Тувинская офшорная аномалия

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Тувинская офшорная аномалия

" На самом деле у денег есть свои привычки и пристрастия. Например, они любят путешествовать, задерживаясь надолго только в тех странах, где чувствуют настоящий (в их понимании) комфорт. А самое комфортное место для денег — офшоры. В отличие от других привлекательных для богатых людей мест популярность офшора от климата не зависит. Его можно устроить среди тундры и вечной мерзлоты. Офшор ценен другим — здесь налоги заменены некоей фиксированной ставкой. По сути, это простой и надежный способ заработка для стран, обделенных природными и прочими ресурсами. В таких странах, как, например, Каймановы острова, поступления от зарегистрированных в офшоре фирм составляют основу бюджета.

       Есть свои офшоры и у нас. Правда, отечественный вариант существенно отличается от общемирового. Например, у нас существуют офшоры самопровозглашенные, которые, вместо того чтобы привлекать деньги в страну, их методично перекачивают за рубеж. Кроме того, российские зоны экономического благоприятствования по сути таковыми не являются. Это связано с тем, что после внесения регистрационного платежа (от 3953 долларов в год в Ингушетии до 6800 в Калмыкии. — Прим. авт.) компании освобождались лишь от местных налогов. И в итоге сумма выплат могла оказаться даже большей, чем безо всяких там льготных режимов. Так что владельцы большинства компаний, прописанных в офшоре, предпочитали просто «дать на лапу» и спокойно не платить налоги вообще. 
       Легальных офшоров в России немного — всего два: в Магадане и в Калининградской области. Учреждены они были федеральными законами.
       Подпольных офшоров — гораздо больше. Самые известные из них находятся в Республике Калмыкия и в Ингушетии. Но не только. 
       Тува — секретная зона
       О том, что Тува с 30 ноября 1997 года тоже является зоной льготного налогообложения, а инвестиционный фонд под таинственной аббревиатурой ОГИС подпитывает тувинский офшор, мы узнали совершенно случайно, наткнувшись в мае 1999 года на рекламу в информационно-аналитическом бюллетене «Корпорация». Там же была размещена и схема работы ОГИСа: российские фирмы, вступившие в ОГИС, получали налоговые льготы, освобождались от уплаты федеральных налогов в части, направляемой в бюджет Тувы. А взамен платили регистрационные сборы в ОГИС.
       Подобная информация очень нас заинтересовала. Направив запросы во всевозможные инстанции, мы получили более чем странные ответы. Руководитель администрации президента Тувы В. Яндай-оол ответил, что такими сведениями администрация президента не располагает (?!). Министр финансов РТ М. Нурсат тоже не пролила свет на деятельность фонда ОГИС, подписав следующее: «В бюджет РТ в 1998 году не поступало никаких средств от деятельности ОГИСа, а также Минфин РТ не располагает никакими сведениями о данном фонде».
       Первым тревогу забил вице-мэр города Кызыла Генрих Эпп. Именно он предоставил нам указ президента, положения и постановления правительства (они не были обнародованы в местных СМИ), на основании которых ОГИС перекачивал деньги из российских фирм в тувинский офшор. Параллельно с редакцией Генрих Эпп вел и свое расследование. 
       Ранним утром 21 июля 1999 года Эпп был расстрелян в упор неизвестными до сих пор лицами. А ехал он в аэропорт для того, чтобы как раз передать документы по ОГИСу столичному журналисту. 
       Только после выхода в свет публикации Ю. Снегирева в «Известиях» тувинское правительство, чтобы опровергнуть «лживые инсинуации», заговорило о фонде, его целесообразности и законности. А у министра финансов М. Нурсат внезапно наступило прозрение — вспомнила она, что есть инвестиционный фонд и в республику поступают от него средства.
       О Верховном Хурале, президентской «вилке» и смене вывески 
       Лишь в июне 1999 года Верховный Хурал Тувы (парламент) принял закон «О предоставлении льготного налогового режима участникам системы дополнительных инвестиций в экономику РТ». Но Конституция и Налоговый кодекс России не предоставляют прав субъектам Федерации самостоятельно устанавливать офшорные зоны и освобождать предприятия от уплаты федеральных налогов. И все это прекрасно знали. Но, чтобы восстановить экономику республики (а именно такая цель декларировалась при создании «зоны» и ОГИСа), депутаты об этом забыли. В сентябре 1999 года они даже утвердили новую ставку регистрационного сбора, так называемую «вилку президента». Фирмы должны были теперь платить от 1000 до 2000 у.е., а имеющие иностранный капитал — от 2000 до 3000 у. е. 
