Ходорковский подозревается в мошенничестве при приватизации Усть-Илимского ЛПК

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Ходорковский подозревается в мошенничестве при приватизации Усть-Илимского ЛПК

Соучастники - Кох и Вавилов. Покушение на следователя организовал Пичугин

Оригинал этого материала
© "Ведомости", origindate::05.12.2003, "МЕНАТЕПу припомнили ЛПК", Фото: "Коммерсант"

Александр Тутушкин, Алексей Никольский, Илья Хренников

Converted 15661.jpg Баллотирующийся в депутаты Госдумы милиционер Федор Соболев заявил вчера, что обвинители Михаила Ходорковского могут добавить в дело еще один эпизод - незаконную приватизацию Усть-Илимского ЛПК. По его оценке, государство понесло от этой сделки ущерб в 2 млрд руб. Юристы полагают, что это может обернуться потерей предприятия его нынешнийм владельцем - холдингом "Илим Палп".

Старший следователь по расследованию деятельности преступных сообществ и бандитизма при УВД Центрального округа Москвы капитан юстиции Федор Соболев, который выдвигается кандидатом в депутаты Госдумы по 161-му Артемовскому одномандатному округу в Свердловской области, устроил вчера пресс-конференцию в Екатеринбурге. В центре внимания милиционера оказалась незаконная, по его словам, приватизация Усть-Илимского ЛПК в пользу нынешних владельцев "ЮКОСа". По его словам, в 1993 г. по решению председателя Госкомимущества Альфреда Коха 51% акций комбината из федеральной собственности был передан банку МЕНАТЕП. При этом, согласно распоряжению замминистра финансов Андрея Вавилова, их оплата была произведена акциями этого банка. Соболев заявил, что стоимость активов Усть-Илимского ЛПК оценивалась тогда в размере около $700 млн, а его акции обошлись банку в сумму не более $100 млн, - таким образом, государство понесло ущерб в объеме около 2 млрд руб.

Соболев утверждает, что по этому эпизоду в мае 2001 г. Генпрокуратурой было возбуждено уголовное дело по ст. 159 и 196 УК РФ (первая из них - мошенничество, наказываемое заключением на срок до 10 лет, вторая - преднамеренное банкротство - штраф либо заключение на срок до шести лет). Милиционер уверен, что этот эпизод будет приобщен к обвинению, предъявленному Ходорковскому.

51% акций Усть-Илимского ЛПК в 1995 г. был продан ЗАО "Полимит", аффилированному с холдингом "Роспром" (структура МЕНАТЕПа). После этого акции сменили нескольких владельцев, и теперь их контролирует крупнейший в России лесопромышленный комплекс "Илим Палп". За первые 9 месяцев 2003 г. выручка ЛПК составила 4,761 млрд руб. , производство целлюлозы - 433 000 т.

В Генпрокуратуре и в Menatep Group - владельце "ЮКОСа" - отказались комментировать обвинения Соболева.

Соболев сообщил также, что в 2002 г. , когда он расследовал это дело, на него было совершено покушение, в результате которого он частично потерял зрение. По его словам, в причастности к покушению подозревается начальник отдела службы безопасности "ЮКОСа" Алексей Пичугин. Пичугин уже несколько месяцев находится в заключении и подозревается в организации заказных убийств. Его адвокаты Олег Соловьев и Татьяна Акимцева заявили, что Соболев выдает желаемое за действительное. Как говорят адвокаты, в рамках расследования дела Пичугина были произведены следственные действия, о содержании которых они не могут говорить в связи с данной подпиской о неразглашении. Однако результат этих действий опровергает утверждения Соболева, считают они.

Глава департамента общественных связей "Илим Палпа" Святослав Бычков уверен, что его компанию новое обвинение в адрес Ходорковского не коснется. "Это дела давно минувших дней. "ЮКОС-Роспром" владел Усть-Илимским ЛПК до 1996 г. , потом его купила компания "Континенталь-Инвест", затем управление перехватил "Энергопром", а потом комбинат достался структурам Олега Дерипаски, которые в феврале 2002 г. продали его нам за $200 млн, по рыночной цене, даже выше, - говорит Бычков. - Так что "Илим Палп" - уже третий или четвертый собственник на Усть-Илиме и уже точно является добросовестным приобретателем".

Но гендиректор юридической фирмы "Ринкон-Гамма" Олег Осипенко считает, что при грамотном ведении дела есть возможность добиться реприватизации предприятия, разрушив всю цепочку добросовестных приобретателей. По его словам, отдельные примеры таких операций есть, но они касаются относительно небольших имущественных комплексов.