Церковь отделяет иконы от государства

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Третьяковская галерея отказалась одолжить "Троицу" Рублева

1227249136-0.jpg Знаменитая «Троица» Андрея Рублева оказалась в центре скандала. Администрация Третьяковской галереи отказала руководству Русской православной церкви (РПЦ) в просьбе на три дня вывезти икону из выставочного центра для использования ее в богослужении по случаю православной Троицы, ссылаясь на то, что при транспортировке икона может быть загублена. С требованием встать на сторону православия к министру культуры Александру Авдееву уже обратился патриарх Алексий II: в РПЦ считают, что иконы нужны в первую очередь для молитв. Впрочем, музейщики тоже настроены воинственно: в требованиях РПЦ они видят угрозу реституции и уже начали кампанию по сбору подписей в защиту предметов искусства.

Спор Третьяковской галереи с Русской православной церковью начался с того, что представители патриархии попросили разрешения использовать икону кисти Андрея Рублева для проведения праздничного богослужения в Троице-Сергиевой лавре в день Троицы — 7 июня 2009 года. Собравшись на экспертный совет с участием искусствоведов и реставраторов, сотрудники галереи решили икону не отдавать, ссылаясь на то, что при транспортировке она погибнет. Дело в том, что древние иконы требуют особых условий содержания — специального температурного и влажностного режима. Для вывоза икон из музейных хранилищ принято использовать специальные капсулы, или киоты, однако завод «Полиметалл», к которому руководство Третьяковки обратилось за консультацией (он уже делал киоты для икон Донской и Владимирской Богоматери), не дал галерее гарантий, что и заключенная в капсулу икона не пострадает. «По оценкам реставраторов, состояние иконы критическое»,— сообщил «Ъ» старший научный сотрудник отдела древнерусского искусства Третьяковки Левон Нерсесян. По его словам, раз в год икону Рублева на руках переносят из галереи в домовый храм святителя Николая в Толмачах. «Это опасно, но не смертельно. Лавра — практически смертельно»,— пояснил сотрудник галереи. «Всем, посещавшим Троице-Сергиеву лавру, известно, какой чудовищный климат в соборе,— поддерживает коллег Лев Лившиц, заведующий отделом древнерусского искусства Государственного института искусствознания Министерства культуры.— Иконостас Андрея Рублева стоит там весь черный. Для «Троицы» даже три дня пребывания в таком климате могут оказаться губительными». В Третьяковке напоминают, что именно их галерее удалось найти компромисс с церковью по вопросу использования икон в богослужебных целях. В 1999 году при музее открылась домовая церковь, а ее причт во главе с отцом Николаем (Соколовым) и церковным хором одновременно вошел в научный штат музея. Церковь оснащена установками музейного климата и, когда нет служб, функционирует как выставочный зал.

Администрация РПЦ убеждена, что галерейщики лукавят. «Владимирская икона Божьей Матери несколько раз вывозилась из Третьяковской галереи, хотя и считалась крайне хрупкой,— говорит пресс-секретарь Московского патриархата отец Владимир Вигилянский.— А между тем когда-то хранительница уверяла меня, что икону нельзя перемещать со стенки на стенку». В РПЦ напоминают, что в октябре 1993 года эта икона переносилась в Богоявленский собор и перед ней совершалась молитва о спасении России.

Более того, церковь восприняла демарш Третьяковки как антиправославный поступок. «Это удивительная принципиальность,— считает отец Владимир Вигилянский.— Где были все эти люди и их учителя, когда церкви разграблялись, а иконами топили печи. Столь агрессивное противление нашей просьбе аморально». В РПЦ убеждены, что щепетильность музейщиков — это сугубое проявление собственничества. По мнению отца Вигилянского, Третьяковка считает себя монопольным распорядителем иконы, забывая, что в первую очередь это не предмет искусства, а православная святыня, предназначенная для отправления молитв: «Даже в советские времена не отрицалась богослужебная функция иконы. А музейщики и галерейщики не считаются с этой сакральной функцией». Между тем Лев Лившиц напоминает: «»Троица» не чудотворная икона. Главным памятником русской культуры ее сделали музейщики в 1904 году — красота ее открылась после реставрации. Так что можно сказать, чудотворной «Троицу» сделала не церковь, а миряне-реставраторы».

