Хороший свидетель — мертвый свидетель

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Вдова Алексея Прилепского, водителя фигуранта «игорного дела» Мамыева: «Лешу убили за его работу — он возил деньги прокурорам»

M2492271-150x88.jpgПервые отставки в связи с нашумевшим игорным скандалом сделаны. Чистка рядов началась с руководителей прокуратуры. Своих должностей лишились прокурор Московской области Александр Мохов, его первый заместитель Александр Игнатенко и начальник управления областной прокуратуры по надзору за процессуальной деятельностью в органах Следственного комитета Дмитрий Урумов. Затем последовали отставки руководителей надзорных ведомств Ногинска и Клина. Главные фигуранты игорного скандала — Иван Назаров и его компаньоны — оставлены за решеткой на время следствия.

Дело прокуроров близится к завершению?

Но тем временем все, кажется, забыли об одном немаловажном событии, произошедшем в ходе вышеупомянутого процесса. 9 апреля в Подмосковье было найдено тело Алексея Прилепского — личного водителя Марата Мамыева, который был помощником Назарова. По оперативным данным, его убили через десять дней после того, как его работодателя “закрыли” в СИЗО.

DETAIL PICTURE 585295.jpg

«Когда я увидела Марата Мамыева за решеткой, меня поразила его улыбка». фото: РИА Новости

К этому преступлению неожиданно быстро потеряли интерес — во всяком случае, убийство не стали приобщать к делу Назарова. Адвокаты обвиняемых отмахнулись от этой истории: “Убийство на бытовой почве, к нашему процессу не имеет отношения”. Эта версия, кажется, устроила всех.

Всех, кроме вдовы погибшего Светланы.

За что могли убить Прилепского, как жил личный водитель фигуранта громкого дела и кого подозревают в страшном преступлении следователи — в эксклюзивном интервью вдовы Алексея Прилепского “МК”.

В середине апреля истекал срок задержания под стражей главного участника игорного скандала Ивана Назарова и его компаньонов — Марата Мамыева и Аллы Гусевой. Адвокаты задержанных готовили пламенные речи и паковали чемоданы денег — на случай выкупа своих подзащитных под залог.

495 34925.jpg

Алексей Прилепский со Светланой.

Первым суд рассматривал дело о продлении содержания под стражей Мамыева и Гусевой. По всем канонам криминалистического жанра компаньонов Назарова должны были выпустить. Правы адвокаты: за экономические преступления не держат за решеткой во время следствия. Однако сторона обвинения в начале заседания выкинула главный козырь: найден труп водителя Мамыева. В зале повисла тишина. Марат схватился за голову. Понял: его карта бита. Адвокаты развели руками: крыть нечем.

Через час судья огласил вердикт: срок ареста продлить еще на 4 месяца.

Следом попал под замес и главный фигурант игорного скандала Иван Назаров. Решение по нему выносили на протяжении шести часов. Два часа судья колебался: отпускать — не отпускать подозреваемого. Несмотря на то что убийство водителя не стали приобщать к делу Назарова — молодого человека оставили за решеткой.

А потом в прессе появилась масса версий. Мол, Прилепского убили не случайно: 35-летний мужчина начал сотрудничать со следствием, по делу о нелегальном игорном бизнесе проходил чуть ли не основным свидетелем. Вот и родной брат у него есть — личный водитель самого Назарова. Короче, Прилепскому было что поведать при жизни. За что и поплатился.

Насколько верны эти слухи и кто такой Алексей Прилепский — мы узнали из первых уст, когда приехали в дом, где до недавнего времени жила гражданская жена погибшего Светлана.

“Супруг не собирался сотрудничать со следствием”

Подмосковный поселок городского типа недалеко от Москвы. Дом Прилепского — рядом с железнодорожной станцией, в темном тупике. Участок упирается в бетонный забор. Около калитки меня встречает Светлана. Одна. Сегодня только ее подружки — единственная поддержка и охрана вдовы. Девушка оглядывается по сторонам. Убеждается, что я без сопровождения. Только потом приглашает во двор. На засов запирает калитку.

— В дом не зову, давайте поговорим на улице, — в глазах Светланы испуг.

Участок дома кажется нежилым. Несколько голых деревьев, мангал с папиросными окурками, прогнившие старенькие “Жигули” грязно-голубого цвета.

