Шпионы из «Наших»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


В петербургской «Обороне» обнаружены платные информаторы, работавшие в рамках закрытого проекта «Связной президента»

1233832010-0.jpg Этот проект был создан на базе прокремлевского движения «Наши», и работа в его рамках проводилась в течение последних полутора лет. Проект был нацелен на сбор информации о деятельности оппозиционных структур и организацию провокаций на их акциях (участников этого направления выявить не удалось) . Получена информация о деятельности участников этого проекта в других оппозиционных организациях в Петербурге и других городах России.

В петербургской “Обороне” среди платных информаторов, получавших за свою работу около 20 тысяч рублей в месяц, оказались член КС СПб “Обороны” Владимир Бынкин, вступивший в “Оборону” в июле этого года, и активист Тарас Филатов (приведенный в организацию Бынкиным в декабре). Также выяснилось, что до них платным информатором работала ныне отошедшая от участия в проекте “Связной президента” и переставшая проявлять активность в “Обороне” Дарья Одинцова. Вчера на Общем Собрании организации эти люди были исключены из “Обороны”.

Досье

Владимир Бынкин

19 лет, студент II курса Академии им. Мечникова.

В организации с июля 2008 года. Пришел, сославшись на Дарью Одинцову, участницу проекта «Связной президента», к тому моменту уже отошедшую от «работы» в «Обороне».

Активно участвовал практически во всех мероприятиях «Обороны», что позволило ему быть избранным в Координационный совет Движения в сентябре 2008 года, а позже войти в пресс-службу Движения.

Информировал своего куратора (Анну Буковскую) о предстоящих внутренних и внешних мероприятиях Движения. А затем составлял и отсылал отчеты о них.

Получал зарплату 20 000 рублей.

Дарья Одинцова

Пришла в организацию в декабре 2007 года. Активно участвовала во многих акциях Движения. Постов в Движении не занимала.

Информировала своего куратора (Анну Буковскую) о предстоящих внутренних и внешних мероприятиях Движения. А затем составляла и отсылала отчеты о них.

Весной 2008 года отошла от Движения, поскольку, по словам своего куратора «спилась, скурилась, скололась».

Получала зарплату 20 000 рублей.

Тарас Филатов

Около 21 года, работает на временных работах.

На момент февраля 2007 года являлся аналитиком движения “Наши”. В “Оборону” пришел в ноябре 2008 года. Участвовал во различных акциях Движения, в том числе в Марше Несогласных 14 декабря.

Занимался сбором информации о Движении и аналитикой.

Получал зарплату 20 000 рублей.

Вместе с Бынкиным и Филатовым вскрылся и их “куратор” — внедренная в “Молодежное “Яблоко”» Анна Буковская, заместитель федерального руководителя проекта “Связной президента”. Поняв, что провалились, информаторы попытались спасти лицо и признали свое участие в проекте, предоставив информацию о его работе во всероссийском масштабе.

Анна Буковская:

Я, Буковская Анна Александровна, являлась заместителем федерального руководителя закрытого государственного проекта «Связной Президента» (так он назывался изначально, далее (примерно с декабря 2007 г.) он названия не имел), который занимался внедрением своих людей в оппозиционные организации городов РФ. Проект существовал, так сказать, официально с 10 сентября 2007 года. Изначально проект открылся в трёх городах: Москва, Санкт- Петербург и Ярославль. Приоритетные организации были: НБП, ОГФ, Оборона, МСЯ.

Кратко напишу про себя, как заместителя федерального руководителя: до проекта я была около двух лет в Движении НАШИ, занималась идеологией в г.Санкт – Петербурге, ушла оттуда около полутора лет назад, спустя какое-то время мне была предложена работа в проекте. Комиссаром Движения НАШИ не являюсь. Отказалась посвящаться сама.

Федеральным руководителем проекта являлся Голубятников Дмитрий Александрович, он же Морозов Дмитрий (г.Москва).

Перестал проект существовать около месяца назад (чуть больше) в связи с моим отказом о сотрудничестве. Я перестала отправлять отчёты о деятельности «подвластных» мне организаций, когда поняла, что всё, что до этого мне говорили про оппозицию – истинная ложь. Когда стало ясно, что всё это – большая игра, в которой люди – просто пешки. И всё, что делает наше Правительство на самом деле очень разнится с тем, что говорят СМИ. Поэтому, когда раскрылась деятельность проекта, я пришла в организацию Оборона (г.Санкт — Петербург), и сама всё рассказала. Далее я напишу, как происходила работа в проекте.

Главный интерес представлялся в предстоящих мероприятиях оппозиции. Соответственно, в последнее время было 2 формы отчётов – анонсы (которые отсылались сразу, как о мероприятии становилось известно) и так называемые физические отчёты (отчёты, которые присылались максимум через сутки после мероприятия). Вместе с отчётами присылались фотографии с мероприятий. Также отдельно присылались объективки (краткая информация о человеке) на руководителей (или ответственных секретарей) оппозиционных организаций. На своих же людей составлялись краткие личные дела с их данными.

Города, которые оставались до последнего момента: Калуга, Иваново, Москва, Санкт – Петербург, Ярославль, Воронеж.

Ответственные за города люди и организации, которыми они занимались:

Санкт – Петербург:

Ответственная – Буковская Анна, организации: ОГФ (Рашитова Анастасия), Оборона (Одинцова Дарья, Бынкин Владимир, Филатов Тарас), МСЯ (Буковская Анна), НБП (Ханнанов Борис).

Москва:

Ответственный: федеральный руководитель Голубятников Дмитрий. Как такового г.Москвы не было. И всеми дела в столице занимался сам Митя. Я не была в курсе его дел.

Знаю только, что были люди в ОГФ и НБП.

Воронеж:

Ответственный: Добросоцкий Андрей. Организации: НБП (Митасов Виталий), ОГФ, АКМ. Имена людей в этих организациях мне неизвестны. Этим занимался координатор города.

Город после истечения испытательного срока (месяц) работал плохо и потому был назначен параллельный ответственный за город: человек, который находился в НБП, Александр Мозговой. Впоследствии «гонку за город» выиграл Добросоцкий Андрей.

Иваново:

Ранее ответственная за город: Родионова Марина. Потом город был «сокращён» и там оставалась на последний момент только одна подконтрольная организация: НБП. Отделение которой в Иваново проект сам и создал. Ответственный за это был Якушев Владимир.

Калуга:

До последнего времени ответственный за город был Кремков Станислав, который на данный момент занимается так называемой подрывной деятельностью против оппозиции. Калугой также в последнее время занимался Голубятников Дмитрий. Насколько мне известно после Кремкова городов занималась Иванова Юлия. Из «подконтрольных» организаций там были ОГФ и НБП. Насколько мне известно они были даже не в самой Калуге, а в калужской области, г.Обнинске.

Ярославль:

Единственный город, про который мне ничего не известно толком. Этим городом занимался федеральный руководитель проекта. Изначально и по сей день. Знаю, что из организаций, там интересных, были НБП, АКМ, ОГФ и Оборона (ныне, насколько я понимаю, КПЕ). Фигурировало только имя Андрея Басурина.

Изначально существовали также города:

Липецк (ответственный – Богомолов Сергей; организации: СКМ (Русанова Ирина), НБП (некий Илья под ником Саймон), Яблоко (Горбенко Максим).

Орёл (ответственный – Аркатов Иван; комиссар Движения НАШИ). Организации: НБП (человек под ником Sun Boy), СПС (человек под ником Prideking).

Калининград (ответственный – Радзиковский Владимир). Организации: АКМ, Русский Авангард, НБП, ЕСН, НБП, ДПНИ.

Эти три города были закрыты около 2-3 месяцев назад. Калининград закрылся около 7-ми месяцев назад, т.к. стало невыгодно его «содержать».

Также планировалось в своё время открытие аналитического отдела проекта (примерно конец августа 2008 г.). Им пыталась заниматься Захарова Екатерина (г.Санкт – Петербург, перебралась в северную столицу из г.Иваново; комиссар Движения НАШИ). Однако вскоре выяснилось, что аналитик она никудышный, и тема с аналитическим отделом закрылась.

Также изначально до меня должность заместителя федерального руководителя занимался очень хороший друг Голубятникова Дмитрия Панасюк Георгий (он же Кузнецов Георгий). После ухода со своей должности я знаю, что Георгий находился какое-то время в организации НДС(м).

Также летом планировалось открытие новых городов (так называемый второй пояс): Тамбов, Тула, Нижний Новгород, рассматривалась также Кострома. Ответственный за открытие второго пояса был Труфанов Кирилл (г.Санкт – Петербург; комиссар Движения НАШИ). В итоге временно был открыт только Нижний Новгород. Проработал он около двух недель.

Ещё в числе новых городов были Тула и Великий Новгород. Этим занималась я. Побывав в этих городах, я решила нецелесообразных их открывать.

В данном формате (своевременная информация о мероприятиях оппозиции) проект существовал ориентировочно с 7 февраля 2008 года до начала января этого года.

Далее у федерального руководства были планы о реструктуризации проекта, однако я категорически отказалась в этом принимать какое-либо участие, и проект как таковой перестал существовать, т.к. 90% людей были замкнуты на меня.

От себя добавлю лишь то, что считаю данный проект глупой игрой действующего правительства и действительно сожалею о своём участии в нём.

Также я знаю о том, что данный проект должен был принять более «агрессивную» форму. А именно: сбор так называемого компромата (личная информация с компьютеров организаций, провокационные фото и видео членов организаций) и открытые провокации против оппозиционных лидеров. Провокации такого плана, о которых с удовольствием написало бы СМИ. Пример тому мы могли видеть в Москве против Ильи Яшина, личность которого безмерно интересна нашей власти (поливание его помоями, обгаживание его машины).

