Утечка

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


ЗАО "Донгаздобыча"

© "Мужская работа", №6(12) 2003

Утечка. История одного расследования

Вадим Самодуров

Нога Москвы

[...] Мы никогда не узнали бы о том, что в Ростовской области существует ЗАО "Донгаздобыча" и что уже несколько лет вокруг этого предприятия развивается история, достойная современного детектива. Вряд ли вообще кто-то из журналистов, занимающихся распутыванием хитроумных экономических афер, обратил бы внимание на то, что следы нескольких уголовных дел уходят в Ростов-на-Дону и теряются где-то на территории газового месторождения. Но по неписаной традиции ноги любого сколько-нибудь значимого передела собственности растут из Москвы. Здесь же обнаруживаются впоследствии и другие "части тела". Именно по этому странному закону на исходе лета этого года в Москве прямо напротив офиса ФСБ и Генеральной прокуратуры появились кричащие растяжки следующего содержания: "Зеленин и Сардак! Руки прочь от "Донгаздобычи"!".

Не заметить этих растяжек было нельзя. Надо полагать, обратили на них внимание и сотрудники упомянутых ведомств. Что они подумали и какую информацию получили, мы не знаем. Можем уверенно утверждать только то, что, обратившись в структуру, которая этот заказ выполнила, сотрудники ФСБ скорее всего узнали то же, что и мы: он оформлен на несуществующий паспорт. Зато информация, которая содержалась на растяжках, имела непосредственное отношение к действительности. Существовала и "Донгаздобыча", и благополучно здравствовал ее директор Н.Г. Сардак. Однако Николай Григорьевич при этом на вопросы дотошных журналистов отвечал, что никакого Зеленина не знает и просит все происходящее считать провокацией. Кто же этот таинственный Зеленин? И что, собственно, представляет собой "Донгаздобыча", которой так старательно тыкали в лицо ФСБ и Генпрокуратуры? Эти два вопроса заставили журналистов заинтересоваться, Вскоре вопросов стало больше. Но не будем опережать события.

Труба зовет!

Итак, о чем же не знали в ФСБ и Генеральной прокуратуре? И от чего призывали неведомые борцы за правду убрать руки Сардака и Зеленина?

В 1988 году в Ростовской области открыли Марковское газоконденсатное месторождение, считающееся на сегодняшний день одним из самых молодых и перспективных в области. Площадь месторождения расположена на российской и украинской территориях — соответственно в Ростовской (около 85%) и Луганской (около 15%) областях. В соответствующей пропорции, согласно действующему Межправительственному российско-украинскому соглашению, распределены и запасы природного газоместорождения, оцениваемые более чем в 21 млрд. куб.м.

Если не вдаваться в утомительные экономические расчеты, ценность Марковского месторождения представляется довольно просто. Выкачивая из недр 500 тыс. куб.м газа в сутки, можно использовать месторождение 20 лет. Даже не зная мировых цен на газ, понятно, что бедствовать предприятие, которое этот газ добывает и продает, не будет.

Но чтобы добывать газ, нужно бурить скважины, устанавливать дорогое оборудование, прокладывать трубопроводы, то есть вкладывать немалые деньги. В 1999 году предприниматель Виталий Пономарев, заработавший капитал на продаже бензина через свою сеть заправочных станций, решил вложить деньги в добычу газа и выкупил 50% пакета акций компании "Донгаздобыча", являвшейся недропользователем российской части месторождения.

Как это часто бывает, многие держатели акций, почувствовавшие, что кто-то проявляет интерес, сразу повысили цену на товар. И таким образом предприниматель Пономарев потратил на покупку акций значительно больше, чем планировал. Но от своих планов не отказался. И начал их реализовывать, правда, теперь уже понимая, что в одиночку поднять газовый бизнес он вряд ли сможет. По крайней мере темпы реализации проекта замедлились. Тогда владелец контрольного пакета акций ЗАО "Донгаздобыча" стал искать партнеров. И таковые не замедлили появиться. Да не откуда-нибудь — пришли по рекомендации самого министра топлива, энергетики и природных ресурсов Ростовской области Назарова. Партнером этим оказался Владимир Вечорко, которого Назаров представил как крупного инвестора и хорошего человека. Будучи честным и принципиальным, Виталий Пономарев не мог не согласиться с доводами новоявленного партнера о том, что в любом бизнесе необходимы гарантии, и не только словесные и документальные. Новому партнеру хотелось как-то перестраховаться, и Пономарев согласился под будущие инвестиции продать часть акций ЗАО "Донгаздобыча" (около 25% акционерного капитала) фирме, принадлежащей Вечорко (он являлся председателем совета директоров и основным акционером), — зарегистрированному в Черноголовке Московской области ЗАО "Союзпроминвест".

Именно с этого момента, собственно, и начинается запутанная и крайне интересная история, в ходе которой у государства фактически похитили газопровод, перекачав неустановленное количество денег из государственного кармана. Но в тот момент ничто еще не предвещало беды. И бизнесмен Пономарев, без страха и даже с большими надеждами смотревший в будущее, на радостях в душевном порыве откликнулся на просьбы своего терпящего бедствие друга детства Игоря Зайцева и взял его в бизнес.

