Убить дебила

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Убить дебила Народ против олигофренов из Кольчугина, педофилов из Питера и авиадиспетчеров из Швейцарии

"Цитирую по центральному телеканалу: “В ночь на 2 января 2008 года в городе Кольчугино Владимирской области 25-летний Алексей Денисов был заживо сожжен на Вечном огне за то, что сделал замечание подросткам, которые курили и распивали пиво у этого священного места…” Стоп! Это всего лишь легенда. Канонический текст трагедии, скрывающий страшную и ненужную правду. Я тоже создавал этот миф (см. “МК” от 11.02.2008). Но теперь, когда первый шок позади, попробую разобраться. Не ради преступников. Они обречены. Ради себя, вздумавшего повесить на слабоумных убийц (им-то уже все равно) собственные грехи. Вид с другой точки Все кому не лень обвиняют кольчугинские власти в преступном бездействии. Правильно обвиняют. Убийство произошло в центре города, в 50 метрах от зданий городского суда, мэрии и районной администрации. Телеоператоры, не сговариваясь, снимали место трагедии одним планом: крупно — Вечный огонь, короткая панорама и стремительный наезд на здание райсовета. Для трансфокатора профессиональной видеокамеры 50 метров не крюк. Так формируется общественное мнение, указывается цель для бурного негодования. Но порой, чтобы изменить точку зрения, достаточно поменять точку съемки. Посмотрите на фото, снятое с другой стороны. Через дорогу от Вечного огня, и не в 50 метрах, а в 20, стоят два жилых двухэтажных дома — №1 и №3 по улице Гагарина. 50 окон этих двух домов смотрят в упор на место убийства. По легенде, Алексея Денисова убивали в течение получаса. Сначала раздели, потом пинали, не давая встать, потом еще живого бросили лицом в огонь. И удерживали за руки и за ноги, чтоб не поднялся. По легенде, это зверство сопровождалось криками боли и ужаса Алексея. Да и убийцы, наверное, что-то кричали. А в этих домах никто ничего не слышал? Или слышал, да не подошел к окну? Или подошел — да и задернул от греха занавески? Мало ли кто там орет в два часа ночи — обыватель переворачивается на правый бок и засыпает. Говорят, что кто-то из жильцов вызвал милицию, но она не приехала. Не верится. Потому что, когда милицию вызвал Владимир Гончаров (случайный прохожий, обнаруживший тело Алексея Денисова), она приехала так быстро, что успела задержать всех четверых убийц, околачивавшихся тут же. От жильцов этих двух домов героизма не требовалось. Достаточно было снять трубку, открыть окно, выскочить на балкон, взывать о помощи, осыпать руганью хулиганов, запустить в них табуретом. Глядишь, убийцы бы и ретировались, не доведя до конца свой замысел. Так ведь не было этого. И никто не возмущается пассивностью горожан, не требует привлечь их к уголовной ответственности по статье “Оставление в опасности”. На интернет-форумах уже обвиняют в случившемся пресловутую путинскую вертикаль. А “горизонталь” — как всегда, ни при чем. Отсюда вывод. Либо кольчугинский, да и российский обыватель — сплошь равнодушная сволочь, не имеющая морального права обвинять кого бы то ни было. А если это не так, то в ночь на 2 января у Вечного огня произошло что-то другое, не соответствующее озвученной и общепринятой версии. Патриотическая версия Как все происходило, нам известно со слов обвиняемых — 20-летних Александра Андреева, Михаила Данилова, Николая Курагина. Четвертый преступник — 14-летний Алексей Горячев, двоюродный брат Михаила Данилова, — пока ни в чем не сознался. Других источников, судя по скупым официальным заявлениям правоохранителей, у следствия не было. Многие СМИ упорно называют 20-летних мужчин подростками. И в этой неточности, как ни странно, есть доля правды. Все трое — слабоумные от рождения. По-научному — олигофрены в стадии дебильности. Такой диагноз им поставил психиатр еще в девятилетнем возрасте. После чего медико-педагогическая комиссия выписала им путевки в коррекционную школу. Один из них — Николай Курагин — и теперь имеет официальную инвалидность. Однако это не значит, что Андреев и Данилов умнее Курагина. Просто у Курагина родители нормальные. А у Данилова и Андреева — слабоумные алкоголики, окончившие в свое время ту же кольчугинскую школу для дураков. Инвалидность — штука конкретная. За нее платят пенсию, ее присваивает комиссия. Проще говоря, инвалидность у государства надо получить, а то и выбить, собрав нужные справки и представ перед комиссией. У родителей Николая Курагина на это время нашлось. А вот Андреев с Даниловым — по документам вполне нормальные члены общества. А фактически — беспризорные придурки с календарным возрастом в 