Федоров на проводе

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© Московский комсомолец, origindate::25.05.2001

Федоров на проводе

Сергей Минаев

Converted 11648.jpg“…Надо было бы двинуть по “Газпрому” и сказать, что это защита свободы слова… А с НТВ пусть разбирается американская юридическая фирма…”

Кто со скандалом в “Газпром” придет — от скандала и погибнет. Бывший министр финансов, а ныне “защитник” акционеров Борис Федоров лишился права на защиту акционеров газового монополиста.

Три различных московских суда (Черемушкинский, Пресненский и Арбитражный) последовательно пришли к единому мнению: подконтрольная Федорову ЗАО “ОФГ” скупала акции “Газпрома” незаконно. В итоге эти акции были арестованы, а сам Федоров и его коллеги по ОФГ — вычеркнуты из списка кандидатов в совет директоров концерна. Начав свою деятельность в “Газпроме” со скандала, Федоров со скандалом и уходит…

     История создания Борисом Федоровым “Объединенной финансовой группы” (ОФГ) была обрисована в “МК” достаточно подробно. Равно как и “серые” схемы, через которые ОФГ скупала акции “Газпрома”, РАО “ЕЭС России” и Сбербанка РФ в пользу иностранцев.

Как следует из материалов независимого расследования Ассоциации по защите прав миноритарных акционеров, Борис Федоров не только скупал акции для иностранцев, но еще и активно приторговывал ими на бирже, снимая пенки с фондового рынка. В качестве доказательства глава Ассоциации Сергей Карпов на своей пресс-конференции в конце апреля продемонстрировал график обвала курса акций РАО “ЕЭС России” за последние полтора года. Интересно, что всякий раз обвал совпадал по времени с очередным заявлением Федорова в защиту прав акционеров. То есть от “защиты Федорова” первыми страдали именно акционеры. Особо Карпов отметил, что убытки несли все акционеры, кроме самого “защитника” и подконтрольной ему ОФГ.

Чтобы заработать на очередном падении акций РАО “ЕЭС” или “Газпрома”, достаточно было всего лишь знать, когда Борис Федоров выступит с резким осуждением политики этих компаний. Продать накануне “осуждения” свои акции, а после — откупить их по более низкой цене. Разница — чистый доход для оффшорных контрагентов ОФГ. Федоров безусловно знал о времени каждого своего выступления заранее. Знали это и в ОФГ.

Во всем мире подобная практика называется инсайдерской деятельностью и влечет за собой уголовную ответственность. Для наглядности приведем всего две цифры. Общий оборот акций РАО “ЕЭС” на фондовом рынке в период с 1999 по 2000 год увеличился в 5,2 раза, а оборот подконтрольной Федорову ОФГ на том же рынке — в 8,4 раза.

В заключение Сергей Карпов, сославшись на анонимного информатора в ОФГ, рассказал на пресс-конференции о ближайших планах “главного миноритарного акционера” страны: “Сейчас Федоров выжидает, как отреагируют на его предложения некоторые госчиновники, с которыми он в последнее время вел интенсивные переговоры. Если чиновники не отреагируют, он намерен устроить эмигрант-шоу. Скрыться за рубежом якобы от преследования со стороны “Газпрома” и оттуда требовать от государства применить решительные меры. Хочет поставить государство враскоряку. Кроме того, он намерен напрямую связать все это с НТВ, чтоб громче получилось”.

Бред “городского сумасшедшего”

На пресс-конференцию Сергея Карпова Федоров отреагировал моментально, назвав это выступление бредом “городского сумасшедшего”.

Ниже мы приводим этот бред в оригинале. В распоряжении “МК” оказалась кассета с телефонными переговорами Бориса Федорова. Голос Федорова легко узнается, а вот его собеседника идентифицировать не удалось.

