Что делает в МДМ-банке Мамут

Материал из CompromatWiki
(перенаправлено с «Что Делает В Мдм-Банке Мамут»)
Перейти к: навигация, поиск


Главный казначей »cемьи», о существовании которого первой рассказала »Газета. Ру», обиделся и отказался давать нам интервью. Вместо него с »Газетой. Ру» встретился директор-председатель правления МДМ-банка Андрей Мельниченко. Он считает, что фигура Мамута чересчур демонизирована журналистами.

— Кто из акционеров банка предложил Мамута ввести в наблюдательный совет?

— Менеджмент.

— А кто конкретно?

— Я.

— Как давно вы с ним знакомы.

— Мы с ним познакомились в 1997 или в 1996 году. Где, как, кто нас познакомил, уже не припомню. Видите ли, я довольно общительный человек. У меня очень много знакомых. Я не помню, как я познакомился с Абрамовичем, Дерипаской. У нас безумное количество общих друзей. Деловых отношений у нас лично с Мамутом раньше не было. У него был свой банк КОПФ, который в настоящее время находится в трудном финансовом положении, но лицензия которого пока не отозвана. С этим банком мы работали, как и со всеми остальными. Мы давали кредиты, привлекали от них средства.

— Какие у вас были общие дела? Вы проводите вместе свободное время?

— Этим летом мы провели выходные дни во Франции. В Париже. Правда, жили в разных отелях. Часто вместе обедаем, обсуждаем разные вопросы, проводим свободное время, когда оно есть. Своего хобби у меня нет, а о хобби Мамута мне ничего не известно.

— То есть настолько тесно общаетесь, что знаете даже, какое его любимое блюдо?

— Нет. О личной жизни его я ничего не знаю. Я даже с его женой не знаком.

— Так зачем все-таки Мамут был приглашен в наблюдательный совет вашего банка?

— Я его считаю очень сильным профессионалом. Это выражается в фундаментальном образовании, хорошем понимании ситуации, в отличных контактах. Все это может оказать значительную помощь банку. Он уже привел в банк некоторое количество клиентов. К примеру, »Сибнефть», которая раньше обслуживалась в КОПФе. У него большой круг знакомых среди губернаторов, что существенно для банка. В конце концов, многие из властных структур потом приходят в банки: бывший заместитель руководителя администрации президента Олег Сысуев сейчас в Альфабанке, пресс-секретарь президента Вячеслав Костиков в Мост-банке.

— А Мамут привел с собой в банк людей подобного полета?

— Пришла ли с ним команда работать? Нет. Вплоть до сегодняшнего дня у него в МДМ-банке нет своего кабинета. Он не сотрудник банка. Быть председателем наблюдательного совета – неоплачиваемая работа. Совет собирается раз в месяц.

— А какие функции возложены на Мамута?

— Открытие филиалов, формирование стратегии развития банка. Банк не менял своей стратегии уже несколько лет. Мы обслуживаем крупные предприятия. Такие, как »Северсталь», Нижнетагильский металлургический комбинат, Саянский алюминиевый завод, нефтяную компанию ЛУКОЙЛ, Центральную топливную компанию, управление внебюджетного планирования и развития города.

— За полтора месяца у банка прибавилось филиалов?

— В процессе открытия находится екатеринбургский филиал.

— Мамут имеет отношение к его открытию?

— Нет. Я не знаю, доводилось ли ему бывать в Екатеринбурге.

— Ну и что же тогда делает у вас в банке Мамут?

— Он председатель наблюдательного совета банка. Это не должность. Это и есть его функция. Он думает.

— Так что же он уже сделал?

— За полтора месяца рано подводить какие-то итоги.

— А какие задачи вы перед ним ставите? Типа »подумай об этом…»

— Нет, так задача перед ним не ставится. Основное, чем он сейчас занимается — вникает в текущие дела банка, знакомится с менеджерами и финансовыми схемами.

— Хорошая работа у Мамута. Может, вы просто трудоустроили своего друга и таким образом спасаете от безработицы?

— Ну если вы так поворачиваете дело, то… До кризиса у нас работало 600 человек, а сейчас 900. И всех их мы спасаем от безработицы. На самом деле Мамут — сильный, востребованный профессионал.

— А, кстати, если у Мамута нет в банке даже своего кабинета, то где же он сидит? Правда, что в Кремле?

— Я не знаю.

— А как же вы с ним видитесь?

— Я с ним встречаюсь. Через 15 минут мы будем давать еще одно интервью.

— Он сейчас сидит где-то в банке и поджидает вас?

— Вы странно демонизируете образ Мамута. На самом деле все не так.

— Говорят, организаторы банка — вы и нынешние депутаты Евгений Ищенко и Михаил Кузнецов — начинали делать банк на деньги Мамута. То есть он, по сути, был скрытым владельцем банка и сам контролировал его через вас, его наместников. Так ли это?

— В 1992-1993 году я не был знаком с ним. В марте 1993 года мы с друзьями, вы их назвали, начинали делать финансово-кредитную компанию МДМ-бюро. Создали сеть обменнных пунктов в Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске. Потом от обменного бизнеса перешли к операциям на межбанковском рынке. Наш начальный капитал был мизерным – 25 млн рублей, то есть на тот момент около $50 тыс.

— Такие деньги у студентов?

— В 1991 году я прервал обучение на физфаке МГУ. Мы уже не были студентами. У нас была туристическая компания »Спутник», кроме того, мы , как и все, занимались оргтехникой.

— Может, с Мамутом были знакомы ваши друзья?

— Ищенко и Кузнецов не москвичи. Да и я сам из Гомеля. Мы вместе учились в физико-математической школе-интернате при МГУ. Друг о друге мы знаем практически все. С Мамутом они не знакомы.

— Известно, что все акционеры банка зарегистрированы в офшорных зонах, в Калмыкии и на Кипре. Не в связи с этим в прошлом году к вам в банк нагрянула налоговая полиция?

— Из проблем с налоговой полицией вспоминаю только один эпизод. Около двух лет назад налоговая полиция предъявила претензии к Санкт-Петербургскому филиалу банка о неправильном исчислении налогов с оборота. Мы обжаловали решение налоговых органов в суде и выиграли это дело. Я не помню, чтобы у налоговой полиции были к нам другие претензии. Хотя к нам часто приходят запросы от налоговиков в отношении наших клиентов.

— В прошлый четверг вы созвали журналистов на пресс-конференцию, а потом ее внезапно отменили. Это случилось сразу после обыска в Собинбанке. Там говорили клиентам, что их обыскивают из-за другого банка. Случайно, не из-за МДМ-банка?

— Отмена нашей пресс-конференции просто совпала с обыском в Собинбанке. А пресс-конференция не состоялась из-за того, что »Газета. Ру» и »Итоги» распространили порочащие и частично лживые материалы о Мамуте и МДМ-банке. Мы решили дать нашим оппонентам выговориться. Что касается Собинбанка, речь шла скорее всего о Фламинго-банке. В отношении этого банка сейчас Генпрокуратура расследует уголовное дело.

— А вас вызывали по этому уголовному делу?

— Нет.

— Правда ли, что МДМ-банк является аффилированным банком Фламинго-банка?

— Нет. В 1996 году мы в течение трех месяцев были его акционерами. По поручению нашего клиента купили менее 20 процентов его акций и через 3 месяца перепродали их своему клиенту. В то время Фламинго-банк не имел валютной лицензии и не мог сотрудничать с западными банками.

— Через МДМ-банк проходили деньги фирм Benex и Torfinex?

— После кризиса мы провели на этот предмет внутреннее расследование. За всю историю банка общий объем платежей наших клиентов, переведенных в адрес этих компаний, составил порядка $15 млн. Информацию об этом мы представили западным банкам на проведенной нами во вторник конференции. Это капля в море по сравнению с $7 млрд, которые, по сообщениям западной прессы, прошли через счета этих двух компаний.

— Почему на МДМ-банк и г-на Мамута сейчас вдруг вывалили, как вы утверждаете, столько дезинформации?

— Мы пытались это проанализировать, но никаких фактов, способствовавших этому, припомнить не могли. Я не знаю, почему »Газета. Ру» не связалась с нами и опубликовала о нас лживую информацию. Могу придумать десяток ситуаций, кому это может быть выгодно. Хотя называть кого-то конкретного не буду. Это некорректно.

— Кстати, какие таможни вы обслуживаете?

— Домодедовскую, Люберецкую, Энергетическую таможню, которая осуществляет контроль за экспортом нефти. В конце 1998 года через наш банк в месяц проходило почти $3 млн в месяц, а за 1999 год уже прошло $131 млн. Наша доля несопоставима с объемом средств, который проходит через Альфабанк, Росбанк, Сбербанк.

— Какие еще бюджетные счета вы обслуживаете?

— Российского фонда федерального имущества. Кстати, »Профиль» постоянно публикует таблицы по этой теме, мы не входим даже в десятку банков, через которые проходят наибольшие суммы федеральных средств.

— Есть версия, что г-н Мамут так влияет на переговоры с Лондонским клубом, что котировки советских облигаций падают, а подконтрольные ему банки эти облигации скупают. Потом переговоры Мамута улучшаются и котировки взлетают, а банки, продав их, получают 400 % прибыли. Ваш банк скупает советские облигации?

— Насколько мне известно, г-н Мамут никогда не участвовал в переговорах с Лондонским клубом Это всегда являлось прерогативой Минфина и ВЭБа России. На рынке обращается советских долгов свыше $30 млрд. Портфель облигаций, принадлежащих МДМ-банку, никогда не превышал $10 млн. На мой взгляд, демонические усилия Мамута вряд ли способны как-то существенно повлиять на динамику котировок облигаций. Его демоничность сильно преувеличена журналистами.

— И что, он не знаком лично с »семьей», с Татьяной Дьяченко?

— Знаком.

— А вы?

— А я нет. Татьяна Борисовна никогда не посещала наш банк.

— Вы обсуждали с Мамутом разразившийся вокруг его имени скандал?

— Конечно. Обо всем узнали из »Газеты. Ру». Идиотизма в жизни много. Посмеялись. У всех есть конкуренты, завистники. Все, что происходит, конечно, неприятно. Зачем все это нужно, мы не знаем. На банке все это никак не отразилось. В принципе, это неплохая реклама для банка. Сильно повышает узнаваемость банка. Рекламный бюджет МДМ-банка составляет порядка $1 млн в год. Какую этот скандал принес нам экономию, пока очень сложно подсчитать.

— Кстати, правда, что несколько предпринимателей, в том числе и бывший руководитель »Транснефти» Дмитрий Cавельев, задолжали Мамуту миллионы долларов, а сегодня долги самого Мамута составляют примерно $200 млн?

— Мне неизвестно, что Мамут распоряжается такими крупными суммами. Банк КОПФ был, в частности, кредитором компании »НОРСИ-ойл» в то время, когда ею руководил Сергей Кириенко. Сейчас КОПФ в арбитражном порядке взыскивает со своих должников деньги. Однако КОПФ — небольшой банк, сомневаюсь, что о таких суммах могла идти речь. По крайней мере, мне об этом ничего не известно. А сам Мамут в августе уволился оттуда.

— Почему г-н Мамут не хочет нам дать интервью? Он что, на нас обиделся?

— Конечно. Он считает, что вы поступили по отношению к нему непорядочно.

«Газета.Ру» ноябрь 1999