Уголь-2001

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Коммерсант-Власть", origindate::05.02.02

Кому принадлежит Россия

Угольная промышленность-2001

За последние семь лет правительство потратило на реформу угольной отрасли более $2 млрд, закрыв около 150 убыточных шахт.

Дмитрий Бутрин

Угольная промышленность давно стала для России проблемой. В 1991 году число сотрудников, занятых в отрасли, достигало 900 тыс. человек, а к 2001 году оно сократилось до 400 тыс. При этом добыча угля сокращалась до 1998 года. Лишь последние два года отрасль показывает рост — добыча угля в 2001 году в России превысила 265 млн тонн. Между тем запасы угля только на Канско-Ачинском угольном месторождении превышают 210 млрд тонн — хватит более чем на 800 лет при нынешних темпах добычи. Сейчас доля угля в энергетическом балансе страны составляет около 17%, вэлектроэнергетике - 30%. К 2020 году эти показатели должны вырасти в два раза. Частные предприятия в угольной отрасли обеспечивают свыше 60% потребности российского рынка и около 80% экспорта. Россия экспортирует около 20% добытого угля (более 50% — в Европу) и примерно столько же импортирует из Казахстана — 21% потребления. Рост в отрасли происходит в основном за счет экспорта. При этом положение в угольной отрасли, несмотря на наметившуюся небольшую рентабельность, в целом остается сложным. Лишь в 2001 году количество убыточных предприятий опустилось ниже 50%.

История: 1991-2001

История угольной отрасли в России представляет собой героический эпос с элементами фарса. Однако в ней ярко проявляется трудный и плодотворный путь, проделанный экономикой России за эти 10 лет, чтобы наконец перестать быть неэффективной.

1991

Converted 12626.jpg

Михаил Щадов

В марте бастующие шахтеры России (более 50% российской угледобычи) требуют отставки союзного руководства и введения прямого управления отраслью российскими властями.

В конце апреля Борис Ельцин едет в Кузбасс. После этой поездки под юрисдикцию России переходят 101 угольное предприятие Кузнецкого бассейна и 13 угольных предприятий Воркуты. Этот переход означает предоставление предприятиям полной хозяйственной самостоятельности, включая выбор форм собственности.

В середине июля объявлено, что суммарные дотации угольной отрасли в России превысят на 1991 год объемы дотаций Пенсионному фонду.

19 августа 1991 года министр угольной промышленности Михаил Щадов заявил о поддержке ГКЧП и направил в комитет запрос о введении чрезвычайного положения в Кузнецком угольном бассейне, не исключая силовое подавление шахтерских забастовок. В сентябре расформировано министерство угольной промышленности.

1992

Converted 12627.jpg

Михаил Кислюк

В октябре распоряжением премьер-министра Егора Гайдара образована комиссия по созданию АО «Уголь Кузбасса». Ее председателем назначен глава администрации Кемеровской области Михаил Кислюк. Учредительное собрание АО «Уголь Кузбасса», которое должно объединить под контролем местной администрации и менеджмента все угольные предприятия Кузбасского угольного бассейна, назначено на 1 ноября.

В октябре правительство Великобритании выделило $280 млн кредитов на развитие угольной промышленности России. С этого момента реформирование отрасли принято связывать с выдачей кредитов.

В конце октября руководители предприятий южной части Кузбасса во главе с гендиректором концерна «Кузнецкуголь» Виктором Некрасовым заявили об отказе от вхождения в «Уголь Кузбасса».

1 ноября собрание АО «Уголь Кузбасса» сорвано: кроме гендиректора концерна «Кузбассразрезуголь» Виктора Кузнецова, создание региональной угольной компании никто не поддержал.

В ноябре Всемирный банк выделил России кредит в размере $600 млн, в том числе $50 млн в виде реабилитационного займа для угольной промышленности.

В начале декабря Михаил Кислюк заявляет, что в 1993 году начнется приватизация угольных предприятий Кузбасса, предусматривающая передачу населению Кузбасса до 30% акций угольных предприятий региона.

1993

Converted 12628.jpg

Это не Виктор Зайденварг :)

3 января опубликован указ Бориса Ельцина о приватизации угольной отрасли. Схема приватизации такова:

25% акций новых АО их трудовые коллективы получают бесплатно, а еще 10% выкупают на льготных условиях; администрация предприятия получит право на приобретение 5% акций по номинальной стоимости; из оставшихся 60% акций 22% будут вложены в уставные капиталы государственных компаний, остальное передается в собственность государства. Единственное исключение — создание концерна «Кузбассинвестуголь», который отчасти дублирует идею АО «Уголь Кузбасса», но подконтролен государству.