Б.Г.: Аллё!
     N: Борис Григорьевич!
     Б.Г.: О, приветствую!..
     N: Опять все борешься...
     Б.Г.: Ну конечно, не только же на вас нападают! На меня нападают не менее... агрессивно. В тюрьму обещают посадить.
     N: В тюрьму-у?!
     Б.Г.: Конечно!
     N: За что?
     Б.Г.: Ну как... За то, что я в спланированной и организованной группе пытался скупить “Газпром”. Совершенно серьезно все…
     N: Нервы потреплют.
     Б.Г.: И, конечно, такое количество статей, которые они против меня опубликовали сейчас... Я такого не видел в своей жизни... что называется... С другой стороны — ну что ж делать...
     N: Жизнь такая пошла.
     Б.Г.: Вот... Так что не очень, конечно, приятно... Но что делать, поэтому я некоторым вашим товарищам тут говорил, что вы зря думаете, что “Газпром” такой зависимый. На самом деле в значительной степени они манипулируют государством!
     N: Они сильные, да...
     Б.Г.: На следующей неделе буду всем в Вашингтоне об этом рассказывать. Что не так все просто. Хотя, конечно, эта комбинация Коха с Йорданом, это круто. (Смеются.)
     N: Да, это класс, ваще! Это класс!
     Б.Г.: Это трудно было себе представить.
     N: А кто это придумал? У тебя есть понимание?
     Б.Г.: Трудно сказать... Скорее всего сам Кох это и предложил. У них же очень добрые отношения.
     N: Может быть, да.
     Б.Г.: Но не думаю, что президент предложил лично, с компанией. Насколько я знаю, в Кремле Кох пользуется большой любовью. Я слышал высказывания, такие достаточно... сволочь, называется.
     N: Ты говорил, да.
     Б.Г.: Это такая комбинация. Некоторые говорят, что таких подобрали, чтобы не жаль было...
     N: И выкинуть.
     Б.Г.: Да, и выкинуть... Конечно, сейчас классно (и я даже некоторым тут говорил), надо было бы двинуть по “Газпрому” и сказать, что это защита свободы слова и наведение порядка. Представляешь, как будет классно смотреться?
     N: Это да-а-а...
     Б.Г.: Мы тут их поправили, а с НТВ пусть разбирается какая-нибудь американская юридическая фирма. Отдать им в управление эти акции. Пусть будет идти в таком духе. Как тебе такой вариант?
     N: Это, конечно, нормально, только я думаю, что так не будет.
     Б.Г.: Ну, я тоже думаю, надо что-то советское. Но это было бы лучше. Конечно, если, как говорят, Кох даже в Security Counsel ходил в Штатах, то говорить, что чисто коммерческая вещь... Потому что если коммерческая, актив не должен потерять цену. Чем больше будет уходить журналистов, тем меньше будет стоить НТВ.
     N: Естественно. Притом это резкая пропорция.
     Б.Г.: Да, еще два-три человека. И все. В этом смысле все печально, чем кончится — непонятно. Я сейчас все больше путешествую... В Лондоне был, выступал. Теперь вот...
     N: Ты был на этой сходке, что ли?
     Б.Г.: Нет, по своей линии. Крупные журналисты, Downing Street... Treasury. Мы же должны донести правду о “Газпроме” до всех людей? (Смеется.)
     N: Конечно. Боря, мне звонил акционер...
     Б.Г.: Угу!
     N: Как ты, наверное, читал, в свое время в Мост-банке повисли деньги мэрии...
     Б.Г.: Да...
     N: И вытащить их было достаточно трудно. Но он в залог этих денег оформил акции “Медиа-Моста”.
     Б.Г.: М-м-м... Нет, я такого не знаю.
     N: А “Газпром” уже был акционером “Медиа-Моста”. Не вызывает твоего возмущения?
     Б.Г.: Любая информация, которая может пригодиться, она очень полезна. То же самое, если кто-то интересуется про “Газпром”, то мы готовы подкинуть (смеется)...
     N: Не хочешь с ним пообщаться на эту тему?
     Б.Г.: В какой форме?
     N: Ну, по телефону. Он как считает — что ты вроде бы можешь выразить возмущение, что у бедного “Газпрома” еще куда-то раздавали активы, да еще какой-то Москве. Нечего им ничего давать.
     Б.Г.: А что-нибудь есть в бумажной форме?
     N: Да есть, наверно...
     Б.Г.: По факсу пару страничек сбрось...
     N: Понятно.
     Б.Г.: Всех, кого интересует “Газпром”, у нас тоже кое-что есть. Тоже интересно. Про Йордана можно кое-что найти.
     N: Да про него всюду есть.
     Б.Г.: Достаточно любопытно. Мы собираем материалы, журналистам раздаем, особенно западным, возмущаемся. Но я сейчас в такой стадии: выжидаю. Мне нужно понять все-таки полную позицию власти.
     N: Есть ли понимание, хотя бы частично?
     Б.Г.: Да, понимание есть, и были важные встречи на разных уровнях, где было все сказано. Но последние две недели не видно конкретных шагов. Я жду еще, условно, несколько дней. На каком-то этапе я могу сделать такие заявления: жизни угрожают, я вынужден спасаться от преследования “Газпрома”, но я предлагаю сделать крутые вещи. И поставить государство в такой угол, где они либо показывают свою слабость, либо вынуждены будут действовать. А есть такие темы по “Газпрому”, где можно поставить вопрос так: да или нет... Политэмигрант еще один Федоров (смеется) из Лондона вещает. Если всякие не перестанут давить в Северном округе... Это неприятно, правильно?
     N: Ну да, это может перейти в такую плоскость...
     Б.Г.: А в нашей стране, судя по всему, за небольшие деньги можно многое сделать.
     N: Легко.
     Б.Г.: А инвесторы пугливые, а я за них умирать не собираюсь. Один, во всяком случае.
     N: Правильно.
     Б.Г.: Я всегда предпочитаю совместно с кем-то (смеется). Может, пойти на эскалацию какую-то. Она может быть более жесткая и прямая здесь, если я чувствую поддержку, если ее очень мало, то другое. Но нам, сам понимаешь, отступать-то некуда. Мы в более понятной ситуации, чем вы, но тем не менее...      N: Сколько ты еще здесь будешь?
     Б.Г.: В понедельник я собираюсь отправиться в родной город Вашингтон, в котором давно не был. До этого все время здесь буду.
     N: Давай я тебе в субботу позвоню.
     Б.Г.: Запиши мой новый домашний телефон. Стал хорошо работать, я себе две новых линии провел. Мобильник как раз у нас там плохо принимает.
     N: Сейчас. О’кей. У тебя секретарша новая?
     Б.Г.: Относительно. Уже несколько месяцев.
     N: Строгая.
     Б.Г.: Не знала твою фамилию. Маргарита ее зовут. Надо периодически менять персонал, сам понимаешь. Так. (Называет номер.) Мы теперь обзавелись кучей телефонов. А так вот... Достраиваем бассейн. Цветочки уже пошли.
     N: Когда купаться будем?
     Б.Г.: Это непонятно...

Шесть выводов и один вопрос

Дальше идет личный разговор, поэтому мы его не печатаем. Из вышеприведенного “откровения” следуют как минимум шесть выводов и один вопрос.

Первый. Федоров скорее всего разговаривает либо с кем-то из Администрации Президента (об этом свидетельствует та часть “прослушки”, где Федоров говорит, что он общался “со всякими вашими товарищами”, чтобы они не думали о “Газпроме” как о зависимой от государства компании), либо с кем-то из представителей Гусинского, о чем свидетельствует отрывок:
     Б.Г.: …В Лондоне был, выступал…
     N: Ты был на этой сходке, что ли?
     Б.Г.: Нет, по своей линии…
     (В то время, когда Федоров был в Лондоне, там же проходила встреча “членов штаба по спасению НТВ”. — “МК”).

Второй. Федоров действительно готов использовать ситуацию на НТВ в своих целях.

Третий. Федоров не только обладает инсайдерской информацией по “Газпрому” и активно ее использует для шантажа, но и передает эту информацию в третьи руки. Подтверждением тому слова: “То же самое, если кто-то интересуется про “Газпром”, то мы готовы подкинуть”.

Четвертый. Федоров в самом деле боится последствий своих действий. “А инвесторы пугливые, а я за них умирать не собираюсь. Предпочитаю совместно с кем-то”.

Пятый. Интересы реальных миноритарных акционеров Федорову абсолютно по барабану, в совете директоров “Газпрома” он представляет исключительно самого себя и подконтрольную ему ОФГ.

Шестой. Несмотря на угрозу собственной жизни со стороны “Газпрома”, Федоров преспокойненько достраивает бассейн на подмосковной даче, а своим родным городом он при этом считает Вашингтон.

Вопрос. Почему эмигрировать Федоров собрался в Лондон?
    
     P.S. Арест акций “Газпрома”, которыми распоряжалось ЗАО “ОФГ”, Борис Федоров назвал “играми с заказным правосудием” и сказал, что он будет продолжать борьбу. Заявления свои Федоров сделал почему-то из “своего родного города” Вашингтона. Видимо, скоро он из США “эмигрирует” в Лондон. Во любом случае дальнейший план борьбы Федорова с “Газпромом” понятен из вышеприведенного разговора.