Хроники ЛУКОЙЛа

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Компания достигла предела своего развития, ей все труднее гарантировать свою цельность

Фото: Владимир Додонов/Коммерсант ЛУКОЙЛ появился на свет в годы, когда предприятия нефтяной отрасли находились под контролем нескольких министерств, одни ведали добычей, другие — переработкой, третьи выполняли задачи по реализации продукции. Объединить под одной крышей самостоятельные нефтедобывающие или перерабатывающие компании, у каждой из которых есть свои руководители со своими интересами, — это ли не утопия. Однако молодому замминистра нефтяной и газовой промышленности это удалось. Звали его Вагит Алекперов.

Тут нельзя забывать об историческом моменте, в который создавалась компания Страна разваливалась. Предприятия оказались без прежнего контроля со стороны государства со всеми вытекающими — это плюс. Минус — куча новых проблем где брать деньги на развитие, куда сбывать готовую продукцию.

В условиях нестабильности и отсутствия гарантий на будущее убедить руководителей собраться под одну крышу было не слишком сложно. Хотя, как признался в одном из интервью Вагит Алекперов, приходилось «убеждать и давать личные гарантии». Какие? И какими методами убеждать? Можно предположить, что это — гарантии остаться «у руля» некоей структуры концерна или гарантии получить «хлебную» министерскую должность. Как бы там ни было, постановлением Совета министров СССР №18 от 25 ноября 1991 года был создан государственный нефтяной концерн «ЛангепасУрайКогалым-нефть», в который вошли нефтедобывающие предприятия «Лангепаснефтегаз», «Урайнефтегаз», «Когалымнефтегаз» и перерабатывающие — «Пермнефтеоргсинтез», Волгоградский и Ново уфимский НПЗ, а также Мажейкяйский НПЗ, расположенный в Литве, который по понятным причинам из концерна вскоре выпал на день рождения крупнейшая российская нефтяная компания получила роскошный подарок из числа министерств, нависавших над отраслью, осталось только Минтопэнерго. У ведущего чиновника, влиявшего на подготовку многих судьбоносных для отрасли решений, руки оказались развязанными. Не воспользоваться этим было бы грешно.

Почти сразу концерн сложное имя сменил на простое и звучное – ЛУКОЙЛ. За что автор нового брэнда — вице-президент компании Равиль Маганов — получил немалую по тем временам премию в 300 рублей

Недаром говорят, что имя определяет характер. О нефтяном концерне очень скоро заговорили загадками, например, «кто его раздевает, тот слезы проливает». Поговорка «проблемы от ЛУКавого» и смутные слухи будут пре следовать компанию всю жизнь.

ДЕТСТВО ПРОМЕЛЬКНУЛО БЫСТРО

Вопрос приватизации в начале девяностых решался стремительно. Экономисты и политики убеждали население в крайней необходимости быстрых решительных мер. Простой люд в ваучерах и акциях не понимал ни бельмеса, что понимающим, зубастым и нахальным было на руку. Государственная собственность только в однородной массе необъятна, когда же ее делят — много не бывает. Но те, кто был близко к правительственному телу, успели о себе позаботиться.

В середине 1992 года началась работа над указом «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечения», и уже в ноябре он был подписан президентом России Борисом Ельциным. Бывший у руля Минтопэнерго Виктор Черномырдин в декабре получает кресло премьер-министра, а на его место в начале 1993-го приходит друг Алекперова Юрий Шафраник, ранее возглавлявший «Лангепаснефтегаз». Для создателя ЛУКОЙЛа зажегся негасимый зеленый, как американский доллар, свет.

Буквально через три месяца, в апреле, постановлением правительства России учреждается акционерное общество открытого типа «Нефтяная компания ЛУКОЙЛ». В его уставной капитал вносятся контрольные пакеты акций крупнейших нефтяных предприятий из Волгограда, Тюмени, Перми, на которых работают десятки тысяч рабочих. В руках компании оказываются 65 млн. тонн ежегодно добываемой нефти, многомиллиардные валютные обороты. В ноябре утверждается Сводный план приватизации и регистрируется первая эмиссия акций ЛУКОЙЛа. Государству министерские работники скромно отвели долю в 45% (за государственными интересами следили свои люди), а 45,77% запланировали реализовать через специализированный чековый аукцион. Это было только начало планомерного перевода народной некогда собственности в частную. С годами доля государства будет «худеть», а доля руководителей ЛУКОЙЛа — «толстеть».

ШКОЛА МОЛОДОГО БОЙЦА

В 1994 году правоохранительные органы были вынуждены признать, что ведется планомерный отстрел нефтяников. ЛУКОЙЛу в этой войне явно везло, головы его капитанов остались на плечах. Корпорация очень быстро набирала обороты.

В апреле 1995 года Борис Ельцин подписал указ, по которому разрешалось проведение в нефтяных компаниях вторичных эмиссий для обмена на акции дочерних компаний. Это означало, что можно рисовать активы буквально из воздуха и «законно» размывать долю государства.