       Но в октябре 1999 года неожиданно объявляется о ликвидации ОГИСа. Что это? Может быть, всего-навсего распространенный среди незаконных структур прием — смена вывески?
       Спустя несколько дней предположение отчасти подтвердилось — по указанному адресу ликвидационной комиссии: Ровенская, 43, где якобы принимались все претензии, находилась полуразвалившаяся хибара, в которой не то что деньгами, человеческим духом не пахло.
       А в январе 2000 года на очередной сессии парламента всплыло и новое название ОГИСа — АРТ-Инвест (Агент Республики Тува). Так что полулегальная финансовая структура ни на минутку не прекращала своей работы. А смена вывески, по признанию министра экономики Тувы С. Саповой, понадобилась, цитируем: «Чтобы снять ажиотаж в прессе» (!).
       «Крестные отцы» 
       В апреле 2000 года правительство Тувы настоятельно предложило Верховному Хуралу стать учредителем внебюджетного фонда — АРТ-Инвеста. «Почему именно внебюджетный и почему парламент должен стать учредителем?» — вопрошали депутаты. Ответ министра экономики Саповой был поразителен: «Внебюджетный... чтобы федеральные власти не облагали регистрационные сборы налогами и не урезали Туве трансферты. Ну а учредительство парламента необходимо, чтобы сделать этот фонд легитимнее (!)». Потрясающая откровенность.
       Поманив Верховный Хурал возможностью осуществлять полный контроль над распределением финансов фонда, правительство заручилось его согласием. Таким образом, парламентарии стали «крестными отцами» незаконнорожденного дитя. Но главный козырь — контроль над «кормушкой» — как был, так и остался в руках тувинского правительства. Однако, пытаясь оправдать многократное нарушение закона необходимостью восстановления экономики республики, правительство, мягко говоря, «лукавит». Деньги, полученные ОГИСом, пошли на объекты, никоим образом на экономику не влияющие.
       По данным министра Саповой: за 1998—2000 годы в Туву поступило инвестиций 5 млн 261 тыс. 777 рублей. Из них: на строительство буддийского храма — 1 млн 727 тыс. рублей, на строительство крытого рынка — 685 тыс. 750 рублей, на строительство Дзун-Хемчикской АЗС — 220 тыс. рублей, на АЗС Сут-Хольского кожууна — 50 тыс. рублей, спортклубу И. Ярыгина — 6 тыс. рублей, редакциям государственных (дотационных) газет «Тувинская правда» и «Шын» — 202 тыс. рублей и т. д. и т. п.
       Не менее интересны и условия инвестиционных вливаний. Приносящим большую прибыль АЗС (форма собственности которых по сей день остается загадкой, парламентарии утверждали, что они — частные) ОГИСные деньги выделялись на безвозвратной основе, т.е. дарились. А госпредприятиям, тому же Госархиву, например, кредиты предоставлялись с условием возврата.
       Фемида вспряла ото сна
       Ничего не вижу, ничего не слышу... Приблизительно такую позицию занимала более двух лет прокуратура Тувы. И только в июле 2000 года делом «золотого» фонда вплотную занялся и.о. прокурора РТ М. Санчай. В результате 13 сентября 2000 года он обратился в Верховный суд Тувы с заявлением об отмене закона РТ «О предоставлении льготного режима налогообложения участникам системы дополнительных инвестиций в экономику РТ», тем самым подтвердив наши выводы: создание и функционирование в Туве офшора в виде инвестиционного фонда изначально противозаконно.
       Верховный суд Тувы не смог отменить закон, породивший полукриминальный фонд, по той причине, что этот закон не был опубликован (!) в СМИ на русском языке, а значит, не вступил в юридическую силу. 
       Суд ограничился тем, что признал вышеназванный закон недействующим и не подлежащим применению.
       «Живой труп», дубль-2 
       «Мы убедительно просим парламент отменить закон «О льготном налогообложении» — с таким неожиданным заявлением от правительства 3 ноября 2000 года выступил первый замминистра экономики А. Бегзи. Мотивация уникальна. Даже в такой скандальной ситуации тувинское правительство так и не признало, что нарушило федеральные законы, а прикрылось благовидным предлогом: якобы закон «О льготном налогообложении» нарушает (!) подписанное недавно соглашение с правительством России «Об оздоровлении финансов». Но шоу на этом не закончилось. Тувинские чиновники предложили парламенту лишь формально отменить закон, но при этом налоговые привилегии для фирм — участниц АРТ-Инвеста продлить (!) до 2002 года.
