Фрадков в роли "мальчика для битья"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Лидер «единороссов» Борис Грызлов появляется в новостных выпусках федеральных телеканалов в два раза чаще, чем действующий премьер

1102326537-0.jpg Когда 5 марта 2004 года представитель России при Евросоюзе Михаил Фрадков был неожиданно для всей страны назначен председателем правительства, страна стала ждать, какой курс наметит его кабинет. Ведь был же, наверное, какой-то грандиозный смысл в том, чтобы вот так взять — «из рукава» — и назначить совершенно «внезапного человека»? Прошло девять месяцев. Курс не родился. А прежний, доставшийся в наследство от кабинета Михаила Касьянова, сохранить не удалось. Что имеем накануне традиционной зимней спячки? Очевидный провал административной реформы и почти очевидный — реформы пенсионной, свертывание либеральных реформ. Еще между весной и зимой председателя Фрадкова cлучился банковский мини-кризис, прошли забастовки противников монетизации льгот. Резко выросли цены на продукты. Капитал побежал из страны. В итоге второе правительство Путина непопулярно, вызывает плохо сдерживаемое раздражение Кремля и недовольство «Единой России».

Запомнился ряд высказываний нового премьера. «Строится некая пирамида…» — так он понял суть административной реформы. «Будем работать на ходу» — девиз нового правительства. «Отступать дальше некуда» — характеристика текущей ситуации в стране. «Корректировать цифры в сторону увеличения» — ключевой метод удвоения ВВП. И наконец, бессмертное: «кольнуть себя иголкой в одно место и очнуться» — про первый пункт экономической программы.

Но перед правительством ставились более серьезные задачи, чем развлечение журналистов. Теоретически — проведение стратегических реформ, забота о стабильности экономики, благоприятном инвестиционном климате и т.п. Удвоение ВВП, наконец. Девяти месяцев довольно для того, чтобы делать первые выводы. Выражаясь языком премьера, что-то к этому времени должно было родиться…

Ничего приличного не родилось. Административная реформа явилась миру уродцем в виде кадровой чехарды с перевешиванием табличек на кабинетах, задержками зарплат и окончательным непониманием рядовыми чиновниками того, что происходит и зачем это. Начатые при прежнем правительстве реформы остановлены под предлогом усталости страны от либеральных экспериментов. Но своей, как сказал Фрадков, «осмысленной экономической программы» у нового кабинета тоже не появилось, если не считать рассуждений о пользе государственных инвестиций, индикативных прогнозов и попыток впрячь перепуганный бизнес в государственно-частное (именно в такой последовательности) партнерство.

Хотя либеральную вывеску с дверей Белого дома не свинтили. Стратегию Германа Грефа — экономическую программу первого президентства Путина — формально не отменили. Но как минимум печальная судьба реформ естественных монополий показывает: «заканчивается волынка» с рыночными преобразованиями. Реформа РАО ЕЭС заторможена. О либерализации рынка газа, которая обещана Евросоюзу в обмен на членство во Всемирной торговой организации, похоже, можно забыть надолго.

Правительство Фрадкова готовит новую среднесрочную программу. В ней уже не говорится о вреде естественных монополий, сказано лишь, что «ревизии подлежит не стратегическое направление, а формат реализации реформ». Главным индикатором успешности социальноэкономического развития страны провозглашается, естественно, удвоение ВВП за 10 лет.

Но за девять месяцев премьерства Фрадкова шансы удвоить российский валовой продукт стали еще призрачней, чем год назад, когда президент впервые поставил такую задачу. Темпы роста падают. Минэкономразвития впервые за последние годы снизило прогноз роста ВВП (до 6,8% в этом году). Инфляция, по официальным оценкам, будет на 1,5% выше запланированного уровня. Капиталы, вместо того чтобы вкладываться в производство, страдающее от дефицита инвестиций, уходят из страны — за десять месяцев отток составил $9 млрд.

С повышением качества жизни населения, бессмертной стратегической задачей российских властей, тоже все не слава богу. Монетизация льгот отозвалась невиданной волной забастовок (в октябре прошло 7 тыс. акций протеста) и заложила в бюджеты регионов бомбу замедленного действия, которая неминуемо взорвется следующей весной. Тогда Минфину может быть уже не до рассуждений о том, куда лучше потратить средства Стабилизационного фонда.

На этом безрадостном фоне «Единая Россия», девять месяцев назад поддержавшая кандидатуру Фрадкова, заявляет о переходе в оппозицию правительству. Вряд ли власти таким хитроумным способом решили поиграть с народом в плюрализм. Скорее, правительством недовольны. И всерьез.

Есть по нынешним временам верный индикатор настроений «высших слоев атмосферы» — Центральное телевидение. Так вот, камеры Первого канала, канала «Россия», НТВ и ТВЦ все меньше жалуют премьера. По сравнению с мартом 2004 года количество упоминаний о нем на федеральных телеканалах сократилось в четыре раза. Да и газеты и журналы в ноябре писали о Фрадкове уже в два раза меньше, чем в апреле: 700 упоминаний против 1368. На этом фоне пиарщиков больше всего удивляет беспрецедентная в последнее время медийная активность спикера Госдумы. Лидер «единороссов» Борис Грызлов появляется в новостных выпусках федеральных телеканалов в два раза чаще, чем действующий премьер.

Удар по штабам

Прозвучавшая на пятом съезде ЕР критика в адрес правительства, на удивление, оказалась достаточно жесткой. Борис Грызлов фактически озвучил новую модель взаимоотношений партии и кабинета министров. Во-первых, по его словам, «мы не можем рассматривать действующий кабинет как партийное правительство». Во-вторых, ЕР «не может в полной мере нести ответственность за действия кабинета». И в-третьих, «партия парламентского большинства имеет полное право предъявить самые жесткие требования к правительству в целом, а также к отдельным его членам».

Как признал один из сотрудников администрации президента, само правительство «повело себя некорректно». «Они привыкли действовать по принципу «никуда вы не денетесь — все равно все примете» и в последнее время стали явно злоупотреблять лояльностью депутатов». При этом министры занимают слишком бескомпромиссную позицию по законопроектам, представляющим политический интерес для партии. Так, вительством по поводу увеличения МРОТ. «Год назад ЕР заявила, что подтягивание МРОТ до уровня прожиточного минимума — ее программная цель. Накануне выборов в правительстве сказали: «Хорошо, поможем». Теперь, когда фракция просит поднять размер МРОТ до 900 рублей, правительство заняло жесткую позицию: ни за что!» — делится обидой один из влиятельных «единороссов». По словам другого видного «единоросса», «такое впечатление, что они уже привыкли иметь дело с шавками, привыкли, чтобы перед ними на коленях ползали и ни на что конструктивное просто не реагируют».

Без согласования с Кремлем атака ЕР на правительство вряд ли состоялась бы. По признанию одного влиятельного депутата-«единоросса», на состоявшейся накануне съезда встрече фракции с президентом Путин был проинформирован о намерении партийцев «дать залп по правительству». И, судя по всему, не стал возражать. Возможно, президент исходит из того, что кабинет Фрадкова был, есть и будет техническим. А значит, пригодным для самого разного употребления. И как правительство непопулярных реформ, и как объект для конструктивной критики, и как команда «мальчиков для битья».

Елена Короп

Оригинал материала

«Профиль»