Проводившуюся фантастическими темпами приватизацию сейчас откровенно называют раздачей «своим» государственных предприятий. Об этой позорной странице истории страны стараются лишний раз не говорить. И все же напомним, что именно тогда ЛУКОЙЛу достались контрольные пакеты акций 9 нефтедобывающих, сбытовых и сервисных предприятий в Западной Сибири, на Урале и в Поволжье.

Тогда же крупным акционером и стратегическим партнером ЛУКОЙЛа становится американская Atlantic Richfield Company (ARCO). За ЛУКОЙЛОМ закрепляется репутация проамериканской компании, и с размещением американских депозитарных расписок (впервые за историю российских нефтяных компаний) ей широко открывается дверь на международный фондовый рынок.

РАСЦВЕТ

Во второй половине девяностых окончательно сформировался профиль нашей российской «нефтянки». Сказать, что ЛУКОЙЛ доказал свое лидерство, — ничего не сказать. Первым появившись на рынке, он занял положение «царя горы» и с азартом сталкивал всех, кто лез на его территорию. Территорию же он столбил по принципу «все лучшее -ЛУКОЙЛу». В методах не стеснялся. Мы уже никогда не узнаем, как удалось добиться участия практически во всех перспективных нефтяных проектах (Казахстан, Азербайджан, север Каспия, Тимано-Печорская нефтегазоносная провинция на территории Республики Коми, Ненецкого автономного округа и Архангельской области). У нефтяников даже сложилась поговорка «Куда ни плюнь — везде ЛУКОЙЛ». Но плевать в сторону ЛУКОЙЛа не рекомендовалось и не рекомендуется.

К особому положению самой большой и богатой в России нефтяной компании высокопоставленные чиновники относились благосклонно и помогали всеми доступными им средствами: экспортные квоты, попустительство к невыполнению обязательств перед федеральными программами и так далее. Бывший глава Минтопа Виктор Калюжный любовно называл ЛУКОЙЛ «золотым запасом» нефтяной отрасли России. Еще бы, на долю этой компании приходится более 20% добычи нефти страны. Кстати, Виктор Черномырдин не уставал убеждать сомневающихся, что где ЛУКОЙЛ, там государственные интересы. Никто не верил, но перечить не рисковали.

Неудивительно, что ЛУКОЙЛ не только вгрызается в недра, он активно расползается вширь, беря под свою крышу все новые и новые предприятия. Компания приобретает Саратовский НХК, ОАО «Ставропольполимер», Ухтинский НПЗ, ОАО «Ямалнефтегаздо-быча» с 4 лицензиями на право пользования недрами в пределах Болыпехетской впадины. С приобретением ОАО «НОРСИ-ОИЛ», в состав которого входит одно из крупнейших нефтеперерабатывающих предприятий России ОАО «НОРСИ», ЛУКОЙЛ завершил формирование структуры нефтепереработки.

В 2001 году в дружную лукойловскую семью вступают «Амкоми», «Парма ойл», «Байтек». ОАО «Архангельскге-олдобыча» принесло более 20 лицензий на право освоения нефтяных и газовых месторождений на территории Архангельской области и Ненецкого автономного округа.

Схемы поглощений похожи друг на друга. Отличия — в количестве судебных исков, подаваемых на местные власти и строптивых руководителей, а также в коэффициентах, по которым менялись акции «дочек». Но бывали и иные «особенности». В 1999 году через очередную дополнительную эмиссию акций нефтяной «хищник» приобрел ОАО «Коми-ТЭК», на балансе которого было 50 месторождений (на 27 уже велась промышленная разработка). Прирост активов за счет вливания «КомиТЭК» и ее «дочек» составил более 15%, доказанные запасы нефти выросли на 25%, газа — на 78%, добычи нефти — на 14%, экспорта — на 22%, объема переработки — на 15%. Мало того, компания получает беспрецедентный бонус от правительства к этой сделке — одобрена концепция ЛУКОЙЛа по деятельности в Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции. Решалось это на закрытом совещании (наряду с руководителями ЛУКОЙЛа присутствовали министр природных ресурсов, первый замминистра топлива и энергетики, первый замминистра по налогам и сборам и замминистра экономики) под нажимом первого вице-премьера Николая Аксененко.

Результат — выше всех ожиданий: местным органам исполнительной власти было рекомендовано не применять в отношении «КомиТЭКа» и его дочерних структур каких-либо санкций, включая отзыв лицензий на право пользования недрами, и решить вопрос по созданию условий благоприятного инвестиционного и налогового режимов для ЛУКОЙЛа, «КомиТЭКа» и их дочерних структур. В дополнение рекомендовано до 2003 года не предпринимать никаких действий по возбуждению дел о несостоятельности ни против самого «КомиТЭКа», ни против его «дочек». Вот такие государственные интересы.

