Чертовщина в Госдуме

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Чертовщина в Госдуме

Государственной Думе творится какая-то чертовщина. В пятницу утром нам позвонил сотрудник Аппарата Думы и попросил о встрече. Сотрудник говорил сбивчиво. Из того, что удалось понять: «Я буду не один… разговор будет связан… с подготовкой к празднованию 100-летия Думы; в Аппарате — казармейщина… граничит с клиникой; состояние санитарных помещений… не отвечает высокому уровню поставленных задач…». По всему выходило, что работа депутатского корпуса может быть парализована. «Новая» срочно выслала своего корреспондента на Охотный Ряд. С одним из сотрудников Аппарата я встретился в думской столовой. Сотрудник провел меня в крохотный кабинет, расположенный, скажем так, на одном из этажей здания. В кабинете меня ожидали еще два чиновника — условно говоря, высокий с залысиной и высокий белобрысый. «Здесь нас трое, но вообще нас намного больше. Почти весь Аппарат ненавидит руководителя, — кратко объяснил причину, по которой мы все собрались, чиновник с залысиной. — Просто не все осмелились прийти. Люди дрожат от страха. Кузьмина, начальник отдела, слегла в больницу…». «Кстати, не волнуйтесь, в этом кабинете нет «жучков», — зачем-то сказал второй чиновник (белобрысый), — здесь все проверено». «Не волнуйтесь и вы, я никому не выдам ваших фамилий», — в свою очередь пообещал я. В целях собственной безопасности я проверил удостоверения чиновников. Переписал номера, фамилии, имена, отчества. Высокого (с залысиной) чиновника, который фотографировался еще в июле или августе 1998 года, пришлось попросить «сделать лицо как на фотографии». Чиновник с трудом, но выполнил задачу. Лицо соответствовало документу. Можно было начинать. Слово смелым чиновникам — Нашего нового руководителя зовут Чернявский Валентин Семёнович. Он вступил в должность в декабре 2005 года, пришел из Совета Федерации, — начал свой печальный рассказ чиновник с залысиной (назовем его Петр Петрович; тот, что встретил нас в столовой, пускай будет Иван Иванович; а третий, белобрысый, самый высокопоставленный, — Антон Семенович). — Вообще Чернявский — человек Грызлова, — добавил Петр Петрович. — Генерал-лейтенант, когда-то был заместителем министра МВД. Методы у него — как в казарме… Антон Семенович: — У них же вообще — у кого звание выше сержантского, что-то в голове выключается… Иван Иванович: — Недавно он потребовал, чтобы мы исправили все документы, в которых его отчество написано через «е». То есть чтобы было не «Семенович», а «Семёнович». Петр Петрович: — Причем у нас и Грачев, и Косачев, и все остальные в Думе и в Аппарате по-прежнему ходят без «ё». Только Валентин Семёнович Чернявский. Говорят, что в Совете Федерации он был без «ё»… Не помню, когда это у него началось. — Эта трагедия разыгралась в начале февраля, — уточнил Антон Семенович. Петр Петрович: — Для него главное — дисциплина ради дисциплины. Проводит по два совещания в неделю. Вызывает высших работников Аппарата. Выносятся решения: «О причинах некачественной очистки снега на автостоянке Государственной Думы», «О санитарно-гигиеническом состоянии помещений в здании Государственной Думы»… Создаются рабочие группы по 4—5 человек из разных управлений, которые занимаются тем, что подводят нарушение под законодательную базу. То есть чтобы Чернявский мог подписать документ: чиновник такой-то, не обеспечив надлежащей уборки туалетов, нарушил статью такую-то, пункт такой-то. Иван Иванович: — Последний протокол касался и.о. заместителя управляющего делами Аппарата: «Предупредить о возможном освобождении от занимаемой должности»… Люди уходят стройными рядами. А ведь на этих людей были потрачены огромные государственные средства. Многие проходили длительные стажировки в Европе, стали хорошими специалистами. Мы привели российское законодательство в соответствие с европейскими нормами — а это ведь не с потолка взялось… Это наши люди делали, из Аппарата. Петр Петрович: — Люди увольняются, а те, что остаются, боятся работать: неизвестно, какие меры будут приняты по результату. Вот и.о. должен был представить предложение о сокращении средств, выделяемых на питание: Чернявскому не понравились низкие цены в нашей столовой… Корр.: — То есть знаменитая столовая Государственной Думы прекратит свое существование? В прежнем виде… Этот последний островок социализма в центре Москвы… Антон Семенович: — В том понимании, в котором мы все привыкли ее видеть, видимо, прекратит… Петр Петрович: — Чернявский вроде бы хочет снять субсидирование продуктов. Стоил чай пять рублей, снимут субсидию — будет он восемь рублей. Корр.: — Что-то еще можно изменить? Что-то еще можно сделать? Петр Петрович: — А что делать?! Ну будут роптать люди… Но будут платить… Вон во Франции повысили цены на бензин: весь транспорт встал, пока цену не снизили. Люди бастовали, люди сражались. А мы… Антон Семенович: — Нет у нас еще культуры отстаивания своих прав. Иван Иванович: — И что мы имеем в этом Аппарате? Четыре, пять, шесть тысяч рублей зарплаты. Ну надбавки. Ну поликлиника. Антон Семенович: — А я туда и не хожу! Там уровень врачей ниже, чем в сельской. Да и зачем мне эта бесплатная поликлиника при такой атмосфере на работе?! Чтобы потом лежать лечиться от этих стрессов? Петр Петрович: — А столетие Думы? У нас сейчас все подчинено столетию Думы. Текущая работа, законотворчество — это ерунда, это побоку. «У вас сейчас ненормированный рабочий день. В доме должны гореть окна». И все подписались под распоряжением (о ненормированном рабочем дне. — Ю.