Часть первая

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© Новая газета, origindate::25.09.2000, Фото: "Коммерсант"

Часть 1. Лучший по профессии

Сага Свердловская. Чисто конкретная. Что стоит за недавними событиями на комбинате «Уралхиммаш» в Екатеринбурге?

Анна Политковская

Converted 11072.jpg

Павел Федулев

13 сентября, вечером, на комбинат «Уралхиммаш» в сопровождении сотрудников правоохранительных органов приехал некто Павел Федулев, один из совладельцев предприятия, захватил здание заводоуправления и посадил в кресло генерального директора «своего» человека, избранного частью совета директоров. Нагло смещенная сторона, избранная другой частью совета директоров, возмутилась и организовала резкий отпор. Как выяснилось позже, у каждой из команд оказались на руках решения екатеринбургских судов в их пользу, а значит, противоречащие друг другу. Вооруженное противостояние длилось несколько дней, и Павел Федулев отступил только после того, как ему это порекомендовал лично губернатор Эдуард Россель. Это канва.

Столичные СМИ быстренько окрестили все случившееся почти что революционным бунтом народа против неугодных хозяев. И это, конечно, враки. Рабочие тут были совершенно ни при чем. Кадровые химмашевцы взирали на происходящее со стороны. Никто из них не вмешивался — они просто смотрели, как группа граждан, весьма известных на Урале, причем далеко не с лучшей стороны, сопровождаемая столь же известными представителями правоохранительных органов, делит то, чему каждый из химмашевцев отдал всю свою жизнь. Делили, как водится теперь, самым радикальным методом — блицкригом, скорым вооруженным налетом. Но на штыках на «Химмаш» взошел не Ленин, а некий зрелый полнеющий господин в приличном костюме, дорогих очечках, при охране, цепях, джипе. И со следами порока на лице.

— Опять Пашка бузит. Разборку устроил, — цедил народ сквозь зубы.

— Ведущий промышленник области, депутат областного Законодательного собрания Павел Анатольевич Федулев, руководствуясь решениями суда, стремится восстановить справедливость, — известило народ большинство екатеринбургских телеканалов.

Вот такие «ножницы». К осени 2000 года жизнь в Екатеринбурге подкатила именно на таком изуродованном лафете.

Лучший по профессии. Часть первая

Чтобы понять все случившееся, совершенно необходим экскурс в современную екатеринбургскую историю. По каким законам тут жили последние десять лет? И почему химмашевские события, как ни крути, невозможно понять, минуя такое понятие, как роль отдельной личности в истории? Федулевской личности. Оказалось, как нет Пашки Федулева без общего современного екатеринбургского контекста, так и нет никаких современных свердловских реалий без Павла Анатольевича Федулева. Спрашиваешь любого — прохожего у булочной, чиновника в областной администрации, проститутку, фланирующую по центральной гостинице: «А что у вас тут, собственно, творится?» И получаешь ответ: «Это Федулев у нас».

Лет десять назад Федулев, ныне 32-летний, женатый, богатый, депутат и подследственный, был мелким местным хулиганом, насильником и вымогателем. В начале 90-х вслед за большинством своих ровесников подался он в бизнес. Первоначальный капитал сделал на «левом» спирте, был удачлив, а потому решил играть по-крупному и легально.
       
       Жил в Екатеринбурге тогда Василий Руденко — все знали, человек так себе, но работал он заместителем начальника городского угрозыска и потому к нему тянулись. Потянулся и Федулев. Последний как раз принялся за самоотбеливание. Он решил, что ему больше не нужно его собственное криминальное прошлое, запечатленное в милицейских архивах. Решил — и сделал. Так будет и дальше: что Федулев хотел, то ему обычно и удавалось.

Познакомил Руденко и Федулева Юрий Альтшуль, о котором до сих пор — хотя и нет его давно на этом свете — все, кого ни спросишь, говорят с теплом и восхищением. Альтшуль, молодой и лихой военный разведчик, прибыл в Екатеринбург во главе роты спецназа ГРУ прямиком из Венгрии — в связи с расформированием Западной группы войск. Вскоре Альтшуль уволился и пошел зарабатывать деньги чем умел. Он создал благотворительный фонд «Ветераны спецподразделений», а также частную службу безопасности, совмещенную с детективным агентством, и стал охранять коммерсантов. Федулева в том числе. Результатом знакомства Федулева с Руденко через Альтшуля стала вычищенная от прошлых федулевских грешков компьютерная база УВД. И еще много-много чего...

В 1994 году Федулев заделался игроком на фондовом рынке. Скупил пакеты акций нескольких предприятий вместе с Андреем Якушевым, главой знаменитой в те годы уральской фирмы «Золотой телец», например акции екатеринбургского мясокомбината. Тут-то на федулевском пути и случилось первое, но показательное заказное убийство. Заняв у Якушева крупную сумму под очередную сделку и удачно ее провернув, он категорически отказался долг возвращать. (Впоследствии Федулев почти всегда будет пользоваться именно этим методом, проверенным веками и народами.) 9 мая 1995 года в подъезде собственного дома на глазах жены и ребенка Якушев был расстрелян. Уголовное дело? Да. Возбудили. № 772801 от origindate::10.05.95. И там даже есть главный фигурант — Федулев. Ну и что с того?..

Ведь он уже понял основное в новой наступившей жизни: коммерсант — ничто без двух типов связей. Во-первых, без высоких госчиновников, приученных к его, федулевскому, кошельку. И во-вторых, без милицейских чинов, посаженных, как на героин, на его, федулевские, доллары. Вот и получилось уголовное дело № 772801 — без конца и без края. Да и сколько их еще будет впереди? Руденко-то на что?..

Федулев устраивается на работу к другому екатеринбургскому олигарху середины 90-х — Андрею Соснину. И вместе они проводят беспрецедентную кампанию на фондовом рынке Свердловской области, в результате которой на руках у Соснина оказываются контрольные пакеты акций самых лакомых предприятий. В том числе Нижнетагильского металлургического комбината, Качканарского горно-обогатительного, «Уралхиммаша», «Уралтелекома», Богословского рудоуправления, трех гидролизных заводов — Тавдинского, Ивдельского и Лобвинского.

Это был настоящий коммерческий успех. К победителям потянулось свердловское чиновничество — их носили на руках. Но победа не изменила уже однажды примененной схемы: Федулев не желал делиться с партнером, о чем и заявил. Вскоре Соснин погиб вместе с охранником. Образовалось второе уголовное дело по заказному убийству, где не последним фигурантом — Федулев. № 474802 от origindate::22.11.96. Ну и что с того?.. Дружба с Руденко ведь только и делала, что укреплялась по мере роста федулевского благосостояния. В 1997 году Руденко получает повышение — он становится начальником УБОПа по Свердловской области. У него появляется квартира стоимостью 160 тысяч долларов США, загородный коттедж. А как же дело № 474802? Сами догадайтесь.

Однако наиболее серьезная структура на Урале — это, как известно, «Уралмаш». Только не подумайте, что завод — организованное преступное сообщество (ОПС). Одно дело — с Сосниным играть в кошки-мышки, другое — с «Уралмашем». И вот в 1997 году Федулев объединяется с «уралмашевскими», чтобы продолжить скупку акций Тавдинского гидролизного завода.

Необходимое пояснение: почему настолько силен интерес именно к гидролизным заводам? Они производят спирт, из которого позже вырабатывается водка-«паленка», из которой потом произрастают мощные потоки иссиня-черного нала.

