У нас есть конфликт интересов. Мирилашвили

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Продолжаем знакомить читателей с окружением Валентины Матвиенко. На вопросы «Дела» отвечает вице-губернатор Олег Виролайнен, отвечающий в петербургском правительстве за городское хозяйство, жилищную политику, транспорт и ЖКХ.

Дело в личном доверии

- Для вас, наверное, не является секретом версия о том, что главная причина вашего назначения - давнее знакомство с Валентиной Матвиенко.

- Действительно, когда Валентина Ивановна работала первым секретарем Красногвардейского райкома партии, я был у нее в прямом подчинении. Потом Валентину Ивановну назначили зампредом Ленгорисполкома, и я сменил ее на посту первого секретаря Красногвардейского райкома. В дальнейшем был приглашен на работу в горком партии, где занимал должность заведующего отделом городского хозяйства, благоустройства, транспорта и связи - то есть занимался тем же, чем и сейчас, - только в большем объеме. Поэтому Валентина Ивановна знала, что я владею вопросами этого участка, претензий ко мне по работе не было, а ситуация в целом, как я полагаю, за последние годы не во многом изменилась (за исключением общего ухудшения технического состояния жилого фонда и инженерных сетей). Проблемы остались те же самые, только острота их увеличилась и появилось больше знаков «минус».

- Вас назначили и.о. вице-губернатора еще во время предвыборной кампании, раньше, чем всех остальных членов нового правительства.

- Приглашал меня вообще-то Александр Дмитриевич Беглов. Конечно, свою роль в этом сыграли знание друг друга и личное доверие. Он ведь был заведующим отделом строительства исполкома Ленсовета, а потом перешел инструктором в отдел строительства партийного обкома. Поскольку и я, и он отвечали за вопросы строительства в рамках города, мы с ним ежедневно контачили. Я знал его работоспособность и порядочность, он - мои деловые и человеческие качества. На предварительной беседе с Бегловым мне была поставлена конкретная задача: замкнуть на себя все вопросы, связанные с подготовкой города к зиме. Ведь на тот момент этот участок был просто брошен: мой коллега Александр Смирнов по болезни оставил свой пост, и вопросы ЖКХ оказались разбросанными между разными вице-губернаторами, что совершенно недопустимо. Видимо, раз меня назначили в новое правительство, я со своей задачей справился.

- Правительство Петербурга по факту оказалось разделено на две основные части: «старые кадры», имеющие обширный опыт работы в советское время, и «новые», пришедшие из бизнеса. Ощущаете противоречия?

- Противоречий нет. Если и есть противоречия, то они связаны с конфликтом профессиональных интересов. Мои заключаются в том, чтобы максимально обеспечить финансирование реконструкции тех объектов энергетики, инженерии, которые находятся в удручающем состоянии. У Михаила Осеевского, к примеру, другая задача - обеспечить финансированием город в целом. Естественно, у него нет такого количества денег, которые я прошу под конкретные цели. Вот и весь конфликт интересов. И мы садимся с Осеевским, спорим, не приходим, естественно, к договоренности и в итоге идем к губернатору. А она, выслушав и его, и меня, принимает историческое решение, разрубает этот узел, говорит: «Быть по сему».

Вот недавно мы рассматривали вопрос о финансировании работы общественного транспорта. Из бюджета необходимо дополнительно выделить 700 млн. рублей. Денег нет. Что делать? Можно сократить на 20% выпуск подвижного состава на линии. Но такое решение не подходит. Принимаем другое - искать внутренние резервы (ловить «зайцев», сократить некоторые расходные статьи бюджетов комитета по транспорту и «Горэлектротранса», возможно, отказаться от каких-то маршрутов и перевести их на коммерческую основу).

Недавно с г-ном Молчановым провели совещание по строительству будущего западного скоростного диаметра. Много разных мнений, предложений, некоторые горячие головы предлагают уже сегодня начать строительство подземного тоннеля на Васильевский остров. Но ведь в этом случае губится идея самого ЗСД, поскольку тоннель не вписывается (или плохо вписывается) в концепцию этой сквозной транспортной магистрали. Полтора часа шло совещание, спорили, искали и нашли выход: нужно все варианты проектных предложений, которые есть, отпаспортизировать и найти решение оптимальное, удовлетворяющее город и решающее проблемы Васильевского острова.

