Черкесов

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Версия", origindate::04.04.2000, Фото: АПН

Черкесов

Будущий первый заместитель директора ФСБ путал Вену с Берном

Юрий Нерсесов, Пётр Прянишников

Converted 10498.jpgПоявление в президентском кресле Владимира Путина привело к лавинообразному вползанию во власть его сослуживцев. Петербуржцам из этой замечательной плеяды запомнились прежде всего два персонажа: бывший начальник регионального управления ФСБ Виктор Черкесов, ставший ныне первым заместителем директора ФСБ уже по всей России, и бывший заместитель Черкесова Александр Григорьев, севший на место шефа после того, как тот переехал в столицу.

Виктор Черкесов начал охрану безопасности Родины в качестве рядового следователя, работавшего по темам знаменитой «пятёрки» – управления КГБ, занимавшегося борьбой с инакомыслящими. С 1975 по 1988 год Черкесов трудился простым следователем, а с 1988 года продолжил карьеру начальником следственного отдела питерского КГБ. Как сообщает интернет-ресурс Deadline.ru, Черкесов «сумел привлечь к ответственности по 70-й статье 39 человек. На счету Виктора Черкесова такие процессы, как дело НТС (Евдокимова – Долинина), христианского журнала «Община» (Пореша), «литературные» дела Донского, Мейлаха, Полякова, а из совсем недавних – при нём начатое и с треском лопнувшее дело эколога Никитина. Впрочем, сам Черкесов убежден, что «не было преследования за убеждения, за то, что человек думал по-другому! Всегда было какое-то действие. Противоправное. То же могу повторить и по поводу утверждения, что тех, кого было трудно посадить в тюрьму, упрятывали в психбольницу. Не упрятывали тех, кто не был болен!» (газета «Смена», 20 декабря 1996 г.).

С диссидентами он боролся старательно, хотя блистательными победами не отличался. Судя по воспоминаниям известных петербургских правозащитников Вячеслава Долинина и Ростислава Евдокимова, дело которых Виктор Васильевич вёл в 1982 году, квалификация следователя явно оставляла желать лучшего. Так, часть запрещённой литературы типа сочинений Солженицына, из-за которой, собственно говоря, и разгорелся весь сыр-бор, подчинённые Черкесова просто не нашли во время обыска, хотя подследственные её не очень-то и прятали.

Одной из свидетельниц удалось почти открыто вынести из-под носа у оперов целую кучу книг, да ещё на прощание украсить стену напротив надписью с нецензурными высказываниями в адрес самого Черкесова. Более того, бумажка с адресами и телефонами товарищей по борьбе, которая на момент обыска оказалась на квартире у Долинина, была успешно съедена хозяином чуть ли не на глазах у следствия.

По воспоминаниям диссидентов, сами допросы, тянувшиеся в течение девяти месяцев, проходили на редкость занудно. Черкесов старательно перемежал угрозы с увещеваниями и разговоры «по душам» с детскими обидами, когда ему говорили неправду, но успеха так и не добился. Практически ничего, кроме того, что было известно на момент ареста Долинина и Евдокимова, узнать ему так и не удалось. Иногда подследственные просто от души веселились, когда слышали по-пионерски чёткие заверения Черкесова в незыблемости советской власти и наблюдали занесённые в протокол свидетельства его необразованности. Однажды Евдокимову пришлось даже править запись собственного допроса, вычёркивая оттуда упоминание о столице Швейцарии Вене.

Тем не менее, поскольку суд, по словам Виктора Васильевича, «решит так, как мы скажем», Евдокимов и Долинин всё-таки поехали соответственно на 5 и 4 года кормить комаров в лагеря, а Черкесов с новой силой бросился бороться с врагами родной партии. Похоже, это дело настолько ему приглянулось, что начальство именно Черкесову поручило последнее в СССР дело по 74-й статье (антисоветская агитация и пропаганда) о распространении журнала «Посев».

Казалось, с пришествием демократии карьера нашего борца за ленинские идеалы должна была неотвратимо рухнуть. Но оказалось, что новой власти такие проверенные кадры нужны ещё больше. Вместо того чтобы с позором вылететь из Большого Дома, Черкесов рванул по ступеням служебной лестницы со скоростью крылатой ракеты и быстро дошёл до самого верха, возглавив в 1992 году петербургскую ФСБ.
Там он прославился прежде всего раскрытием заговора против Собчака, когда была поймана шайка «страшных террористов» из партии Нины Андреевой. Ни о каком убийстве мэра они и не думали, а просто, спровоцированные засланными агентами, отобрали у вохровских бабушек завода «Звезда» пяток древних наганов. Это понял даже наш самый гуманный в мире суд, который припаял «террористам» символические сроки с пожеланием больше так не делать. С другими гражданами, проходящими в бумагах конторы как «опасные экстремисты», а на деле виновными разве что в рисовании на стенах надписей типа: «Ельцин – козёл», не доходили даже и до суда. Но для Виктора Васильевича отчётность была прежде всего.

Впрочем, заботился он и о своей репутации. Так, зарекомендовав себя перед начальством в качестве неустрашимого борца с экстремизмом, Черкесов решил улучшить имидж в глазах демократической общественности. И вскоре питерские СМИ торжественно объявили о свадьбе Черкесова с редактором демократической газеты «Час пик» Натальей Чаплиной. Правда, тут же прокомментировали, что органы безопасности опять имеют свободную прессу. Но счастливого молодожёна это уже не волновало.

Не волновало его и то, что в газете любимой жены сплошняком шли абсолютно антиконституционные материалы, призывающие к отделению Петербурга от России. И вообще, складывалось впечатление, что вопросы собственно государственной безопасности Черкесову были откровенно по барабану. Например, когда созданная с весомым участием американского капитала фирмы «Русское видео» перекинула свой оптоволоконный кабель через крышу института Академии связи, получив тем самым возможность считывать двоичные коды российских межконтинентальных ракет, Виктор Васильевич сохранял олимпийское спокойствие. И лишь когда информация дошла до некоторых въедливых журналистов, поспешил злосчастный кабель перерубить.

Вообще о странных событиях, связанных с бравым генералом, можно рассказывать бесконечно. Многим запомнился обычный факс, показанный по телевизору под видом только что захваченного шпионского оборудования. Ещё с застойных времён ходят легенды об отказавшемся делиться контрабандисте, угодившем за это в изолятор по 74-й статье и севшем в итоге за гомосексуализм. И о другой контрабандистке, ранее известной под кличкой Клюква, а теперь владеющей крупным магазином антиквариата. Словом, обсуждать слухи можно бесконечно, но все их затмевает один-единственный и неоспоримый факт. Все крупнейшие политические убийства, создавшие Петербургу славу криминальной столицы, произошли в нём именно при Черкесове, и ни одно из них до сих пор не раскрыто.

Когда в 1992 году Виктора Черкесова назначили главой питерской госбезопасности, городские парламентарии даже приняли специальное постановление – обращение к президенту:

«Уважаемый Борис Николаевич!

Сессия городского Совета Санкт-Петербурга, рассмотрев вопрос о назначении на должность начальника Управления МБР (так именовалась тогда ФСБ) по Санкт-Петербургу и Ленинградской области В.В. Черкесова и возникших в связи с этим назначением протестах общественности:

1. Выражает свою озабоченность назначением на этот ответственный пост Черкесова В.В., участвовавшего в качестве следователя в уголовных делах по статьям 70 и 190, а фактически в политических процессах против инакомыслящих в 80-х годах в Ленинграде.

2. Просит Вас отменить назначение Черкесова В.В. и указать руководству МБР на целесообразность согласования подобных назначений с Советами народных депутатов.

20 ноября 1992 года
Председатель Совета А.Н. Беляев».

Комментарии тут, как говорится, излишни. Однако не меньше, чем Черкесов, заслуживает внимания другой питерский генерал – бессменный замначальника управления КГБ Александр Григорьев, который пережил на этом посту все переименования конторы и возглавил уже петербургское управление ФСБ после повышения Черкесова. Хотя ходят упорные слухи, что именно Григорьев как куратор внешней разведки и являлся в конце 80-х – начале 90-х начальником вернувшегося из ГДР скромного подполковника, имевшего, по слухам, среди коллег малоуважительную кличку Крысёнок. Теперь генерал Григорьев руководит питерским ФСБ. А о Викторе Черкесове одно время определённо говорили как о самом реальном кандидате на пост губернатора Санкт-Петербурга. Якобы в активе генерала поддержка президента Владимира Путина, а это, считай, половина победы. Возможно, Черкесов ещё вернётся в родной город.