— Да-да, не удивляйтесь, это Лешина личная машина, — опережает мой вопрос Светлана. — На большее он не заработал. Ключи от автомобиля у меня забрал следователь — так до сих и не отдал. У нас с Лешей осталась куча долгов по кредитам — придется продать машину. Правда, вряд ли много выручим за это разбитое корыто.

495 34927.jpg

Дом в Литвинове, где последний раз видели Алексея Прилепского.

Девушка смотрит на меня с подозрением. Не доверяет. Просит показать сумку.

— Не хотелось бы засветиться на камеру, — поясняет Света. — Знаете, после смерти Леши я перестала ходить в гости к кому-либо, даже к маме не ездила первое время. Боялась слежки. Думаю, если уж убьют меня — то пусть только одну.

Еще некоторое время топчемся на улице. В какой-то момент Света все-таки рискует пригласить меня в дом, вернее, в ту часть барака, где жили молодые.

— А вы думали, что у водителя Мамыева должен быть трехэтажный особняк? — уже на пороге усмехается собеседница. — Так многие, наверное, считали… А мы вот ютились с ним в этой крошечной комнатушке — она у нас и спальня, и гостиная. О добротном жилье даже не мечтали.

В спальне — кровать и тумбочка с телевизором. Здесь же в ряд выставлены фотографии покойного. Устраиваемся на убогой кухоньке-прихожей. Про такой дом говорят: чистенько, да бедненько. На вешалке — мужская куртка…

— Все, что осталось от Леши, — подарок с щедрого плеча Мамыева. Марат ведь очень любил мужа — как-то подарил ему часы, дорогие, наверное, мы так и не разобрались. Ботинки дарил, мотоцикл, ноутбук. Вот и эту куртку…

За окном стемнело. От каждого постороннего звука на улице Светлана вздрагивала и выглядывала в окно.

Вдова Прилепского — девушка простая. Даже слишком. По-детски непосредственная. Ничего не скрывает, ни капли не лукавит. Про таких говорят: что на уме, то и на языке. До сих пор не понимаю: зачем она решилась рассказать свою историю? На этот вопрос она дала короткий ответ: “Мне терять нечего. Хочу отомстить за Лешу…”

Я включила диктофон.

— Назарова и Мамыева задержали 11 февраля, — начала рассказ Светлана. — В тот день Леша вернулся домой в пять утра — несколько часов провел в кабинете ФСБшников. Он ведь в момент задержания находился рядом с Маратом. И потом подробно описывал мне события того вечера. Вот как это было. Леша сидел в машине около офиса Мамыева в Косине. В окошко ему постучали, показали “корочку”: “Мы из ФСБ. Ты кто? Где Мамыев?” “Я его водитель. Марат в офисе”, — пожал плечами Леша. Мужа заковали в наручники. Потом сотрудники ФСБ прошли в здание, нашли Марата. И отвезли обоих на допрос. Ничего особенного вроде у супруга не спрашивали. Вопросы типа: сколько времени работал с Маратом, какие отношения с работодателем… Наверное, Леша не все мне рассказал. Но удивила меня его фраза: “Я что, дурак — все им выкладывать…”

Однако когда 17 февраля Назарова и Мамыева “закрыли”, Прилепский ходил сам не свой. “Я же предупреждал ребят”, — бубнил под нос Алексей.

— А он ведь действительно постоянно твердил мне: “Назаров рано или поздно попадется — с такими вещами не шутят”. “С чем не шутят?” — пытала я его. “Тебе, Цветок, лучше не знать об этом…”

“Труп мужа выкинули в нужное для следователей время”

С середины февраля Алексей Прилепский потерял покой. Ежедневно следил за последними новостями вокруг прокурорского скандала.

495 9938.jpg

Бывший игорный клуб Назарова в Пушкино. Фото: Ирина Боброва

— После того как Мамыева с Назаровым “закрыли”, Леша какое-то время продолжал работать на Марата, вернее, на его жену. Ездил к адвокатам задержанных, передавал какие-то документы. А однажды он как бы случайно обмолвился: “Когда Мамыев выйдет из СИЗО, то скорее всего уедет из страны. Так что работы я лишился, надо что-то новое подыскивать…”

И здесь в жизни Прилепских нарисовался Николай Захаров — друг Назарова и Мамыева. 25 февраля он назначил встречу Алексею в подмосковном рыболовном хозяйстве.