В феврале правительство рекомендовало угольщикам заключать с металлургами и другими потребителями угля картельные соглашения о ценах на уголь: правительство уже не может дотировать его добычу. Координировать этот процесс поручено корпорации «Российский уголь», возглавляемой директором Ростовского угольного объединения Виктором Зайденваргом. [Уточнение от origindate::19.02.02. В данной статье допущен ряд неточностей. Валерий Зайденварг с 1991 года по март 1993 года возглавлял корпорацию «Уголь России». На угольных предприятиях Ростовской области господин Зайденварг (сейчас —директор Государственного учреждения по вопросам реорганизации и ликвидации нерентабельных шахт и разрезов) не работал. На фото вследствие технической ошибки изображен другой человек. Приносим извинения упомянутым персонам и компаниям, а также нашим читателям.- прим. Ъ-Власть]

В апреле создается государственная компания «Росуголь», призванная осуществлять коммерческое управление госпакетами акций 90% угольных компаний России.

20 июня правительство издает распоряжение «О чрезвычайных мерах финансовой стабилизации работы угольной промышленности», предписывающее создать с 1 июля 1993 года Фонд финансовой поддержки угольной промышленности при Минфине. Оптовая цена угля в целом по отрасли в этот момент покрывает лишь 15-20% расходов на его добычу. Фонд так и не будет создан.

21 июня Борис Ельцин издает указ «О мерах по стабилизации положения в угольной промышленности», полностью либерализирующий ценообразование в угольной отрасли. С 1 июля 1993 года предприятия освобождаются от обязательной продажи валютной выручки при экспорте угля, снимается экспортная пошлина на уголь.

28 июля Совмин проводит мгновенную реформу в отрасли, по сути отменяющую либерализацию, так как выяснилось, что полная либерализация цен ставит на грань закрытия металлургические предприятия. На дешевый уголь, добывающийся угольными разрезами, вводится «акциз», а бюджетные дотации угольщикам перечисляются компании «Росуголь», возглавляемой Юрием Малышевым, ассоциации «Ростоппром» и объединению «Облкемеровоуголь».

9 августа прошли предупредительные забастовки на шахтах в Ростове, Кузбассе и Воркуте. Кроме требований о повышении зарплаты, индексации оборотных средств и прекращении роста цен на энергоносители, выдвигались и политические лозунги — об отставке правительства.

26 октября принята программа закрытия неперспективных шахт России. Против нее резко выступают шахтеры: по оценкам «Росугля», должны прекратить существование от 13 до 30% действующих шахт.

6 декабря шахтеры Воркуты и Норильска прекратили добычу угля, протестуя против решения правительства ввести с 1 июля 1994 года свободные цены на уголь с целью сокращения дотаций угольной отрасли.

1994

1 марта шахтеры Воркуты провели суточную забастовку, требуя увеличения дотаций угледобывающим регионам, а также — впервые в истории — отставки президента Бориса Ельцина.

В июне «Росуголь» провел презентацию первого выведенного из госсобственности угольного предприятия. На базе шахты Распадская в Междуреченске организовано АОЗТ «Распадская и К°». Уже в 1995 году шахта станет полностью негосударственной.

1995

Converted 12629.jpg

Виталий Артюхов

8 февраля прошла всероссийская суточная предупредительная забастовка шахтеров.

В марте первый замминистра финансов Виталий Артюхов заявил, что при попустительстве Минтопэнерго и «Росугля» угольные предприятия стали абсолютно непрозрачны для контроля расходов государства на дотирование добычи угля. По сути, это первое заявление представителя государства о том, что деньги, уходящие в угольную отрасль, разворовываются. Тем временем все большее число шахт в регионах переходят под финансовый контроль оргпреступности.

В начале лета коммунистический лидер Кузбасса Аман Тулеев начинает атаку на бывшего гендиректора концерна «Кузбассшахтострой» Виктора Бочарова, обвиняя его в незаконной приватизации имущества концерна при создании частного разреза Задубровский. Прокуратура заводит на Бочарова уголовное дело, а Тулеев делает на обличениях Бочарова и «угольных генералов» карьеру «народного заступника».

В декабре Кемеровская областная прокуратура закрывает уголовное дело на Виктора Бочарова за отсутствием состава преступления.

1996

24-26 января Российский комитет независимого профсоюза работников угольной промышленности организует пикетирование Дома правительства — впервые на ставшем печально известным Горбатом мосту Общая дебиторская задолженность предприятиям отрасли за отгруженный уголь за 1995 год составила 3,9 трлн руб.