Зайцев поклялся в вечной верности тому, кто буквально спас от голода его и семью, и начал работать в меру своих сил и возможностей. Тогда, конечно, Пономарев никак не мог предположить, что "верный друг" проявит незаурядные способности, чтобы отнять у благодетеля все до последней копейки. Да и Зайцев не мог предвидеть, что в ноябре 2002 года в аэропорту "Шереметьево" его, члена совета директоров ЗАО "Донгаздобыча", задержат с партией неограненных алмазов. То было время надежд и ошибок!

"Надежный" партнер Владимир Вечорко профинансировал лишь около 17% инвестиционной программы, и к октябрю 2000 года "Союзпроминвест" прекратил дальнейшие инвестиции. Только тогда Пономарев понял, что его обманули, и, так как продолжение освоения месторождения или даже консервация незавершенных строительством скважин требовали значительных средств, а кредиторская задолженность перед подрядчиками резко возросла, в срочном порядке вынужден был приступить к поиску новых инвесторов. Приведенная выше история — не плод воспаленного журналистского воображения. Вся она изложена в многочисленных заявлениях, материалах уголовных дел и даже в отдельных статьях криминальной и судебной хроники центральных газет, как, впрочем, вообще вся история "Донгаздобычи". Что касается вымыслов, легенд и предположений, их тоже более чем достаточно.

Одна из них — собственно [page_13164.htm Владимир Вечорко].

По прозвищу "Гной"

Историю этого человека знает более или менее полно и с той или иной долей вымысла любой журналист, который копался в грязных подробностях афер времен постперестроечной России. В журналистских кругах гуляет такая история приключений Владимира Вечорко.

...Однажды ранним утром в понедельник в кабинет к следователю по особо важным делам Фолко Галли швейцарского кантона Женева зашли двое деловитых молодых людей, назвавшихся адвокатом и личным помощником известного украинского хирурга и до недавнего времени успешного бизнесмена Владимира Вечорко. Представители г-на Вечорко свободно изъяснялись по-английски и цель своего визита сформулировали лаконично: "Надо нам это замять", после чего выложили на стол плотно набитый конверт формата А4. От такого предложения даже опытный следователь растерялся, но спустя минуту выяснилось, что гости перепутали кабинет и конверт предназначался кому-то другому. Содержимое конверта так и осталось загадкой для швейцарских прокуроров, однако фамилию Вечорко там хорошо знали и до этого...

Владимир Николаевич Вечорко большую часть своей сознательной жизни провел в городе Донецке. К концу 80-х сделал медицинскую карьеру, стал членкорром Академии медицинских наук Украины, зав. кафедрой и зам. декана Донецкого медицинского института, опубликовал порядка 150 научных работ. То ли из-за специфики работы (он специализировался на лечении гнойной деструкции легких), а может, из-за характера коллеги по кафедре прозвали Вечорко Гноем. Вспоминают, что Владимир Николаевич не раз вымогал деньги у родственников своих пациентов, Однако по-настоящему развернуться коммерческим талантам хирурга помогла перестройка.

Удачно женившись на дочери Ефима Звягильского, директора одной из самых эффективных в Донбассе шахт, Вечорко открыл себе путь в большой бизнес. Первым доходным проектом доктора стал экспорт металла. Схему подарил ему всесильный тесть. Получив в свое распоряжение одно из коксохимических производств, Вечорко с готовым коксом внедрился на предприятия черной металлургии. Оставалось только пробить экспортные квоты — тут-то и пригодилась легенда о катастрофе в донецкой медицине. Г-н Вечорко пообещал государству возвести в Донецке суперсовременный хирургический комплекс, а в обмен получил льготы, квоты и даже кое-какое бюджетное финансирование.

Экспорт металла из Украины тогда осуществлялся по следующей несложной схеме. Металлургический комбинат продает по бросовой цене полуфабрикаты, скажем, слябы, частной фирме (это в лучшем случае продает, в худшем — металл вывозится без всякого обоснования). Там болванки распиливаются на куски установленного размера и сдаются в металлолом, который переплавляется на том же меткомбинате в те же слябы. Отличаются они от изначальных только тем, что принадлежат уже не заводу, а частнику, который гордо отправляет свою "продукцию" на экспорт, Естественно, такие схемы возможно было реализовать только при поддержке со стороны организованной преступности.

Перебравшись в Россию в период одного из кровавых переделов сфер влияния в Донецке, Гной тоже занялся экспортом. Правда, ничего умнее, чем поставки в Донбасс угля, украинский бизнесмен придумать не смог. Втянув жену и тестя, к тому времени ставшего и.о. премьера Украины, в сомнительную аферу, Вечорко сумел пробить утверждение этой абсурдной экспортно-импортной схемы. За нее Звягильский поплатился карьерой и был вынужден бежать в Израиль, а самого Вечорко стали искать не только донбасские авторитеты, но и украинская прокуратура.

К этому времени Вечорко набрался достаточного опыта в махинациях, и следующим его делом стал экспорт "скважинной жидкости" — так в документах украинский доктор называл нефть. Схема практически аналогична донецкой.

Фирма г-на Вечорко покупает у производителя по бросовой цене "скважинную жидкость", потом продает ее заграничной компании, также принадлежащей г-ну Вечорко. А уж за границей эта "жидкость" превращается в нефть и продается по мировым ценам. Выручка, естественно, оседает за границей.