— Леша хорошо знал Колю Захарова — их познакомил Марат. У них сложились отличные отношения. Захаров даже как-то признался мне: “Лешка — классный парень, я завидовал Мамыеву, насколько профессиональный у него водитель, — тоже такого хотел”. Так что после ареста Марата Захаров вроде как предложил Леше работу. Супруг отправился в рыболовный клуб обсудить детали. Во всяком случае, так Леша объяснил мне свой отъезд. Может, и наврал, чтобы не пугать меня. Не случайно перед отъездом обнял меня и как будто попрощался: “Цветок, давай родим ребеночка”. Я радостно: “Возвращайся быстрей — и будем делать детей”. Он грустный-грустный уехал, будто знал, что не вернется… Так что ни на какую рыбалку он не ездил, как пишут газеты. Леша рыбу никогда в жизни не ловил. К тому же в том рыболовном клубе зимой вообще никто не рыбачил. Там на озере даже лунок не бывает. Просто Захаров снимал там домик.

Имя Николая Захарова еще не всплывало в прессе. Известно об этом человеке немного, и то со слов собеседницы. Захарову на вид лет 40, он являлся владельцем сети игорных заведений в подмосковном Королеве, передвигался на автомобиле марки “Инфинити” — на лобовом стекле машины красовался пропуск “Прокуратура”.

Сегодня Захаров является главным подозреваемым в убийстве Прилепского.

О том, как и где произошло убийство личного водителя Мамыева, сказано было немало. Однако все официальные версии, озвученные в прессе, по словам вдовы, мало соответствуют действительности.

Светлана провела собственное расследование и впервые решила рассказать о его результатах — о том, как пропал ее муж и почему об убийстве Прилепского заговорили именно в тот день, когда в суде пересматривался вопрос о дальнейшем задержании главных фигурантов игорного скандала.

— Леша уехал из дома в пятницу, 25 февраля. В 19.00 позвонил мне, оповестил, что застрял в пробке на пути в Королев. После он уже не отвечал на звонки. На следующий день от него тоже не было известий. Его телефон не отвечал. Такого не было никогда. Если где-то задерживался, то обязательно звонил мне и матери. 27 февраля его личный телефон был выключен. В воскресенье отключился и рабочий номер. Но неожиданно в ночь с 27 на 28 февраля один из телефонов снова заработал. Но трубку никто не поднимал. А потом снова — “абонент временно недоступен”…

28 февраля Светлана с матерью Прилепского отнесли заявление о пропаже Алексея в отделение милиции. А вскоре родной брат Алексея Александр сообщил, что пропавшего последний раз видели в Щелковском районе, в поселке Литвиново.

— По телевидению проходила информация, что убийство произошло в Медвежьих Озерах. Это не так! Все происходило в Литвинове, в рыболовном хозяйстве, — горячится девушка. — Мы приехали туда 28 февраля. На месте выяснили, что Захаров назначил встречу Алексею в домике №3. С ним были еще какие-то две девицы. Также охранники сообщили, что Захаров уехал оттуда в субботу утром — 26 февраля. А Леша якобы остался. Когда я забежала в домик, то обомлела! С правой стороны, около входа в сауну, — лужа крови. На входе стояли Лешины ботинки, на вешалке его куртка, шапка. Документы, деньги, ключи — все на месте! Первая мысль: может, он ушел? Но в чем? В джинсах и носках? На улице минус 15!

Вскоре на место прибыли сотрудники щелковской милиции, следователи, кинологи с собаками.

— Собака привела нас на стоянку автомобилей. Там тоже на асфальте была кровь. Видимо, Лешу убили, затем труп погрузили на машину и отвезли. Странно, что никто из обслуживающего персонала ничего не заметил! Не осталось ни одного свидетеля! Нет видеокамер! Потом нас отвезли в Щелково, где мы до утра давали показания. На следующий день я снова приехала в Литвиново. Домик уже опечатали. Нас поначалу даже не хотели пускать на территорию рыболовного хозяйства: “Либо не задаете лишних вопросов, либо уезжаете”. Мы показывали фотографии Леши охранникам. Те пожимали плечами: “Такого не видели”. Один из них, правда, засомневался и пробурчал что-то типа: “Даже если видел, то ничего не скажу”.

