У Михаила Черного не нашлось новы слов

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


У Михаила Черного не нашлось новых слов. "Плагиат-заказуха" от "Московских новостей"

Газета "Московских новости" опубликовала "свежее" интервью "корреспондента МН" с Михаилом Черным. И вопросы "корреспондента", и ответы Черного взяты из [page_10337.htm "интервью" Черного газете "Ведомости"], опубликованного еще в ноябре прошлого года

Оригинал этого материала
© "Московские новости", origindate::03.04.2001

"Я свои предприятия не считал"

Это интервью Михаил Черной дал корреспонденту "МН" накануне скандала вокруг телефонной компании "Безек" и заявления о продаже акций "Сибалюминия"

- Вы и ваш брат Лев играли ключевые роли в российской алюминиевой промышленности. Ваша ссора с братом положила начало переделу собственности в отрасли. По одной из версий, вашему брату и его партнерам не нравились ваши партнеры, связи в криминальном мире, пристальное внимание к вам со стороны правоохранительных органов.

- Я не считаю никого из моих партнеров преступником. Но наши с братом взгляды на партнеров действительно расходились. Мне не нравились западные партнеры - Trans World. Я никогда не был их партнером, я был партнером Льва, имел с ним общие акции алюминиевых заводов. Не считаю, что у меня произошла ссора с братом - у нас были разногласия, я предлагал ему расстаться с Trans World, но убедить его мне не удалось. В конце 1996-го мне предложили продать акции заводов, которыми я владел совместно с ними.

- Акции были поровну распределены?

- С братишкой - да, у нас были общие пакеты акций Красноярского, Братского заводов, алюминиевых предприятий в Казахстане. Часть акций Саянского завода находилась в совместной собственности. Акции, которые были общие, я продал. Оставил те, что у меня были без него, - акции того же завода в Саяногорске. Еще у меня были акции медных, угольных предприятий, их я приобретал самостоятельно.

- Верны ли данные о том, что за акции вам заплатили 400 млн. долл.?

- Это близко к действительности. За пять лет совместной работы с алюминиевыми заводами я не получал дивидендов, так что полученные средства вполне мне их компенсировали.

- С братом сейчас общаетесь?

- Конечно. Но был период, когда... меньше общались, когда было все это напряжение. Бизнес был однозначно разделен, но почему мы должны были прерывать общение? Да, может, были и остались какие-то обиды. Каждый считал, что он прав. Сейчас я думаю, что ни я, ни он не были правы.

- Кто сейчас ваши самые надежные партнеры?

- Я многим верю. Больше всего доверяю Искандеру (Махмудову. - Ред.) и Олегу (Дерипаске. - Ред.).

- А почему вы поставили Искандера на первое место?

- С Искандером я с самого начала. У меня никогда не было мысли, что он может предать. Искандера я знал еще по Узбекистану, познакомился с ним в 1987 году. С Олегом познакомился позже, уже когда не приезжал в Россию, в 1994 году. У него тогда была своя компания - "Алюминпродукт". Олег мне сразу понравился, я увидел в нем лидера.

- Как складывались отношения Дерипаски со Львом Черным и Trans World после вашего с ними разрыва?

- Когда я разошелся с большой компанией, Олег сказал мне: "Я хочу остаться с ними". Я ответил: "Вопросов нет". Но их союз недолго просуществовал. Потому что когда одна сторона вкладывает в производство, а другая блокирует - продает глинозем по высокой цене, мешает получать кредиты, - то рано или поздно происходит развод. В отношениях с Trans World всегда было напряжение. Не стало Михаила, стал не нравиться кто-то другой - Дерипаска.

- Кто был инициатором объединения с Романом Абрамовичем, создания компании "Русский алюминий"?

- Переговоры вел Олег. Поначалу я считал, что объединяться не стоит. Я никогда не считал правильным, что люди, занимающиеся нефтяным бизнесом, решили пойти в алюминий. Поэтому я не думал, что Абрамович или Березовский займутся алюминием. Для меня же инвестиции - это финансовые операции.

- А каково ваше отношение к Роману Абрамовичу?

- Я его просто не знаю. Видел случайно пару раз до того, как объединились. Потом не встречались.

- Если вы были вначале против объединения, то почему оно все-таки состоялось?

- У компании должна быть одна голова, только тогда она будет успешной. Решение принимал Олег. А я пока жду, когда российская экономика начнет подниматься, когда будет оценена стоимость акций, тогда, возможно, продам их.

- Кому?

- Дерипаске. Или кому-то другому, кто сможет оплатить мой пакет акций "Русского алюминия".

