Убит в Париже. Не проверено

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Убит в Париже. Не проверено

"В ноябре 1996 года журнал "Огонек" опубликовал список 21 "полпреда

российской мафии, составленный по информации, якобы полученной от
офицеров Главного управления по организованной преступности МВД РФ. Под
третьим номером в этом списке значился Тахтахунов Алимжан Урсулович", а
в графе "примечания" указано: "убит в Париже (не проверено)".
В феврале 1997 года я встретился с "покойным" в ЮАР, где наши
теннисисты проводили матч с южноафриканской сборной в рамках розыгрыша
Кубка Дэвиса. Оказалось, что его привели сюда два обстоятельства:
желание увидеться с дочерью, которая в эти дни была в ЮАР на гастролях
с Академией балета Большого театра, и давнее "боление" за российскую
теннисную с орную, возглавляемую Шамилем Тарпищевым. Интервью, которое
дал мне почти легендарный "мафиози", - первое для российской прессы в
его жизни.
- Вас больше знают по кличке Тайванчик", а когда начинают
"воспроизводить" ваши имя и фамилию в печати, то делают это почему-то
по-разному. Как все-таки вас зовут, так сказать, по паспорту?
- Тохтахунов Алимжон Турсунович. Для друзей - Алик. Я родился 1 января
1949 года в Ташкенте, там прошла юность. Родители были врачами, их
хорошо знали и очень уважали в Ташкенте. А в 18 лет я переехал в
Москву. Когда призвали в армию, оказался в футбольном клубе ЦСКА,
работал с Всеволодом Бобровым, потом с Валентином Николаевым, который,
кстати, недавно прислал мне свою книгу с автографом. В армейской
команде, а она тогда составляла костяк сборной СССР во главе с
Альбертом Шестерневым, я был помощником администратора.
- Военная служба "со спортивным уклоном" - не самая тяжелая. Почему вы
попали в ЦСКА? По блату?
- Нет, абсолютно нет. Я с малых лет играл за юношескую команду
ташкентского "Пахтакора" у Сергея Артемовича Арутюнова, воспитавшего
немало классных игроков. Мы с ним даже выиграли третье место во
всесоюзном турнире.
- Какое у вас было футбольное амплуа?
- Полузащитник.
- Говорят, вас уже тогда прозвали Тайванчиком, Тайванцем?
- Ну да. В детском футболе почти у всех были какие-то прозвища, но, как
правило, "профессиональные" и одни и те же: "Пеле", "Яшин". А меня вот
прозвали "Тайванцем". Наверное, из-за внешности, формы глаз. Ничего
общего с блатными кличками.
- В каком году вы уехали за границу?
-В 1989-м. Три с лишним года прожил в Германии, учился азам бизнеса.
Когда заработал первый капитал, захотелось переехать в Париж. Знаете,
чего мне не хватало в Германии? Той духовной атмосферы, к которой я
привык в России. Так что теперь я живу в Париже, занимаюсь изнесом. По
крайней мере, стараюсь им заниматься. Но кроме собственной квартиры
(правда, очень хорошей, в престижном районе), у меня тут и нет ничего.
- А семья есть?
- Я живу один. Бывшая моя семья - в Москве. Старший сын, он врач,
недавно сделал меня дедушкой очаровательной внучки. Дочь учится (и
очень успешно) в Академии балета Большого театра. Когда много лет назад
умер мой брат, у него осталась дочка, круглая сирота, и я ее удочерил.
Есть еще вне рачный сын в Ташкенте. Конечно, всем детям своим я помогаю
как могу.
- Но почему вы все-таки уехали из Союза? Обычно в таких случаях
рассказывают о некой "последней капле", переполнившей "чашу терпения".
У вас была такая "капля"?
- Как ни странно, не было. Просто был 89-й год, перестройка, все пошло
кубарем, от привычной налаженной жизни мало что осталось. Ну я и решил
начать жить "с нуля", заняться бизнесом. И подумал, что лучше
стартовать за границей.
- За эти годы вам часто удавалось, пусть и не афишируя свои визиты,
приезжать на Родину?
- Трижды. В том числе и в Москву, года четыре назад. Но бывать в России
мне сейчас сложно не только из-за кампании, которая там ведется против
меня, а и психологически. Ментальность моих бывших соотечественников
очень изменилась, да и я теперь другой, позападному более спокойный.
- Чем же вас не устраивает "новая ментальность" соотечественников? - Не
то что не устраивает...
Но в России, вообще в СНГ, мне кажется, произошел какой-то обвал
человеческих ценностей. Люди стали относиться друг к другу
исключительно потребительски. Но со своими друзьями я продолжаю
общаться, мы встречаемся в разных точках мира.
- Вот вы и в ЮАР прилетели, в частности, чтобы поддержать одного из них
- Шамиля Тарпищева.
- Правильно. Мы с Шамилем дружим с 14 лет, нас сблизил спорт. Все, что
пишут некоторые ваши коллеги о наших "темных" совместных делах полная
ерунда. Одно время я занимался шоу-бизнесом, и у меня очень много
друзей в творческом мире: Алла Пугачева, София Ротару, Иосиф Кобзон,
Лев Лещенко, Владимир Винокур... Да всех перечислять
- столько места потребуется! Поверьте, ни один из них не скажет вам,
что я злодей, бандит, представитель мафии. Так же, как не скажут ничего
подобного те, кто знает меня по спорту, советскому и российскому: Олег
Блохин, Вячеслав Колосков, Александр Тарханов, Юрий Семин, все ветераны
футбольной сборной 60-70-х годов...
Иллюстрируя статьи о "русской мафии", многие российские газеты
публиковали (и иногда публикуют до сих пор) довольно блеклый снимок
Отари Квантришвили, позади которого можно разглядеть ваше лицо. Вы были
хорошо знакомы?
- В свое время нас тоже объединил спорт. Отари занимался борьбой, я
"варился" в футболе. А тогда спортивные трибуны и арены были одним из
главных мест общения молодежи в Москве, мы все знали друг друга.
- У вас есть какая-то своя версия гибели Квантришвили?
- Нет, я настолько далек от всех этих проблем, даже не пытался что-то
выяснять. Трудно подсчитать, сколько людей убито в Москве, в России за
эти годы, и со стороны все действительно выглядит загадочным.
- Знаете, я вспомнил еще один фотоснимок, гораздо менее известный: вы
среди зрителей теннисного турнира на "Кубок Кремля, в ложе, неподалеку
от Бориса Ельцина. Как вы оказались в таком соседстве? - Ну, как... Мои
друзья вручили мне билет на трибуну, обозначенную литерой С20. Там
часть мест - для зрителей со спецпропусками, а часть - для тех, у кого
билеты. Ельцин почему-то решил сесть на эту вторую половину трибуны,
для "простых смертных". Так я и попал в объектив фоторепортера,
снимавшего президента. А в конце концов, почему бы мне не посидеть
рядом с президентом России?
- Увы, пресса и телевидение чаще отводят вам совсем другое соседство.
Узнав, что вы будете здесь, в ЮАР, на теннисном матче, я захватил из
Москвы так называемую "криминальную карту мира, где обозначены зоны
влияния "русской мафии" и названы кураторы" этих зон. Такую карту
публиковали и у нас, и за рубежом. Так вот, вы, как видите, значитесь
"куратором" мафии во Франции и Голландии. Что скажете по этому поводу?
- А что я могу сказать? Могу только спросить: зачем они это сочиняют?
Кто и ради чего заказывает такое вранье?
- Но вы знаете кого-то из якобы "полпредов" российской мафии,
упомянутых в списке?
- Было бы нечестным не назвать братьев Черных. С Мишей Черным мы
учились в одной ташкентской школе. Точнее, он сидел за одной партой с
моим младшим братом, ныне, к сожалению, покойным. Потом наши
пути-дороги разошлись: я поехал служить в армию, а Миша остался в
Ташкенте, поступил там в институт. Сейчас он живет в Израиле, я - в
Париже, но мы иногда перезваниваемся, например, поздравляем друг друга
с днями рождения, с праздниками... Больше никого из этого "страшного",
а точнее - странного списка я не знаю.
- Вас считали одним из лучших карточных игроков своего времени. о
слухам, вы и сейчас порой берете колоду в руки. Из ностальгических
побуждений, что ли?
- Действительно, между моим занятием спортом и приходом в шоу-бизнес
был период увлечения азартными играми. Ну, может, дело было в моем
горячем восточном характере. Только теперь я с этим, как говорится,
почти завязал. Разве что иногда загляну в казино. Ничего тут, между
прочим, плохого нет. На Западе, по-моему, уже пару веков играют на
деньги, определяя сильнейшего в карточных играх. А для меня в молодости
в какой-то момент карты оказались вынужденной "работой". Но это же не
означает, что я кого-то ограбил, что-то украл и тому подобное.
Поверьте, руки мои чисты.
- Помните свой самый крупный выигрыш в карты?
- Однажды весь кон - 10000 рублей - оказался моим. Тогда это были очень
большие деньги: сравните хотя бы со студенческой стипендией в 40 рублей
или зарплатой инженера в 100 рублей. О моем выигрыше стали ходить
легенды по Москве, а потом и по всему Союзу. Именно после этого, как
считают мои друзья, у меня начались неприятности, которые продолжаются
по сей день. Что же я такого сделал? Не поделился с кем нужно было. -
Извините, а за решеткой сидеть приходилось?
- Случалось, Два раза получал срок. По одному году. В 1972-м - за то,
что нарушил паспортный режим проживания в Москве. Второй раз меня
арестовали в Сочи за то, что "временно нигде не работал". Сейчас,
вероятно, и статей-то таких в новом Уголовном кодексе России нет, но
тогда они были. Из-за них меня где-то и решили потом "назначить" чуть
ли не главарем русской мафии за рубежом. То меня включают в некие
региональные преступные группировки, то объявляют теневым
промышленником по металлургии. Все это даже смешно комментировать. На
самом деле, мне кажется, кто-то всегда меня преследовал за "карточные
успехи". Кто-то из тех, с кем, как они считали, я должен был, но не
хотел делиться. Кстати, в те годы я уже не так активно играл, только,
что называется, в свободное время: у нас с женой был маленький ребенок,
мне приходилось ухаживать за ним. Да и жена зарабатывала вполне
прилично - почти 500 рублей в месяц. Она работала помощником-секретарем
у композитора Давида Тухманова.
- Зачем же все-таки понадобилось сажать вас за "нарушение паспортного
режима" или за то, что вы временно не работали"? едь это довольно
хлопотное дело - из игрока в карты сделать "крестного отца" преступных
группировок, поднять против него общественное мнение. И сохранять этот
образ в глазах общественности много лет.
- Ну, тогда было время борьбы за торжество "кодекса строителя
коммунизма", и человек, который имел, а тем более выигрывал в азартные
игры больше среднестатистической зарплаты в 120 рублей, вызывал у
общества большой вопрос. Срабатывала установка: поймать и наказать! За
что - не так уж и важно. В Узбекистане в те годы работал один
заместитель министра внутренних дел, который просто позвонил в Москву:
"Надо посадить Тайванца!" Причем как оформлялось мое дело? Тот же
замминистра после звонка в столицу написал служебную записку, где
обвинил меня во всех бедах страны, перечислив все существующие на свете
грехи. Хотя я тогда уже давно не жил в Ташкенте и никакой головной боли
местному МВД ну никак не мог причинить. Тем не менее на свет появилась
папка с моей "криминальной" биографией.
Почему все это продолжается до сих пор, я и сам понять не могу.
Попросил моего друга-адвоката узнать обо мне в МВД России, там ему
ответили: "Мы на него ничего не имеем". И при этом я оказался
занесенным в "черный" компьютер Интерпола как представитель некой
"империи зла". А это, конечно, сказывается. Три года назад я находился
по своим делам на фестивале "Уорлд Мюзик" в Монте-Карло. После концерта
возвращаюсь в отель, все нормально. А утром - стук в дверь. Входят
полицейские и... меня арестовывают. Потом объясняют: "Вам здесь
находиться запрещено. Еще раз приедете - посадим за решетку. Если
хотите, можете отправляться, например, в Канн, Франция рядом". На сборы
и завершение каких-то дел мне и часу не дали.
С тех пор я пару раз приезжал в Канн, но минувшим летом, когда я там
отдыхал, опять же ранним утром явилось восемь полицейских, что ы
сообщить: "Мы вас выгоняем из города. Вы должны покинуть его в течение
24 часов". - "Почему? Что я нарушил? Кого убил? Кого съел?" - "Есть
конвенция, согласно которой человек, ставший персоной нон-грата в
Монте-Карло, автоматически лишается права посещать Канн". По той же
причине, оказалось, мне запрещено появляться в Ницце, Сан-Тропезе.
На мой взгляд, это - отголоски кампании против меня в российской
прессе. Причем там идут явные политические игрища. Одно время пытались
"замазать" Иосифа Кобзона, спекулируя на нашей с ним 20-летней дружбе.
Теперь "мажут" Шамиля Тарпищева. Схема простая: сначала "плохишем"
сделали меня, а затем тот, кто со мной общается, в нужный момент
превращается в объект провокаций и нападок со стороны
правоохранительных ведомств России, да и Запада. Кстати, вы не боитесь,
что после нашей беседы окажетесь в не самом почетном списке "приятелей
Тайванца"?
- Нет. Но хочу сказать, что хотя у вас действительно много друзей и
знакомых, вы все же производите впечатление (во всяком случае, первое)
этакого "волка-одиночки". Или это ошибочное впечатление?
- Ну, не знаю... Я люблю общение. Правда, бывает, что неделями не
выхожу из дома. Такой вот "полпред российской мафии".
Между прочим, в позапрошлом году меня выселяли из Парижа. Сначала меня
хотели видеть в качестве свидетеля убийства некоего Мажарова. Потом,
узнав, что я нарушил правила проживания в Париже, надели наручники и
даже кандалы.
- Снова непочтение к "паспортному режиму"?
- Да я просто не знал, что каждые три месяца должен выезжать из
Франции, а, вернувшись, отметиться. И прожил 34 "лишних" дня из-за
ремонта своей парижской квартиры. Так вот, когда местные власти решили
меня выселить из Парижа, я подал в суд, выиграл и законно вселился
вновь. А потом еще и выиграл иски против пяти крупнейших французских
газет, которые о ъявили причиной моего временного выселения все те же
"мафиозные", дела. Все эти издания опубликовали опровержения и принесли
мне извинения.
- Вам часто приходится прибегать к услугам адвокатов?
- У меня их четверо. Один занимается всем, что касается налогов,
которые здесь очень жестокие. Второй следит за газетными "утками",
третий решает "вдруг" возникающие эмиграционные проблемы, а четвертый
должен помогать, если возникнет какое-то уголовное преследование.
- Сейчас на вашей визитной карточке написано: "Представитель Ассоциации
высокой моды". И парижский телефон.
- Да, я - один из представителей этой ассоциации на Западе. Выполняю
поручения Валентина Юдашкина и Александра Достмана в дни их показов в
Париже, Милане... Ищу. для них спонсоров, работаю с местной прессой,
арендую помещения, вместе закупаем ткани, подбираем и готовим
манекенщиц. Собственного бизнеса как такового у меня во Франции нет, но
поскольку деловые люди Запада и Востока все чаще общаются за одним
столом, решил заняться посредничеством, помогать в налаживании
контактов. Пара процентов от того или иного крупномасштабного контракта
обеспечивает мне без едную жизнь. Хватает и на помощь родным в Москве.
- Судя по тому, что вы живете в элитном квартале Парижа, средств вам
действительно хватает. А кто ваши соседи?
- Рядом, например, живет (правда, теоретически, ибо уже три года окна и
двери там по понятным причинам зарешечены) сам Саддам Хусейн. Еще
Кристиан Диор, популярнейшая манекенщица Карен, знаменитый ученый,
придумавший компьютерную систему охраны автомобилей, Мидлер... Раньше
здесь же жили Софи Лорен, миллиардер Кашоги.
- Серьезная компания. Вы, наверное, ведете соответствующий образ жизни?
- Как раз нет. Весь образ моей жизни - русский, тот, к которому я
привык. И у меня за эти годы не появилось ни одного друга-иностранца,
во всяком случае, близкого. Больше того, за 8 лет, что я живу за
границей, я не выучил - к стыду своему - никакой иностранный язык. Но
представьте себе, у меня и крайней необходимости в этом нет: если не
справляюсь, выручают переводчики, секретари.
- Зато, я заметил, вы не расстаетесь с кипой российских газет.
- О, это давнишняя привычка. Российскую прессу читаю каждый день. А
дома у меня есть еще и возможность смотреть передачи всех
общероссийских телеканалов. Я понимаю всю банальность того, что сейчас
скажу, но тем не менее это именно так: я люблю свою страну, хотя и не
такую, какая она - сейчас. Я остаюсь по духу россиянином. Другое дело,
что сегодня мне не хотелось бы жить ни в Москве, ни в любом другом
городе России. Мне не хочется жить в стране, где, насколько я знаю, нет
цивилизованных законов, нет порядка.
- Вам не кажется, что, прочтя слова Алика Тохтахунова, "того самого"
Тайванчика, о законах и порядке, ваши "доброжелатели" в России только
усмехнутся?
- Пусть. Вы добавьте, что я самый законопослушный человек. Что еще от
меня требуется?"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации