Что стало причиной отставки руководства Балтийского флота

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

565a07d2816db195492.jpg


Командующий Балтийским флотом ВМФ России, начальник штаба и некоторые другие руководители сняты с должностей и представлены к увольнению с военной службы


Балтийский флот ВМФ России, старейшее непрерывно существующее объединение вооруженных сил страны, история которого отсчитывается с 1703 года, оказался в центре внимания: командующий флотом, начальник штаба и некоторые другие руководители сняты с должностей и представлены к увольнению с военной службы.


По масштабам такую смену руководства можно сравнить разве что с «Тихоокеанской катастрофой» 1981 года, когда при крушении самолета Ту-104 отряда управления 25-й ракетоносной дивизии ВВС Тихоокеанского флота погибло почти все руководство ТОФ, включая командующего флотом адмирала Эмиля Спиридонова, нескольких командующих соединениями, начальников политуправлений и начальников штабов. Но это были последствия катастрофы, а что сейчас могло стать причиной массовой смены командования, беспрецедентной для послевоенного времени?


Предварительные детали


Официальное сообщение скупо на подробности:


«Главой военного ведомства и членами коллегии министерства обороны даны жесткие и принципиальные оценки деятельности должностных лиц, допустивших серьезные упущения по службе. По результатам проверки и обсуждения на коллегии командующий Балтийским флотом, начальник штаба флота и еще ряд должностных лиц (...) отстранены министром обороны от исполнения обязанностей. Они представлены к снятию с должностей и увольнению с военной службы», — говорится в сообщении.


Проверка, о которой идет речь, велась на флоте с 11 мая по 10 июня 2016 года.


В военном ведомстве пояснили, что офицеры наказаны «за серьезные упущения в организации боевой подготовки, повседневной деятельности войск (сил), непринятие всех необходимых мер по улучшению условий размещения личного состава, отсутствие заботы о подчиненных, а также искажение реального состояния дел в докладах».


Министр обороны Сергей Шойгу поручил «в кратчайшие сроки утвердить план устранения недостатков, реализовать его и провести в конце текущего года повторную проверку Балтийского флота».


Лишившийся должности командующего Балтфлотом вице-адмирал Виктор Кравчук родился в 1961 году, окончил Тихоокеанское училище, служил на надводных кораблях — в должности штурмана, а затем командира ракетного катера. В 1988-1999 годах — начальник штаба и командир бригады ракетных катеров, потом начальник службы вооружения Тихоокеанского флота. В 2002-2003 годах — заместитель командующего Каспийской флотилией, с 2003-го — начальник штаба флотилии, с 2005-го — командующий флотилией. В управлении БФ Кравчук появился в декабре 2009 года в должности заместителя командующего, которым в то время был будущий главком ВМФ Виктор Чирков, назначенный на должность комБФ в сентябре 2009 года. Три года спустя Чирков ушел на повышение: 5 мая 2012-го он стал главкомом ВМФ, и Кравчук сменил его на посту сначала в качестве исполняющего обязанности, а с сентября 2012 года — командующего флотом. По оценкам специалистов, Кравчук находится в близких отношениях с Чирковым и является его доверенным лицом.


Бывший начальник штаба Балтфлота Сергей Попов родился в 1962 году, окончил Калининградское училище (специалист по зенитному ракетному вооружению), служил на надводных кораблях Северного флота. Командовал тяжелым атомным ракетным крейсером «Адмирал Ушаков». С 2010 года — командир дивизии ракетных кораблей Северного флота. В апреле 2012-го Сергей Попов становится командиром Балтийской военно-морской базы, а в сентябре того же года получает должность заместителя командующего Балтфлота. На должность начальника штаба Балтфлота он был назначен в январе 2014 года.


Возвращение «Бывшего флота»


БФ с позднесоветских времен имеет шуточную расшифровку «бывший флот». Некогда главный флот Российской империи постепенно утратил свое стратегическое значение, после войны уступив пальму первенства Северному флоту. В последнее же время руководство страны большое внимание уделяет Дальнему Востоку, в связи с чем выросла роль Тихоокеанского флота — туда, в частности, отправили служить новейшие стратегические ракетоносцы проекта 955 «Борей».


Черноморский флот после событий 2014 года — отдельная тема. Каспийцы в октябре 2015 года показали, что они больше не «флотилия троечников», а мощный инструмент стратегического сдерживания, удачно расположенный в центре Евразии. Получается, что БФ, хоть бы и получавший в последние годы новые корабли (четыре корвета проекта 20380, головную лодку проекта 677), остается в одиночестве как музейный экземпляр.


То есть, с одной стороны, если уж и требовалось приводить комсостав ВМФ в чувство, то объект для назидания выбран почти идеальный: временное падение управляемости и боеспособности флота, неизбежное при подобном массовом обезглавливании, не приведет к реальным проблемам безопасности страны в целом.


С другой стороны, нетрудно заметить, что значение театра «бывшего флота» в последние пару лет начало расти. Резкое обострение отношений с Западом после 2014 года привело к тому, что в Восточной Европе наращивается активность сил НАТО. В результате у обеих сторон возникли вопросы к устойчивости позиций: у России — к состоянию обороны Калининградского полуэксклава (там как раз в начале 2016 года собрали все береговые войска в единую структуру 11-го армейского корпуса, подчиненную БФ), у Запада — к возможной судьбе Прибалтики.


Нервная реакция российских военных на появление в балтийских водах «Дональда Кука» (эсминца соединения противоракетной обороны, базирующегося в испанской Роте) дополнительно показывает уровень ожиданий. Балтфлот становится важным инструментом противодействия морским компонентам системы ПРО в регионе, и требования к его готовности меняются. В соответствии с этим возникают вопросы — в частности, касающиеся боеспособности отдельных кораблей флота (в том числе новой постройки), а также отработки совместного применения сил и средств.


Попытки управлять на флоте «по-старому» и рост внимания со стороны высшего политического руководства к военным рискам в Прибалтике и Восточной Европе обрамляют эту не вполне привычную картину массовых отставок.


Набор претензий и развитие событий


В конце ноября 2015 года РИА Новости сообщило о назначении временно исполняющим обязанности главкома ВМФ адмирала Владимира Королева, командовавшего до того Северным флотом. Официальной причиной назначения Королева на должность стал отпуск главкома Виктора Чиркова по состоянию здоровья.


674c9dcd036670cb6b1cda6e7df49.jpg

Виктор Чирков Фото: Евгений Асмолов / Коммерсантъ


В начале декабря появились слухи о скорой отставке Виктора Чиркова и начальника главного штаба ВМФ Александра Татаринова, который достиг предельного для военной службы возраста — 65 лет. В качестве преемника Чиркова назывался и.о. главкома адмирал Королев, Татаринова — замначальника оперативного управления Генштаба вице-адмирал Андрей Воложинский.


Весной 2016 года слухи превратились в информацию: в министерстве обороны подтвердили факт ухода в отставку главкома ВМФ России адмирала Виктора Чиркова. Вскоре Владимир Королев был назначен на должность главкома, при этом официального сообщения о его назначении не выпускалось, но соответствующие сведения были опубликованы на сайте военного ведомства, на странице с биографией адмирала.


Отставка Чиркова не сопровождалась никакими официальными комментариями, при этом доносились слухи о том, что состояние здоровья вполне позволяло ему и дальше исполнять обязанности, а главными причинами перемен стали накопившиеся претензии со стороны руководства страны и вооруженных сил. Среди этих претензий называлось плохое состояние некоторых структурных составляющих ВМФ, включая десантные силы и вспомогательный состав флота, обеспечивающие проведение экспедиционных операций. Недостаточное развитие этих сил стало очевидно в ходе действий России в Сирии, ключевым элементом которых стал Сирийский экспресс — длящаяся с 2012 года по сей день операция ВМФ России по доставке военных грузов в Сирию, масштабы которой заметно выросли в 2015 году с развертыванием на территории Сирии российского военного контингента.


Назывались и другие претензии, в том числе и упущения в боевой подготовке флотов, в частности — Балтийского. Так, по информации, полученной корреспондентом «Ленты.ру» от информированных источников, в августе 2015 года тральная группа Балтийского флота в составе базовых тральщиков «Леонид Соболев» и «Сергей Колбасьев» показала неудовлетворительные результаты на учениях по поиску мин, хотя официальные сообщения говорили о выполнении всех поставленных задач. Не блеснули балтийские тральщики и на других учениях. Проблемы противоминной обороны актуальны на всех флотах, но на Балтийском, учитывая тесный и мелководный театр, — особенно, при этом флоты вероятного противника регулярно отрабатывают на Балтике постановку мин. В частности, в рамках учений Baltops-2016 в учебных минных постановках участвовали стратегические бомбардировщики ВВС США B-52.


Среди прочих претензий к Балтфлоту можно назвать низкую готовность боевого ядра, включающего четыре новейших корвета проекта 20380. Головной корабль этого типа — «Стерегущий» — был получен флотом в 2007 году, серийные — «Сообразительный», «Бойкий» и «Стойкий» — в 2011-м, 2013-м и 2014-м соответственно, но, несмотря на резкую активизацию флота в целом и многочисленные боевые походы куда более старых кораблей, включая откровенно «музейные» черноморские сторожевики, ни один из корветов за эти девять лет так и не сходил на боевую службу в ключевые сегодня районы Средиземного моря и Индийского океана. При этом в СМИ и блогах периодически появлялись сообщения о происшествиях на кораблях этого типа, в том числе о пожарах.


Разумеется, долю претензий стоит адресовать промышленности, однако когда в Средиземном море уже выполняли боевые задачи и лодки проекта 636, и вообще не предназначенные для дальних походов малые ракетные корабли проекта 21631, в том числе проводившие стрельбы крылатыми ракетами по территории Сирии, невыход на ключевой театр ни одного из четырех новейших боевых надводных кораблей флота выглядит едва ли не саботажем. Конечно, корветы проекта 20380 не несут «Калибры», это вооружение устанавливается на следующей модификации этого типа кораблей, но выполнять задачи в охране Сирийского экспресса они теоретически вполне способны. Негативные оценки действий командования Балтфлота высказываются и по другим направлениям, включая кадровые назначения.


Помимо претензий к боеспособности ядра Балтфлота, критике подвергалось и социально-бытовое обеспечение военнослужащих. По имеющейся информации, на исправление недостатков руководству объединения было дано время до весны 2016 года, при этом значительную роль в том, что отставки не произошли еще осенью 2015, сыграло заступничество тогдашнего главкома ВМФ Чиркова.


Констатация кризиса


Отставки последовали в результате проверок Балтфлота в мае-июне 2016 года. Считать их исключительно наказанием за неудовлетворительную работу управления старейшего флота страны, впрочем, было бы опрометчиво. Подобный публичный разнос, очевидно, имеет целью демонстративное информирование руководства всех флотов о возможных неприятностях схожего порядка, тем более что претензии, предъявленные на Балтике, можно в той или иной мере адресовать флоту в целом. Сегодня ВМФ России, несмотря на резко возросшую по сравнению с 2000 годами интенсивность боевых походов, находится в глубоком кризисе, не последней причиной которого является неудовлетворительная организация службы, прикрываемая сообщениями «о выполнении всех поставленных задач».


Стать следующими кандидатами на увольнение с формулировкой «за серьезные упущения в организации боевой подготовки, повседневной деятельности войск (сил), непринятие всех необходимых мер по улучшению условий размещения личного состава, отсутствие заботы о подчиненных, а также искажения в докладах реального состояния дел» и весьма вероятное расследование не захотят ни командующие флотами, ни новоназначенное высшее руководство ВМФ.


Илья Крамник Константин Богданов

Ссылки

Источник публикации