Так что у нас нет конфликта людей, у нас есть конфликт интересов. В правительстве все люди разумные, болеющие за город, у каждого есть свой участок, каждый хочет на нем решать вопросы так грамотно, как этого требуют губернатор и интересы дела. И если мы на пересечении вопросов с кем-то вступаем в трения, то это нормальный рабочий процесс. А человеческие отношения у нас прекрасные. Мы отмечаем дни рождения, по субботам собираемся на неформальные встречи (так называемые мозговые штурмы) под руководством Валентины Ивановны. В неформальной обстановке садимся, пьем чай и спорим по 3-4 часа. Берем какую-то проблему и обсуждаем ее. Высказываются иногда самые абсурдные, дикие идеи. Но любая мысль имеет право на существование - мы обсуждаем ее и иногда приходим к интересным выводам.

Мирилашвили был моим хозяином

- Вы работали техническим директором ЗАО «Советник» - компании, которую связывают с Михаилом Мирилашвили.

- Я работал генеральным директором ООО «Сбербанкстрой» - с ЗАО «Советник» мы взаимодействовали как подрядчики. И вот в этот период меня попросили, чтобы я на общественных началах взял на себя функции технического директора «Советника». У «Советника» как у заказчика не было достаточного количества специалистов, а «Сбербанкстрой», как и другие строительные компании, боролся за подряды. Вот мне и предложили: хочешь получить подряд на реконструкцию улицы Ефимова? Я сказал, что, конечно же, хочу. Нас согласились нанять только при условии, что я возьму на себя работу технического директора «Советника». И я бегал, согласовывал все вопросы от этого ЗАО, подписываясь техническим директором. С Михаилом Гавриловичем, естественно, были контакты, но крайне редкие, так как Михаил Михайлович к тому времени уже был арестован, а Михаил Гаврилович жил в Израиле - приезжал раз в полгода, на стройку заглядывал и опять уезжал.

- А с самим младшим Мирилашвили вы когда познакомились?

- В 1995 году меня пригласили работать управляющим мебельного комбината «Интурист» на Карповке. Бывший генеральный ушел на пенсию, и у них там наступило безвременье. Меня пригласил бывший начальник главка «Севзапмебель», который хорошо был знаком со мной по старой работе, сказал, что комбинат хороший, а ребята подрастерялись - надо спасать предприятие. Я согласился. И как раз началась приватизация этого предприятия. Когда я пришел туда, 60% акций были у коллектива, а 40% «разбрелись» по другим владельцам. В один прекрасный момент на комбинат приехала группа молодых людей с хорошим французским парфюмом, в модных черных пальто. Вошли в мой кабинет, сели вдоль стенки на стулья и говорят: «Здравствуйте, мы - акционеры». Я спросил, чем они могут это подтвердить. Они продемонстрировали акции. И вот так я познакомился с Михаилом Михайловичем Мирилашвили, у которого тогда было 40% акций мебельного комбината, то есть он был моим хозяином. Я и работал в качестве наемного работника у хозяев, приватизировавших комбинат, но очень недолго, так как акционерами было принято решение закрыть комбинат, а на его месте построить жилой дом.

Потом, после того как они решили строить дом на улице Попова и закрыть площадку на Петроградской стороне, я ушел в «Сбербанкстрой» - там как раз освободилась должность генерального директора, на которую я с радостью согласился перейти.

- «Сбербанкстрой» был одним из подрядчиков работ по реконструкции Невского проспекта на деньги Всемирного банка. Изначально предполагалось провести все работы на участке от Адмиралтейства до площади Восстания. В реальности же доработали только до Фонтанки, а Счетная палата вдобавок обнаружила значительные странности в расходовании денег ВБ.

- К сожалению, международные финансовые институты закладывают в кредиты, которые нам выдают, очень высокий процент на обслуживание собственных услуг - до 40%. На эти 40% как раз и содержалось как местное, так и московское представительства Всемирного банка. Кроме того, банк вел здесь аналитические работы: работали консультанты, следили за проектированием. Было организовано бюро, которое разрабатывало концепцию реконструкции того же Невского проспекта. Было очень много проверяющих - каждую неделю кто-то приезжал.

Тендер проводился сначала на участок от Адмиралтейства до Мойки, затем второй - от Мойки до Садовой. Потом нашлись дополнительные деньги на участок до Фонтанки. Кроме того, техническое задание предполагало, что должны были быть реконструированы только тротуары Невского проспекта, освещение и сети. Подошли к Гостиному двору - а там огромная площадь. Ни у кого денег на здешние работы не было. С банком долго решали этот вопрос, он в конце концов перевел средства. Похожая история была с площадью перед лютеранской церковью - она ведь тоже изначально не входила в планы.
Кроме того, если честно говорить, проект был довольно сырой. По ходу возникало очень много дополнительных работ - с перекладкой сетей, ремонтом цоколей, фундаментов зданий. Мы столкнулись с очень многими техническими сложностями. В результате проект удорожал где-то на 25%."