…С момента пропажи Прилепского прошло полтора месяца. Про убийство как будто забыли, но… до 15 апреля — того дня, когда заканчивался срок заключения Мамыева и Назарова под стражей. Именно тогда, когда на повестке судебного дня стоял вопрос об их освобождении, в самом начале заседания — как гром среди ясного неба! Прокурор: “Убит личный водитель Мамыева 35-летний Алексей Прилепский”.

О каком освобождении могла идти речь?..

— Знаете, я не сомневаюсь, что труп Леши был найден давно. Просто следователям выгодно было “выбросить” эту информацию именно в тот день, когда должны были освободить Мамыева и Назарова, — рассказывает Светлана. — О том, что Лешу нашли, я узнала случайно. 9 апреля позвонила следователю Щелковского района: “Есть какая-то информация?” — “Обнаружили похожий труп. Но лица нет”. Родные Прилепского отправились на опознание. Я тоже поехала в морг. Лица у Леши действительно не было — только череп. По словам оперативников, обнаружили тело за 2—3 км от поселка Литвиново, где-то на обочине дороги. Говорят, какой-то мужик прогуливался там с собакой и наткнулся на покойника.

Эти слова позже подтвердила в разговоре со мной и подруга Светланы.

— Официальная версия — это все вранье! После того как пропал Леша, мы облазили все окрестности близ Литвинова. Искали Прилепского по сугробам, бегали с фонариком вечерами, после работы, по лесу. Прочесали район в радиусе 3—5 км, прошерстили все кусты. Никаких следов не было. Несколько дней там работали еще и оперативники — 50 человек искали пропавшего в районе рыболовного хозяйства. Я не сомневаюсь, что после убийства его тело просто спрятали — скорее всего в подвальном помещении, потому его голову и съели крысы. Труп выбросили в нужное время. Руки остались целы, так как были завернуты в покрывало. По рукам его и опознали.

— После пропажи Леши я пыталась связаться с Захаровым, но он не подходил к телефону, — продолжает свой рассказ Светлана. — И только когда стало известно, что труп Алексея найден, Николай сам приехал ко мне: “Ты меня искала?..” И принялся причитать: “Сейчас на меня станут катить бочку, ведь я видел Прилепского последним. Меня могут посадить. Но клянусь: я не убивал Лешку. Я его очень любил!”

Алексея Прилепского похоронили 12 апреля. Вскоре арестовали Николая Захарова.

— Следователь Щелковского отдела говорит, что Захаров еще не признался в убийстве, но вроде появился свидетель — водитель задержанного, — добавляет собеседница. — На днях я связалась с матерью Леши. Та рассказала, что Захаров признался, что у них с Алексеем произошла ссора, они подрались. “Но я его не убивал!” — по сей день твердит задержанный…

“Вместе мы передавали 300 тысяч рублей для Урумова”

Убийство Прилепского не случайно связывают с прокурорским скандалом. По некоторым данным, Алексей собирался давать показания в отношении Мамыева и Назарова.

— Ложь! Леша не собирался сотрудничать со следствием, — заявляет Светлана. — После задержания Назарова и Мамыева он четко разъяснил мне свою позицию: “Я ничего говорить не стану, против Марата и Вани не пойду”.

— Адвокат Марата Мамыева предполагает, что Прилепского убили по пьянке, на бытовой почве?..

— По пьянке так не убивают. Тело Леши было красно-желтого цвета от побоев. Патологоанатомы подтвердили, что его жестоко избили, сломали ребра, потом задушили. Да и Захаров — непьющий человек. Я его один-единственный раз хмельным видела — незадолго до ареста. У меня нет сомнений: Лешу убили по заказу. И это связано с его работой.

495 9939.jpg

Деньги буквально липли к Ване Назарову. Однажды он нашел в ресторане 8 тысяч долларов»

— Он ведь был обычный шофер.

— Леша был не совсем обычный шофер. Именно ему поручали передавать деньги прокурорам Мособласти. Он действительно много чего знал и мог бы стать ценным свидетелем. Поймите, Назаров и Мамыев считали Лешу надежным, проверенным человеком. Что говорить, Марат ему даже собственный кошелек доверял. Муж почти пять лет с ним работал. Он буквально жил на работе — возил Мамыева с утра до утра. В месяц максимум два выходных было. Но даже в свободные дни муж ходил словно на иголках: в любой момент мог позвонить Марат — днем, ночью, неважно! Леша никогда ему не отказывал в помощи. Я даже ругалась на него: “Может, тебе жениться на Мамыеве?..” С работы Алексей всегда возвращался уставший, валился с ног, постоянно хотел спать. Вот его последняя СМСка, датированная 4 февраля, 3.44 ночи: “Как же зае… такая работа!”