Справедливости ради надо заметить, что власти иногда обращали критический взгляд на своего крупнейшего льготника. В начале 1997 года Счетная палата пыталась разобраться с ЛУКОЙЛОМ: аудиторы выявили грубейшие финансовые нарушения. Обнаруженные в результате обысков документы свидетельствовали: компания при экспорте систематически уклонялась от уплаты государству налогов в особо крупных размерах. Даже зашла речь о возбуждении в отношении руководителей уголовного дела. Но закончилось все в июне 1997 года постановлением председателя правительства Виктора Черномырдина, из которого следовало, что ЛУКОЙЛ мог не торопиться с возвращением долгов государству.

В апреле прошлого года Счетная палата выявила нарушения в уплате акцизов за 2000 и 2001 годы «Нижегород-нефтеоргсинтезом» и «ЛУКОЙЛ-Пермнефтеоргсинтезом» — дочерними структурами ЛУКОЙЛа. Используя схемы по уходу от налогов, компании «надули» бюджет в 2000 году на 245 млн. руб., а в 2001-м — на 2,7 млрд.руб. Итоги проверки были направлен в Министерство по налогам и сборам в Федеральную службу налоговой полиции. Там и сгинули.

На других фронтах у нефтяного гиганта тоже все отлично. Успешно решает компания задачи транспортировки нефти и нефтепродуктов. В руках ЛУКОЙЛа оказывается контрольный пакет акций Мурманского морского пароходства, реализуется крупномас- штабная программа по строительств собственного танкерного флота. Что не может позволить себе страна — может частная компания. Пять танкеров построено на «Адмиралтейских верфях», еще пять танкеров ледового класса — в Германии на верфи MTW в Висмаре. В Волгограде ведется строительство танкеров «река-море», шесть из которых уже сданы в эксплуатацию. Собственный флот компании насчитывает более полусотни судов: речные, морские и ледокольные танкеры общей грузоподъемностью около 1 млн. тонн.

Помимо танкерного транспорта ЛУКОЙЛ инвестирует в ряд трубопроводных проектов, включая Каспийский трубопроводный консорциум (КТК), различные российские проекты по строительству нефте и газопродуктопроводов.

Подтверждая статус транснациональной, компания удовлетворяет аппетиты за счет приобретения иностранных предприятий. Покупка крупнейшего в Румынии НПЗ «Петротел» и болгарского «Нефтохима», куда входит единственный в стране Бургасский НПЗ, обеспечили ЛУКОЙЛу доступ к местным АЗС. Приобретение простаивавшего без сырья Одесского НПЗ дает контроль над 20% украинского рынка нефтепродуктов. Интересно, что этот завод компания подобрала лежащим на боку. За полгода до продажи предприятие почему-то оказалось без поставок сырья. Естественно, ЛУКОЙЛ эту проблему быстро решил.

Интересной для наблюдателей оказалась и покупка Getty Petroleum Marketing inc, владеющей 1300 АЗС в 13 штатах на северо-востоке США. Поговаривали о помощи американских покровителей. Как бы там ни было, лидеры мировой «нефтянки», давно действующие на свободном рынке нефти и нефтепродуктов и достигшие успехов в определенной специализации, избавляются от «ненужных» НПЗ и АЗС. У российских компаний к оптовым продажам свой интерес — в этой цепочке неплохо «отмываются» деньги.

К концу 2001 года ЛУКОЙЛ окончательно сформировался как вертикально интегрированная компания. К интересам в Евразии добавились интересы в Южной и Северной Америке, в Северной Африке. Компания 50% своих доходов стала получать от продажи нефти, 40% — от переработки и оптовых продаж, 10% — от розницы. Чистая прибыль в 2001 году составила $3,012 млрд.

СТАРОСТЬ И МУДРОСТЬ

Говорят, что с возрастом люди успокаиваются и становятся мудрее. Последние год-два нефтяной бизнес в России приблизился к этому состоянию, объявил о курсе на благообразность и прозрачность. ЮКОС первым показал пример и сразу обошел ЛУКОЙЛ по капитализации. Старейшей компании, у которой нет такого комсомольского задора, но есть много миллионеров в высшем менеджменте, угнаться за лидером открытости будет непросто. Сказать по правде, стать прозрачным ЛУКОЙЛу просто невозможно, не зря же целое десятилетие изобретались схемы с офшорами и придумывались налоговые льготы. Компании уже пришлось «высветить» в отчетности по международным стандартам, что она из-за льгот за последние 3 года лишила государство 3 млрд. руб. И все же старание заметно: появилась Программа реструктуризации ЛУКОЙЛа на период до 2010 года, главная цель которой -повышение прибыльности и акционерной стоимости.

Вообще стиль поведения ЛУКОЙЛа меняется. Оставаясь первой, компания уже не желает другим исчезнуть с рынка и смирилась, что игроков будет как минимум в два раза больше, чем ей бы хотелось.

Правда, злые языки говорят, что компания достигла предела своего развития, что ей все труднее гарантировать цельность организации и средств. Все врут завистники. ЛУКОЙЛ уже положил глаз на активы «Славнефти» и АЗС в Германии. Так что история продолжается. И интерес к компании, у которой, по слухам, 10% добываемой нефти просто «теряется», никогда не пропадет.

ИВАН ГОЛИКОВ

Оригинал материала

«Вслух» №1, май 2003