20 лет и разумом недоразвитых подростков. За четыре дня до убийства все трое заявились в коррекционную школу-интернат на елку. Безропотно позволили себя обыскать (учителя опасались, что они притащат с собой спиртное), с удовольствием посмотрели трогательное дурацкое представление, смеялись и аплодировали. Потанцевали на дискотеке и в семь часов, по первому требованию учителей, ушли без скандала вместе с другими гостями. Вот что они, 20-летние лбы, забыли на этой дебильной елке? А это их мир. Место, где их кормили, одевали и любили в течение семи лет — с 9 до 16. Тут им интересно и комфортно. Дебилы — это замкнутая среда. Они и дружат только между собой, потому что ни одна нормальная компания дебила к себе не примет. И женятся на себе подобных — на ком им еще жениться? И рожают таких же — кого ж они могут еще родить? Во всех коррекционных школах России существует с десяток дебильных династий. Как, например, в Кольчугинской отучилось два поколения Даниловых и Андреевых. Почти в полном составе. Так и живут они в своем ограниченном, упрощенном мире, и никому до них нет никакого дела. Сколачивают в каком-нибудь цехе барабаны для кабеля, ну и ладно. Общество более-менее интересуется дебилами только до того дня, как они окончат коррекционную школу. И после того, как попадут в тюрьму. Могли такие люди ограбить Алексея Денисова? Снять с него куртку и ботинки? Да запросто. Могли вчетвером избить одного? Почему нет? Также могли подтащить его к огню, чтоб не замерз, — есть и такая версия. Но, подтащив, могли и бросить его на огонь, чтоб посмотреть, как он будет корчиться. И торчать на месте убийства, пока не приедет милиция. Потому что для дебила все это безумно интересно. И как человек горит, и кто его найдет, и как будет выглядеть труп, когда его достанут из огня. Как его сфотографируют и погрузят в карету “скорой помощи”. И о чем будет спрашивать милиция. Начальник кольчугинского РОВД Виталий Лолаев так объясняет странное поведение преступников: “Они представили, что если будут проходить мимо, то сразу снимут с себя подозрения, а о крови на своей одежде не подумали”. То есть для того, чтоб затеять сложную психологическую игру с милицией, мозгов хватило, а улики скрыть не додумались. Неправдоподобно. Скорее убийцы не чувствовали за собой никакой вины. И тусовались на месте преступления просто из любопытства. И то и другое свидетельствует об их умственной неполноценности. А это уже совсем другая история. Слабоумие не исключает запредельную жестокость. Слабоумие не исключает и уголовной ответственности за убийство. Единственное, что оно должно было бы исключить, — это наш слабоумный патриотический пафос типа: “Четверо отморозков, распивающих пиво на памятнике павшим героям, заживо сожгли на Вечном огне человека, который сделал им замечание”. Представим себе другую подачу, другой заголовок: “Слабоумные подростки ограбили, избили и сожгли заживо на Вечном огне случайного прохожего…” И что останется от нашей патетики? И на ток-шоу пригласят не ветеранов войны, а педагогов и психиатров. И обсуждать будут не моральный упадок современной молодежи, а прогрессирующее слабоумие нации. Когда количество бесконтрольных олигофренов переходит в новое качество. Когда дебилам становится тесно в своей убогой нише, и они начинают убивать. Вот она, по-настоящему злободневная тема, но мы ограничились патриотическим аспектом. Дурочка и мобильник Итак, мотивом для жестокого убийства считается замечание Денисова о том, что нельзя пить пиво у Вечного огня. Возможно, следствие уже установило и другую причину, но выводы следствия в данном случае большого значения не имеют. Всей России известно, за что убили патриота Денисова. В этом особенность резонансных преступлений: общественность сама определяет их мотивы. О том, каково допрашивать слабоумных, есть другая история. Совсем не кровавая, но случившаяся в том же Кольчугине спустя несколько дней после убийства Денисова. Слабоумную девочку, воспитанницу той же коррекционной школы, в которой учились Андреев, Данилов и Курагин, обвинили в краже мобильного телефона. Девочка эта хотя и ходила в школу-интернат, но жила у приемных родителей. Кроме нее в семье было еще пятеро вполне нормальных детей. Но, когда у приемной матери пропал мобильник, все почему-то подумали, что его украла эта дурочка. Родители дурочку допросили, она быстро созналась, но рассказать, куда дела телефон, не смогла. Приемная мать обратилась за помощью к психологу. Мол, вы специалисты, умеете с дебилами разговаривать, узнайте у негодяйки, где моя вещь. И между девочкой и психологом состоялся такой диалог: — Это ты взяла телефон у мамы? — Да, я. — А куда ты его дела? — Я его продала. — А кому ты его продала? — Какому-то дяденьке. Мы гуляли на перемене. Мимо школы шел дяденька. Я его спросила: “Вам не нужен мобильный телефон?” Он сказал: “Нужен”. И я ему телефон продала. — Он дал тебе денег? — Да. — Сколько? — Я не знаю. — Покажи эти деньги. — У меня их нет. Я их потратила. — Что ты купила? — Конфеты, шоколадки. — Но никто из учеников не видел у тебя этих конфет. Не видел, как ты их ела. Не видел, как ты кого-нибудь угощала этими конфетами. — А я их не ела. — А куда ты дела конфеты? — Я их спрятала. — Где? — Я их закопала. — Куда? — В землю. И тут психолог окончательно понял, что девочка лжет. Потому что на дворе зима и никакой земли нет. Вот если бы девочка сказала, что закопала конфеты в снег… Разговор закончился так: — Ты брала у матери телефон? — Нет. — А зачем на себя наговаривала? — Потому что мама сказала: если я не сознаюсь, она отдаст меня в детдом. Мобильник скоро нашелся. Дурочка была ни при чем. К чему я это рассказываю? К тому, что дебил — ненадежный источник информации. А о подробностях трагедии у Вечного огня мы знаем именно со слов слабоумных Андреева, Данилова и Курагина. По закону следователь обязан установить не только время, место и орудие преступления, но и мотив. То есть за что вы его убили. Как убивали, дурачок еще может рассказать: били сюда, тащили туда. И даже может показать все это с манекеном на следственном эксперименте. А вот за что — категория уже абстрактная. Тут и умный убийца не всегда сумеет ответить. За что? Да ни за что. Рожа мне его не понравилась. Но прежде чем ответить, откуда взялась версия с замечанием, поговорим о месте преступления. Мода на самосуд Общественность как-то быстро поверила в первоначальную картину преступления. Четверо циничных подонков пьют у Вечного огня, курят и плюют в пламя. Мимо идет 25-летний мужчина и делает им замечание. Знаете, что это такое? Это модель идеального поведения гражданина в данной ситуации. Общеизвестно, что пьянки у Вечного огня продолжались в Кольчугине не один месяц, а то и годами. В прошлом году хулиганы ночью сожгли венки, возложенные к Вечному огню на 9 мая. Нечто похожее происходит и в других небольших городках по всей России. То бомжи разогревают на Вечном огне похлебку, то нацисты чего-нибудь нацарапают, то сутенеры организуют там свою точку. А уж потусоваться у огонька и руки погреть вообще не считается за проступок. И вот мимо всего этого каждый день по всей России проходят миллионы порядочных граждан. И у каждого в голове мысль: “Какое безобразие!” И каждый хочет сделать замечание. Но… по разным причинам молча проходит мимо. Да мало ли чего происходит в нашей жизни, когда просто необходимо сделать замечание. Толпе подонков, трамвайному хаму, начальнику, милиционеру или политику. Наше гражданское общество переживает мучительный период. Оно уже вроде смирилось, что от каждого в отдельности ничего не зависит, поэтому лучше не рыпаться. Но еще не забыло, как следует себя вести достойному человеку. Все эти несделанные замечания, несовершенные поступки, подавленное гражданское мужество загоняются внутрь и превращаются там в невроз, в ночной кошмар равнодушной нации. Никто не хочет признавать себя быдлом, поэтому любой неординарный поступок маленького человека, любое, даже сомнительное проявление человеческого достоинства принимается обществом на ура и на веру. Так появился герой Виталий Калоев, ныне большой человек в Осетии и всероссийская знаменитость. Так на наших глазах лепится другой герой — Александр Кузнецов, убивший, по его словам, педофила. В нормальном обществе и Калоев, и Кузнецов достойны сочувствия и снисхождения. У закомплексованных россиян, в массе своей неспособных даже к незначительному гражданскому поступку, такие люди становятся национальными героями. Так самосуд становится новым российским трендом. Но вернемся в кольчугинский РОВД. Вот дознаватель пытается выяснить мотив убийства, а трое олигофренов не знают, что ему отвечать. И приходится задавать наводящий вопрос, первый, который вертится в голове: — А может, он сделал вам замечание? — Ну конечно, — облегченно соглашаются олигофрены. — Он сделал нам замечание, и мы его за это убили. А теперь можно мы немного поспим? — Сначала прочитайте протокол допроса и вот здесь напишите: “С моих слов записано верно. Мной прочитано”. И подпись. И они читают и подписывают. И рассказ их становится документом. И в России рождается новый герой — Алексей Денисов. И убийство приобретает всероссийский резонанс. И по центральному телевидению седой ветеран в