- С момента создания "Русского алюминия" прошло полгода. Насколько успешно работает компания?

- Компания работает удачно. Как у любых двух структур, которые объединились, начинают реализовывать общий проект, не имея опыта совместной работы, у них, наверное, есть какое-то недоверие друг к другу. Самое главное, чтобы не получился второй Trans World. Пока предпосылок к этому не вижу, но все-таки там собрались разные люди. Неизвестно, как они поведут себя в будущем, не будут ли пытаться ущемить интересы других партнеров.

- Каково ваше влияние на то, что делается в "Русском алюминии"? Дерипаска как гендиректор компании согласовывает с вами свои решения?

- Нет. Можно согласовать их с тем, у кого есть контрольные или блокирующий пакеты. У меня нет таких пакетов в "Русском алюминии".

- Сколько именно акций "Русского алюминия" принадлежит вам, Дерипаске, прочим?

- В "Русском алюминии" две группы акционеров, которым принадлежит по 50 проц. акций. Одна половина принадлежит "Сибирскому алюминию", все акции переданы Дерипаске в управление на три года. Мы ему стопроцентно доверяем. А сколько у кого процентов - не важно.

- Может, тогда скажете, как делятся доли в "Сибирском алюминии"?

- В "Сибирском алюминии" тоже две группы акционеров, акции также делятся 50 на 50. Одна группа - Олег и его менеджеры. Вторая группа моя, в нее же входит Искандер. Контрольный пакет акций группы может сложиться, только если я объединю свой пакет с пакетом Олега, никак иначе.

- Как делятся функции между основными участниками группы?

- Я создал команду, которая управляет бизнесом. Полностью ей доверяю. Вмешиваюсь только в случае необходимости, если иначе проблему решить нельзя. Олег ведет алюминиевый проект, Искандер занимается медью и черной металлургией. Углем они занимаются вместе.

- Вы занимаетесь бизнесом по всему миру. Какой процент принадлежащих вам активов находится в России?

- Процентов 80.

- А сколько предприятий принадлежит вам?

- Честно, не знаю. Так много, что не считал. Везде понемножку. Есть разные пакеты - меняем, обмениваем их иногда. Через пару лет смогу точно сказать. Как раз сейчас все собирается в холдинги. Разные предприятия разных отраслей.

- Во сколько можете оценить стоимость принадлежащих вам активов?

- Как можно оценивать стоимость активов, если в России нет полноценного рынка ценных бумаг? Я знаю, сколько денег потратил на покупку акций, но не знаю, сколько они стоят.

- Акции каких именно предприятий в России вам принадлежат?

- Это металлургические, сырьевые предприятия. Имеются пакеты акций "Сибирского алюминия", Уральской горно-металлургической компании. У меня есть пакеты акций многих угольных компаний.

Среди них - "Кузбассразрезуголь", "Алтайкокс" (крупнейший в России коксохимический завод, на базе которого сейчас создается холдинг из крупнейших промышленных предприятий Алтайского края. - Ред.).

- У вас достаточно обширный бизнес на Западе. В каких странах вы работаете наиболее активно?

- В свое время, когда я разошелся с Сэмом Кислиным (один из первых деловых партнеров Черного. - Ред.), часть денег вложил в Америку. Года четыре-пять работал там. Несколько лет назад я начал заниматься телекоммуникационным бизнесом, центр которого должен был находиться в Канаде. Там была создана компания, которая должна была оказывать услуги в России, могла бы составить конкуренцию "Ростелекому". Даже хотел получить в Канаде вид на жительство. Но потом решил от этого проекта отказаться.

Сейчас веду бизнес в Израиле, Америке, Болгарии, странах СНГ. В Израиле у меня не очень большие инвестиции - порядка 10 млн. долл. Компании связаны с Интернетом и высокими технологиями.

- В каких конкурсах, залоговых аукционах вы хотели принять участие - по "Норильскому никелю", "Сибнефти", "Связьинвесту"?

- Да во всех. Денег было много, хотел участвовать. Но там уже все было заранее поделено, меня решили устранить от дележа крупных предприятий.

- Говорят, вам закрыли въезд в Британию, США, Швейцарию, Францию, Болгарию, потому что подозревают в отмывании денег и связях с преступным миром. Что вы можете на это сказать?

- Я считаю, что просто кто-то заинтересован в том, чтобы создавать мне проблемы. Одно время проблемы исходили из России, правоохранительные органы получили заказ и его исполняли. Теперь мои проблемы исходят из Израиля. Власти Израиля не хотят меня здесь видеть. Наверное, тоже кто-то заплатил за то, чтобы была такая кампания против меня развернута.

Тель-Авив