Ход рублевским конем

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


В случае реализации земельных угодий "Московского конного завода №1" Кантор мог бы получить $3 млрд.

Оригинал этого материала
© The Moscow Post, origindate::07.10.2008

Ход рублевским конем

Владимир Яковлев

Converted 27639.jpg

Вячеслав Кантор

Ситуация вокруг земель «Московского конного завода №1» продолжает оставаться патовой. Но, возможно, партия еще будет продолжена, ведь передел собственности этих и других элитных земель в Подмосковье еще далеко не закончен.

Когда речь заходит о Рублевке, на ум сразу приходят шикарные особняки, в которых коротают свой дорогостоящий досуг представители различных элит. Однако и здесь, несмотря на огромный спрос, пока еще остались отдельные островки, не обнесенные высокими заборами. Среди них Московский конный завод (МКЗ), расположенный на Рублево-Успенском шоссе в районе Горок-10 и села Успенское. Как ни странно, на его территории по-прежнему проживают в основном кони, хотя за последние годы не раз предпринимались настойчивые попытки заселить эти земли кредитоспособными двуногими особями.

Поэтому, когда представилась возможность, я не смог отказать себе в удовольствии совершить небольшую экскурсию по МКЗ.

Чужие здесь не ходят

Начиналось все замечательно. На входе меня дружелюбно встретила бронзовая скульптура чемпиона орловской породы по кличке Квадрат, который в послевоенные годы прославился многочисленными рекордами и оставил после себя более 600 потомков. Взгляд охранника был менее дружелюбен. Но настоящие проблемы начались после того, как я честно признался, что являюсь журналистом и хочу написать статью о конезаводе. Сначала охрана заявила мне, что разговаривать здесь не с кем, мол, директор внезапно заболел, а остальные уже разошлись. Хотя время еще было весьма раннее – даже до обеденного перерыва далеко. Лишь после того, как я проявил определенную настойчивость, один из секьюрити полистав какие-то толстые папки, стал куда-то звонить. В итоге к нам пвышел один из «представителей руководства». В ответ на просьбу рассказать о суровых буднях МКЗ на меня посыпались вопросы типа «на кого работаешь?»… После чего я стал ощущать себя шпионом на вражеской территории. Единственное чего мне удалось добиться, так это телефона некоего представителя пресс-службы, дозвониться по которому оказалось невозможно. Полюбоваться живыми лошадками в этот день мне также не пришлось. Видимо, они также приболели или разбрелись по своим личным делам. Пришлось довольствоваться скудной информацией, размещенной на стендах в вестибюле административного здания. Привлекало внимание то, что в этих бумагах МКЗ фигурировал, как Одинцовский филиал ОАО «Акрон». Когда я спросил у одного из тружеников конезавода, пробегавшего мимо почти рысцой, что это за «Акрон» такой и с каким сеном его едят, он сделал страшные глаза и перешел на галоп, будто спасался бегством от какого-то хищника. Как выяснилось впоследствии, сия аллегория оказалась не столь далека от действительности. Хищники ведь бывают разные. Одни питаются сырым мясом, а другие – не прочь полакомиться даже родной землей…

Первоначально собственник конезавода меня интересовал в последнюю очередь. И абсолютно напрасно, потому что он сыграл более чем заметную роль в новейшей весьма поучительной истории МКЗ.

Король удобрений седлает коней

Владелец химического холдинга «Акрон» Вячеслав Кантор - личность интересная - гражданин Израиля, постоянно проживающий в Швейцарии, и по совместительству российский бизнесмен со всеми классическими признаками олигарха. За свою карьеру Кантор разыграл немало смелых «шахматных партий». Многие из них с треском провалил, но были и весьма удачные комбинации. Главными его достижениями считается приватизация в 1993 году новгородского химического завода «Азот», который он зачем-то переименовал в «Акрон». А пару лет назад он стал первым выходцем из России, возглавившим Европейский еврейский конгресс. Но и здесь не обошлось без изрядной ложки дегтя. Едва избравшись он продлил на два года срок действия своих полномочий на посту президента ЕЕК, чем вызвал громкий скандал, который почти привел к расколу европейского еврейства. С «Акроном» тоже не все шло гладко. Комбинат, по сути дела, так и остался гордостью советской промышленности. Как писали «Российские вести», «приватизационная программа, которую должно было выполнить новое руководство «Акрона», была похоронена, план модернизации производства уничтожен, техника безопасности забыта». По словам информагентства «АКС», стремление экономить на производстве и трудовом коллективе привело к тому, что «Акрон», когда-то одно из градообразующих предприятий Великого Новгорода, «фактически освободился от целого ряда объектов социальной инфраструктуры и непрофильных активов». Многие из сотрудников этих подразделений в результате оказываются без работы. Видимо, не случайно, как пишет журнал «Эксперт», «Акрон» был внесен Счетной палатой РФ в список ста предприятий, приватизированных с наибольшими нарушениями законодательства.

Но вернемся к нашим баранам, то есть коням. Именно с территорией МКЗ, были связаны далеко идущие планы Кантора. Но сей ход конем у него также вышел комом: оседлать лошадок королю удобрений было не суждено. Впрочем, обо всем по порядку. Немного истории

МКЗ №1 был основан в 1929 году легендарным командармом Семеном Буденным. Главной задачей конезавода было развитие племенного коневодства и сохранение генофонда орловской и русской рысистых пород. В советские времена МКЗ находился в ведении ЦК КПСС, а с крахом Союза временно остался сиротой. Правда, ненадолго. Уже в сентябре 1991 года было образовано АОЗТ «Московский конный завод №1», которое в январе 96-го было перерегистрировано в одноименное ЗАО. В результате земельные угодья МКЗ были разделены на паи, 51% которых (1175 га) принадлежал государству в лице администрации Московской области. Остальные участки отошли в собственность работникам завода. В результате на каждого частного земельного пайщика, которых было более 600 человек, пришлось по 1,74 гектара.

Вся территория МКЗ составляет 2,3 тыс. га. и располагается она вдоль элитного Рублево-Успенского шоссе! Стоит ли говорить о том, что на столь лакомый земельный кусок, как мухи на мед стали слетаться любители поживиться за счет бывшего народного добра. И в числе первых оказался Вячеслав Кантор. С начала миллениума подконтрольный ему «Акрон» стал активно скупать акции завода, а уже в 2002-м стал владельцем контрольного пакета, увеличив свою долю с 35 до почти 80%. Правда, каким образом Кантору удалось провернуть данную операцию, науке неизвестно, ведь устав ЗАО предполагает продажу акций исключительно тем физическим и юридическим лицам, которые уже являются его акционерами.

Какой именно рецепт развязывания своих загребущих рук использовал «Акрон» в данном случае не так уж важно. Ясно одно - здесь явно не обошлось без помощи руководства МКЗ, у которого, видимо, в данном случае имелись свои собственные интересы. Навряд ли, чисто платонические...

Ставки повышаются

С большим трудом мне удалось разыскать одного из бывших пайщиков конезавода, который рассказал немало интересного о делах, творившихся здесь в последние годы. «На нас здорово надавили, чтобы отобрать нашу землю, - сказал он. – Деньги, конечно, заплатили, но смешные по сравнению с тем, сколько она реально стоила. Если б не боялся все потерять, ни за чтобы не продал…»

Продал он ее несколько лет назад, но у меня сложилось впечатление, что этот человек до сих пор опасается своих бывших хозяев. Видимо поэтому он пожелал остаться неизвестным. Зато после разговора с ним нежелание нынешних тружеников МКЗ общаться с прессой стало намного понятней. «Наезды» на пайщиков начались с того, что в 2001 году руководство МКЗ попыталось провести дополнительную эмиссию ценных бумаг, прибавив к существующему пакету акций точно такое же их количество. Стоит ли сомневаться, что делалось это в интересах новых хозяев. Видимо, предполагалось, что рядовые акционеры, не обладающие свободными средствами, должны будут отказаться от покупки новых акций. Таким образом, ничто не могло помешать «Акрону» приобрести их для собственных персональных нужд. Однако акционеры почуяли неладное и единогласно проголосовали против. Впрочем, это не помешало Кантору снова «нахимичить» и завладеть контрольным пакетом акций. Здесь не совсем понятно куда смотрело государство, а чиновники понятно до сих пор молчат. Остальные акции скупались у частных лиц оптом и в розницу.Однако их приобретение являлось лишь частью проблемы, ведь согласно официальному статусу земли МКЗ можно было использовать исключительно по прямому сельскохозяйственному назначению. Кантор и здесь попытался найти лазейку, создав на базе конезавода так называемый «Национальный конный парк» - самостоятельное юридическое лицо, в уставе которого уже отсутствовал пункт о запрете отчуждения земель. Зато в планах предполагалось выделить «часть территории» под элитное жилье.

Показательно, что руководство конезавода все чаще стало «заикаться» о том, что коневодческий комплекс надо бы вывести в другую область. Неудивительно, что среди работников МКЗ поползли тревожные слухи о том, что уже полным ходом идет предпродажная подготовка земельных угодий завода.

Оставалась одна проблема – что делать с собственниками земельных паев? Весной 2003-го по инициативе руководства МКЗ в лице его директора Юрия Прохорова было проведено собрание, на котором пайщикам было предложено добровольно отказаться от своей собственности... В качестве «компенсации» собственникам «щедро» предложили со временем выплатить по 15 тыс. долларов за пай. Однако пайщики, хотя и не крутые бизнесмены, сообразили, что их попросту кидают. Ведь уже в то время стоимость только одной земельной сотки в этом районе значительно превышала эту сумму, достигая 20 тыс. долларов. Соответственно цена 1,74 гектара исчислялась уже не в тысячах, а миллионах долларов.

Давление на народ продолжалось. Ему грозили приватизацией, после которой паи якобы могут пропасть, а работникам МКЗ намекали на возможное увольнение по статье. Некоторые поддались на провокации, но большинство пайщиков не дрогнуло. А вскоре они создали инициативную группу, которая обратилась в различные инстанции и СМИ. Дело стало приобретать скандальный оборот. Тогда Кантор и его команда решили поднимать ставки. Сначала пайщикам посулили квартиры в Москве – не помогло. Затем стали поднимать планку денежной компенсации за пай, которая достигла 95 тыс. долларов. Конечно, эта цена тоже смехотворна, если сравнить ее с рыночной, но многие простые работяги, которые подобных сумм отродясь не видывали, дрогнули. Правда, некоторым из них это вышло боком. Так одна пожилая женщина, спешившая домой с круглой суммой «зеленых», была атакована двумя неизвестными у собственного подъезда. Бандиты ударили ее тупым предметом по голове, вырвали сумку и успешно скрылись. Хорошо хоть жива осталась! Так благодаря «Акрону» эту женщину ограбили дважды – сначала купив принадлежащую ей землю фактически за бесценок, а потом отобрав и это немногое.

Время упущено

Но скупить все паи Кантору так и не удалось. То ли у него не хватало наличных средств, то ли он просто пожадничал, но время свое он явно упустил. Еще в 2003-м, группа из пяти мелких, но ушлых компаний, за которыми явно стояли более крупные и щедрые игроки, скупили паи почти на 900 гектаров! Разумеется, Кантор не мог смириться с подобным «беспределом» - такой кусок увели буквально из под носа! Начался бесконечный обмен исками в различные судебные инстанции. Обе стороны задействовали все возможные рычаги и ресурсы на всех доступных им уровнях. Дошло до того, что генеральный прокурор РФ Устинов взял ситуацию под свой контроль и поручил прокуратуре Московской области провести соответствующую проверку. Не остался в стороне от конфликта губернатор Московской области Борис Громов и регистрация сделок с паями МКЗ была приостановлена.

В результате сложилась патовая ситуация – все остались при своем, но никто не мог реализовать отхваченный кусок по рыночной стоимости. Все что остается «Акрону» – это заниматься тем, на что они размениваться отнюдь не собирались, то есть разводить лошадей. Но, вряд ли, это может устроить господина Кантора. Понятно, что миллионы на прокате лошадок не заработаешь, не говоря уже о немалых расходах на содержание конного парка. А ведь даже по самым скромным подсчетам экспертов, в случае реализации земельных угодий МКЗ Кантор мог получить более 3 млрд. долларов!

Возможно, Кантор еще продолжит эту шахматную партию и сделает очередной ход конем, но понятно, что его первоначальные планы потерпели полный крах.

В администрации Одинцовской области, на чьей земле расположен МКЗ, воздерживаются от комментариев на данную тему. Но ситуация может измениться. В последнее время здесь наметилась тенденция к борьбе с различными земельными и строительными злоупотреблениями, имевшими место в прошлом. Недавно даже появилась информация о предстоящем сносе около двух десятков зданий, построенных с различными нарушениями. И эта новость весьма обнадеживает! Возможно, и до наших лошадок когда-нибудь дело дойдет. Любым делом, и коневодством в том числе, должны заниматься люди, способные реально развивать его, как в собственных, так и в государственных интересах. Тех же, кто мечтает лишь о распиле некогда государственных лошадиных пастбищ на дорогостоящие земельные участки, к этому бизнесу лучше вообще не подпускать!