Четыре тела Георгия Гонгадзе

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Один труп нашли в Таращанском районе, другой лежал в морозильнике на кухне, третий возили в Москву, а четвертый проверяли в Мюнхене

Оригинал этого материала
© Коммерсант-Власть, origindate::10.04.01

Четыре тела Георгия Гонгадзе

Дмитрий Сергеев

Converted 11543.jpgНа этой неделе представители ФБР и Пентагона должны взять пробы «таращанского тела», чтобы провести его ДНК-дактилоскопию и внести наконец ясность в дело Гонгадзе. Ответ они обещают дать через неделю. Но уже сегодня очевидно, что результаты экспертизы не только не внесут ясности в дело, но и, скорее всего, вызовут скандал.

В конце марта госсекретарь США Ко-лин Пауэлл на встрече со своим украинским коллегой Анатолием Зленко сказал, что за полгода Украина не добилась никакого прогресса в деле Гонгадзе. Буквально те же слова и в то же время повторила докладчик ПАСЕ Ханна Северинсон во время своего визита в Киев. В переводе с дипломатического языка на обычный это означает, что, по мнению Запада, на Украине творится вообще черт знает что.

Чтобы развеять подозрения в нежелании расследовать дело, генпрокуратура Украины обратилась с письмом в американское посольство в Киеве с просьбой провести ДНК-дактилоскопию таращанских останков в США, где в Роквиллской лаборатории Минобороны в 1997 году проверяли результаты экспертизы царских останков, проведенной профессором Павлом Ивановым и его английским коллегой профессором Питером Гиллом.

В прокуратуре уже побывали представители ФБР и Пентагона. На этой неделе они должны взять образцы, потом в течение недели проведут анализ и обнародуют их результаты.

Однако вряд ли американская экспертиза внесет окончательную ясность в запутанное дело. Во-первых, иностранные экспертизы уже проводились и дали прямо противоположные результаты. Во-вторых, в деле Гонгадзе присутствует не один труп, а по крайней мере четыре.

История началась в сентябре прошлого года. Вечером 16 сентября в Киеве журналист Георгий Гонгадзе вышел из квартиры своей коллеги по Интернет-проекту «Украинская правда» Алены При-тулы и исчез.

Безусловно, Гонгадзе не относился к числу «бриллиантовых перьев» украинских массмедиа. Тем не менее он был достаточно заметной фигурой на Украине. Георгий долгое время вел новости на одном из общеукраинских телеканалов, был завсегдатаем всех более или менее значимых пресс-конференций, политических talk-show и вообще был человеком «тусовки». Его резкие статьи появлялись в оппозиционной прессе, в его распоряжении была информационная служба одной из киевских ЕМ-станций, он создал собственный Интернет-проект. Гонгадзе выступал на всех митингах, посвященных защите свободы слова, а за несколько месяцев до своего исчезновения он принимал участие в походе львовских журналистов на Киев. Еще в середине лета того же года он написал открытое письмо генпрокурору Украины Михаилу Потебенько: «За мной следят!» За ним действительно следили — демонстративно, не стесняясь, представляясь сотрудниками милиции. Но, видимо, не 16 сентября.

Его сразу же стали искать. Начальник главного управления МВД Украины Юрий Смирнов тогда же заявил, что в его многолетней практике не встречалось настолько загадочного исчезновения: Он будто сквозь землю провалился».

Так и оказалось. 2 ноября вечером двое местных жителей Таращанского района, отец и сын Шушко, увидели примерно в 30 м от асфальтового шоссе, возле пересечения лесных дорог, по которым ездили и ходили почти каждый день, яму, которой раньше там не было. Из ямы торчала кисть руки.

На эксгумации присутствовали прокурор Киевской области и главный судмедэксперт Украины. Они пришли к выводу, что труп пролежал в земле несколько лет. Найденные на теле украшения (браслет, амулет и перстень) вообще решили не представлять к опознанию. Но прошло всего четыре дня, и 6 ноября из МВД Украины позвонили Алене Притуле. Ее спросили, как выглядели личные вещи Георгия Гонгадзе.
Как рассказал корреспонденту «Власти» родственник Гонгадзе журналист «Украинской правды» Коба Алания, его коллеги прочли 15 ноября в киевской газете «Сегодня», что труп, найденный в Тараще, может принадлежать Гонгадзе, но милиция не уделяет этому должного внимания.

На следующий день утром Коба Алания, Алена Притула, телепродюсер Лаврентий Малазония и телеведущая студии «1+1» Людмила Добровольская поехали в Таращу, где их встретил представитель Александра Мороза, лидера соцпартии Украины, избранного в парламент по Таращанскому округу. Он проводил друзей Гонгадзе в местную больницу. В морг посмотреть на останки зашли только мужчины в сопровождении районного судме-дэксперта Игоря Воротынцева. По словам Кобы Алании, его первое впечатление при взгляде на труп было однозначным: это Гия Гонгадзе. Как рассказал «Власти» Алания, Воротынцев расспрашивал его, не ел ли Георгий Гонгадзе накануне своего исчезновения арбуз и капусту. Именно это, среди прочего, ел Гонгадзе 16 сентября. Криминалист, кстати, удивлялся тому, что при сильном разложении наружных тканей трупа его внутренние органы так хорошо сохранились.

Вместе с Воротынцевым журналисты пошли в прокуратуру, где написали заявление, чтобы забрать тело в Киев. Через сорок минут они вернулись в морг. Замок на его двери был сорван, а тело исчезло.

Оно обнаружилось только через несколько дней на киевской улице Оранжерейной в морге Главного бюро судме-дэкспертизы Украины. Тела на Оранжерейной Коба Алания и Лаврентий Малазония не видели — их туда не пустили. Зато в Киеве труп показали матери Георгия Гонгадзе Лесе Корчак и его жене Мирославе Гонгадзе. Матери стало плохо, а жена вроде бы опознала мужа по форме стопы.

То есть те, кто видел труп в Таращах, не видели труп в киевском морге. И наоборот. Этот факт, а также таинственное перемещение тела из таращанского морга в киевский породили версию о подмене таращанского тела.

Но это не все. За час до исчезновения из таращанского морга останки уже успели поделиться надвое. Самым главным, о чем рассказал Коба Алания Воротынцеву, было старое ранение Гонгадзе в начале 1993 года во время абхазской войны. Тогда окопы грузинского батальона «Тбилиси» (в котором служил тогда Гонгадзе) в Сухуми попали под обстрел из АТС. Когда гранаты начали рваться, Гонгадзе закрыл лицо ладонями, и осколки очередной гранаты попали ему в руки и грудь. Первичную медицинскую карточку медсестра положила на грудь раненому, и капля его крови, просочившаяся сквозь бинты, спустя десять лет стала едва ли не главной проблемой и странностью в деле Гонгадзе. При ДНК-анализе в лаборатории немецкой фирмы Genedia она совпала с кровью матери Гонгадзе, но не совпала с останками, которые им привез на анализ секретарь депутатской следственной комиссии по делу Гонгадзе Сергей Головатый.

Воротынцев тут же взял у полуразложившегося трупа кисть руки и сделал рентген. На снимке среди косточек запястья были четко видны мелкие стальные осколки. Их Воротынцев извлек, а саму кисть руки не отнес сразу обратно, а оставил в своей комнате. Когда тело исчезло из морга, полиэтиленовый пакет с рукой таращанского тела друзья Гонгадзе забрали с собой в Киев, и Алена Притула хранила пакет у себя дома в морозильной камере своего холодильника на кухне.

28 ноября лидер соцпартии Украины Александр Мороз выступил на заседании парламента с сенсационным заявлением: он обладает аудиопленкой, на которой человек с голосом, похожим на голос президента Украины Леонида Кучмы, предлагает человеку с голосом, похожим на голос министра внутренних дел Юрия Кравченко, разобраться с журналистом Гонгадзе. Вскоре пленка обнаро-дуется. Дело Гонгадзе становится делом Кучмы. И власти соглашаются на генную экспертизу найденного тела.

В декабре прошлого года трое работников украинской генпрокуратуры поставили на стол московского молекулярного генетика профессора Павла Иванова, известного своим исследованием царских останков, термос, в котором обложенный льдом лежал большой кусок человеческой бедренной кости, тронутой гниением. К термосу прилагался конверт из крафт-бумаги, на котором было написано, что внутри конверта лежит проба крови матери Георгия Гонгадзе Леси Гонгадзе (так было написано). Внутри лежал марлевый тампон, пропитанный кровью.

Профессор Иванов провел анализ и подтвердил, что с вероятностью 99,9% кость из термоса принадлежит сыну женщины, чья кровь была в приложенном к термосу конверте с именем гражданки Украины Леси Гонгадзе.

Но в начале марта была проведена еще одна экспертиза. Ту самую руку (или уже не ту?), что лежала в морозильнике у Алены Притулы, привез в Мюнхен секретарь парламентской следственной комиссии, независимый депутат Сергей Головатый. Сделал он это по решению комиссии.

Специалисты мюнхенской компании Genedia доктора Клаус Вейденмеер и Хильдегард Хассе-Рохольц сравнили фрагмент трупа с пробой крови матери Гонгадзе. И полностью опровергли возможность того, что фрагмент, привезенный Головатым, принадлежит сыну женщины, чью кровь немецким экспертам предоставил тот же Головатый.

Но и это не все. Еще в ноябре мать Георгия Гонгадзе Леся Корчак рассказала в интервью «Киевским ведомостям», что в 1969-м в тбилисском роддоме у нее родились два сына-близнеца. Один был похищен главврачом роддома и исчез из жизни матери. Второй близнец получил имя Георгий, вырос, воевал в Абхазии, был там ранен, а потом стал украинским журналистом.

Чуть позже это породило еще одну версию, о которой почти не говорят, но на которую намекают, в том числе и в генпрокуратуре. Мол, убитый — возможно, тот самый пропавший брат-близнец Гии Гонгадзе. Тем более что, по словам следователей, в деле есть показания очень многих людей, которым «нет основания не доверять в силу их незаинтересованности в результате следствия», о том, что Георгия Гонгадзе неоднократно видели во Львове уже после смерти.

Кроме того, как сказал следователь генпрокуратуры Украины корреспонденту «Власти», прижизненный рост человека, чью кость он возил из киевского морга на ДНК-анализ профессору Иванову в Москву, был около 180 см. Тогда как рост живого Георгия Гонгадзе был больше 190 см.

Таким образом, проведение еще одной экспертизы вряд ли внесет полную и окончательную ясность в запутанное дело. Американские эксперты не хотят попасть в неловкое положение, как их немецкие и российские коллеги, и поставили условие, что образцы они будут отбирать лично. Вопрос в том, у какого трупа? У того, что нашли в Таращанском районе, у того, что лежал в морозильнике, у того, который возили в Москву, или у того, которой проверяли в Мюнхене?

Экспертиза, которую проведут американцы, неизбежно втянет их в дальнейшее расследование дела Гонгадзе. Между тем главный вопрос, на который должно ответить расследование, звучит очень просто: отдавал ли президент Украины приказ об устранении оппозиционного журналиста? Ответ на него (причем любой — как положительный, так и отрицательный) -может кардинально изменить политическую ситуацию в стране.

И это будет первым случаем в истории стран СНГ, когда иностранные специалисты проводят политическое расследование, в котором главным обвиняемым является президент. Между тем Украина — далеко не единственная постсоветская страна, главу которой противники обвиняют в преступлении.

***

Как погибают украинские журналисты

1992 год
В результате взрыва в своей квартире погиб народный депутат Украины, руководитель молодежной студии «Гарт» (украинский вариант «Взгляда"), журналист Вадим Бойко.

1996 год
При взрыве бомбы у входа в редакцию был тяжело ранен и через несколько дней умер в больнице главный редактор газеты «Слава Севастополя» Владимир Иванов.

1997 год
Около 12.00 у здания редакции неизвестные стреляли в сотрудника «Вечерней Одессы» Сергея Лебедева. Журналист был тяжело ранен.

1998 год
На окраине Киева найден повешенным корреспондент газеты «Киевские ведомости» Петр Шевченко. Несмотря на обнаруженную возле тела предсмертную записку, версия о том, что журналист ушел из жизни не по своей воле, не была опровергнута. Застрелен главный редактор газеты "Вечерняя Одесса» БорисДеревянко. Совершено покушение на главного редактора днепропетровской газеты «Наш город» Николая Кравчука — неизвестный плеснул ему в лицо серной кислотой.

1999 год
В своей квартире обнаружена повешенной руководитель аналитической службы телеканала СТБ Марьяна Черная, ранее работавшая вместе с Георгием Гонгадзе во львовской газете « П ост-П осту п». В предсмертной записке журналистка заявила, что ее смерть связана с «вопиющей ситуацией в украинской журналистике» и влиянием бывших сотрудников КГБ на политико-экономические процессы в стране.