Член антикоррупционной комиссии Госдумы Соломатин с детства мечтал быть теневым лидером

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Член антикоррупционной комиссии Госдумы Соломатин с детства мечтал быть теневым лидером

© "Комсомольская правда", origindate::21.07.2004, "А судьи кто?"

Из интервью депутата, члена Антикоррупционной комиссии Егора Соломатина:
Журналистка: В детстве вам хотелось быть лидером?
Депутат: Хотелось. Особенно теневым лидером. 
Чтобы распределять подарки: 
этим бы я дал леденцы, 
а этим- шоколадки.

Сергей Шмелев

Converted 17084.jpg

Егор Соломатин не стесняется знакомства с одиозными личностями

Люди, которые по должности своей призваны бороться с коррупцией, должны быть кристально чисты. А что на самом деле?

В каждой, даже не совсем цивилизованной, стране есть люди, которым приходится быть в стороне от любых скандалов. Они обязаны беречь свою репутацию свято и беречь ее, драгоценную, даже от нехороших слухов, чтобы не дай Бог кто-нибудь в ней не усомнился. Профессия у них такая, когда имидж - вопреки известной рекламе - все. Чистотой своего мундира озабочены чиновники высшего; ранга, судьи, прокуроры. И, разумеется, члены антикоррупционной комиссии Госдумы РФ, которые работают над одним из самых щепетильных государственных вопросов - как приучить чиновников не воровать. Согласитесь, эту ответственную задачу должны решать люди с абсолютно незапятнанной репутацией.

Но Россия - страна непостижимая, и нередко на высоких должностях обнаруживаются такие одиозные личности, которые за свою репутацию, кажется, не боятся совершенно, открыто участвуя во всевозможных скандалах. На Западе, где чиновники лишаются должности из-за неосторожно сказанного слова, здорово бы удивились, если бы их борец с коррупцией открыто участвовал в суде на стороне... человека, обвиняемого в серьезных преступлениях. Например, такого, как скандально известный у нас Анатолий Быков.

У нас это в порядке вещей. Ну взять хотя бы члена Антикоррупционной комиссии Госдумы Егора « Соломатина, делегированного на эту должность партией ЛДПР. Если почитать прессу последних лет, то можно узнать много интересных фактов из жизни этого политика, который сейчас активно борется с коррупцией.

Ну зачем, спрашивается, этому честному борцу с преступностью ехать на далекий Кипр к Александру Василенко (проходящему по уголовному делу бывшего руководителя Красноярского алюминиевого завода Анатолия Быкова)

и добиваться от него признания о невиновности сибирского «авторитета». Вдвойне удивительно, что борец с коррупцией защищал Быкова на судебном процессе открыто, прямо перед телекамерами...

Или еще один красноречивый пример из незапятнанной биографии члена Антикоррупционной комиссии - соавторство книги с несостоявшимся мэром Ленинск-Кузнецкого неоднократно судимым Коняхиным. Труд назывался «Мэр Коняхин: покушение на систему». По-моему, налицо другая система: депутату-антикоррупционеру Соломатину недостаточно знакомства с одиозными личностями, он с удивительной настойчивостью хочет донести эту информацию всему миру.

Но самое печальное, что столь свободное понимание слова «репутация» девальвирует власть. Люди просто не доверяют органам власти, если ее представитель дает повод усомниться в своей неподкупности и принципиальности. А доверие - штука тонкая...

Недаром, казалось бы, невинная инициатива того же Соломатина перевести гостиницу «Москва» из столичной в федеральную собственность обернулась настоящим скандалом. Уж больно вовремя члена Антикоррупционной комиссии осенила эта хорошая идея, прямо накануне сноса этого здания. Многие в Думе до сих пор считают, что этой идеей очень удачно воспользовался небезызвестный бизнесмен и хороший знакомый Соломатина Ашот Егиазарян, который во многом благодаря смене статуса гостиницы (Госдума приняла это решение) выиграл тендер на снос здания. Совпадение, конечно. Но из-за отсутствия доверия рождаются разные мысли.

А ведь не хотелось бы думать об этом, когда речь идет о борьбе с преступностью вообще и с коррупцией в частности. Хочется думать, что ей занимаются рыцари без страха и главное - без УПРЕКА. Но, по-видимому, это пока невозможно.