В феврале забастовочное движение в угольной отрасли охватывает 163 шахты из 182 существующих и 52 угольных разреза из 63. В забастовках участвуют не менее 500 тыс. горняков.

12 февраля Борис Ельцин фактически отказывается от реформирования отрасли. Своим указом он преобразует госкомпанию «Росуголь» в АООТ «Российская угольная компания», продлевает до 31 декабря 1998 года срок закрепления в федеральной собственности акций предприятий угольной промышленности, отменяя этим приватизацию, и разрешает передавать госпакеты акций в доверительное управление.

27 июня Всемирный банк предоставляет России заем на общую сумму $500 млн «для создания социально устойчивых условий реформирования угольного сектора».

В декабре указом президента передаются в доверительное управление областным администрациям акционерные общества «Башкируголь», «Востсибуголь», «Красноярская угольная компания», «Ленинградсланец» и «Хакасуголь».

1997

Converted 12630.jpg

Converted 12631.jpg

Юрий Малышев
Анатолий Чубайс

В апреле вице-премьер Анатолий Чубайс ведет переговоры с Всемирным банком о выделении России второго транша угольного кредита. Совет директоров банка выдвигает требование: к моменту выделения кредита 25% добываемого в стране угля должны производиться вне контроля «Росугля». РФФИ и Минимущество готовят к приватизации «Кузбассуголь», компанию «Южный Кузбасс» и «Красноярскуголь». Однако «Кузбассуголь» с торгов снимают, а приватизация «Красноярскугля» приостанавливается, и денег Всемирный банк не дает.

В июне контрольные пакеты акций Бородинского, Березовского и Назаровского разрезов АО «Красноярская угольная компания» проданы банку «Металэкс», АО «Красноярскэнерго» и структурам, близким к главе КрАЗа Анатолию Быкову.

Летом против госмонополии «Росугля» во главе с Юрием Малышевым выступает Анатолий Чубайс. В ноябре Борис Ельцин подписывает указ о ликвидации «Росугля». Все функции по управлению отраслью, в том числе распределение денег Всемирного банка и бюджетных дотаций, переходят Минтопэнерго. Юрий Малышев уходит в отставку.

1998

В мае в ответ на правительственную программу закрытия нерентабельных шахт шахтерские профсоюзы в союзе с угольным лобби, группирующимся вокруг Союза углепромышленников России, начинают новую забастовочную кампанию.

В том же месяце правительство предоставляет ряду кузбасских предприятий налоговые льготы.

В конце года Анатолий Чубайс, уже глава РАО «ЕЭС России», анонсирует планы создания на базе «Востсибугля», управляемого Промторгбанком,АО «БурТЭК», которое объединит угольщиков с «Бурятэнерго» и несколькими сибирскими ГРЭС. Проект продолжения не имел.

В июле премьер-министр Сергей Кириенко договаривается в Японии о кредите «на развитие угольной отрасли и создание новых рабочих мест» в размере $400 млн. Августовский кризис похоронит надежды угольщиков и на эти деньги, и на угольный кредит Всемирного банка.

25 сентября прокуратура Кемеровской области заводит дело о незаконном экспорте продукции угольным разрезом Черниговец. Гендиректору ЗАО «Черниговец» Валерию Тысячному ничего не остается, кроме создания альянса с политически сильным союзником. Им становится группа МИКОМ Михаила Живило.

1999

Converted 12632.jpg

Converted 12633.jpg

Евгений Примаков
Владимир Щадов

В январе банк «Металэкс» инициировал в арбитражном суде процедуру банкротства «Красноярскугля». Анатолий Быков, который контролирует «Металэкс», не скрывает, что планирует объединить все энергетические, сырьевые и металлургические предприятия Красноярского края в холдинг под эгидой КрАЗа. Быков предлагает губернатору Александру Лебедю создать на базе «Красноярскугля» трейдер — Краевую топливную компанию.

16 февраля Арбитражный суд Красноярского края отложил рассмотрение иска «Металэкса» о банкротстве «Красноярскугля»: Александр Лебедь договорился с Анатолием Чубайсом о погашении долгов компании в обмен на передачу контроля над «Красноярскуглем» энергетической монополии.

В конце февраля премьер-министр Евгений Примаков потребовал от и. о. главы Мингосимущества Александра Бравермана немедленной передачи в управление угольному комитету при Минтопэнерго всех госпакетов акций угольных компаний. По сути, это означало воссоздание «Росугля». И. о. главы комитета был назначен Владимир Щадов, сын Михаила Щадова. Мингосимуществу удалось «замотать» этот вопрос до отставки Евгения Примакова.

22 марта Александр Лебедь отказался от помощи РАО «ЕЭС России» в противостоянии с Анатолием Быковым: 72 млн руб. на погашение долга нашел брат Лебедя — губернатор Хакасии Алексей Лебедь.

В мае правительство России принимает решение о приватизации госпакета акций (75,6%) «Красноярскугля».

31 июня Александр Лебедь заявляет, что приватизация «Красноярскугля» — «вопрос власти в стране», и выступает против его продажи. Губернатор требует передачи обладминистрации половины госпакета.

В июне Всемирный банк разморозил второй транш угольного кредита на реформирование отрасли, выплатив России $50 млн. Тем самым международные кредиторы признали, что правительство намерено реформировать угольную отрасль.

Осенью «Кузбассразрезуголь» продан группе «Сибирский алюминий».

В конце ноября Александр Лебедь соглашается на приватизацию «Красноярскугля» при условии, что инвесторы передадут часть акций компании краевой администрации. Поиском инвесторов занимается бывший министр топлива и энергетики Сергей Генералов.

В конце года впервые за прошедшие 10 лет в угольной отрасли России зафиксирован рост добычи угля — на 8,1 %.

2000

Converted 12634.jpg

Михаил Живило

11 января в Москве подведены итоги конкурса по продаже 75,6% акций АО «Красноярская угольная компания». Победитель конкурса компания «КАТЭК-Инвест» купила «Красноярскуголь» за $30 млн и обещание инвестиций на общую сумму $40,006 млн и 776 млн руб. Сергей Генералов, организовавший эту сделку, не внакладе: около 40% капитала «КАТЭК-Инвеста» владеет ЗАО «Колорит», представляющее его интересы, 33,99% принадлежит ЗАО «Росуглесбыт» Филарета Гальчева и лишь 2 5,01 % акций достается внешнему инвестору ЗАО «Инвест-Интер», которое контролирует Кирилл Миновалов, президент московского АКБ «Авангард».

В феврале МИКОМ продал акции ряда предприятий, входивших в «Прокопьевскуголь», а также свои пакеты в «Кузбассразрезугле» и ОАО «Междуречье» Автобанку и металлотрейдинговой компании «Стилтекс». Михаил Живило покинул угольный бизнес.

В марте в компании «Кузбассразрезуголь» избран новый состав совета директоров, подконтрольный «Сибалу». Впрочем, вскоре «Сибал» передаст управление и часть сбыта «Кузбассразрезугля» структурам «Евразхолдинга» и Уральской горно-металлургической компании Искандера Махмудова. Угольный бизнес оказался слишком сложным для компании Олега Дерипаски.

1 ноября председатель правительства Михаил Касьянов подписал постановление об упразднении комитета по угольной промышленности при Министерстве энергетики РФ — последняя надежда угольного лобби на восстановление централизованного управления отраслью в рамках Минэнерго, Министерства угля, «Росугля» или комитета рухнула.

В октябре Минэнерго представило в Госдуме проект «Энергетической стратегии России на период до 2020 года и структурных реформ в электроэнергетике». Документ, одобренный правительством, впервые предусматривает наращивание добычи угля для того, чтобы постепенно сократить использование на электростанциях России природного газа.

2001

1 февраля «Группа МДМ» объявила о приобретении 36% акций АО «Востсибуголь». 12 февраля компания купила на аукционе РФФИ 40-процентный госпакет акций «Востсибугля» и стала владельцем АО. Позже главу «Востсибугля» Ивана Щадова, второго сына Михаила Щадова, на этом посту сменит Олег Мисевра, представитель «Группы МДМ».

В феврале РАО «ЕЭС России» сталкивается с первым заявлением новых владельцев угольной отрасли об их недовольстве закупочными ценами на уголь. В ответ зампред правления «ЕЭС России» Михаил Абызов объявляет, что РАО будет добиваться квотирования экспорта угля за пределы страны. Увлечение угольщиков экспортом, по его мнению, представляет угрозу безопасности страны.

В апреле правительство отказалось от использования «золотой акции» в «Кузбассразрезугле» и АО «Южный Кузбасс». Это начало окончательного ухода государства из отрасли, которая сейчас находится на подъеме.

В апреле «Группа МДМ» купила 51 % акций госпакета в Читинской угольной компании. Ее и «Востсибуголь» МДМ объединит под управлением Сибирской энергоугольной компании (СЭУК), которую возглавит Олег Мисевра.

16 апреля президент НК «Роснефть» Сергей Богданчиков подписал договор с администрацией Сахалинской области и хабаровской компанией «Ургалуголь» о развитии местной угольной промышленности. «Роснефть» намерена развивать угольное направление своего бизнеса.

