Ухо, Горло, Нос

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Нос Владимира Рыжкова позволяет безошибочно чувствовать малейшие перемены в политической конъюнктуре

1099463777-0.jpg Его можно назвать перспективным политиком. Он и от бабушки российского либерализма Гайдара ушел, и от дедушки консервативного центризма Черномырдина укатил. Молод, но не зелен. По версии журнала «Профиль», обладатель трех несомненных достоинств — ухо, горло, нос. «Уши делают его особенно домашним и милым, приятный тембр и связная речь располагают к нему среднюю интеллигенцию, а нос позволяет безошибочно чувствовать малейшие перемены в политической конъюнктуре», — так обозреватель журнала охарактеризовала бессменного депутата Государственной Думы РФ Владимира Рыжкова.

Правда, далеко не все уверены в исключительности политического чутья нашего героя. Летом сего года в крупнейшей российской англоязычной газете Moscow Times появилась статья главного редактора журнала для СМИ «Среда» Алексея Панкина.

«Почему же политик с таким огромным потенциалом постоянно оказывается в компании демократических бездельников? — задается вопросом Алексей Панкин. — Недавно Рыжков вступил в «Комитет-2008″ и стал соучредителем Клуба «Демократическая альтернатива», который угрожает превратиться в политическую партию к 2007 году. «Демократ» — это тот, кто воспринимает Россию в значительной степени так же, как и иностранцы. Но, питая чувство уважения к иностранцам, русские мало сочувствуют доморощенным подделкам. Точно также в целом непопулярны и москвичи. А самый плохой тип москвича — это человек, приехавший сюда из провинции. Себя показать и столицу завоевать. Он быстро перенимает обычные для городского жителя высокомерие и снобизм, но его чрезмерная гордость за то, что он сумел покорить столицу, делает эти черты характера еще более несносными».

«Если Рыжков не может обуздать свое очевидное желание стать москвичом, — делает вывод главный редактор журнала «Среда», — то «демократы», без сомнения, были бы счастливы включиться в дело и начать оказывать Рыжкову финансовую поддержку. Но это бы означало конец многообещающей политической карьеры. Иностранцы бы провозгласили Рыжкова очередной последней надеждой российской демократии, и российские избиратели отказались бы от него».

Из этого тупика есть выход, по крайней мере, в теории: демократы могли бы поддержать Рыжкова, а затем тихо уйти в «монастырское уединение», как несколько лет назад в своей прощальной статье написала прогрессивная и агрессивная журналистка Евгения Альбац. Но это лишь в теории. Абсолютно нереально ожидать, что наши «демократы» принесут себя в жертву во имя демократии. И в этом вся трагедия нашего героя. Он должен понимать, что его могут использовать как ширму или как таран для пробивания кремлевских стен и сокрушения дверей, открывающих путь в определенные кабинеты. Однако и в той и другой роли Владимир Рыжков остается на виду у всех, и это, видимо, его пока устраивает. Как ни крути, но в большую политику не приходят в одиночку. Можно въехать в рай на чужом горбу или ввалиться в политическое завтра на закорках у демократов, а потом слезть с усталых тел и разыграть самостоятельную партию. Практика подобного подхода предусматривает главный принцип: важна цель, а не союзники. Принцип, возможно, правильный, но невольно склоняющий того, кто ему следует, к банальной конъюнктуре.

Следует отметить, что по многим показателям Владимир Рыжков выгодно отличается от большинства представителей либерально-коммунистического фронта, в котором он сейчас оказался. Здесь многое идет в зачет. Во-первых, само имя. Ведь оно не связано ни с одним из приватизационных или коррупционных скандалов. Во-вторых, политическая карьера. И здесь все чисто: ее не связывают с олигархами. В-третьих, публичная харизма. Тоже хороша: интервью нашего героя остроумны и элегантны. Держится он свободно, но не развязно или нагловато.

Есть, правда, «один нюанс», как было сказано в анекдоте: в период трудного становления «Единства», когда во время избирательной кампании депутат отказался покинуть мостик тонущего корабля «Наш дом — Россия», кто-то взял да и приписал Владимиру Рыжкову корыстные мотивы. Мол, будто бы в НДР Владимир Александрович был «кассиром», держал банк, распределял пожертвования «Газпрома», а такой пост жалко терять. Но это разве эффективный компромат?

Демократический перевыбор

Октябрьские события 1993 года выкосили значительную часть российского политического цветника. Верховный Совет и аффилированные с ним лица медленно, но неуклонно уходили под воду. Новому парламенту требовались новые партии и новые лица. На этой волне в Государственную Думу приходит блок «Демократический выбор России», в списке членов которого мы впервые видим фамилию Рыжкова. Название этой партии, ее основные документы, как рассказывал Рыжков журналистам, придумал он сам, потому что в теории «Россия нуждалось в нечто подобном». Однако, похоже, молодого политика тогда оттеснили с Олимпа, оставив у него только чувство причастности к «делам историческим», да и опыт общения с теми, чьи действия ломали не только судьбы поколений, но и страны. Владимир Рыжков не стал «Александром Матросовым» и не бросился на амбразуру. Он залег в окопе до лучших времен, обвязанный гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Но вот беда: отлеживаться и отсиживаться не всегда правильно. Потому наш герой и потерялся среди политических «тяжеловесов».

Очередная слава пришла несколько лет спустя, когда Владимир Александрович, продемонстрировав политическую дальновидность и смекалистость, перебрался в проправительственный блок «Наш дом — Россия». Учитывая, что тройку лидеров возглавлял действующий премьер-министр Виктор Черномырдин, сомнений не было — и с «Демократическим выбором» было тут же покончено.

