярно приходили переводы на 5-6 тыс. евро: вроде как «дивиденды». Так что, Эскерхан Муталибов мог спокойно преподавать в Оксфорде.


А вот общение с Плешаковыми как-то постепенно сходило на нет. В 2002 г. Муталибовых постигло горе: в автокатастрофе погибла супруга Магомеда. Дела в бизнесе после экономического кризиса конца 90-х тоже шли не очень хорошо. И связь с Трансаэро затухла сама собой.


Продолжение последовало, когда в июле 2011 г. акции Трансаэро стали активно торговаться на Московской бирже. У Муталибовых появилось несколько бизнес-идей, которые они планировали осуществить в России. Само собой, понадобились средства. Простой взгляд на биржевые котировки подсказал: принадлежащий Эскерхану 5%-й пакет авиакомпании стоит не менее $55 млн. Неплохой стартовый капитал.


Акции решено было продать. Правда, компания-регистратор любезно сообщила, что, да, до 2004 г. некий Муталибов действительно значился в реестре акционеров, но в 2004 г. – т. е., накануне истечения срока доверенности, выданной Ольге Плешаковой – он свои акции продал некоему Хамзату Дудуркаеву (сотруднику техстанции «Логоваз»). Тот, в свою очередь, перепродал их Сергею Опарину (офисный клерк компании «Трансаэро»), а уже Опарин переуступил ценные бумаги Александру Плешакову.


Установить всю цепочку было непросто. Ясно было одно: в 2004 г. Эскерхан Муталибов таинственным образом исчез из списка акционеров. Практически одновременно, личная доля акций г-на Плешакова увеличилась с 27,8% до 32,8% (на те самые 5%). При этом, с 2003 г. Эскерхан Муталибов ни разу не покидал пределов Великобритании: существуют документы, подтверждающие, что в день первой продажи пакета акций в России он был в Оксфорде. Не иначе, как на реактивном истребителе конспиративно в Москву летал?


Плюс ко всему, как выяснилось, все операции с акциями Муталибова: заверение подписей продавца и покупателя, удостоверение подлинности передаточных надписей, внесение изменений в реестры и т. д. – проводила… сама Трансаэро.


С тех пор Муталибовы безрезультатно обивают пороги российских судов и силовых органов. В лучшем случае, их сочувственно выслушивают: да, безобразие, надо разобраться. Но как разобраться? Сами Плешаковы, что называется, «ушли в глухую несознанку». При упоминании Муталибовых супруги только пожимают плечами: кто такие, знать их не знаем, а что?


Предъявляемые доказательства в виде выписок из ежеквартальных реестров акционеров за девять (!) лет, утвержденных гендиректором Ольгой Плешаковой и заверенных финдиректором Трансаэро, где среди получателей дивидендов значится акционер Эскерхан Муталибов, судьи попросту игнорируют (как и иные документы в пользу истца). Вдобавок, в судах раз за разом отклоняют иск на том основании, что истец, вроде как, пропустил срок исковой давности.


По мысли судей, Муталибов должен был регулярно справляться в компании-регистраторе о состоянии своего пакета акций. При этом, служители фемиды как-то забывают о том, что бдительность владельца акций была усыплена мизерными переводами от имени авиакомпании. А во-вторых, тот факт, что вы не интересуетесь каждые пять минут содержанием своего кошелька, никак не оправдывает стянувшего его вора-карманника. Если, конечно, этот карманник не является побочным отпрыском высокопоставленного сотрудника спецслужб, а его мамаша не обладает «крышей» в правоохранительных структурах.


Внести ясность в дело мог бы один из промежуточных продавцов пакета акций – Сергей Опарин. Или свидетель этой операции – генеральный директор ЗАО «Трансаэро» Магомед Шарипов. Но, когда Муталибов-младший инициировал процесс по возвращению своего пакета акций, Шарипов внезапно скончался во сне, не дожив и до 40 лет. С Опариным еще хуже: в одно прекрасное утро он отправился на работу в офис Трансаэро – и бесследно исчез. Согласитесь, странные совпадения. К тому же, Эскерхан Муталибов – не единственный, кто пострадал от мошеннических действий Плешаковых. Пострадавших намного больше. Здесь и коллектив авиакомпании, который владельцы «кинули» на 1,158 млрд. руб., оставив без зарплаты. Здесь и крупные банки – в т. ч. такие монстры, как Сбербанк и ВТБ, где Плешаковы набрали – и, разумеется, не вернули – многомиллиардные кредиты. Здесь и государство, выдававшее гарантии авиакомпании, а теперь вынужденное по ним расплачиваться.


Общая сумма долгов Трансаэро осенью 2015 г. исчислялась 250 млрд. руб. Без сомнения, эти миллиарды не растворились в воздухе, а благополучно хранятся на офшорных счетах за пределами страны. В принципе, найти эти счета большого труда не составляет. Была бы только воля у чиновников и правоохранителей, которые пока что много и громко разглагольствуют о борьбе с коррупцией, но борются лишь с «мелкими сошками».


А что же Плешаковы? Накануне банкротства авиакомпании супруги вольготно покинули Россию. Чуть позже к ним, забросив свои обязанности в МАК, присоединилась и Татьяна Анодина. Теперь вся семейка с комфортом проживает в одном из своих замков во Франции, и к родным березкам возвращаться не торопится.

Ссылки

Источник публикации