Еще Вечорко строил завод по производству препаратов-кровезаменителей в Челябинской области в обмен на почти полное освобождение от налогов, а в Москве он обещал Федерации футбола стадион за организацию доступа к экспортной трубе. В итоге налогов не платил, а нефть экспортировал. Излишне говорить, что ни завода, ни стадиона государство так и не увидело. Обиду затаили и партнеры. Схемы, учитывая донецкий опыт, новизной не блещут. Но, судя по всему, г-н Вечорко предпочитает проверенные временем методики добывания денег. Даже многочисленные фирмы, которые при подобном бизнесе приходится учреждать и переучреждать постоянно, г-н Вечорко называет одними и теми же именами.

Оффшорные компании г-на Вечорко (их он сменил не менее семи) почти всегда содержат в названии слово "Виктория", экспортно-импортные зарубежные фирмы, как правило, называются "Меткол". А основная фирма всегда носит гордое имя "Союзпроминвест". Был "Союзпроминвест" в Харькове (ликвидирован в связи с неуплатой налогов), в Киеве (брошен на произвол судьбы с огромной задолженностью перед украинским бюджетом), в Москве (вынужденно ликвидирован).

Теперь штаб-квартира г-на Вечорко (тоже "Союзпроминвест", естественно) расположена в подмосковной Черноголовке. И тоже не платит налогов в течение почти трех лет. Мало того, уличенный МНС в неуплате налогов, он тут же затеял арбитражное разбирательство с налоговиками. Якобы "Союзпроминвесту" не был возмещен экспорный НДС на 53 млн. руб. Однако агрессивная позиция, часто выручавшая Вечорко на Украине, в России не сработала, видимо, за отсутствием в нашем правительстве тестей, тещ и прочих родственников донецкого бизнесмена. В процессе семимесячного разбирательства по арбитражному иску выяснилось, что какие бы то ни было документы, подтверждающие реальный экспорт товара, у фирм г-на Вечорко отсутствуют. Соответственно государство не только не должно возмещать НДС от юридически несостоявшегося экспорта, но и вправе подозревать мошенническую схему по попытке присвоения государственных денег. Так Вечорко перехитрил сам себя. И стоило контролирующим органам поднять контракты, по которым экспорт был действительно осуществлен, тут же обнаружился невозврат валютной выручки на сумму свыше $5,5 млн.

Факты без комментариев

Если вам показалось, что расследование плавно превращается в "накат" на г-на Вечорко, вы ошиблись. Еще раз оговоримся, мы лишь повторяем историю, известную в журналистском сообществе. Вообще, как пишется журналистское расследование? Если это не "заказуха", организованная конкурирующими коммерческими структурами, то в основании любого расследования должны лежать факты, желательно задокументированные. Поэтому их мы будем четко отделять от предположений. Так вот, приход на "Донгаздобычу" г-на Вечорко и невыполнение им оговоренных обязательств — задокументированный факт. И если с фактами было бы так просто и дальше, то на этом бы расследование и закончилось. Но! Г-н Вечорко не выполнил своих обязательств в 2000 году, а растяжки "Зеленин и Сардак! Руки прочь от "Донгаздобычи"!" появились в Москве на исходе 2003-го. И за это время с предприятием происходило то, что заставляет человека, который начинал инвестирование газодобычи в Ростовской области, Виталия Пономарева, отказываться сегодня давать интервью и комментарии, объясняя это существующей угрозой физической расправы с ним.

За Пономарева говорит его заявление на имя начальника УФСБ по Ростовской области Н.Н. Бритвина. Цитируем по тексту:

"Уважаемый Николай Николаевич!

Прошу Вас обратить внимание на факты беспрецедентного, противоправного и антигосударственного передела собственности в Ростовской области с участием лиц из высших эшелонов власти и правоохранительных структур Москвы и Ростова-на-Дону, что уже привело к значительному разграблению как государственных ресурсов, так и частных имущественных комплексов.

Я, Пономарев Виталий Александрович, 1965 г. рождения, уроженец г. Ростова-на-Дону, в 1999 г. имел репутацию серьезного предпринимателя, имеющего свой бизнес в г. Ростове-на-Дону, и мне предложили поднять на ноги доведенную прежним руководством до грани банкротства местную компанию по разведке, добыче и реализации природного газа — ЗАО "Донгаздобыча". Потратив значительное время на всестороннее изучение ситуации вокруг этого предприятия, рассчитавшись за собственный счет с прежними инвесторами и погасив долги прежде всего по налогам и заработной плате, с июня 2000 г. я стал финансовым директором, а с октября 2002 г. — генеральным директором ЗАО "Донгаздобыча".

Понимая всю важность разработки местных газовых месторождений для пополнения государственного бюджета, развития социальной сферы и создания новых рабочих мест, я с помощью моих единомышленников, деловых партнеров и специалистов — геологов и газодобытчиков за счет вложения собственных и привлеченных (заемных) средств уже в I квартале 2001 г. вывел ЗАО "Донгаздобыча" на уровень законченного производственно-имущественного комплекса, имеющего не только готовые к эксплуатации скважины по добыче газа, но и вновь построенный экспортный газопровод для подачи газа с Марковского месторождения в Ростовской области на Украину на экономически выгодных для России и Ростовской области условиях. Тут же "Донгаздобыча" стала объектом пристального внимания как источник будущей наживы для своеобразной криминально-коммерческой группировки смешанного состава из представителей местных, ростовских, и московских уголовных (бандитских) авторитетов, а также связанных с ними "оборотней" из правоохранительных структур.

Возглавил эту группировку по захвату и разорению ЗАО "Донгаздобыча" генерал МВД в отставке, бывший зам. министра внутренних дел РФ, бывший руководитель бюро Интерпола по России и бывший начальник службы безопасности всего российского "Газпрома" Сардак Иван Григорьевич, а в подручных у него — родной брат Сардак Николай Григорьевич, полковник МВД в отставке, бывший начальник Чертовского РОВД и бывший глава администрации Чертковского района Ростовской области, благополучно избежавший ответственности за разорение и разграбление этого наиболее неблагополучного и проблемного региона Ростовской области.

В итоге по фальсифицированным документам с помощью бывшего генерального директора ЗАО "Донгаздобыча" Харитонова Олега Матвеевича, зам. директора ЗАО " Союзпроминвест Безлепкина Олега Юрьевича и с позором изгнанного из рядов ростовской милиции бывшего следователя Швецова Анатолия Степановича у ЗАО "Донгаздобыча" изъят (похищен) газопровод на Украину, смещен с поста генерального директора Пономарев Виталий Александрович и соответственно "занял" эту должность в октябре 2001 г. тот же Сардак Н.Г. с молчаливого согласия (невмешательства) властей Ростовской области. Фактически завладев банковскими счетами и имуществом ЗАО "Донгаздобыча", преступная группировка в обстановке вседозволенности и безнаказанности фактически привела ЗАО "Донгаздобыча" — к финансовому краху — долги компании в общем составляют порядка 150 млн. руб., по сомнительным вексельным сделкам отмыто свыше $ 3 млн. "грязных" денег, по явно заниженным ценам проданы на Украину сотни миллионов кубометров газа, миллионные прибыли осели в оффшорных банках на заграничных счетах фирм-посредников, разграблением российских недр уже причинен колоссальный ущерб федеральному и местным бюджетам.

Против лиц, которые попытались воспрепятствовать этой незаконной деятельности, была организована травля — под надуманными предлогами возбуждались уголовные дела, проводились обыски. Шантажу и запугиванию подвергались не только эти лица, но и члены их семей. Лично на меня, Пономарева Виталия Александровича — единственно законно избранного генерального директора ЗАО "Донгаздобыча" — было возбуждено, а потом прекращено семь уголовных дел. Мою семью третируют всевозможными письмами, телефонными звонками и прямыми угрозами. В настоящее время мне угрожают уголовным преследованием и арестом следственные органы ГУВД и Прокуратуры Ростовской области, прямо предлагая мне отказаться от прав на ЗАО "Донгаздобыча". При этом все обвинения в мой адрес и в адрес моих товарищей по сфабрикованным уголовным делам основаны на "заказных" заявлениях и пояснениях Сардака Н.Г. как незаконного руководителя ЗАО 'Донгаздобыча". С целью обанкротить дочерние предприятия ЗАО "Донгаздобыча" в арбитражных судах ведется свыше 10 дел, также направленных на разрыв договорных отношений по поставке газа, "прозрачных" для налогообложения, — и у этой криминальной группы единственная цель: урвать как можно больше лично для себя путем хищнической добычи газа со 100%-ной продажей на Украину в обход государственного топливного (газового) баланса РФ, добываемого на территории Ростовской области газа, как из скважин ЗАО "Донгаздобыча", так и за счет ресурсов госкомпании "Кубаньгазпром", организовав сверхлимитный экспорт газа при наличии в Ростовской области на протяжении 2 лет его дефицитного лимита.

Надеюсь, что Ваш авторитет честного, объективного и принципиального человека остановит этукриминальную деятельность, прикрываемую коррумпированными чиновниками".

Получив копию этого заявления и изучив его, невольно ловишь себя на мысли, что пропустил в школе и в вузе что-то, видимо, очень важное. Взять, например, хотя бы хронологию событий. Заявление было направлено в УФСБ Ростовской области 12 августа сего года. Согласно ему, газопровод фактически украли у государства в 2001 году, то есть два года законные акционеры и руководство предприятия, рассчитывая только на свои силы, боролись с бандитами, которые предприятие захватили и качали миллиарды из кармана государства. Неужели такая потрясающая уверенность в собственных силах или безнадежное неверие в честность и эффективность правоохранительной системы? А куда все это время смотрело само ФСБ? Газовое месторождение — не подпольный бордель и даже не подставная фирма на Каймановых островах. Но и это не главное. Главное-то вот в чем: кто и каким образом смог: а) убрать с поля владельца контрольного пакета акций и б) убрать второго инвестора? И, наконец, каким образом людям, которые, на первый взгляд, никакого отношения к газу и его добыче не имели, удалось не только завладеть предприятием, но и удерживать его на протяжении всего этого времени?

Чтобы комментировать заявление Виталия Пономарева, нужно было по крайней мере обладать информацией об участниках описанных событий, Сам Пономарев, как мы уже говорили, от общения с журналистами и от каких-либо публичных заявлений отказывается. Связавшись с нынешним генеральным директором "Донгаздобычи" Н.Г. Сардаком и попросив его рассказать о ситуации, сложившейся вокруг "Донгаздобычи", в связи с претензиями Пономарева, мы получили следующий ответ: "А вы уверены в том, что Пономарев — вменяемый человек?". Скажем честно, возможности общаться с Виталием Александровичем у нас не было. И даже, не будучи врачами, в его вменяемости мы уверенными быть не могли. А потому комментировать факты, изложенные в его заявлении, не станем. Мало что бывает! Вдруг, действительно, помутился у человека рассудок на почве коммерческих неудач, вот и мерещится повсюду заговор...

Дальнейший ход журналистского расследования шел скорее вопреки линии, прочерченной Пономаревым в его заявлении. Ничего не принимая на веру, мы встречались с бывшими партнерами Пономарева, с теми, кто обозначен в его заявлении как представители криминальных структур, выслушивали их версии происходившего на "Донгаздобыче", сопоставляли с документами, которые удавалось найти в процессе расследования: списками акционеров, заявлениями и решениями собраний, судебными решениями, соглашениями и т.д. Еще раз скажем: точку в этом расследовании мы не поставили. И надеемся, что не мы ее поставим, а правоохранительные органы или суд. Вообще, задача журналистского расследования состоит не в том, чтобы найти виновного, а прежде всего в том, чтобы поставить вопросы. И мы их ставили. И продолжали удивляться (надеюсь, что похожие эмоции испытывают сейчас сотрудники ФСБ) неожиданности тех ответов, которые возникали из документов и объяснений участников событий.

Как украсть газопровод?

В принципе не нужно быть начальником УФСБ, чтобы ответить на этот вопрос. Не нужно даже интересоваться деталями подобных махинаций. Любой адекватный гражданин нашей страны может дать на него более или менее точный ответ. Нужны: 1) газопровод; 2) желание его украсть; 3) два-три знакомых высокопоставленных чиновника или сотрудника правоохранительных органов. Теперь давайте забудем про заявление бывшего генерального директора ЗАО "Донгаздобыча" в УФСБ Ростовской области. Итак, есть месторождение, газовые скважины и трубы, по которым идет газ. Больше мы ничего не знаем о том, кто и какие планы строил по поводу "Донгаздобычи". Владимир Вечорко ограничился тем, что пока фактически украл пакет акций у Пономарева. А больше никого поблизости не было. Даже коварные оборотни в погонах не проявляли к ЗАО никакого внимания.

Между тем один крупный банкир, зная о неприятностях, постигших Виталия Пономарева с партнером, порекомендовал ему нового инвестора — Станислава Милованова, генерального директора московской финансовой компании "Ресурс-Центр", имевшего, по слухам, непосредственное отношение к деятельности "Норильского никеля". Откуда у г-на Милованова были деньги, чтобы вкладывать их в газодобычу, или чьи деньги он планировал вложить, вопрос второй. Видимо, точно так же рассудил Виталий Пономарев, с открытой душой принявший нового партнера.

Они заключили договор, согласно которому Станислав Милованов должен был доделать то, что не сделал Вечорко. Договор о совместной деятельности Милованов заключать не захотел, объясняя это странными нюансами в отношениях со "старшими товарищами", которые дают ему деньги на покупку ценных бумаг. Вместо того чтобы спросить, кто эти старшие товарищи и что же мешает Милованову напрямую инвестировать "Донгаздобычу", Пономарев дает вовлечь себя в реализацию вексельной схемы. Суть схемы состояла в следующем. Поскольку "Донгаздобыча" была "пустой" компанией, Пономарев должен был получить векселя компании "Ростовгазпром", где у него были активы. После этого векселя "Ростовгазпрома" передавались в "Донгаздобычу" по договору займа. А "Донгаздобыча" в свою очередь передавала векселя подконтрольным фирмам Милованова. К чему обычно приводит реализация подобных схем? Прежде всего к тому, что векселя в конце концов скапливаются в руках кого-то, внешне и формально удаленного от ваших отношений с партнерами и конкурентами. И этот кто-то в один прекрасный момент является с векселями, чтобы стать хозяином на вашем предприятии. Возможен и другой расклад. Векселя, которые вы сами же пустили в "вольное плавание", предъявят вам в тот момент, когда вы не сможете расплатиться, и тогда предъявитель векселей имеет все основания начать вашу компанию банкротить. Что происходило с векселями, перешедшими к Милованову, мы не знаем.

Но самый главный вопрос состоит в другом. К началу реализации вексельной схемы "Донгаздобыча" владела газовым месторождением. А значит, назвать ее "пустой компанией" можно лишь с натяжкой. Так почему же тогда была запущена вексельная схема при наличии такого актива, как газовое месторождение? Можно ничего не знать о подробностях ситуации на "Донгаздобыче", но ответ напрашивается только один, Кто-то хотел сосредоточить в своих руках ресурс, позволяющий получить управление компанией. Если допустить это предположение, то все встает на свои места. Но это лишь предположение. Пока Пономарев занимался выпуском векселей и их передачей Милованову, прежний партнер, Владимир Вечорко, без дела не сидел. Бывший хирург, которому, возможно, ассистировал "верный" друг Пономарева Игорь Зайцев, проделал довольно рискованную "операцию". Подделав документы, Вечорко оформил свою компанию "Союзпроминвест" заказчиком работ по строительству газопровода от месторождения до врезки в действующий газопровод.

Вторым подделанным документом Вечорко оплатил сделанные работы за счет "Донгаздобычи", которая якобы передала "Союзпроминвесту" права на $158 417. Таким образом, без помощи сотрудников правоохранительных органов и без вмешательства людей из местной власти Вечорко лишил "Донгаздобычу" права качать газ на Украину и стал делать это сам. '"

А между тем без сотрудников правоохранительных органов все равно не обошлось, но пришли они не оттуда, откуда ждали. Их привел Станислав Милованов, который считал, что в сложившейся ситуации противостояния с Вечорко без силовой поддержки не обойтись. В связи с этим на "Донгаздобыче" появились генерал МВД в отставке, бывший зам.министра внутренних дел РФ, бывший руководитель бюро Интерпола по России и бывший начальник службы безопасности всего российского "Газпрома" Иван Григорьевич Сардак и его младший брат Николай Григорьевич, полковник МВД в отставке, бывший начальник Чертковского РОВД и бывший глава администрации Чертковского района Ростовской области. Помимо славной боевой биографии, у братьев Сардаков еще был богатый опыт работы в коммерческих структурах. Старший брат до "Газпрома" успел поработать даже в печально известной фирме "Голден Ада". Так что с приходом Сардаков на "Донгаздобычу" дела пошли куда как активней. Это почувствовал даже "верный" друг Пономарева Игорь Зайцев, немедленно вошедший в этот сильный альянс. "Донгаздобыча" долгое время не могла построить газопровод на Украину. С приходом Милованова и Николая Сардака проблема начала решаться. По мнению Милованова и Сардака, главным виновником этой проблемы был Пономарев, который "не нравился" главе "Межрегионгаза" (подразделение "Газпрома". — Прим. авт.) Никишину. Милованов предлагает Пономареву решить проблему. Для этого надо всего-навсего... выйти из участия в "Донгаздобыче". Компании Виталия Пономарева "Русский стиль" принадлежало на тот момент 59 % акций "Донгаздобычи". Естественно, Пономарев отказывается уйти из бизнеса, которым занимался. Но, чтобы не разочаровывать партнеров, Пономарев соглашается вывести активы в другую компанию, а сам "Русский стиль" продать по номиналу Милованову. Примирив таким образом "Донгаздобычу" и главу "Межрегионгаза", через два месяца, согласно договору, когда будет положительно решен вопрос со строительством газопровода, планировалось вернуть все на свои места. Этого не произошло. Игорь Зайцев, на которого Пономарев оформил право обратной продажи долей, начал затягивать процесс продажи. В дальнейшем "Русский стиль" фактически отберут у Виталия Пономарева. Однако тогда Пономарев верил партнерам. И продолжал играть по правилам, которые они предлагали.

Станислав Милованов, уполномоченный, по его же словам, вкладывать деньги "старших товарищей" в ценные бумаги и из всех возможных способов инвестирования предпочитающий вексельные схемы, в отношении Сардаков проявляет странную, совершенно необъяснимую, с точки зрения коммерсанта, щедрость. На свои деньги (по словам Милованова) он отстраивает Николаю Сардаку шикарную виллу в Ростовской области. Да еще дает несколько десятков тысяч долларов на обустройство. Откуда у Милованова лишние деньги? Зачем ему понадобились "инвестиции" в Сардака? И если собственных денег у Милованова не было, кому и для каких целей нужен был Николай Сардак на "Донгаздобыче"? Все это вопросы без ответа. Можно только строить догадки. Но вопросы эти совершенно не праздные. Особенно в свете дальнейших событий.

Осенью 2001 года появляется протокол внеочередного общего собрания акционеров ЗАО "Донгаздобыча" об освобождении от должности генерального директора Пономарева В.А. и назначении на эту должность Сардака Н.Г.

Можно ничего не понимать в том, как строятся отношения между акционерами и инвесторами, можно ничего не знать о том, по каким правилам происходят захваты предприятий, но, если через год после того, как появляется инвестор, на предприятии меняется генеральный директор и новым руководителем становится человек, связь с которым инвестор даже не скрывает, наверное, стоит задаться вопросом, как же это произошло.

Все описанное в этой "главе" — информация к размышлению. В том числе и к размышлению руководства МВД и ФСБ, которое по каким-то причинам ничего не знает (или не хочет знать) о том, что происходило и происходит вокруг Марковского месторождения и ЗАО "Донгаздобыча", Причем в то, что сотрудники этих органов не знают о происходящем, с трудом верится. Доказательством тому служат обстоятельства по крайней мере двух уголовных дел.

Газы и алмазы

Через год после того, как Николай Сардак стал генеральным директором "Донгаздобычи", член совета директоров ЗАО Игорь Зайцев был задержан в аэропорту "Шереметьево" с партией неограненных алмазов. Интересно то, что Зайцев благополучно прошел таможню и был снят уже с самолета, то есть явно по чьей-то наводке. При досмотре у Зайцева нашли два бриллианта на сумму около $ 3 тыс. и 15 алмазов, которые после огранки, по предварительным оценкам, могли стоить от $ 30 до 50 тыс. Информация попала в прессу. Журналисты, никак не связывавшие задержание с происходящим на "Донгаздобыче", все-таки отметили одну выдающуюся деталь. "Любопытна не сумма. Вывоз неограненных алмазов обнаружен впервые за последние три года — с тех пор, как скандал с Голден Адой" получил широкую огласку. Да и вообще это редкое явление — в отличие от контрабанды наркотиков или незаконного провоза валюты, — поскольку неограненные алмазы являются стратегическим сырьем и их невозможно приобрести в открытой торговле, а можно только похитить на специализированном предприятии", — писала "Газета", Замечание журналиста тем более любопытно в контексте того, что мы знаем о старшем Сардаке. Как известно, Иван Григорьевич работал в пресловутой Толден Аде". Мы не знаем, какой вывод из этого сделал следователь, который вел дело, но любой нормальный человек, сопоставив факты, сказал бы, что задержание Зайцева очень похоже на хорошо спланированную акцию, направленную на то, чтобы избавиться от ставшего ненужным свидетеля и непосредственного участника захвата "Донгаздобычи", а попросту говоря, на подставу.

Другое, не менее интересное дело произошло в этом году, Из материала газеты "Коммерсантъ": "Вчера председатель совета директоров АО "Союзпроминвест" Владимир Вечорко обратился в ОВД "Хамовники" с заявлением о том, что на него было совершено вооруженное нападение... Бизнесмен в сопровождении своего водителя и знакомого, имя которого он отказался назвать сотрудникам милиции, ехал на BMW-750 по 1-й Фрунзенской улице. При выезде на набережную дорогу иномарке преградила красная "девятка", из которой вышел человек в маске. Сразу из двух пистолетов, ТТ и ПМ, он сделал 12 выстрелов по машине г-на Вечорко. Иномарка была бронированной, однако пули все-таки пробили стекло со стороны пассажира. Одна из них по касательной ранила г-на Вечорко. Водитель успел сориентироваться и задним ходом вывел машину из зоны обстрела. После этого киллер, бросив оружие,' скрылся на своей машине. Милицию вызвал случайный свидетель. Он же сообщил оперативникам номер машины киллера. Однако в милицейской базе данных такого регистрационного номера не оказалось. План "Перехват" никаких результатов не дал: ни преступника, ни жертву не нашли. В итоге по факту стрельбы в центре города в ОВД "Хамовники" возбудили уголовное дело по статье о хулиганстве. Но через двое суток г-н Вечорко все же дал о себе знать: вчера его доверенный человек доставил заявление о покушении. Сам бизнесмен общался с милицией только по телефону, причем с членами следственной бригады он разговаривать не стал, а сразу связался с руководством округа. Как стало известно, Владимир Вечорко переехал в Россию с Украины еще несколько лет назад. Он поселился в Москве, в Малом Николопесковском переулке. К тому моменту он уже возглавлял совет директоров "Союзпроминвеста", одним из основных направлений деятельности которого являлась закупка энергетических углей для ГРЭС, а также поставка нефти и нефтепродуктов на Украину (АО "Союзпроминвест" обеспечивало до 40% потребности Украины в нефтепродуктах). Затем интересы бизнесмена распространились на деревообрабатывающую и сталелитейную промышленность Краснодарского края, Ростовской, Белгородской и Московской областей (АО занимается производством и поставкой труб для нефтяной промышленности).

В связи с тем, что потерпевший все-таки подал заявление в милицию, уголовное дело будет переквалифицировано по другой статье УК — о покушении на убийство. Теперь следователи ОВД попытаются выяснить личность третьего пассажира обстрелянной BMW. "Ъ" она уже известна — это питерский "авторитетный" предприниматель Владимир Голубев, известный в определенных кругах под кличкой "Бармалей".

Как сообщила газета, покушение на руководителя "Союза промышленников и инвесторов" ("Союзпроминвест") произошло во вторник, но информация о нем была сразу засекречена руководством МВД. Засекречена настолько, что некоторые источники говорят о том, что Вечорко на самом деле ехал на "Мерседесе", а не на BMW. Но это не более чем любопытная деталь. Гораздо интереснее узнать, не было ли связано покушение на Вечорко с происходящим на "Донгаздобыче".

Следственные органы, видимо, таким вопросом тоже задавались. И в числе прочих вызывали представителей частного охранного предприятия "Вымпел-А", услугами которого пользовался Станислав Милованов для перевозки векселей на сумму более $ 3 млн. Сам Милованов рассказывает, что это был первый и последний случай его работы с "Вымпелом", сотрудники которого в основном выходцы из спецназа и других спецслужб. Однако охранники оказывали услуги не только Милованову. Именно после того, как следствие заинтересовалось ролью "Вымпела-А" в покушении на Вечорко, на свет божий выплыло еще одно имя. Дмитрий Зеленин — ныне заместитель председателя Госкомспорта России, бывший вице-президент "Норильского никеля" так же, как и Милованов, пользовался услугами "Вымпела". Но это не самое удивительное совпадение. Оказалось, что Станислав Милованов и Дмитрий Зеленин учились в одной группе на факультете управления и математики Московского физико-технического института. Согласитесь, зная это, растяжки "Зеленин и Сардак! Руки прочь от "Донгаздобычи"!", вывешенные прямо под окнами ФСБ и Генеральной прокуратуры, читаешь совершенно по-другому. Опять-таки можно предположить, что все это чья-то провокация, направленная, например, против нынешнего руководства "Донгаздобычи". Но если это провокация, то провокаторы совершенно непостижимым образом нашли ответ на те вопросы, на которые не могут найти ответа следователи, занимающиеся "Донгаздобычей". Ответ заключается в том, что совершенно неважно, как зовут этого человека — Дмитрий Вадимович Зеленин или как-то еще, но он есть. Есть тот, кто придумал вексельную схему, чтобы обналичить векселя или воспользоваться ими для того, чтобы обанкротить "Донгаздобычу", на чьи деньги строился дворец Николая Сардака и в конце концов благодаря кому на предприятии появились сами Сардаки. И наличие такой персоны, по большому счету, не открытие. Вечорко, реализуя свой план по захвату газовой трубы, тоже работал "под патронажем" бывшего заместителя руководителя Управления делами Президента РФ А.Д. Люлькина (давнего приятеля Вечорко, одновременно являющегося первым заместителем председателя совета директоров ЗАО "Союзпроминвест"). Просится на язык одна аналогия. О наличии кукловода в кукольном представлении мы догадываемся не потому, что видим его, а потому, что от фигурок куда-то идут ниточки... В деле "Донгаздобычи" этих "ниточек" много. "Вымпел-А" — очень прочная ниточка, при помощи которой кто-то кого-то дергал. Интересно, что после того, как в деле обнаружился "Вымпел-А", внезапно и совершенно случайно нашлась и еще одна "ниточка" — руководитель службы безопасности АБН "Амробанк" Всеволод Глуховцев, также принимавший участие в решении каких-то проблем, связанных с "Донгаздобычей". Есть кто-то, кто знает, какие нитки куда нужно привязать и в какой момент дернуть.,. Сам Станислав Милованов, рассказывающий о том, как он стал жертвой дележа "Донгаздобычи", присутствия в деле "Донгаздобычи" персоны своего институтского друга не отрицает, но при этом подчеркивает: "Формально Дмитрий никакого отношения к этому делу не имел. А в его дружеском участии в моих делах нет ничего противозаконного". Мол, дружбу к делу не пришьешь. Впрочем, оказывается, что не только дружбу. Вот Н.Г. Сардак на все вопросы о роли его старшего брата в развитии сюжета вокруг "Донгаздобычи" твердит о том, что он никакого отношения к "Донгаздобыче" не имеет.

(Вот как, однако, рыночные отношения обесценили дружеские и родственные связи!) Что же касается возникших в этой истории неограненных алмазов и прочих чудес — то это не иначе как враги подсунули. Враги и вправду говорят, что именно благодаря генералу МВД в отставке, бывшему зам. министра внутренних дел РФ, бывшему руководителю бюро Интерпола по России, бывшему начальнику службы безопасности всего российского "Газпрома" Ивану Григорьевичу Сардаку нынешнему руководству "Донгаздобычи" удается закрывать уголовные дела по фактам откровенных преступлений в своей деятельности и заводить уголовные дела на неугодных. Но мы не будем комментировать эти грязные слухи.

А у нас в кармане газ! А у вас?

Если отвлечься от многочисленных подробностей и нюансов того, что происходило в период с 2000 по 2003 годы на предприятии "Донгаздобыча", если перестать блуждать в лабиринтах взаимоисключающих решений судов, открываемых и закрываемых уголовных дел, то картина выглядит следующим образом. Есть как минимум четыре человека, которые убеждены, что стали жертвами мошенников и бандитов, вторгшихся на "Донгаздобычу". Так считает бывший генеральный директор "Донгаздобычи" Виталий Пономарев. В этом же убежден его бывший партнер и инвестор, генеральный директор финансовой компании "Ресурс-Центр" Станислав Милованов. Первый партнер Пономарева, глава "Союзпроминвеста" Владимир Вечорко, считает, что люди, пытающиеся захватить ростовский газ, не просто обманным путем получили бразды правления, но и имеют серьезные намерения устранить его самым что ни на есть варварским способом, доказательством чего служит недавнее на него покушение. Нынешний генеральный директор "Донгаздобычи" Н.Г. Сардак в комментарии нашему изданию открытым текстом выразился: "Я знаю, что это расследование заказал Милованов и те структуры, которые он представляет". Короче, четыре человека представляют самые серьезные свидетельства того, что на "Донгаздобыче" творится беззаконие. Четыре человека в связи с этим пострадали, но совершенно непонятно, кто от этого выиграл. Понятно только то, что ситуация сложная и разобраться в ней следственным органам крайне непросто. Но, с другой стороны, если рассуждать здраво, в этой ситуации больше всего страдает государство, потому что, несмотря на проблемы каждой отдельной "жертвы", государственный газ продолжают добывать и продавать. Понятно, что бегающий по судебным инстанциям и опасающийся за свою жизнь бывший директор Пономарев качать и продавать газ не может. Его бывший партнер Станислав Милованов, находящийся в Москве и формально никакого отношения к тому, что сегодня происходит на предприятии, не имеющий, к месторождению, газовой трубе и документам, по которым продается газ, вроде бы тоже отношения иметь не может, Может, тогда стоит начать с главных "пострадавших": Владимира Вечорко и Николая Сардака?

Белоснежка с лицом Сардака

Напоследок одно сравнение. Представим, что перед нами разрозненные куски большого паззла — картинки-головоломки. И на каждом отдельном куске есть вполне понятные детали картинки: вот страшная рожа сказочного монстра, вот чьи-то клыки, а вот чья-то откушенная голова. И хоть составить целую картинку пока не получается, уже видно, что из имеющихся кусков ну никак не выйдет "Белоснежка на празднике цветов".

С "Донгаздобычей" ситуация примерно такая же. Налицо все признаки преступного сговора, реализации мошеннических финансовых схем, подлога документов, попыток осуществить незаконное банкротство и много еще других "клыков" и "откушенных голов". Но кто-то хочет убедить нас в том, что "Донгаздобыча" —динамично развивающееся и процветающее во благо государства предприятие. Извините, не верим.

К счастью или к сожалению, мы не дали ответа на вопрос, кто же виноват в том, что на предприятии, которое добывает и продает государственный газ, есть очень серьезные проблемы. Не наше дело — давать такие ответы, повторим это еще раз. Что мы хотели доказать своим расследованием? Только то, что проблемы действительно существуют и нельзя закрывать на них глаза. Как всегда, мы обещаем дать слово на страницах журнала всем заинтересованным сторонам, желающим высказаться, и будем держать читателей в курсе происходящих событий.