Итак, Федулев с «Уралмашем» скупили 97 процентов Тавды. Обычным путем: и та и другая сторона создавали фирмы, туда вкладывались деньги, а потом акции делились. При разделе, как водится, Федулев нарушает первоначальные обещания о пропорциональности и даже не вводит в состав совета директоров представителей «Уралмаша» — только своих. Что с Федулевым? Он рвется на свободу. Он уже хочет быть первым из первых и явно наглеет, пытаясь вышвырнуть на свалку истории даже екатеринбургских неприкасаемых — «уралмашевских». А что, собственно, ему скромничать? У Федулева к тому моменту отличные связи в областном УВД, он в чести у Эдуарда Росселя, наконец он исправно платит дань команде борцов с оргпреступностью...

Но «уралмашевцы» захватывают Тавдинский завод вооруженным путем, и хотя по первому требованию Федулева туда прибывает СОБР УБОПа и бойцы применяют силу... Тут вмешивается начальник областного ГУВД генерал Краев. И получается на круг уже не разборка «уралмашевских» с федулевскими, а внутренний милицейский конфликт: Краев — Руденко. Их обоих отстраняют от должностей, при этом Краева выставляют «уралмашевским», а Руденко — жертвой непримиримой борьбы с самой серьезной оргпреступной группировкой Урала.

Надо сказать, тема усиления борьбы с «Уралмашем» в Екатеринбурге — это именно тот черный пиар, который всячески подогревает Федулев. Ему это нужно позарез. Как, собственно, и Руденко. На волне мифа о «жертве «Уралмаша» Руденко перебирается в столицу — на повышение — и превращается в начальника РУБОПа по Московской области!

«Крыша» сколачивается великолепная. Руденко «рулит» в Москве. А в Екатеринбурге новый штат Свердловского областного УБОПа «выстраивается» так, как того требуют коммерческие интересы Федулева. Начальником становится Юрий Скворцов, бывший не просто заместителем у Руденко, но и поверенным во всех его делах с Федулевым. Первый же зам у Скворцова — Андрей Таранов, главный милицейский «товарищ» ведущего в области поставщика винно-водочной продукции Олега Флеганова, на которого замкнута основная часть реализации фальсифицированной водки. Той самой, что производят из спирта Лобвинского гидролизного завода, принадлежащего Федулеву.

Другой заместитель Скворцова, Владимир Путяйкин, занят чисткой милицейских рядов. Его задача — выдавливание тех сотрудников управления, которые не желают ходить под Федулевым. Господин Путяйкин весьма активен, когда требуется скомпрометировать кого-то из федулевских конкурентов. Вот лишь один пример: как-то Скворцов требует от Путяйкина документальной информации на тему: кто из сотрудников действует против Федулева и его людей? Путяйкин, как на грех, буксует и тогда ночью везет одного из молодых убоповцев к себе домой, настаивает, чтобы тот немедленно оговорил товарищей, а когда офицер отказывается, велит застрелиться из табельного оружия... (Фамилия несчастного редакции известна — на случай, если сей факт, наконец, заинтересует либо Генеральную прокуратуру, либо МВД.)

«Да как же это возможно! — воскликнет осатаневший к этому месту читатель. — Что же такое творится?»

Спокойно, граждане. Творится. И очень даже возможно. Именно так рождаются устойчивые оргпреступные сообщества. Почему? Потому что на кону — такие деньги, которые большинству из нас даже не снились. Цена жизни, слова и чести становится абсолютно ничтожной, если прибыль — миллионы долларов. В какие бы наряды мы ни рядились, какие бы медали ни вешали себе на грудь и все остальные части тела — именно такова современная российская реальность. Свердловская область последние годы живет даже не «по понятиям», если пользоваться криминальной лексикой, столь хорошо привившейся на нашей почве. Свердловская область живет по беспределу. Тотальному. Федулевщина — это и есть его олицетворение. Вот почему спроси любого на екатеринбургской улице: «Кого вы тут уважаете? Росселя? Чернецкого? Федулева?» — и вам ответят: «Уралмашевских». «Но почему?» — «Потому что они хотя бы по понятиям...» Вот до чего мы дожили.

А имя Владимира Путяйкина, кстати, еще очень даже всплывет в нашей истории...