Конфликт между галереей и церковью уже вышел на правительственный уровень. Так, патриарх Алексий II призвал «встать на сторону православия» министра культуры Александра Авдеева. Однако министр пока воздерживается и от ответа, и от публичных комментариев. По словам его окружения, господин Авдеев оказался в крайне щекотливой ситуации. «В нем борются аргументы министра культуры, который по должности должен встать на защиту галереи, и верующего человека, который понимает, что иконы должны быть доступны для молитв»,— рассказали «Ъ» в Минкульте. Между тем сотрудник галереи Левон Нерсесян заверил «Ъ», что «Третьяковке уже дали понять — несмотря на отсутствие официальных заявлений, вынос иконы — вопрос уже решенный». «Никакого окончательного решения по этому поводу пока что не принято. Я убеждена, что мы не имеем права просто отказываться от переговоров с церковью»,— заявила «Ъ» Екатерина Селезнева, главный хранитель и заместитель генерального директора по учету и реставрации Третьяковской галереи. Однако господин Нерсесян в знак протеста против позиции руководства приступил к сбору подписей в своем интернет-дневнике за спасение «Троицы» от РПЦ.

В Третьяковской галерее не скрывают, что боятся прецедента, когда экспонаты галереи станут выдаваться РПЦ по первому требованию патриархата. «Внятной мотивации, почему икона потребовалась для службы именно в следующем году, нет, ведь нет никакой даты или юбилея. Означает ли это, что отныне икону собираются перевозить в монастырь ежегодно»,— размышляет и господин Лившиц. «Нам дали понять, что если мы откажемся выдавать икону на богослужение, РПЦ вообще ее у нас отберет»,— признается господин Нерсесян. Речь, по мнению искусствоведов, идет о попытке реституции, то есть возвращении икон храмам, что означает их полную потерю. «В правление Дмитрия Медведева сложилась очень тревожная ситуация,— считает господин Лившиц.— По приказу президента патриархии были переданы древние — времен Бориса Годунова и Федора Романова — мощевики, бывшие неотъемлемой частью богослужений, в том числе и с участием патриарха. Где они теперь, никто не знает. И где гарантии, что та же участь не постигнет «Троицу» — что после истечения оговоренных трех дней не последует приказ президента о передаче иконы церкви?»

Напомним, что процесс начался раньше. 19 ноября 2007 года Владимир Путин передал Русской православной церкви одну из самых знаменитых христианских реликвий, хранящихся в Музеях Кремля,— ризу Господню. Несколько позже, в декабре, патриарх Алексий II сообщил на епархиальном собрании московского духовенства, что этим актом дело не ограничится. По его словам, «мощевики, святыни, находившиеся до сего времени в запасниках Музеев Московского Кремля, будут переданы Русской православной церкви», и это опять должно произойти по распоряжению президента. Так, на прошедшем летом Архиерейском соборе предлагалось среди прочего «активизировать диалог с государственными учреждениями о возвращении церкви из музейных собраний икон, богослужебных предметов и облачений».

В пресс-службе РПЦ «Ъ» заверили в том, что «церковь крайне деликатно относится к противоречиям между интересами собственными и интересами музеев, в собственности которых в силу истории оказалось православное наследие». Впрочем, истинную позицию РПЦ отец Владимир Вигилянский сформулировал предельно открыто: «В галерее должны понимать, что их поставили в положение хранителей краденого и по любому законодательству за хранение краденого придется отвечать».

Оригинал материала

«Коммерсант» от origindate::21.11.08