— Вы можете назвать имена тех людей, кому Прилепский передавал деньги?

— Леша не посвящал меня в свои дела. Но в разговорах чаще других фигурировала фамилия начальника 15-го отдела управления прокуратуры МО Дмитрия Урумова. У него кличка была — Уруру. Что скрывать: я лично присутствовала при передаче денег этому человеку. Помню, как-то Леша вернулся домой с огромной пачкой денег. “Тебе Марат премию выдал?” — обрадовалась я. “Это для Урумова!” — вздохнул Леша. На следующий день — это был долгожданный выходной — мы поехали на метро к Киевскому вокзалу, где нас ждал водитель Урумова. Видимо, деньги передавались только через третьих лиц. Чтобы не “светить” автомобиль Урумова, его шофер ждал нас в своей личной старенькой машине. Потом мы с Лешкой посидели в кафе на последнюю тысячу рублей. Еще шутили: “Может, не надо было отдавать деньги — взяли бы себе и куда-нибудь свалили. Нам бы такой суммы хватило. А эти товарищи не обеднеют…” Знаете, мне так жалко было эту пачку денег отдавать. Но мой Лешка был честный! А сколько у этих людей было денег! Леша ведь рассказывал мне про эти яхты, заграничные поездки, проплаченные Назаровым. Как-то даже обронил: “Прикинь, Цветок, они арендуют яхту стоимостью 600 тысяч рублей в день”. А тут работаешь, работаешь…

— Мамыев тоже ездил с прокурорами на яхтах?

— Нет, с прокурорами путешествовал только Ваня. С Назаровым Мамыева связывал общий ресторанный бизнес. Сам Марат не хотел ввязываться в прокурорские дела, не раз убеждал Назарова: “Вань, успокойся, не надо нам ничего, работаем и работаем нормально”. А Ивану все мало было. Жадность его подвела. Марат сторонился этих дел, он особо не имел к ним отношения. Он ведь творческий человек, играл в группе “Мафия”, выступал в клубах. Только в прошлом году закончил концертную деятельность. Леша тоже был согласен с Мамыевым. В последнее время я часто слышала от него: “Назаров скоро попадется, доиграется с этими прокурорами”. Я чувствовала, что пахнет жареным, и пилила мужа: “Найди другую работу, уходи от них”. Он только головой кивал: “Да, надо, к весне точно уйду”. Кто же знал, что до весны Леша не доживет…

— Кроме Урумова Алексей называл фамилии других прокуроров?

— Нет, фамилии Базылян, Игнатенко, Мохов я впервые услышала по телевизору. Поймите, Лешка много не рассказывал. Если я выспрашивала о чем-то, он отмахивался: “Меньше знаешь — крепче спишь. Фигня это все…” Наверное, он берег меня.

— Как вообще Прилепский познакомился с Мамыевым?

— Одно время Леша работал в такси. Несколько раз подвозил Мамыева. Он у меня классный водитель был, с 15-летним стажем. Вот и приглянулся Марату — тот пригласил мужа на работу. Положил ему оклад — 20 тысяч рублей. Но тогда у Леши еще выходные были. А потом пошло-поехало. Марат поднял зарплату сначала до 30 тысяч, потом до 50, появились премии, подарки, но не стало выходных. Но разве 50 тысяч платят за такую работу? Мы с Лешей вечно в долгах сидели, с кредитами даже не успели расплатиться. А Мамыев с Назаровым жили на широкую ногу. Бабы были без ума от Назарова. Вернее, от его денег! А деньги к Ване буквально липли. Как-то он пришел в ресторан, нагнулся завязать шнурки — и нашел под столом скрученные в трубочку 8 тысяч долларов. Кто-то случайно обронил, а Назаров нашел. Мы еще смеялись с Лешей: “Деньги к деньгам!” А вот к нам деньги что-то не липли. Леша был в шоке, какие там крутились деньги. “Представляешь, сегодня Марат зашел в магазин и запросто купил себе плащ за 37 тысяч рублей”, — поражался он.