Но пока у нас — год 97-й, и Федулев продолжает игры на фондовом рынке, мошенничая с одной из московских фирм. Заявление от фирмы дважды поступает в облУБОП, но всякий раз оперативники отказывают в возбуждении уголовного дела. Только после вмешательства Генпрокуратуры и Следственного комитета МВД оно является на свет — № 142114. Федулев уходит в бега и объявлен в розыск. Это уже год — 98-й.

Помните Юрия Альтшуля, бывшего разведчика ГРУ, впоследствии охранника Федулева? Помните, что все, кто близко знал его, говорят о нем с большим уважением? Как о человеке слова, который никого не боялся? Создав собственное охранное предприятие, как многие отставные офицеры, он помогал правоохранительным органам агентурной информацией. По фактам, переданным Альтшулем в прокуратуру и ФСБ, были отправлены за решетку несколько лидеров преступного мира Урала. Был у Альтшуля и свой «пунктик» — борьбу с «Уралмашем» он считал главным делом жизни.

Итак, находясь в розыске, Федулев вызывает именно Альтшуля на разговор. Федулев боится, что, пока он отсутствует, «уралмашевцы» установят свой контроль над оставшимися двумя, кроме уже упущенного им Тавдинского, гидролизными заводами. Федулев просит, чтобы Альтшуль сумел отстоять его, Федулева, интересы перед «уралмашевскими». И за это Федулев обещает Альтшулю 50 процентов прибыли Лобвинского завода.

Альтшуль соглашается. На заводе он застает тяжелейшую коллизию, осознав которую, получает ответ на вопрос: ради чего Федулев скупает акции? Вот он берет крепко стоящее на ногах предприятие, облепливает большим числом собственных же фирм, те выгребают спирт, продают его, а деньги заводу возвращаются опять же через них, а значит, не в полном объеме. Так Федулев высасывает предприятие до донышка. К моменту прихода Альтшуля в Лобву рабочие уже семь месяцев не получали зарплату. Заводская казна была полностью выхолощена. Еще шаг — и банкротство. Но Лобвинский гидролизный — градообразующее предприятие, искать работу людям больше негде. Альтшуль дает рабочим слово офицера, что по крайней мере двоих граждан — по фамилии Чупахин и Лешуков — он больше на завод не пустит. Сергей Чупахин и Серей Лешуков и есть федулевские «палачи», специалисты по умерщвлению предприятий. А также бывшие офицеры и сотрудники отдела по борьбе с экономическими преступлениями облУВД, друзья Василия Руденко, перешедшие на службу Федулеву.

Проходит какое-то время, и Федулев, продолжая пребывать в СИЗО, требует от Альтшуля (угроза захвата завода «Уралмашем» миновала) вернуть руководство тандему Чупахин—Лешуков. Этого, в свою очередь, требует Руденко. Но Альтшуль отвечает Федулеву: «Нет». Из Москвы тут же прилетает сам Руденко, и Альтшуля приглашают на беседу уже в УБОП. Там Руденко настаивает: Альтшуль должен уйти с завода. Но опять звучит: «Нет!» 30 марта 1999 года бывший разведчик ГРУ был расстрелян в собственном автомобиле. Возбуждается уголовное дело № 528006. Где снова фигурантом — Федулев? Да. Уже третье по счету «его» уголовное дело по заказным убийствам. Ну и что?