«Рыжков умеет, когда надо, пригибать спину. Это его политический почерк, — не преминул заметить тогда Егор Гайдар. — Для Рыжкова перейти из одной фракции в другую есть не предательство, а политическое предвидение». Молодой политик парировал: «ДВР перестала быть партией здравого смысла, зовущей и ведущей к чему-то хорошему, поэтому я ухожу».

1996 — 1998 годы были временем расцвета НДР. Губернаторы в массовом порядке отправлялись вступать в очередную «партию власти». Машины с «мигалками» не успевали парковаться возле здания на проспекте академика Сахарова, где аппарат движения занимал несколько верхних этажей. Владимир Рыжков занял место заместителя руководителя исполкома НДР, отвечая за решение региональных проблем.

И здесь к его имени ничего не «прилипало» худого. В финансовых махинациях замечен не был, на многочисленных приемах в обеденном зале исполкома всегда стоял с бокалом «Пепси-колы». Был, правда, один занятный инцидент, связанный с выпуском партийной газеты «Дом и Отечество». Говорят, что однажды Рыжков устроил взбучку шеф-редактору издания за то, что в газете появились фотографии Владимира Александровича, не утвержденные им лично. Но здесь, как известно, спорить не о чем.

За независимость

Очередные перемены в политических взглядах Рыжкова совпали со сменой партии власти. Однако хорошей должности в партии «Единство» ему предложено не было, поэтому официальный «развод» с былыми союзниками не заставил себя ждать.

Новым имиджем перспективного политика стал бренд «независимого депутата». Таким Рыжков еще больше полюбился корпусу представителей западной прессы, которые с удвоенной силой стали тиражировать его высказывания по тому или иному поводу. Его стали «пиарить», как принято говорить, «по полной программе», интервьюировать по поводу и без повода. И что удивительно, журналисты, политологи и аналитики всегда находили нужные ответы и оценки: «либерал без партии», «демократ без манифеста». Ниша, как выясняется, оказалась самой удобной, ибо после кровопролитных боев сошедшихся на узком пятачке политических сил, после истощения амбиций главных героев обязательно должен был сыскаться могильщик, который закапывает тела павших. А на очищенном пространстве сажать свои деревья будет другой, новый садовник. Или, если угодно, сановник.

Примерно тогда же Владимир Александрович формулирует «свежий взгляд» на российский либерализм. Он спорит с Михаилом Ходорковским, который призывает «покаяться» демократов ельцинского призыва. «Каяться не будем, — отвечает Рыжков. — Но либеральные лидеры, непосредственно ответственные за ошибки 90-х и поэтому в значительной мере утратившие доверие общества, должны признать свою ответственность и отойти на второй план».

И тогда идеологи либерального ренессанса в России окончательно делают ставку на Рыжкова. Правые должны объединиться и выдвинуть единого кандидата на президентские выборы. По общему мнению членов СПС и «Яблока», кандидатом мог бы быть Владимир Александрович. Не станем спорить с таким выбором. Вполне вероятно, что это было лучшее из возможного.

Чем дальше — тем интереснее. Проигравшие «демократы», одержимые желанием свержения любой ценой Владимира Путина, создают «Комитет-2008″, куда вступает и Рыжков. Этот поступок напомнил яркий эпизод в биографии Льва Троцкого, который, помнится, прибыл в Россию в 1917 году меньшевиком, но затем быстро примкнул к Ленину, «обольшевился» и возглавил октябрьский переворот.

Наступил период практических действий. Вот Владимир Рыжков обращается в Конституционный суд с требованием отмены парламентских выборов. Скажете, популистский ход? Нет, дело тоньше и имеет перспективу для того, кому хочется запастись новыми масками на предмет их смены при неблагоприятном раскладе в будущем. Вот он пытается помешать своим коллегам по Госдуме переходить во фракцию «Единая Россия». Ну чем не борьба за «чистоту рядов»? Вот он, как «лучший знаток» истории либерального и демократического движения в России, обвиняет Кремль в «сползании к авторитаризму». Ему отвечают: мол, молодой человек, страна на грани, Ельцин почти добил государственность, идет война с терроризмом, и вы как личность, напрямую причастная к «эпохи измен и грабежа», тоже несете за все происходящее политическую ответственность. Нет, считает Рыжков. Он как историк знает, куда и как идти стране, а главное — с кем ей (стране) и ему (политику) быть в союзе. Неважно, что на практике в России не срабытывают западные демократические сценарии — главное сохранить чистоту теории.

Вот и выходит, что Владимир Рыжков ведет себя в столице как земский врач, который, помнится, однажды опоздал к больному, и тот скончался. «Потел ли покойник перед смертью?» — спросил врач родственников. «Потел, батюшка, потел». «Ну, вот и хорошо».

У «комитетчиков» появляются новые союзники. Свою помощь из Лондона обещает Борис Березовский. Он давно уже разработал план по «свержению Путина» и ищет в России его исполнителей. Плетутся интриги, выстраиваются самые невероятные союзы и коалиции. Идеальным для Березовского было бы вывести на первый план Рыжкова и Зюганова. Комментируя сей странный альянс, Рыжков объясняет свои действия желанием «защитить свободу, демократию и Конституцию». Такая защита равноценна хорошо продуманному и спланированному нападению.

Станислав Стремидловский

Оригинал материала

«Российские вести»