       Незаконный закон отменяется, но продолжает действовать! А объяснили этот нонсенс угрозой судебных исков, которые последуют от заплативших регистрационные сборы фирм, как только те узнают, что налоговый оазис приказал долго жить, а деньги, которые они заплатили за «крышу» от федеральных налогов, «испарились». 
       Но судебные иски вполне вероятны по другой причине — именно из-за сохранения привилегий. Оштрафованные налоговыми органами России за нарушение налогового законодательства фирмы вполне могут подать в суд на возмещение ущерба. Естественно, что парламент, президент и правительство не будут платить по счетам. И бремя долгов от аферы с внебюджетным фондом ляжет на плечи налогоплательщиков Тувы. Размер этого потенциального долга будет зависеть от количества фирм, обратившихся в суд. По официальным данным, в фонде зарегистрированы 84 фирмы. Списки этих фирм держатся в строгом секрете, даже парламент не был удостоен «чести» ознакомиться с ними. Однако после долгого журналистского расследования удалось обнаружить одну из них — это некогда широко рекламируемая компания по производству кофе и чая «Май» — фирма с громадным товарооборотом. 
       Незавидная перспектива попасть в долговую яму с каждым днем становится все реальнее, ведь до настоящего момента закон «О льготном налогообложении» отменен только во втором (!) чтении. Предстоит еще и третье (!) — только неизвестно когда. (Вы где-нибудь видели, чтобы закон, который не принимался, отменялся в третьем чтении?!)
       В эпопее с тувинским офшором есть и еще один интересный момент, который можно назвать «дубль-2». 11 ноября 2000 года в «Тувинской правде» республиканские чиновники опубликовали информацию о ликвидации инвестиционного фонда АРТ-Инвест с указанием адреса ликвидационной комиссии: ул. Энергетиков, 19. Но... никакой ликвидационной комиссии на ул. Энергетиков, 19 не было. Там располагалась частная фирма по ремонту автомобилей и сельхозтехники. В течение полугода на этот адрес из разных уголков нашей необъятной Родины поступает многочисленная документация от российских фирм.
       Офшор, которого нет
       Офшор-невидимка — явление редкое. Но, как выясняется, Российское государство о тувинской налоговой аномалии ничего не знает. 
       Ответ Министерства экономического развития и торговли РФ предельно лаконичен: «На ваш запрос сообщаем, что в Минэкономразвития и торговли нет информации о действии на территории Республика Тува режима свободной экономической зоны или зоны льготного налогообложения».
       Генеральная прокуратура РФ отвечает так: «Прокуратурой Республики Тува была проведена проверка законности образования Системы дополнительных инвестиций в экономику республики и направлен протест в Верховный Хурал (парламент) республики... Протест рассмотрен и удовлетворен... По данным прокуратуры, сегодня на территории Республики Тува не существует зоны льготного налогообложения, а ООО «Финансовая корпорация «Инвестиционный центр ОГИС» и ООО «АРТ-Инвест» исключены из реестра налогоплательщиков в связи с их ликвидацией».
       Как известно, все свободные экономические зоны как в России, так и за рубежом создаются для привлечения иностранных инвестиций. Однако тувинский офшор был создан исключительно в качестве источника дополнительного заработка для тех, кто все это и устроил.
       Вступительный взнос составлял около 2100 долларов, а каждый квартал фирмы должны были платить 1000 долларов за членство в офшоре. За это они освобождались от 60% всех налогов, включая федеральные. За первые два года ОГИС собрал несколько сотен тысяч долларов, которые, по данным Счетной палаты, ни в федеральный, ни в московский, ни в тувинский бюджет не поступали.
       В Министерстве РФ по налогам и сборам нам на этот счет сообщили, что «в связи с происходящей в данный момент реструктуризацией сибирского управления информация может быть доступна довольно не скоро». Вот уже несколько месяцев мы ждем ответа налоговиков, но так ничего вразумительного и не получили. Исходя из этого, мы можем предположить, что дела в Туве в части сбора налогов обстоят довольно посредственно.
       P.S.
       Вообще тувинский офшор представляет собой практически точную копию калмыцкого: почив в бозе в прикаспийских степях, он благополучно возродился в Туве. В бизнес-кругах даже поговаривают о том, что большинство фирм из калмыцкой офшорной зоны «Арес» перекочевали в тувинскую с созвучным названием «ОГИС». Что же касается «похорон» ОГИСА—АРТ-Инвеста, то вряд ли они состоялись — по имеющимся в редакции сведениям, вопреки мнению Генпрокуратуры тувинский офшор не прекратил своего существования.
"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации