Шестеро из бараевских

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Московские новости", origindate::29.04.2003

Шестеро из бараевских. Айшат. Амнат. Марьям. Секилат. Аймани. Раяна

Трое из шестерых террористок были беременны...

Санобар Шерматова, Александер Тейт

Converted 14355.jpg
Секилат Алиева

Директор ФСБ Николай Патрушев сделал на прошлой неделе заявление по делу о захвате заложников в Театральном центре на Дубровке. По словам Патрушева, следователи пришли к выводу, что группа боевиков, захвативших осенью прошлого года "Норд-Ост", была связана с крупными террористическими центрами за рубежами России. Никаких новых имен и данных о террористах Патрушев не сообщил. Спустя полгода после трагических событий в центре Москвы, унесших жизни более 100 зрителей спектакля, общественность знает ровно столько, сколько знала тогда.
Кто были эти люди? С какой целью они захватили Театральный центр? Версия самих боевиков - "мы пришли в Москву, чтобы остановить войну в Чечне", - не кажется правдоподобной по целому ряду причин, о которых "МН" уже писали ("МН" N 42 за 2002 год). Зная биографию главаря группы Мовсара Бараева, племянника печально известного в Чечне работорговца Арби Бараева, трудно предположить, что он был одержим идеей освобождения республики. Само поведение захватчиков, их неумелые попытки сформулировать требования к российским властям лишь подтверждают эти сомнения. К тому же, по информации "МН", именно акция на Дубровке сорвала переговоры, которые велись официальными лицами в одной из республик Северного Кавказа с ичкерийским лидером Асланом Масхадовым ("МН" N 6 за 2003 год). Что же тогда было на Дубровке - продуманная акция смертников или пусть трагический, но блеф с неизвестными целями?

"МН" провели собственное расследование, в ходе которого удалось выяснить подробности жизни шестерых женщин-камикадзе, скрывавших лица под черными масками.

Айшат Бакуева и Амнат Исуева

Converted 14356.jpg

Айшат Бакуева

Айшат и Амнат хорошо знают в станице Ильиновка, расположенной в 18 километрах к востоку от Грозного. Станица смешанная, до войны здесь вместе жили чеченцы и русские. 26-летняя Айшат (другое имя - Элина) была сестрой известного полевого командира Бауди Бакуева, с именем которого связано немало загадок. Достаточно сказать, что именно его считали причастным к похищению полномочного представителя президента Ельцина в Чечне Валентина Власова и представителя МВД России в Грозном Геннадия Шпигуна. Его же подозревали в связях с российскими правоохранительными органами, а гибель Бакуева объясняли случайностью, которая произошла во время операции по его захвату, проведенной спецназом ГРУ (подробнее - "МН" N 12, 46 за 2000 год. ).

Бауди погиб в 2000 году, затем были убиты его братья Аслан и Идрис, а также муж сестры Зареты. Вскоре от сердечного приступа скончалась и сама Зарета. Последний брат Бауди, 15-летний Дауд, был схвачен федералами и чеченским ОМОНом в тот момент, когда устанавливал фугас на северной окраине Грозного. Тело Дауда не удалось получить и захоронить по мусульманским обычаям, что считается большим несчастьем.

От большой семьи Бакуевых остались мать Дату и Айшат. Одни соседи сочувствовали Дату, другие обвиняли ее в том, что не смогла уберечь детей. Некоторые односельчане стали косо смотреть на Дату после того, как узнали, за что погиб ее младший сын (от установленных на дороге фугасов чаще всего гибнут мирные жители). Вскоре соседи стали примечать за Айшат странности - она не плакала на похоронах и отказывалась посещать могилы братьев и сестры. Они решили, что Айшат стала "ваххабиткой".

Последователи этого течения появились в Чечне в начале 90-х годов и создали джамааты - общества. Входившие в "общество" женщины полностью закрывали волосы (что не характерно для чеченок), носили широкие одеяния, мужчины отращивали бороду, сбривали усы, носили рубашки с длинным рукавом и укороченные до щиколоток брюки. "Ваххабиты", называющие себя "истинными мусульманами", не признавали чеченских обычаев и традиций, не чтили родных и старших, чем настраивали против себя окружающих.

Соседи говорят, что Айшат после смерти родственников связалась с "ваххабитами", хотя ее старший брат Бауди сторонился их, а с Арби Бараевым, известным работорговцем-"ваххабитом", был в напряженных отношениях. Про Айшат известно, что держала фармацевтическую лавку в Грозном, часто ездила за лекарствами в другие регионы Северного Кавказа. Знающие Айшат люди утверждают, что таким образом она выполняла поручения "ваххабитов".

Осенью 2002 года она неожиданно продала лавку подруге, объяснив, что хочет поехать в Москву - попытать там счастья в бизнесе. Простившись с матерью, Айшат уехала. Через месяц соседи Бакуевых узнали ее в одной из убитых на Дубровке шахидок.

Соседи сразу вспомнили, что в последнее время часто видели Айшат в компании их бывшей односельчанки Амнат Исуевой (фамилия может быть изменена). Они были почти ровесницами, но Амнат рано вышла замуж и уехала в соседнюю станицу Петропавловское. Во время первой войны ее муж умер от воспаления легких. Амнат, у которой к тому времени было три дочери, помогали друзья мужа, которые стали лидерами "ваххабитских" группировок. Узнав, что невестка разделяет взгляды "ваххабитов", свекровь отобрала детей, запретив Амнат видеться с ними.

Осенью 2002 года Амнат приехала в Петропавловское к свекрови попрощаться перед дорогой с детьми, но та отказалась разговаривать с ней. Тогда Амнат пошла на хитрость: упросила школьную преподавательницу старшей дочери передать ей письмо. Как утверждают соседки, в письме Амнат сообщала, что выходит замуж и скоро у девочек появится маленький брат. Она обещала, что на днях вернется, заберет девочек, и все они заживут хорошо, а бабушка не будет им мешать.

Судя по письму, Амнат или не знала, на какое дело едет, или знала, но надеялась вернуться. Однако в любом случае в ее планы не входило сводить счеты с жизнью и убить нерожденного ребенка. Как подозревают подруги Амнат, ее будущий муж тоже был в группе боевиков.

Секилат Алиева и Марьям Хаджиева

Converted 14357.jpg

Converted 14358.jpg

Секилат Алиева (вверху) и Марьям Хаджиева

Секилат и Марьям жили в Октябрьском районе Грозного, они были ровесницами и родственницами. В отличие от Амнат Исуевой, они были готовы к самопожертвованию - так, во всяком случае, говорят их родные. Марьям была замужем за братом Секилат Мовсаром, который погиб в 2000 году под Элистанжи. 22-летний Мовсар был в отряде "ваххабитов", возглавляемом арабом Абу аль Баккаром. Отряд боевиков засекли главы администраций трех сел, указав федералам место стоянки; все 45 боевиков были убиты.

Смерть брата сильно подействовала на Секилат. У нее появились боли в сердце, и мать была рада, когда дочь уехала лечиться в Баку, подальше от войны. Семья Алиевых считалась "ваххабитской", и родственники со стороны матери Секилат их сторонились. Дети отвечали им тем же - Секилат и Мовсар не признавали материнской родни, прислушивались лишь к деду по отцу, который, видимо, разделял их религиозные взгляды.

Впрочем, в жизни самой Секилат Алиевой было много того, что не укладывалось в идеологию "ваххабизма". Она училась на актерском отделении Чеченского государственного университета, а религиозные радикалы запрещают музыку, пение и лицедейство. Параллельно Секилат занималась танцами, уговорив посещать танцкласс и брата Мовсара. Гужан, ее мать, вспоминает, что дочери никогда не приходилось платить за зачет или экзамен: все предметы она и так сдавала на "отлично", окончила университет с красным дипломом.

Планы на будущее у Секилат тоже были далеки от радикального ислама: после окончания университета в 1998 году она поступила в Грозненский филиал международного университета бизнеса и управления. Вполне возможно, что "светская" сторона ее жизни была связана с детством, проведенным в Казахстане, где она родилась, и с учебой в русской школе в Джамбульской области. А радикальные религиозные взгляды появились под влиянием пережитых во время первой военной кампании страданий и под влиянием "ваххабитских" групп, которые все громче заявляли о себе в период трехлетней мирной паузы между двумя войнами. Секилат в 1998 году вместе с тетей прослушала курс в Исламском университете и надела чадру. Характерно, что, прощаясь в последний раз с матерью перед предполагаемой поездкой в Москву, она пообещала, что обеспечит ей место в раю.