Расчет был простой и бандитский: раз Альтшуль устранен — завод открыт. Но у Альтшуля на заводе остался заместитель и друг — Василий Леон, тоже бывший спецназовец. На все требования федулевцев убираться подобру-поздорову Леон ответил категорическим отказом. Тогда ему был предложен компромисс: «дележка». Пусть исполнительным директором останется Леон, но на оптовые продажи спирта с завода встанут Чупахин с Лешуковым. Леона вызывает к себе и Скворцов, нынешний начальник УБОПа, и сам Руденко часто звонит из Москвы (он уже не борец с оргпреступностью, а работает в центральном аппарате МВД — в управлении уголовного розыска), а также некий Леонид Фесько. В облУВД Фесько возглавлял оперативно-поисковое управление, слыл другом Руденко, ушел в отставку одновременно с переводом того в Москву и со временем возглавил «Фонд защиты и помощи сотрудникам УБОПа по Свердловской области». Именно через этот фонд как раз и прокачивались те самые средства, которые шли от «участия» сотрудников в патронировании Федулева. Впоследствии именно Фесько, милицейско-федулевский бухгалтер, еще станет и «замом по режиму» многих федулевских предприятий, и поэтому туда, как только там возникают трения с конкурентами, тут же выезжает СОБР УБОПа, кладет всех вниз и... Дальше вы все знаете. По тому, что было на «Химмаше»...

Леон отказывает им всем. И тогда, в декабре прошлого года, сотрудник УБОПа оперуполномоченный Евгений Антонов, человек из ближайшего окружения начальника УБОПа Скворцова, расстреливает того самого коммерсанта, который занят оптовыми продажами спирта. «В середине января у меня состоялась беседа с начальником отдела УБОПа Сергеем Васильевым. Он в резкой форме высказал мне претензии, что, находясь на Лобвинском заводе, я лишил УБОП финансов. Кроме того, он сказал: «Ты украл общак ФСБ, УБОПа и других «силовиков» области». Васильев в категорической форме высказал мне предложение работать с ними. Я спросил, в чем заключается эта работа. Васильев ответил: «Ты должен приносить сюда деньги!» Это не просто эмоции, не просто рассказ. Это официальные объяснения Василия Леона, доведенного до последней точки, на имя начальника УФСБ по Свердловской области Б. Козиненко. Объяснения, где каждое предложение буквально вопиет о возбуждении уголовного дела с избранием соответствующей меры пресечения — объяснения, упавшие в полнейшую вату. Как и аналогичные заявления в Генпрокуратуру, МВД, президенту Путину. К беспределу все они абсолютно равнодушны. Зато к Федулеву — нет.

В январе 2000 года Федулева освободили из-под стражи. На глазах у всей Свердловской области его осыпает ласками лично губернатор Эдуард Россель, объявляя «лучшим предпринимателем Урала». Федулев окончательно перестает быть бандитом и становится «ведущим промышленником Екатеринбурга». Только в таком контексте теперь о нем толкуют СМИ. Еще немного времени — и освобожденный из-под стражи гражданин превращается в депутата областного Законодательного собрания. Виват! Фуршеты, интервью, приемы.

Но это, конечно, надводная, для народного потребления, часть айсберга. Выход Федулева из тюрьмы — действительно поворотный и показательный момент современной истории Екатеринбурга. Когда стало известно об этом освобождении, еще даже Федулев не объявился в Екатеринбурге, многие поняли: передел собственности неминуем. Федулева выпустили не просто так — а ради одного: чтобы он вернул себе свое, а тем, кто при нем, то денежное довольствие с его бизнеса, по которому они так соскучились в его отсутствие, — ведь из-под ног уходила столь сложно, долго и муторно выстраиваемая система.

И Федулев надежды оправдал. Первое, что сделал «лучший по профессии», — он стал возвращать себе Лобвинский гидролизный завод. Спирт! Большие и сиюминутные деньги! Механизм наглого захвата собственности по-федулевски, основанный на полной поддержке подконтрольных ему правоохранительных, чиновничьих и судебных структур, начал оттачиваться именно там, а уж за Лобвой последовали Качканар и «Химмаш» — вооруженные налеты на Качканарский горно-обогатительный комбинат «Ванадий» и «Уралхиммаш». Без Лобвы не могло случиться Качканара. Без Качканара — «Химмаша».
       
       P.S.
       В следующем номере — [page_10269.htm продолжение свердловской саги: «Страна «Лобва» и империя «Качканар».]