9 июня «Евразхолдинг» завершил приобретение контрольного пакета акций «Кузнецкугля» у государства на аукционе РФФИ. Компания переименована в «Южкузбассуголь».

7 июня акционеры «Южного Кузбасса» объявили о намерении начать слияние с подконтрольными предприятию металлургическими и угольными компаниями, в первую очередь с АО «Мечел». Пока в «Мечеле» группа Игоря Зюзина владеет лишь 20% акций, и завершение слияния произойдет не ранее конца 2002 года.

21 июня крупный угольный трейдер «РАТМ-энерго», входящий в группу РАТМ, выступил на стороне менеджмента АО «Новосибирскэнерго» в конфликте с РАО «ЕЭС России». В ответ РАО инициировало отстранение РАТМ от поставок угля в ряд энергокомпаний Сибири.

В сентябре и октябре РФФИ продал на аукционе госпакет акций (80%) АО «Кузбассуголь». 51% акций купили Магнитогорский металлургический комбинат и «Северсталь», а пакет из 48% акций удалось собрать созданному позже партнерству «Русская сталь». В «Русскую сталь» на конец 2001 года входят Новолипецкий меткомбинат, «Евразхолдинг», АО «Кокс» (Кемерово) и новосибирский углетрейдер «Белон». Поскольку в «Кузбассугле» до сих пор не отменено действие «золотой акции», до начала 2002 года акционеры не смогли выбрать нового гендиректора компании и определиться, как они будут управлять ею.

27 декабря президент России Владимир Путин собирался принять участие в открытии терминала АО «Ростерминалуголь» в порту Усть-Луга. Лично открыть крупнейший объект, связанный с экспортом угля за рубеж, президенту помешала плохая погода. Впрочем, окажется, что терминал начнет работать в лучшем случае в середине следующего года: в момент торжественного открытия к объекту не были подведены подъездные железнодорожные пути, и, вообще, инвесторы из-за конфликта прекратили инвестиции в проект. Но все это выяснится уже в 2002 году.

***

Современность

Дмитрий Бутрин

Угольная промышленность России сейчас состоит из многочисленных холдингов, независимых трейдеров и отдельно существующих государственных и частных предприятий. В условиях такого плюрализма форм собственности угольной отрасли предстоит работать еще довольно долго.

Элементы топливного баланса

Российская угольная отрасль в полной мере отражает мировую историю угледобычи. Еще год назад комиссия Минэнерго с удивлением обнаружила в одной из шахт «Ростовугля» работающий транспортер угля, изготовленный в Бельгии в 1908 году. Между тем это не мешает существованию среди крайне неэффективных российских шахт современных и сверхэффективных даже по мировым меркам угольных разрезов. 60% российского угля добывается в Сибири, где проживает меньшинство населения России и работает немного промышленных потребителей, а часть — и вовсе за полярным кругом.

Российские угольные компании в основном являются наследниками территориальных объединений, работавших в пределах одного угольного бассейна. В них обычно сосуществуют разрезы и шахты. Впрочем, крупнейшие игроки угольного рынка уже начали объединение ряда таких компаний. Есть также и эффективно работающие отдельные шахты и разрезы со своими владельцами, в середине 90-х выведенные из состава объединений. Кроме того, на рынке действует и класс угольных дистрибуторов — посредников добывающих компаний, зарабатывающих на сбыте угля. Из этих элементов и формируется российский угольный рынок.

Владельцы бассейнов

Converted 12635.jpg

Сергей Генералов

Наиболее крупным российским угледобывающим предприятием считается Красноярская угольная компания — знаменитый в советские годы КАТЭК, Канско-Ачинский комплекс. В структуре добычи преобладают энергетические угли, поэтому владельцы «Красноярскугля», поставляющего топливо в 50 регионов России, являются крупнейшими игроками энергетического рынка. Владеет «Красноярскугаем» компания «КАТЭК-Инвест», в которой крупнейшие доли акций принадлежат компании «Росуглесбыт» и структурам, близким к бывшему главе Минэнерго, а сейчас депутату Госдумы Сергею Генералову.

Вторым по размеру владельцем угольных компаний является Сибирская энергоугольная компания (СЭУК), созданная в 2000 году «Группой МДМ». СЭУК управляет крупнейшими после «Красноярскугля» территориальными добывающими структурами — иркутским «Востсибуглем» и Читинской угольной компанией. Возглавляет СЭУК представитель «Группы МДМ» Олег Мисевра.

Наконец, третья крупная структура в отрасли — неформальный альянс двух государственных компаний в Республике Коми — акционерных обществ «Воркутауголь» и «Интауголь». Лидером этого объединения принято считать главу компании «Воркутауголь» Виктора Экгардта. Компании в 2001 году обсуждали вопрос о слиянии в единую структуру. Однако переговоры прервались после того, как правительство приняло принципиальное решение о приватизации в 2002 году АО «Воркутауголь». Виктор Экгардт считает, что это решение экономического смысла не имеет, так как заполярные шахты и разрезы и «Воркутаугля», и «Интаугля» по большей части прибыльны. Против приватизации «Воркутаугля» выступает также глава одного из крупнейших потребителей углей Воркуты — «Северстали» Алексей Мордашов. Впрочем, оппоненты говорят, что «Северсталь» просто не желает конкурировать с оппонентами из Уральской горно-металлургической компании (УТМК) и «Евразхолдинга» на приватизационном аукционе.

В остальных угледобывающих регионах (помимо Кузбасса, о котором речь ниже) структура угольной промышленности весьма однообразна. Обычно в регионе работают одна-две компании (для Подмосковного угольного бассейна это «Тулауголь», для Ростовского — «Ростовуголь» и «Гуковуголь»), в которых 38% акций принадлежат Минимушеству, около 20% — местной администрации, а остальные — менеджменту компании. За редким исключением (например, «Гуковуголь» и «Сибантрацит») эти компании, расположенные в изолированном регионе, убыточны. Но закрыть или расформировать их нельзя: чаще всего на них держится малая энергетика региона (котельные и т. д.), а привозной уголь слишком дорог. Перспективы их приватизации туманны.

Кузбасс на любой вкус

В крупнейшем угледобывающем регионе страны — Кузбассе единого владельца активов нет. Бурная история шахтерского движения Кузбасса, под шумок которого начиная с 1992 года всякий желающий предприниматель мог купить себе практически любой актив территориального подразделения, не прошла даром.

Сейчас крупнейшими собственниками кузбасского угля являются структуры, связанные с «Евразхолдингом», возглавляемым Александром Абрамовым, и УГМК Искандера Махмудова. Достаточно сложно отделить активы «Евраза» в угольной отрасли от активов УКМК. Махмудов и Абрамов являются партнерами во многих отраслях бизнеса; кроме того, часть подконтрольных им угольных компаний имеют общего трейдера. Тем не менее можно утверждать, что под контролем структур «Евразхолдинга» находится «Южкузбассуголь» (бывший «Кузнецкуголь»), а под управлением УГМК — компания «Кузбассразрезуголь». Основная цель «Евраза» и УГМК на угольном рынке — обеспечить поставками угля и кокса принадлежащие им металлургические предприятия, и только затем — влияние на энергетический рынок России.

Ранее предполагалось, что крупным игроком угольной отрасли России станет «Сибирский алюминий», а ныне инвестиционно-промышленная группа «Сибал» Олега Дерипаски. В 1999 году «Сибал» даже получил контроль над «Кузбассразрезуглем», но в 2000 году передал его в управление УГМК. Кроме того, «Сибал» контролирует «Хакасуголь» и занимается трейдингом энергоресурсов.Вероятно, «угольная» стратегия господина Дерипаски еще до конца не определена.

Другим крупным игроком рынка угля в Кузбассе является группа «Южный Кузбасс», в которую помимо одноименной угольной компании входят «Междуреченскуголь», ряд менее крупных добывающих предприятий, а также обогатительные фабрики. Владеет «Южным Кузбассом» команда менеджеров во главе с местным олигархом Игорем Зюзиным — через компанию «Углеметкооперация» и обогатительную фабрику «Сибирь». «Южный Кузбасс» — пока первая угольная компания, интересующаяся металлургическими активами, а не наоборот. В 2001 году компания Игоря Зюзина начала покупку акций АО «Мечел», крупного металлургического комбината в Челябинской области.

Еще одна крупная компания региона — «Кузбассуголь» пока не получила единого владельца. 51% акций «Кузбассугля» в октябре 2001 года купили «Северсталь» и Магнитогорский меткомбинат (ММК). Позже Алексей Мордашов и глава ММК Виктор Ратников договорились о совместном управлении компанией. Однако крупный пакет акций «Кузбассугля» на том же приватизационном аукционе купили Новолипецкий меткомбинат (НЛМК) и «Евразхолдинг». Они тоже создали альянс (глава НЛМК Владимир Лисин использовал для этого «домашнюю заготовку» — структуру некоммерческого партнерства «Русская сталь»), в который пригласили миноритарного акционера «Кузбассугля» концерн «Белон», возглавляемый Андреем Добровым. Всего «Русская сталь» собрала около 48% акций «Кузбассугля» и мириться с всевластием «Северстали» и ММК не захотела, тем более что в «Кузбассугле» есть еще и «золотая акция», управляемая Минэнерго и не позволяющая получить той или иной стороне перевес в совете директоров. До конца января 2002 года претендентам на контроль в АО «Кузбассуголь» не удалось решить, кто будет возглавлять компанию. В результате ею временно руководит представитель «Северстали» Игорь Ярославцев, а «подстраховывает» его в качестве первого заместителя гендиректора сотрудник «Белона». Окончательный раздел сфер влияния в «Кузбассугле» еще впереди.

Улица торговцев углем

Converted 12636.jpg

Филарет Гальчев

Другая сторона угольного бизнеса — компании, занимающиеся сбытом угля.

Крупнейшей трейдинговой угольной структурой в России является ЗАО «Росуглесбыт». Компания была создана еще в 30-е годы прошлого века как государственный трест-углетрейдер. Сейчас «Росуглесбыт» приватизирован командой гендиректора компании Филарета Гальчева. Основа бизнеса трейдера — сбыт продукции «Красноярскугля» в Сибири и на Дальнем Востоке (напомним, «Росуглесбыт» контролирует в «Красноярскугле» крупный пакет акций). Кроме того, «Росуглесбыт» вместе с РАО «ЕЭС России» работает в рамках трейдинговой компании «Ростопэнерго». В качестве второго «стратегического» трейдера угля на Дальнем Востоке выступает СЭУК.

Ближе к континентальной России ситуация усложняется — к «Росуглесбыту» и СЭУК присоединяются трейдеры, работающие в нескольких регионах. Это, например, бывший эксклюзивный трейдер «Кузбассугля» новосибирский концерн «Белон». Другой крупный посредник на угольном рынке Сибири — компания «РАТМ-энерго», поставляющая угли на ТЭЦ многих сибирских АО-энерго в составе РАО «ЕЭС России». «РАТМ-энерго» входит в состав многопрофильной группы РАТМ, возглавляемой Эдуардом Тараном. Однако перспективы бизнеса «РАТМ-энерго» пока неясны. Дело в том, что в 2001 году группа поссорилась с РАО «ЕЭС России» в ходе конфликта вокруг «Новосибирскэнерго», закончившегося не в пользу команды Тарана.

Особняком в угольном бизнесе стоят трейдинговые структуры УГМК, «Сибала» и «Евразхолдинга». Эти партнеры выстраивают свой угольный бизнес, создавая компании-трейдеры для решения конкретных задач. Так, совместная компания УГМК и «Евраза» торговый дом «Кузбасский уголь» занимается в основном поставками энергетических углей за пределы Кемеровской области. В Кемерово сбыт осуществляет торговый дом «Сибирский уголь», «дочка» УГМК. Сбыт значительной части коксующихся углей на предприятия отрасли в «Сибале» поручен компании «Союзметаллресурс», ранее совместной компании «Сибала» и НЛМК. А экспорт ряда марок углей вовсе поручен независимой компании «Карботранс», «дочке» многопрофильной трейдинговой компании РОСКО.

Трейдинговые структуры в угольной отрасли развиваются очень динамично. Однако неизвестно, что будет дальше и всем ли трейдерам хватит места на рынке. Ведь главный потребитель угля в России - РАО «ЕЭС России» -еще не определился, какие трейдеры ему нужны и нужны ли вообще. Ситуация должна измениться в ходе реструктуризации РАО «ЕЭС России» в 2004 году, когда покупателями угля станут уже не АО-энерго, а независимые энергогенерирующие компании. Скорее всего, реформа РАО подвергнет структуру рынка угля в России большим изменениям.

***

Тенденции

Судьба крупнейших игроков угольной отрасли зависит от того, как пойдет реформа российской энергетики.

Дмитрий Бутрин

Если еще в 1999 году металлургические компании «Евразхолдинг», «Сибал», НЛМК, УГМК интересовали лишь коксующиеся угли как сырье для металлургического производства, то уже в 2000 году их стала интересовать и более длинная производственная цепочка уголь—электроэнергия—цены на металлы. Когда же в 2001 году партнеры «Сибала» «Русский алюминий» и СУАЛ взяли под контроль крупнейший негосударственный производитель электроэнергии «Иркутскэнерго», стало понятно, что интерес новых угольных магнатов к углю лежит скорее в области энергетического, чем сырьевого рынка.

Именно РАО «ЕЭС России» в 1998-2001 годах вызвало бум на угольном рынке. Со сменой команды Анатолия Дьякова в РАО ЕЭС на команду Анатолия Чубайса угольщики получили возможность что-то зарабатывать на поставках энергетических углей.

Однако уже в 2001 году, после прихода новых инвесторов в угольную отрасль и массовой приватизации угольных компаний Кузнецкого угольного бассейна, в отрасли внезапно появились новые тенденции, разрушающие стереотип «Чубайс — оппонент металлургов на угольном рынке». «Востсибуголь» и Читинская угольная компания, подконтрольные эмдээмовской Сибирской энергоугольной компании (СЭУК), сумели в конце 2001 года подписать с РАО «ЕЭС России» договор о поставках угля на электростанции в 2002 году. Причем впервые за много лет РАО обязалось покупать определенные объемы угля по фиксированным ценам, а «Группа МДМ» — соблюдать графики поставок и не назначать цены выше, чем может «держать» «ЕЭС России». Это показывает, что в 2002 году все, что интересует СЭУК в угольном бизнесе,— это устойчивое развитие производства и повышение его рентабельности за счет роста добычи.

Напротив, с традиционными партнерами «ЕЭС России» — «Красноярскуглем» Сергея Генералова и «Росуглесбытом» Филарета Гальчева — в 2002 году переговоры идут крайне сложно. «Красноярскуголь» не намерен ограничивать себя в цене поставок. Как ни парадоксально, но с «Группой МДМ», неофициально включенной в список противников Чубайса, Чубайсу договориться было гораздо проще, чем с партнерами, с которыми в свое время «ЕЭС России» даже создало совместную трейдинговую компанию «Ростопэнерго». Между тем и в Кузбассе, и в ряде других регионов наблюдается та же картина: «союзники металлургов» начинают работать с региональными подразделениями РАО ЕЭС на коммерчески приемлемых условиях, тогда как «традиционные угольщики», средние и крупные угольные объединения, обнаруживают все большие противоречия с энергетиками.

Скорее всего, этот процесс усугубится в 2003-2004 годах, когда концепция реструктуризации РАО «ЕЭС России», с боем отбитая командой Чубайса у оппонентов в правительстве, будет реализовываться на практике. Дело в том, что нынешняя структура угольной отрасли основана на существовании крупных угольных объединений, таких как «Воркутауголь» или «Кузнецкутоль». Экономика такого объединения позволяет демпфировать колебания цен на уголь внутри компании, и этому механизму способствует существование единого покупателя — АО-энерго или РАО в лице федеральных электростанций. Но с выделением генерирующих компаний в составе РАО в отдельные производственные структуры со своим балансом наиболее удобным партнером генерирующей компании становится не крупное АО, а конкретная угольная шахта или разрез, производящие уголь определенной, приспособленной для конкретного энергоблока марки, цены и качества.

Реформа в электроэнергетике, скорее всего, уже в ближайшие год-два вызовет реструктуризацию и в угольной промышленности. Уже заявлены три принципиальные схемы, по которым новые игроки в ТЭКе будут строить свои взаимоотношения с угольными компаниями. Первая — модель единого энергетического производителя, на которую претендуют нефтяные компании. Так, глава «Роснефти» Сергей Богданчиков прямо заявляет, что покупка его компанией ряда угольных предприятий Дальнего Востока — первый шаг к созданию на базе «Роснефти» «российского аналога Епгоп». Вторая декларируется «Группой МДМ» — захват максимальной доли рынка в угольной промышленности независимо от территориального размещения предприятия и влияние на энергетический рынок в целом. Третья — старая концепция Анатолия Чубайса о создании энергоугольных объединений, реализованная (правда, пока не слишком удачно) на примере объединения в АО «ЛуТЭК» Лучегорского угольного разреза и Приморской ТЭЦ.

На этом фоне привычные заклинания главы администрации Кемеровской области Амана Тулеева о «необходимости соблюдения интересов угольщиков во всей отрасли» выглядят устаревшими. Очевидно, что власти традиционных угольных регионов стоит готовиться к новой угрозе. Ни одна из трех заявленных моделей не предусматривает интереса инвестора к региону вообще. Бизнес-единицей является в них конкретное добывающее предприятие, и неэффективные шахты и разрезы будут постепенно проигрывать конкурентную борьбу и закрываться. Пример «Ростовугля», который так и не смог снизить издержки для доведения цены добычи до приемлемого уровня и теперь собирается бастовать, требуя передать предприятие управделами администрации президента, показывает — социальные проблемы и даже шахтерские бунты вовсе не закончились.