Мать не придала этим словам особого значения и поняла их только после гибели дочери. Узнав о событиях на Дубровке из телевизионного репортажа, она порадовалась, что дочь в Баку. Больше ее беспокоила невестка, Марьям Хаджиева: та незадолго до захвата "Норд-Оста" оставила у Гужан маленького внука, сына погибшего Мовсара, и уехала в неизвестном направлении.

Гужан решила, что сноха, скорее всего, находится среди боевиков в Театральном центре. Она пошла к соседям посмотреть новости по телевизору. Сначала увидела убитую сноху. Сдержалась, чтобы соседи не заподозрили. И закричала только тогда, когда узнала в другой мертвой девушке (она сидела в кресле, уронив голову на руку) свою дочь Секилат.

Раяна и Аймани Курбановы

Сестры Курбановы жили в поселке Старая Сунжа на окраине Грозного. Семья переехала в Чечню из Ростовской области в 1991 году. После школы одна из сестер - Кока - поступила в Исламский институт и стала называть себя Раяной, выбрав это имя из Корана. Тогда же Раяна стала носить чадру.

Ее подруги до сих пор не верят, что тихая, богобоязненная девушка могла отправиться с боевиками на захват заложников. Хотя одна из близких подруг считает, что Раяна, которая была впечатлительным человеком, очень остро переживала потерю родного брата. Брат, по ее словам, не воевал - просто попал под зачистку и был задержан федералами. Позже нашли его тело со следами пыток.

Неизвестно, как сложилась бы жизнь сестер Курбановых, если бы не замужество. Летом 2002 года Раяна вышла замуж за парня из дагестанского джамаата, Аймани тоже вышла замуж за "ваххабита". Мужья отправились в Москву в сопровождении жен, которые к этому времени готовились стать матерями.

Как и в предыдущих случаях, родители узнали о гибели дочерей из телевизионного репортажа. Сразу после этого они покинули свой дом в Старой Сунже и уехали в неизвестном направлении.

БАРАЕВ ИЛИ АБУБАКАР?

То, что мы узнали об этих женщинах в ходе расследования, не вяжется с образом самоубийц, готовых в любую минуту взлететь вместе с сотнями заложников. Кто-то из них, видимо, надеялся благополучно вернуться домой. Если верить источникам "МН", некоторые из шахидок, поняв, что в зал пущен усыпляющий газ, попытались соединить провода на поясе смертника. Они не сработали, потому что вместо взрывчатки там был муляж. Так ли было на самом деле?

Нам удалось перевести зафиксированные на видеопленке записи разговоров боевиков, говоривших по-чеченски. Вот Мовсар Бараев отвечает на вопросы корреспондентов НТВ перед телекамерой. Рядом с ним стоит боевик, известный как Абубакар: он вполголоса по-чеченски поправляет Мовсара. Когда Бараев заявляет, что их послал Шамиль Басаев, Абубакар тихо подсказывает: "Пача чого ал" - "укажи на президента". После этого Мовсар послушно добавляет "Аслан Масхадов". Чуть позже Абубакар предупреждает: "Ма ала" - "не говори", что в контексте разговора можно понять как инструкцию "не делай никаких утверждений". А дальше Абубакар приказывает Бараеву: "Не говори, сколько мы тут будем", что по ходу разговора можно понять как "не называй планируемые сроки".

На Абубакара, как на главного в группе захватчиков "Норд-Оста", прямо указывает и боевик, снимавший события на Дубровке на бытовую видеокамеру: за кадром слышно, как он просит Абубакара дать "интервью", поскольку это именно он "заварил кашу". Если наши догадки верны, то Мовсар Бараев был использован как товарная марка, а во главе группы стоял загадочный Абубакар. Кому пришла в голову идея использовать женщин-камикадзе? Обычно "ваххабиты" не применяют подобную практику. Создается впечатление, что женщины в масках на палестинский манер понадобились для большей экспрессивности разыгранного действия, которое стало последним в их жизни. Зачем это понадобилось участникам захвата?

Есть ли ответы на эти вопросы у российских спецслужб, неизвестно. Но одно кажется очевидным: чем больше новых фактов, связанных с захватом заложников, тем более загадочным и трагичным выглядит то, что случилось на Дубровке.