— Сам Прилепский когда-нибудь попадал в неприятные ситуации, связанные с передачей денег?

— Да не было опасных ситуаций. Но ему было психологически невыносимо заниматься этими делами. Помню, как за несколько минут до Нового года я предложила Леше наговорить на камеру свои пожелания. Знаете, что он сказал? “Я хочу, чтобы в новом году все было хорошо — и деньги были, и счастье было. А если честно — как меня все зае…”

“Леша боялся, что его грохнут”

495 34919.jpg

Последнее время Алексей повторял: «Надо срочно менять работу».

Кажется, Светлана еще не до конца понимает, в какую историю она “влипла”. Предупреждаю, что ее откровенность может ей дорого встать. “Мне терять нечего!” — уверенно заявляет девушка, и мы продолжаем разговор.

— Мамыев с Прилепским все-таки дружили или между ними были чисто рабочие отношения?

— Друзьями они так и не стали. Разный социальный статус не позволил. Мамыев просто к нему хорошо относился, и все. Но когда Марата посадили, Леша сильно переживал. Даже не из-за потери работы. Боялся, что его грохнут. Как в воду глядел. Вот сейчас все живы, сидят со своими миллионами, а моего Леши нет.

— Правда, что родной брат погибшего Александр являлся личным водителем Ивана Назарова? И вроде он сейчас скрывается за границей?

— Это ложь! Никто никуда не уехал, никто не прятался. Все здесь. Водитель Назарова Саша со своей супругой Олей живет в загородной резиденции Вани и прекрасно себя чувствует. Для них там специальный домик для прислуги выстроили. Его жена трудится уборщицей в хозяйстве Назарова, сам Александр в отсутствие хозяина возит его гражданскую жену Катю. Кстати, прошла информация, что Леша и Саша — братья-близнецы. Это не так. Они от разных отцов. К тому же Саша старше моего Алексея на 8 лет.

— Но Александр наверняка тоже в курсе всех дел Назарова?

— Вряд ли. Ему не доверяли возить деньги. Эту работу доверяли только Леше. Дело в том, что Саша выпивал. Назаров не раз увольнял его с работы. Леша постоянно просил за брата, чтобы его приняли обратно. После того как Ваню посадили, Александр, видимо, сильно напился. Как еще объяснить странные SMSки, которые приходили от него: “Это ты наняла людей, чтобы грохнуть Лешу. Тварь!” Мужу еще и сорока дней нет, а Саша уже начал делить наследство. Зато когда мы просили его отвезти нас в Литвиново — на поиски Леши, он пошел в отказ: “Я работаю”.

— Водитель Назарова хорошо зарабатывал?

— Не больше 50 тысяч рублей.

— Ваш муж рассказывал про игровые клубы Ивана Назарова?

— Об этом Леша говорил вскользь. Мол, запретили “игровухи”, а у Назарова все продолжает функционировать.

— Если Марата Мамыева освободят, вы рассчитываете на его помощь и поддержку?

— Вы думаете, я доживу до его освобождения?.. А если серьезно — я не стану ему звонить. Зачем? Знаете, когда я первый раз увидела Марата за решеткой, меня поразила его улыбка. Представляете, он выглядел довольным и счастливым. Смеясь, позировал на камеру. Наверное, хорошо сидит… А я до сих пью лекарства, не могу прийти в себя после смерти мужа. Моя жизнь потеряла всякий смысл без Леши. Его родители выгоняют меня из нашего дома, не сегодня-завтра я должна буду отсюда уехать. На мне висит долг за квартплату — 30 тысяч рублей. Моя зарплата — 15 тысяч. Мать работает уборщицей. Если честно, я очень хочу к Леше. Не могу без него. Поэтому, наверное, и не боюсь все это рассказывать. Верю: если убьют, то буду поближе к Леше. Подруги, правда, за меня волнуются. Вечером и утром звонят, проверяют: “У тебя все нормально?..” Кстати, вчера мне приснился Леша. Он был в белом костюме, хорошо выглядел, шел на день рождения к Мамыеву. Странно все это: Марат ведь его никогда не приглашал на свои дни рождения…

495 34911.jpg

Алексей Прилепский

Ирина Боброва

Оригинал материала: МК