Человек-слово в патологической оппозиции

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Нелицеприятный портрет Григория Явлинского

1060234963-0.gif Ключевое слово — «говорить». Явлинский именно говорит — везде, где бы ни оказывался. Иногда, правда, еще и «вещает» с претензией на мудрость рассуждений. Но сути это не меняет. Судьба и жизнь Явлинского-политика ушла в слова. В рассуждения, типа, как нам обустроить Россию или как все вокруг виноваты, что не позволяют ему сделать общечеловеческое и персональное хорошо для каждого. Очень редко эти слова у Явлинского переходят в реальные дела, рискующие обернуться результатом. Этакий «человек-слово», что, как вы понимаете, сильно разнится с понятием «человек слова».

500 и 27 дней

Давайте, попробуем вспомнить хоть что-нибудь, что могло бы свидетельствовать об обратном. Первое, приходящее на ум, — период работы Явлинского на посту зампредседателя Совмина РСФСР. Впрочем, данное обстоятельство многими, наверняка, уже подзабыто. Зато помнится совпавшее с ним по времени появление программы «500 дней». Еще ее называют программой Шаталина-Явлинского, или, как нынче более принято именовать в кругах близких к «Яблоку», программа Явлинского-Шаталина. Как ни перестраивай в порядке заслуг авторов, признать необходимо: действительно Явлинский принимал самое непосредственное участие в работе над документом, ставшим своеобразным фетишем на долгие годы. Вот только насколько гармонировали вложенные усилия и энергозатраты с конечным результатом? Как выяснилось позже, «500 дней» стали предлогом и аргументом в затеянных на тот момент разборках между Ельциным и Горбачевым. Программе была отведена роль некоего провокатора, инициировавшего публичный разрыв двух лидеров: РСФСР и СССР, который в конечном итоге завершился «беловежским соглашением» и распадом «единого, нерушимого». Cобственно экономическая программа «500 дней» в интерпретации ее авторов никогда не использовалась, а о том, насколько была состоятельна — споры не утихают до сих пор. Примечательно, что впоследствии другие менее известные разработчики этой программы признавались: «500 дней» писалась 27 дней в Архангельском под непрекращающиеся смех и шуточки — никто не верил, что эта работа серьезна». Верил ли сам Явлинский? Наверное, да. Во всяком случае, «500 дней» не став экономической реальностью, лично для него стали трамплином к политическому будущему.

Фаворит за границей

Официально, как политик Явлинский, стартовал осенью 1993 года. В промежутке между отставкой из Совмина РСФСР и первыми выборами в Государственную думу он успел создать «ЭПИ-Центр», занимавшийся экономическими и политическими исследованиями. Вот только не до исследований в эту пору было самому Явлинскому. В гораздо большей степени он уделял внимание своим гастролям по заграницам, где «молодого талантливого экономиста из России» принимали на самом высоком уровне. Именно тогда к Явлинскому пришло мировое признание. Да и как иначе, если в Японии он заявлял о необходимости возврата Курильских островов под юрисдикцию Страны восходящего солнца, а в США называл обласканную конгрессом радиостанцию «Свобода» практически единственным источником правды для своей страны. Несколько таких пассажей и японцы, а также все прочие оказались по уши влюблены в новоявленного либерала. Причем, настолько, что симпатизируют ему до сих пор. Зато на внутреннем фронте дела у господина Явлинского шли и идут совсем не ахти. В первый думский призыв сформированный блок Явлинский-Болдырев-Лукин набрал 7,68 % голосов избирателей. В 1995 году — 6,89%, а в 1999-м — 5,93%. Можно, конечно, признать это за своеобразную стабильность: Явлинский регулярно проходит в Думу, когда вокруг рушатся, создаются и вновь рушатся в массовом порядке самые разнообразные партии и общественные движения, взлетают и падают, исчезая навсегда, десятки политиков. Но эта стабильность показывает, что от выборов к выборам некогда популярный Григорий Явлинский неизменно теряет своих сторонников-избирателей и сейчас вместе с «Яблоком» вплотную подошел к опасной черте 5%-го проходного ценза.

Авторитарная демократия

Также стабильно Явлинский теряет и своих соратников. Из первоначального блока, разругавшись с «либеральным вождем», быстро выпал Юрий Бодырев. Позже от Явлинского отошли Николай Травкин, Елена Мизулина, Оксана Дмитриева, Иван Грачев, Вячеслав Игрунов. Игрунов вообще был теневым политархитектором «Яблока» и тем не менее в один прекрасный момент с ним расстались без сожаления. И здесь, видимо, следует порассуждать о том, насколько соответствует приписываемый Явлинскому образ либерала реальной действительности. «Яблоко», как и, например, ЛДПР, является ярко выраженной партией вождистского толка. Однако в отличие от Жириновского Явлинского данное обстоятельство нисколько не смущает. Каким бы ни был одиозным Жириновский, но он сам начинает признаваться, что ему пора на покой, и фактически подготовил за эти годы двойника-преемника — Алексея Митрофанова. Так что покинь сейчас ВВЖ свой пост, можно почти наверняка утверждать, что ЛДПР сохранится. А вот случись что с Явлинским, «Яблоко» точно долго не протянет. Демократ Явлинский создал в своей партии предельно авторитарную ситему, когда его собственный авторитет никто не вправе поставить под сомнение. Каждый несогласный или чуть высунувшийся над общей массой партийцев незамедлительно вычищается из рядов. Вышеприведенные примеры — наглядное тому свидетельство. При этом сейчас точно такие же тенденции проникли и в региональные отделения партии. От Явлинского сбегают даже низовые партийцы, как поступил недавно экс-глава иркутского отделения Юрий Пронин, переметнувшийся к СПС. Насколько демократичен Явлинский свидетельствуют и его взаимоотношения с другими политиками, претендующими на этот статус. Идеологически вроде бы близкий Гайдар, который в 1992 году провернул со страной примерно то, что задумывал в «500 днях» Явлинский, является просто врагом. Говорят, что конфликт начался еще в середине 80-х, когда работавший в журнале «Коммунист» Гайдар отказался свести Явлинского с Горбачевым. Также и с тандемом Немцов-Хакамада, которые в отличие от вечно теоретезирующего Явлинского, имели опыт практического политического и экономического руководства страной. Однажды Ирина Хакамада в сердцах воскликнула: «Я с 1995 года бьюсь над объединением с Явлинским. В какой-то момент мне просто надоело говорить о том, кто чистый, а кто нет…

» Белые одежды — хронический диагноз

Пресловутая теория чистоты и незапятнанности Явлинского — миф, который усиленно поддерживают его сторонники. Впрочем, почему миф? Если в операционной отойти в самый дальний угол и периодически подавать оттуда советы, в крови белый халат не испачкаешь. А ведь именно такую манеру поведения выбрал для себя Григорий Явлинский. Однажды еще в 1992 году тогдашний спикер Верховного Совета Руслан Хасбулатов заявил на пресс-конференции: «Мне надоело слышать имя этого человека, он не имеет никакого отношения к российским реформам, а его собственная программа не выдерживает никакой критики». Позднее Александр Руцкой подметил: «В Явлинском невооруженным глазом виден снобизм: я самый умный, я самый красивый. У человека ни жизненного опыта нет, ни опыта практической работы — все по верхушкам. Для начала Явлинскому надо бы поруководить хотя бы бригадой или в крайнем случае цехом, чтобы иметь реальное представление о том, что такое люди и что такое коллектив: как ими руководить, как планировать рабочий день». Заветная цель Явлинского — попасть в правительство — достаточно очевидна уже на протяжении лет 10-ти. Правда, активизирует свои порывы лидер «Яблока» только периодически — в те моменты, когда ситуация в стране более-менее начинает налаживаться. Но как только грядет очередной кризис, Явлинский моментально самоустраняется от происходящего. Так было, например, летом 1998-го, когда дефолт вмиг развенчал миф об успешных демократах-младореформаторах. В тот момент Явлинский со своей незапятнаностью вполне мог стать знаменем для всех, поддерживающих правых. А там, глядишь, претендовать на гораздо большее и в Думе, которую выбирали в 1999-м, и может даже в плане получения поста в правительстве. Однако ничего не произошло: Явлинский не рискнул действовать, предпочел по-прежнему довольствоваться скромной ролью вожака, по меткому выражению Немцова, «партии обиженной интеллигенции». После этого за ним окончательно закрепилась слава чистого теоретика, предпочитающего уходить в тень, чтобы затем обвинять в неудаче других.

Маска загадочной русской души

Здесь намеренно не хочется рассуждать о разных слухах, сопровождающих Явлинского на протяжении всей его карьеры. Однако мало-мальски следящий за работой Государственной думы вполне может представить себе истинную оппозиционность и демократизм лидера «Яблока». Особенно наглядна июньская история с вынесением вотума недоверия кабинету Касьянова. Явлинский спровоцировал этот конфликт летом, чтобы осенью в канун выборов левые не смогли разыграть заготовленный в рукаве козырь. На кого сыграло «оппозиционное «Яблоко» в данной ситуации? Ответ очевиден. За какие висты это сделало: обещали Явлинскому министерский портфель в будущем? Вопрос риторический. Наверное, Явлинский и «Яблоко» имеют право на существование. Хотя бы для того, чтобы их любили в Европарламенте и приводили в пример а американском Конгрессе. Пусть они будут, с точки зрения Запада, человеческой маской загадочной русской души. Но собственно в России, которая, как считает сам Явлинский и его сторонники, до такого президента еще не доросла, удел «Яблока» и его лидера весьма скромен. Багаж идей давно израсходован, а самоустраненное брюзжание с каждым разом находит все меньше откликов.

Константин Демченко

Оригинал материала

«Русский курьер»