С.). Антон Семенович: — Сейчас решаем, в каком месте сажать Путина в Таврическом дворце 27 апреля. Три уважаемые структуры задействованы: Комитет Думы по регламенту, Протокольно-организационное управление президента, штаб Думы по подготовке и проведению юбилейных мероприятий. Третью неделю решаем. Иван Иванович: — Да в суфлерскую его посадить! Пусть там машет руками!.. Или куклу посадить в темном углу! Вместо него… И подсвечивать! Корр.: — Ну что вы, Иван Иванович, это ж президент все-таки… Антон Семенович: — Главное, до сих пор неясно, будет ли президент. У него очень напряженный график в это время… Корр.: — По телефону вы что-то говорили насчет состояния санитарных помещений… Иван Иванович: — Нет, ну все более или менее пока что. Но ведь тридцать уборщиц уволились. — А что случилось? — Видимо, их попросили делать больший объем работы за те же деньги. Вот они и ушли. Уборщицы — люди вольные. Они же сразу в нескольких местах работают всегда. Антон Семенович: — Летом у нас была американская делегация комитета по международным делам (по-другому как-то это у них называется, но смысл такой). Глава комитета, инвалид детства, он в туалет наш не мог попасть. У нас же не оборудовано… Так его морские пехотинцы, которые охраняют посольство, носили в туалет на руках. Потом там еще был какой-то скандал с туалетной бумагой. Она вроде бы закончилась… Иван Иванович: — После этого инцидента появился дезодорант, полотенца бумажные повесили. Корр.: — В заключение вопрос не по делу: что вы можете сказать о моральном облике депутатов? Все-таки вы долгие годы наблюдаете за ними… Иван Иванович: — Я знаю, что в первом созыве депутаты таскали в кабинеты проституток с Тверской. Это уборщицы так доносили… Антон Семенович: — Я думаю, сейчас все изменилось. Сейчас депутаты стали более деловыми. У них другие интересы. По-другому они уже развлекаются. Все-таки очень богатые люди... Корр.: — Скажите, а вы предпринимали какие-то попытки жаловаться на своего руководителя непосредственно в Думу, в Комитет по регламенту? — Мы лично не жаловались. Но вроде бы до них информация дошла. Ходят слухи, что Ковалев (руководитель думского Комитета по регламенту. — Ю.С.) пришел к Чернявскому разбираться, а тот ему сказал: вы, пожалуйста, не лезьте в Аппарат, занимайтесь своими депутатами. Иван Иванович: — Говорят, что и Грызлову кто-то из наших жаловался… Петр Петрович: — Ой, ерунда… Это, наверное, уже выдают желаемое за действительное. Он же человек Грызлова… Корр.: — Легенды такие ходят, да? От безысходности? — Да, наверное… На вас последняя надежда. Юрий САФРОНОВ P.S. Редакция оставляет за уважаемым Валентином Семёновичем Чернявским право на публикацию ответа зарвавшимся подчиненным. Валентин Семёнович! Мы до сих пор не можем поверить в то, что в Аппарате Государственной Думы творится такое. Документ Протокол № 1 Заседания Организационного комитета по подготовке и проведению юбилейных мероприятий, посвященных 100-летию учреждения Государственной Думы в России. 21 февраля 2006 года. ПОВЕСТКА ДНЯ: 4. Об изменении пункта 9.4 Плана мероприятий, посвященных 100-летию… «Оборудовать обслуживающие Государственную Думу легковые автомобили самоклеящейся пленкой с лозунгом «100 лет Государственной Думе России». 6. О целесообразности включения в перечень раздаточных материалов текста гимна Российской Федерации. РЕШИЛИ: 4. Утвердить предложение об изменении формулировки пункта 9.4 на следующую «Оборудовать легковые автомобили, обслуживающие Государственную Думу, отличительным знаком «100 лет Государственной Думе». Поручить определить порядок и сроки их размещения на автомобилях , согласовав это при необходимости с органами ГИБДД. 6. Включить в перечень раздаточных материалов текст гимна Российской Федерации и поручить проработать вопрос красочного оформления текста гимна и его издания. 14. СЛУШАЛИ: Разное. РЕШИЛИ: 3. Штабу Государственной Думы по подготовке и проведению юбилейных мероприятий, посвященных 100-летию учреждения Государственной Думы в России, совместно с Комитетом Государственной Думы по регламенту и организации работы Государственной Думы по согласованию с Протокольно-организационным управлением президента Российской Федерации определить рабочее место президента Российской Федерации на торжественном заседании Государственной Думы. Председательствующий В.А. Пехтин, Ответственный секретарь Организационного комитета С.В. Кротков"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации