Черная касса столичной милиции

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Стражи порядка в основном штрафуют гастарбайтеров и бабулек с цветочками

1207120879-0.jpg Завершился первый этап операции «Первоцвет-2008». За три недели к административной ответственности привлечен 71 правонарушитель, общая сумма штрафов составила 73 тысячи рублей, изъято 5400 цветов. Несложные подсчеты показывают, что на одного «задействованного» пришлось меньше 130 рублей штрафов и «всего» 0,1 нарушителя. И это даже если в операции были задействованы только сотрудники экологической милиции, а это 575 человек.

Наши налоги

Смешно? Или грустно? Особенно если вспомнить, что подснежниками-фиалками торгуют, как правило, бабушки у метро. А если еще подсчитать, сколько наших с вами налогов ушло на оплату этих 575 экологических милиционеров. К слову, реально в ставшей традиционной операции «Первоцвет» участвовало значительно больше народу – участковые, постовые. В прошлом году, например, согласно данным правительства Москвы, к участию в операции привлекли 26000 сотрудников правоохранительных органов столицы – ППС, ДПС, участковые, УБЭП. Уверен, что и в этом счет милиционерам, брошенным на борьбу за «цветочную» экологию, шел на тысячи.

Ведомственные общежития

В конце 90-х, после дефолта, когда милиционеры отбирали у задержанных «Приму» без фильтра, а некоторые просто бросали курить, чтобы не страдал семейный бюджет, эффективность своей работы «люди в сером» комментировали фразой: «Если государство считает, что оно нам платит, пусть тогда считает, что мы работаем».

Текучка в милиции была огромной. Недокомплект низшего звена в райотделах достигал 30 с лишним процентов. Нередко всевозможных инспекторов, командиров и аналитиков в подразделениях было больше, чем тех, кого они должны были инспектировать, проверять, командовать и анализировать. Рост преступности ежегодно составлял 40%.

«Наверху» решили брать не уменьем, а числом. В 2002 году вице-мэр Москвы Валерий Шанцев подписал распоряжение «О привлечении и использовании в Москве иностранной и иногородней рабочей силы», согласно которому в столичную милицию только в том году предполагалось привлечь две тысячи иногородних граждан. Зазывали добровольцев обещаниями предоставить ведомственные общежития.

Кроме того, начальник ГУВД Москвы генерал Пронин запрашивал в Минобороны и МВД квоту в 2,5 тысячи призывников. Отказали. Возможно, не у тех просил.

Секретность соблюдена

Тем не менее сегодня милиционеров в столице столько, что они могли бы закидать кокардами любую преступную группировку. Но данные о точном количестве стражей порядка в Москве, как выясняется, тайна за семью печатями. Лет пять назад столичных милиционеров попытались приучить к использованию пластиковых банковских карт, на которые им начисляли зарплату. Но неожиданно на пути этого в общем-то вполне цивилизованного новшества появилось непреодолимое препятствие. Оказывается, информация о фонде оплаты труда и количестве сотрудников московской милиции – секретная.

Так что сегодня столичные правоохранители получают зарплату по так называемой «смежной схеме» – часть наличными, часть на «пластик». Секретность соблюдена.

Цифры расходятся

Точных данных о количестве московской милиции не знают даже в Управлении информации и общественных связей ГУВД Москвы. Там в беседе с корреспондентом «Москора» сослались на заявление генерала Пронина. Мол, столичных милиционеров – 90 «с лишним» тысяч сотрудников. А вот этот самый «лишек» – это сколько? Одна тысяча или девять? Тоже тайна.

Ну и, наконец, такой вопрос. Кого именно посчитал генерал? Только аттестованных сотрудников, с погонами, принявших присягу? Или учитывались все «околомилицейские» подразделения – хозяйственные, технические, медицинские? И как быть с солдатами внутренних войск, которые в нескромных количествах патрулируют столицу? И почему цифра, озвученная Прониным, серьезно расходится с другой, нередко приводимой в СМИ – столицу охраняют более 140 тысяч милиционеров (а по другим данным – более 150 тысяч)?

Низкая эффективность

Задавшись вопросом об эффективности работы московской милиции, «Москор» решил сравнить ее с полицией другого мегаполиса – Нью-Йорка.

Москва в пределах МКАД – это мегаполис площадью 880 квадратных километров, Нью-Йорк – 785. Население Москвы приблизительно 10,4 миллионов человек, Нью-Йорка – 8,2. В Москве порядок охраняют 140 тысяч человек, в Нью-Йорке – 45 тысяч полицейских (как вы понимаете, привлекать в мирное время к охране порядка армию в США вряд ли придет кому-то в голову).

Снова прибегнем к арифметике. В Нью-Йорке каждый полицейский охраняет покой 182 граждан, а в Москве – 74 человек. При таком «раскладе» каждому московскому милиционеру по-хорошему полагалось бы знать своих подопечных в лицо, да еще – со всеми паспортными данными. А о преступности вообще речи не должно было бы быть.

Ну и еще добавлю, что в 7-миллионном Лондоне – 35000 сотрудников Скотленд-Ярда, а покой 12 миллионов жителей Токио охраняют 45000 полицейских.

Как правило, чрезвычайно низкую эффективность работы московской, да и всей российской милиции принято объяснять низкой зарплатой. Однако вряд ли эффективность работы стражей порядка зависит от зарплаты.

Прибавьте 11 тысяч

В Сеуле, где полицейские получают значительно меньше, чем их коллеги из Нью-Йорка, убийств (в пересчете на 100 тысяч населения) совершается в 7 раз реже, чем в Нью-Йорке. По кражам и грабежам «отставание» еще больше, раз в 10–15, а уличной преступности практически нет вообще.

Спорить не будем, зарплата в милиции и правда низкая. Три года назад профсоюз сотрудников милиции Москвы раздал анкеты нескольким сотням милиционеров. Основной вопрос – желаемый уровень доходов. Получилось, что в среднем каждый московский милиционер мечтает о прибавке к жалованью около 11 тысяч рублей в месяц.

Но вот в ответ на вопрос «Почему же тогда сюда вообще идут работать?» глава профсоюза сотрудников милиции города Москвы Михаил Пашкин отвечает: «Ежемесячный неучтенный доход столичных милиционеров достигает 1 миллиарда рублей».

Что входит в этот миллиард? Взятки гаишников, поборы с незарегистрированных мигрантов, дань с ларечников и уличных торговцев, прекращение уголовного преследования за мзду, выкуп задержанных, выдача различных фиктивных и нефиктивных справок (вроде справки об отсутствии судимости) и многое другое. Словом, все, что можно назвать повседневной коррупцией в милиции.

Антиоранжевые зубры

За год до парламентских выборов 2007 года по спецподразделениям России бросили клич: «Кто хочет работать в Москве в новой спецкоманде, вступайте в «Зубр». Зарплата – до 20 тысяч, общежитие, проезд, питание».

В подмосковном Щелкове под новое подразделение создали целую базе. В отряд, по рассказам, набирали самых «безбашенных». Лучше – «без семьи, без Родины, без флага». Цель создания «Зубра» не скрывали – «антиоранжевый отряд», специально к выборам. Обкатку бойцы проходили на «маршах несогласных». Но не только. Отряд численностью более сотни бойцов в 2007 году освободил 13 заложников и обезвредил более 6 тысяч преступников.

Зарплата «зубров» не идет ни в какое сравнение с той, что получает региональный ОМОН.

5–6 тысяч рублей в ОМОНе и 15–18 тысяч в «Зубре» для младшего состава, выделенные по распоряжению министра Нургалиева.

Выборы прошли, а «Зубр» остался.

Кормить не на что

ГУВД Москвы финансируется из федерального и городского бюджетов. В 2004 году глава столичного ГУВД генерал Пронин к выделенным его ведомству 5,6 миллиарда рублей просил Мосгордуму добавить еще от 1,2 до 2,2 миллиарда – «для нормального существования». Увеличения штата сотрудников не планировал: «Нам и этих не на что кормить».

В 2007 году ГУВД выделили уже 17,5 миллиарда рублей, а в нынешнем году милиция получит 22,5 миллиарда бюджетных денег. Таким образом на каждого милиционера, если исходить из данных того же генерала Пронина (90 с лишним тысяч сотрудников), получается почти четверть миллиона в год – по 20 тысяч рублей ежемесячно на «милицейскую душу». Сержантский состав в ГУВД получает 6–7 тысяч рублей в месяц.

Согласно заявлению первого заместителя главы московского правительства Юрия Росляка, «город финансирует милицию общественной безопасности с темпами роста 25–30% в год».

Нарушение законности

В 2003 году ВНИИ МВД провел опрос среди 3228 работников органов внутренних дел, пытаясь выяснить, что не нравится сотрудникам в деятельности их ведомства.

Ответы распределились следующим образом:

• Слабая материальная обеспеченность – 74 %

• Выполнение несвойственных функций – 40 %

• Слабый кадровый состав и его подбор – 31 %

• Несоответствие нагрузки и штатной численности – 25 %

• 40% опрошенных как особую проблему обозначили нарушение законности в работе. Причем нарушения эти объяснялись принуждением со стороны руководства, стремящегося обеспечить высокие показатели деятельности

Оригинал материала

«Московский корреспондент» от origindate::01.04.08