орденах и медалях требует повесить Андреева, Данилова и Курагина на главной площади Кольчугина. И когда дебилы предстанут перед судом, судья, конечно же, вспомнит об этом пожелании ветерана. Повесить не повесят, но срок дадут максимальный. Потому что дело резонансное, общественно значимое, к тому же вполне ясное. Они ж сами признались, что убили человека за то, что он сделал им замечание. Вот протокол. Вот подпись. Правда, ни Андреев, ни Данилов, ни Курагин не в состоянии прочитать протокол допроса, заполненный незнакомым почерком. Не говоря уж о том, чтоб понять его смысл. Зато, если старшие велят им что-нибудь прочитать, они могут сделать вид, что читают. И подписать, где скажут. Для того чтобы выяснить, как было дело у Вечного огня, их должен был допрашивать психолог. И не любой, а тот, которого они знают, которому доверяют и боятся. Или, например, учитель из их коррекционной школы. И нужно это не для того, чтобы спасти убийц от ответственности, а лишь для того, чтоб узнать правду. Как в случае с тем украденным мобильником. А для чего нужна правда? Да мало ли. Вдруг их было не четверо, а семеро. Вдруг убили не они? Бред, бред… Конечно же, убили они. Как смею я сомневаться? Это даже кощунственно. Обезьяна в зеркале Еще один пример из жизни олигофренов. Чтобы хоть немного понять, как работает их мозг. Урок в коррекционной школе. Тема — басня Ивана Крылова “Зеркало и обезьяна”. Сюжет напоминать не буду, “МК” газета не коррекционная. Учитель прочитал басню и обращается к ученику: — Сколько действующих лиц в этой басне? — Два. Обезьяна и медведь. — Правильно. А кого обезьяна видит в зеркале? — Медведя. — Ну как же так? Почему медведя? А если подумать? — Не знаю. — Ну давай рассуждать. У тебя дома есть зеркало? — Есть. — Ты, когда в школу собираешься, в зеркало смотришься? — Смотрюсь. — Ну и кого ты там видишь? Ученик тяжело задумывается. По реакции учителя он уже понял, что “медведь” — ответ неверный. Что от него ждут чего-то иного. Также он помнит, что в басне два действующих лица. Голова от умственного усилия вот-вот лопнет. Есть! Догадался! — Ну и кого же ты видишь в зеркале, когда в него смотришься? — наседает учитель. — Обезьяну! — отвечает ученик и улыбается довольный. Это был урок чтения. Литературу в таких школах практически не преподают. Разве что Агнию Барто. Но никак не Достоевского. Да и история — один час в неделю. О войне рассказывается короткими простыми фразами: “На рассвете появились фашистские танки. Они были фашистскими, потому что к власти в Германии пришли фашисты… Майор Гаврилов достал последнюю гранату…” Чистая фабула, без эмоций. Горло не перехватывает. Память о павших, долг перед Родиной — абстрактные понятия, недоступные олигофрену. Я к тому, что слабоумный человек не может осквернить памятник, святости которого он не в силах постичь. Теоретически, конечно, возможно привить дебилу благоговение перед Могилой Неизвестного Солдата. Регулярно водить его к этой могиле, почаще напоминать, что место это неприкосновенное. Он поймет. Но если дебил изо дня в день видит, как у Вечного огня собираются люди — пьют пиво, отправляют эсэмэски, мочатся за стеной, — то и Вечный огонь для него не более чем костер, возле которого можно выпить и погреться. Да и для нормальных кольчугинцев этот огонь давно не святыня, коль они безропотно и давно уступили его пьяной шпане. Только нормальные люди, в отличие от дурачка, никогда в этом не признаются. Универсальная жестокость Если общество жестоко по своей сути, то оно жестоко ко всем. И к одинокому ночному прохожему. И к умственно неполноценным убийцам. Когда смертной казни требуют близкие Алексея Денисова, это нормально. Но когда того же самого жаждут посторонние люди, заинтересовавшиеся этим преступлением только потому, что оно случилось у Вечного огня, это лицемерие. Это значит, что всю ответственность за свое тотальное равнодушие и к военным памятникам, и к умственно отсталым детям, и к тем, кого убивают под нашими окнами, всю ответственность за нашу многолетнюю повседневную трусость и гражданскую пассивность, за нашу подлость и мерзость мы при первой возможности готовы свалить на трех дебилов. Они циничные, тупые и грязные. Они и не отпираются, что убивали. Вот пусть и отдуваются за всех нас. Удивительно то, что, сваливая на дебилов все свои грехи, мы ассоциируем себя не с ними, а с героем Алексеем Денисовым. Мы ведь тоже могли бы сделать замечание подонкам. Просто у нас до сих пор не было такой возможности. Потому что места, где эти подонки кучкуются, мы стараемся обходить."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации