Устинов запутался в показаниях

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Устинов запутался в показаниях Вчера генпрокурор России Владимир Устинов проинформировал Владимира Путина о ходе следствия по делу о захвате террористами школы в Беслане. Наверное, правильнее было бы сказать, что он попытался успокоить — но не президента, а всех нас, жителей России. Уж очень его доклад напоминал хорошо отрежиссированный сценический монолог. Вот только написанный с грубыми ошибками

""Я хочу доложить о тех материалах, которые у нас сегодня есть, — сказал Устинов президенту. — Картина следующим образом складывается: непосредственно перед атакой на школу банда была собрана вблизи одного из населенных пунктов в лесу. По подсчетам задержанного Кулаева, это порядка 30 человек, из них были две женщины”. (Все особенности лексики сохранены.)

     И тут начинаются первые несуразности. А как же данные о том, что машина шла от границы республики? Большой вопрос и количество бандитов. “Порядка 30” — это сколько? 32, как сказал чуть раньше заместитель Устинова Сергей Фридинский, или еще больше? То же самое касается и женского состава банды. Женщин было две, как утверждает Устинов, или все же больше? Ведь заложники, да и представители следствия утверждали, что двух шахидок взорвали почти сразу. Еще одна якобы взорвалась перед штурмом. Двум удалось сбежать, но одну задержали возле штаба (про вторую просто забыли).
* * *
     Далее Владимир Устинов рассказывает президенту: “На трех автомобилях — “ГАЗ-66”, “УАЗ” и “ВАЗ-2110” — они (террористы, — О.Ф.) направились в сторону Беслана, куда прибыли рано утром. В частности, еще перед прибытием было столкновение с участковым, о котором мы уже докладывали, о котором в СМИ было. Они прибыли в Беслан, заехали во двор школы, где по команде их главаря по прозвищу “полковник” они вылезли из машин, окружили находящихся там школьников и взрослых”. 
     Между прочим, в СМИ было не только про столкновение с участковым, но и про то, что бандиты подкупили сотрудников ГАИ. И про то, что некий офицер милиции практически провел бандитов к школе. Почему же генпрокурор не подтверждает и не опровергает эту информацию?
* * *
     По словам генпрокурора, “в дальнейшем по команде так называемого “полковника” было перенесено оружие, взрывчатые вещества, которые террористы привезли с собой на этих автомобилях. Взрывчатки, оружия было очень большое количество. Затем один из боевиков по прозвищу Абдул Малик взял несколько человек и разместил их на подступах к спортзалу”.
     О том, что взрывчатка и оружие могли быть завезены в школу во время ремонта, докладчик почему-то не упоминает. Но версию о ремонте озвучил не кто иной, как начальник местного УФСБ, начальник штаба по освобождению заложников г-н Андреев. Подтвердили этот факт и заложники. И зачем искали для допроса строителей? Зачем собираются проверять все московские школы, где в этом году шли ремонты? Для профилактики? Может быть, Устинов просто не хочет признаться, что строителей не удалось найти — так же, как и тех, кто завозил взрывчатку?
* * *
     “В ходе всех этих действий среди боевиков появились и недовольные, которые говорили: “Почему мы захватываем школу?” (Имеется в виду, говорили своему главарю. — О.Ф.)
     Если эти данные строятся на показаниях захваченного боевика Кулаева, то генпрокурор ошибся в деталях. Кулаев рассказал, что этот вопрос задавали “полковнику” еще в том самом лесу на месте сбора, а отнюдь не в школе. Заложники же ни о чем таком не говорили.
* * *
     “Из показаний обвиняемого Кулаева следует, что так называемый “полковник” застрелил одного из своих с целью устрашения. Террорист при этом сказал, что будет поступать так со всеми, кто не подчинится, — как с заложниками, так и со своими приспешниками. В этот же день, 1-го числа, этот бандит (“полковник”) с целью устрашения и боевиков, и заложников взорвал двух смертниц путем нажатия на пульт, и они были взорваны с целью устрашения”.
     “Сделал это сам?” — задал президент вопрос генпрокурору. “Сам, — ответил Устинов. — Это подтвердили и свидетели, и непосредственно обвиняемый (Кулаев)”.
     Однако первые показания заложников свидетельствуют о том, что смертницы взорвали себя сами вместе с мужчинами-заложниками еще в коридоре школы. А боевики после этого заявили заложникам: “Наши сестры уже победили!” Нам что, пытаются внушить, что “полковник” — зверь, для которого ничего не значит даже жизнь его бойцов? Но это мы и так поняли.
* * *
     “В этот же день было произведено полное минирование школы. Минирование производили три человека — этот главарь (“полковник”) и еще два его пособника. Минирование производилось со знанием инженерных вопросов, о чем свидетельствует огромная площадь, которую они заминировали”.
     Кроме того, по словам Устинова, под ногой одного из боевиков была установлена кнопка взрыва. “То есть если боевик уходил с этой кнопки, то автоматически производился взрыв. Это свидетельствует о готовности их к совершению теракта”. 
     Что, этот боевик на кнопке все дни так и простоял не двигаясь? Как американский солдат во Вьетнаме на мине-лягушке? Неужели профессионалы-минеры во главе с “полковником” не понимали, что в таком положении человек непроизвольно может ослабить ногу и тут же произойдет взрыв? И тогда вся акция провалится. Ясно же, что это была чистая показуха перед камерой. Зачем же пересказывать это президенту?! 
* * *
     “Главари террористов постоянно угрожали заложникам и участникам бандформирования, говорили, что все равно здесь все погибнут и одна цель — произвести этот террористический акт. И в конечном итоге по прошествии двух дней, когда они начали переделывать взрывную систему — они меняли ее по каким-то своим соображениям, — у них произошел взрыв, после чего началась паника внутри (школы). Многие заложники пытались убежать, боевики открыли огонь”. 
     А как же данные о бутылке с пластитом, привязанной скотчем, которая сорвалась и упала на пол спортзала? А как же слова Руслана Аушева о том, что боевики сознательно устроили взрыв из-за того, что “ополченцы” начали стрелять? 
* * *
     “На сегодняшний день у нас огромные жертвы этого теракта. По нашим данным, в заложниках находились более 1200 человек”.
     Еще вчера говорили, что 1181.
* * *
     “Установлено на сегодняшний день 326 погибших, из которых 210 опознаны”. 
     А несколькими часами ранее в Беслане официальные представители заявили о 335 погибших. И называют такое число уже не первый день. То же касается и опознанных тел. Цифры опять не сходятся.
* * *
     “Что касается боевиков, то они полностью уничтожены. Один из них — живой, сегодня находится в распоряжении следствия, с ним ведутся следственные мероприятия. 30 тел у нас находится убитых боевиков. Одно тело было разорвано. Поэтому мы его (тела) нашли очень небольшие фрагменты. Все 32 боевика на сегодняшний день обезврежены. Из них 8 идентифицированы, установлены их личности”.
     Опять неувязочка. Спецназовцы говорят, что несколько террористов могли уйти. Следователи не исключают, что среди неопознанных останков могут быть и фрагменты тел еще нескольких террористов. Остаются вопросы и о количестве задержанных. Кроме Кулаева говорили о раненом боевике, о той же женщине у штаба. Да и разорванных тел должно быть как минимум два — Устинов сам же сказал, что “полковник” взорвал двух террористок. Куда же делось тело второй? И почему генпрокурор не рассказал главе государства, действительно ли были среди террористов арабы, корейцы и т.д. Откуда появилась такая информация у его зама Сергея Фридинского? Почему Устинов не объяснил, как оказались на свободе задержанные ранее в Чечне террористы, в том числе брат Кулаева?
* * *
     Закончил генпрокурор свой доклад просто: “Вот то, что на сегодняшний день я могу рассказать о ходе следствия”.
     А нам кажется — не все. Либо обманывают его самого, либо он многое скрывает. Но ведь даже маленькая неправда порождает большое неверие. Тем более когда она исходит от главного законника страны.
"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации