Уцелевший после теракта умер из-за недосмотра медиков

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Уцелевший после теракта умер из-за недосмотра медиков Вместо первой группы крови раненому влили четвертую

"В Советском районном суде Махачкалы начался процесс над четырьмя врачами республиканской клинической больницы, обвиняемыми в «причинении смерти по неосторожности». Прокуратура считает, что они причастны к смерти 25-летнего музыканта Касума Касумова, легко раненного во время теракта в Каспийске 9 мая 2002 года. В ходе операции в ЦРКБ больному по ошибке перелили кровь не первой, а четвертой группы.

Дело врачей
Мину в Каспийск привез офицер милиции
Не было специалиста по крови 
На скамье подсудимых оказались четверо: хирург Абакар Султанбеков, ампутировавший Касумову ногу и первым определявший группу крови, анестезиолог Эльдар Исаев, который перелил кровь больному, реаниматолог Марьям Султаналиева, которая после операции продолжала вливать четвертую группу, и заведующая отделением переливания крови Джума Магомедова, дважды перепроверявшая группу крови. 
Процесс проходит бурно. В допросах подсудимых и свидетелей активно участвуют не только прокурор, адвокаты и судья, но и потерпевшие - родители Касумова. Даже сидящие в зале родственники Касумовых и врачи, пришедшие поддержать коллег, не могли удержаться от реплик, а некоторые, как в школе, тянули руки, чтобы судья разрешил им высказаться. 
В ходе судебного следствия выяснилось следующее. Касумова привезли в травматологическую больницу одним из первых. Отец еще в Каспийске наложил ему на ногу жгут из ремня. В больнице ему перевязали ногу, но операция откладывалась, потому что были более тяжелые раненые. Касум так и лежал в «предбаннике» (предоперационной комнате), когда из центральной больницы приехали на помощь врачи, в том числе и сосудистый хирург Абакар Султанбеков. Осмотрев рану, он увидел, что подколенный сосуд разорван, и чтобы зашить его, нужно ехать в РКБ - на месте не было нужного оборудования. 
Около трех дня приехали в РКБ. Профессор Гамид Аскерханов, осмотрев раненого, поручил Султанбекову проверить группу крови. В ходе предварительного следствия Султанбеков сказал, что определил четвертую группу, но в суде заявил, что не помнит этого, что он не давал указаний переливать кровь и даже не видел, что ее переливали, поскольку все его внимание было сосредоточено на операции. 
Врач-анестезиолог Эльдар Исаев объяснил: во время операции за переливание крови должен отвечать специальный человек, но в тот день все были заняты. Операция продолжалась около шести часов, сначала врачи пытались сохранить ногу, но в конце концов пришлось провести ампутацию. К концу операции стало ясно, что для поддержания давления на нормальном уровне необходимо переливание крови - физрастворы уже не помогали. 
«Я слышал, что хирург сказал: «Четвертая группа», кроме того, была такая же надпись на лицевой стороне истории болезни, - рассказал Исаев. - Поэтому я попросил заказать четвертую группу. Когда кровь принесли, я проверил группу во флаконах. Затем проверил кровь на совместимость - это может подтвердить медсестра. Перепроверять кровь у больного не стал - я и так рисковал, отвлекаясь на все эти манипуляции от своих прямых обязанностей, - я должен был следить за состоянием больного под наркозом». 
На вопрос, почему проба на совместимость не выявила, что кровь разных групп, он ответил, что нашел объяснение этому в литературе: оказывается, введенные в кровь препараты и растворы настолько сильно могут разжижать ее, что реакция во время проведения проб будет нестандартной. В такой ситуации сделать правильный анализ мог бы только специалист по химии крови. Этот вывод подтвердила и Аминат Кабардиева - главный врач Республиканской станции переливания крови, выступившая в суде в качестве свидетеля. 
Перекрестный метод 
После операции Касумова отвезли в реанимацию. Утром 10 мая на дежурство заступила врач Марьям Султаналиева. «Мы провели обход. После теракта было семь тяжелых больных, - рассказала она в суде. - Утром пришли завкафедрой, завотделением, профессора и доценты, осмотрели его». Состояние Касумова было тяжелое, но, по словам Султаналиевой, никто не связал это с вливанием иногруппной крови. «Я определила четвертую группу, резус положительный, - продолжала Марьям Султаналиева. - Кто-то из врачей сказал, что у отца Касумова первая группа и родственники говорят, что у больного тоже первая. Мы снова взяли кровь, и санитарка в пробирке отнесла ее в отделение переливания крови». Заведующая отделением Джума Магомедова через 15 минут позвонила в реанимацию и сказала, что у нее определилась четвертая группа. После этого Султаналиева, по ее словам, больше не сомневалась и, проверив кровь на совместимость, перелила Касумову кровь четвертой группы. Лишь на другой день дядя Касумова, заведующий неврологическим отделением РКБ Шихшунат Мутаев, обнаружил ошибку. 
Джума Магомедова (она заведовала отделением переливания крови 23 года, после случая с Касумовым ее освободили от этой должности) рассказала на суде, что 10 мая утром ей принесли пробирку с кровью, на квиточке была надпись «Касумов». Она провела анализ прямым и перекрестным методом и определила четвертую группу - в этом она уверена. 11-го Мутаев принес ей новую пробирку, и на этот раз она так же уверенно определила первую группу. Магомедова, как и остальные подсудимые, полностью отрицает свою вину. По ее словам, ошибиться она не могла. Как не может ручаться за содержимое пробирок. 
'Каждый из них где-то ошибся' 
Судебное следствие осложняется тем, что показания подсудимых и свидетелей изобилуют медицинскими понятиями и терминами, которые им приходится по ходу объяснять прокурору и судье, не разбирающимся в медицине. По той же причине и обвинение, по сути, строится на справке, составленной медицинской комиссией. В ней обозначены нарушения инструкций и ошибки, которые допустили врачи. Но подсудимые не согласны с выводами комиссии. «Там ерунда написана, - заявил Эльдар Исаев. - Мне вменяется в вину, что после переливания крови я не следил за состоянием больного, не измерял ему температуру каждые два часа, как это положено. Но переливание было в конце операции, после него не прошло и часа, как мы отвезли больного в реанимацию. Я не должен был там находиться и измерять температуру...» 
Аминат Кабардиева, которая, кстати, тоже подписывала справку, и сама согласилась, что в этом документе есть недочеты. «Я не могу обвинять никого из присутствующих здесь врачей, - сказала она. - Я знаю, что они боролись за жизнь Касумова изо всех сил. Но каждый из них где-то ошибся, где-то поторопился или отнесся к инструкции не так серьезно, как должен был. Вы помните, что было в тот день, сколько раненых поступило, врачи тогда много работали, устали. В мирное время такого бы не произошло...» 
В перерыве между заседаниями корреспондент ГАЗЕТЫ поговорил с родственниками Касума Касумова. 'Мы понимаем, какая была ситуация, - сказала его тетя Фатима Ибрагимова. - Я много часов провела тогда в больнице и видела, как грамотно и самоотверженно работали некоторые врачи. Но почему Касум погиб, хотя у него было не тяжелое ранение? И это не первый случай, когда в центральной больнице больным переливают не ту кровь. Я сама знаю о трех таких случаях с летальным исходом, недавно роженица умерла из-за этого. Вина лежит на руководстве больницы. Компетентных врачей выдавливают оттуда, отправляют на пенсию, а их места занимают неучи. Тарифы на каждую должность в этой больнице известны всему. А в результате страдают больные...' 
Адвокатам подсудимых пришлось изучать не только основы трансфузии, но и медицинские инструкции. Гасан Гасанов, защищающий Эльдара Исаева, в ходе суда процитировал приказ министра здравоохранения № 388, в котором сказано, что в экстренных ситуациях ответственность за формирование операционной бригады ложится на заместителя главного врача по лечебной работе. Допрос свидетелей продолжается"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации