Чисто конкретный детектив

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Можно заматывать установки ГУБОПа. Можно сопротивляться ворам. Но по отдельности, а не когда они вместе."

Оригинал этого материала
© "FreeLance Bureau", origindate::21.03.2001

Чисто конкретный детектив

Денис Алексеев

Converted 11507.jpgДело Мирилашвили важно не как политическое событие, а как яркое проявление коллизий российского уголовного мира. Так сложилось, что уголовщина переплелась с нашей легальной жизнью, и ее тайные пружины необходимо знать. Однако правоохранительные органы, сделавшие на этот раз свое прямое дело, постарались максимально затемнить обстоятельства. Официальная информация поступает скупо и отрывочно, из-за чего Мирилашвили предстает то жертвой национальных гонений, то благородным персонажем робингудовского типа, пострадавшим за храбрость и верность принципам горячих южных людей. Конечно, все обстоятельства уголовного дела оглашать недопустимо. Но основные моменты людям стоит узнать.

Беда Миши Кутаисского пришла с его грузинской родины. Перевалочным же пунктом оказалась Москва. Могущественное сообщество "советских воров в законе" базируется в столице. Сильные позиции занимает в нем своеобразное кутаисское землячество - более пятидесяти воровских авторитетов старой закалки, имеющих давние счеты с кланом Мирилашвили. Прошлым летом в этой группировке созрел замысел наказать провинившихся земляков, прилично на этом заработав.

Объектом удара стал отец Михаила Михайловича - Михаил Мирилашвили-старший, подлинный глава могучего семейного клана. Его решили похитить, убив тем самым двух зайцев - внушить отцу и сыну уважение к ворам и сорвать выкуп в пять миллионов долларов. Непосредственная организация похищения была поручена одному из видных воров в законе, имя которого пока нельзя обнародовать (назовем его просто Большой Вор). Он в свою очередь подключил к делу покойного Гочу Цагареншвили. Некогда тоже вора, но уже с маленькой буквы - сходняк "раскороновал" его за растрату общаковских денег на зеленом сукне казино.

"Старый вор был мудрый, справедливый, не терпел нигде он беспредела..." Напрасно барды поэтизируют воровской мир. Произвола, жестокости, предательства в традиционной советской преступности, уходящей корнями в 1917 год, пожалуй, побольше, чем в новорусском криминале, к которому принадлежит Мирилашвили. "Новые" вынуждены подчиняться объективным законам бизнеса и осваивать принцип ответственности. Но в данном конкретном случае обе стороны стоили друг друга. На беспредел воров Михаил Михайлович Мирилашвили ответил троекратно. Однако пойдем по порядку.

7 августа был реализован первый этап. Неподалеку от знаменитой гостиницы "Санкт-Петербург" Михаила-старшего вытащили из машины и увезли в неизвестном направлении. Большой Вор и Гоча могли торжествовать. Михаил-младший, срочно вернувшийся из израильской поездки, не постоял за ценой. Но, одной рукой расстегивая кошелек, другой он снимал предохранитель. Служба безопасности МММ начала большую работу. И Гоча это знал.

Цагареншвили всю жизнь играл на всех столах. В этот последний раз он остался верен себе, быстро присосавшись ко второй матке. Отец Мирилашвили еще оставался в залоге, а Гоча уже предлагал Мише-младшему выход на Большого Вора, обещая решить вопрос (свое соучастие он, естественно, не раскрывал). Так и было сделано - Михаил Михайлович согласился на все условия. Отца освободили, не причинив вреда.

Но вместо выплаты денег Мирилашвили начал искать обидчиков, и его "служба молчаливого наблюдения" быстро сделала свое дело. Вскоре в руки ее агентов попали люди, не причастные к делу, но на свою беду знавшие некоторые имена и обстоятельства. Это были двое мужчин, женщина и ребенок. Допрос с пристрастием быстро вскрыл имя Цагареншвили, но откровенность спасла не всех. После жестоких пыток мужчины бесследно пропали. Женщина и ребенок все же остались в живых.

Некоторое время спустя Цагареншвили услышал по мобильнику голос своего знакомого - одного из людей Большого Вора. По наводке, возможно исходившей от Михаила Михайловича, Гоча был приглашен в "Асторию". Мирилашвили снова не посчитал нужным локализовать свой гнев - вместе с Цагареншвили автоматные очереди оборвали жизнь еще двух случайно оказавшихся рядом людей, в том числе одной женщины.

Большой Вор и его сообщники решили, что хватит. Свою жесткую "ответку" они произвели руками государства. В Москве состоялась встреча с высокими чинами ГУБОПа, получившими полную информацию об убийстве Гочи Цагареншвили. "Убили вора!" - в таких случаях ГУБОП действует с высочайшим профессионализмом. В Петербург выехала бригада, немедленно "осадившая" заместителя городского прокурора Николая Винниченко.

Но тот не оправдывал надежд. По его логике дело Мирилашвили не было самым важным. Похоже, что в этой части нашей истории действительно срабатывал политический фактор - крепкая дружба Мирилашвили с влиятельными руководителями питерской правоохраны достаточно известна (кое-кто, случалось, переходил из РУБОПа в силовую структуру МММ). Такие "служебные преступления" раньше сошли бы с рук, но не в этом случае. Можно заматывать установки ГУБОПа. Можно сопротивляться ворам. Но по отдельности, а не когда они вместе.

Санкция прокуратуры воспоследовала сразу, как проявилась серьезность положения. Винниченко был отстранен от руководства следствием, и вообще задвинут далеко назад. На его место пришел профессиональный военный, не вовлеченный в питерские политрасклады. Мирилашвили сидит в тюрьме. Но его неприятности, похоже, лишь начинаются - кодекс воровских понятий суровее УК и УПК. Воры предъявляют свои претензии независимо от государственного закона.

Их представителем выступает авторитетный "законник", специально доставленный в "Кресты" теми же друзьями в погонах. Если учесть, что женщина, которую люди Мирилашвили чудом не отправили вслед за казненными грузинами - его жена, можно представить, что грозит Михаилу Михайловичу.

Конкретное требование к Мирилашвили - вернуть трупы, чтобы их по-человечески похоронили согласно национальным обычаям. Согласиться на это - значит, признать себя убийцей. Отказаться - значит, кровно оскорбить родственников. В обоих случаях воры наказывают высшей мерой. Помешать приговору на зоне не сможет никто, тюрьма принадлежит ворам.

Мирилашвили может надеяться только на помощь коллег из авторитетной бизнес-среды. Воры не прислушаются к просьбам и поручительствам, но могут уступить перед силой. Проблема лишь в том, что ни у кого из сильных нет особых причин заступаться за Мирилашвили. Его прежнее гордое одиночество теперь оборачивается одиночеством трагическим.

Современную Россию не удивишь криминальными разборками. Но история с Мирилашвили выделяется даже на этом фоне. Она словно концентрирует самые страшные черты сегодняшней российской уголовщины. Воры похищают человека и требуют выкупа. "Бизнесмен" отвечает допросами с пристрастием и стрельбой, убирая нескольких невиновных, чтобы добраться до одного преступника. Милицейские начальники берут под козырек, получив команду "сходняка". Прокурор тормозит расследование тройного убийства... Кто назовет здесь худшего?

[...]