Пожалуй, именно с того момента я поняла, что происходит на самом деле. После этого я связалась с Ильёй и написала ему имена и фамилии людей, которые по моим данным могли бы заниматься данными провокациями.

Как я видела лично свои дальнейшие действия… Около месяца назад (чуть меньше) своими усилиями я свернула проект, где могла и попыталась всё спустить на самотёк. Я и далее хотела оставаться в организации, где была на тот момент – Молодёжный Союз Яблоко. Только уже по идеологическим убеждениям. Однако у меня это не получилось, и деятельность проекта всё-таки всплыла наружу.

Соответственно, после этого я согласилась прийти в офис местного отделения Обороны, и рассказала все факты о проекте, что знаю. Считаю данный поступок с моей стороны вполне оправданным, логичным и правильным. Об этом проекте должны были знать люди, которые на самом деле отстаивают права обычных граждан, действительно являются патриотами своей страны и пытаются сделать всё, что в их силах, для её процветания. Т.е. люди, которые «официально» являются оппозиционерами. И которым я считаю и себя, несмотря на то, что видимо, после всего написанного меня категорически не захотят видеть в оппозиции.

Владимир Бынкин:

Я, Бынкин Владимир, пришел в Оборону в июле 2008 года для того, чтобы сливать информацию. На эту работу я вышел через Буковскую Анну. За это я получал около 20000 рублей.

Я сливал информацию обо всех мероприятиях, на которых был или что-то знал.

После смены формат, т.е. потребовался компромат, я перестал работать.

К сожалению, чем больше я сближался с организацией, тем сильнее меня мучила совесть.

Сказать мне больше нечего. Я был не прав. Всем свойственно ошибаться.

Разговор с Владимиром Бынкиным

Оборона: У нас есть только информационные ресурсы, но ты знаешь, что они серьезные. Они имеют очень хороший вес и ты понимаешь, что если завтра Мухин пошлет пресс-релиз, то это будет везде, и это будет первым в Яндексе индексироваться. Мы знаем минимум троих людей, есть еще…

Владимир Бынкин: Конкретно, что ты хочешь?

О: Имя, фамилия, регионы.

ВБ: Ну, я знаю только про Буковскую. И, в общем, Саша Каминская была, в Яблоке, кстати.

О: В Обороне еще есть ваши люди?

ВБ: Нет, в Обороне больше нет.

О: Конкретно, что ты рассказывал? Как вообще выглядел отчет? Вот «сидели мы тут, у такого-то не было денег, у такого-то не было совести»… А объективки, информацию по членам организации?

ВБ: Высылалась информация. Имя и телефон.

О: И на какое имя шла?

ВБ: Не знаю, я высылал на почту.

О: То есть название «Связной президента» тебе ни о чем не говорит?

ВБ: Я слышал об этом названии.

О: Какие способы связи у тебя были конкретно с Анной?

ВБ: Телефон. Интернет. Аська. Эта, как ее, почта. Все. Я высылал все на Дашу. Одинцову. Она тоже была.

О: Так, значит, еще Одинцова. Ты точно знаешь. Может, еще какие-то фамилии всплывут? Вот ты говорил, что все, а тут еще Одинцова всплыла.

ВБ: Ну, как бы из ныне существующих.

О: А господин Пидрушняк меня интересует?

ВБ: Да. Он тоже.

О: Ты знал его, когда пришел?

ВБ: Да, я видел его.

О: Так через что в итоге шла информация.

ВБ: Ну, я высылал на Аньку Буковскую.

О: То есть ты с ней был знаком?

ВБ: Я знаком с ней был очень давно. Мы встречались.

О: Зачем это вообще было нужно?

ВБ: Мне? Мне нужны были деньги.

О: А сколько ты получил?

ВБ: Я получал… ну, около двадцати в месяц. В последнее время формат изменился и не нужны были никакие акции, еще какая-нибудь хрень, нужны были компроматы. Когда проект изменился, то есть когда формат изменился, я сказал, что меня это не устраивает. Я ждал, когда мне заплатят.

О: Заплатили?

ВБ: Нет, пока.

О: Конкретно, на кого и какую информацию ты сливал?

ВБ: Ни на кого никакой компромат я не отправлял.

О: А зачем это все нужно было? Не тебе, а вышестоящим. Они как-нибудь делились своими стратегиями, планами?

ВБ: Нет.

О: Ты сливал информацию о ближайших акциях?

ВБ: Да.

О: Так мы же сами рассылали пресс-релизы.

ВБ: Ну, не все же.

О: Какая информация была?

ВБ: Имя, телефон. Все. Ну, и организация, в которой они состоят. Яблоко там, Оборона.

О: Что конкретно из наших Интернет-ресурсов засвечено? Читается ли наша рассылка?

ВБ: Рассылка читается.

О: … группа вконтакте…

ВБ: Про контакт я ничего не знаю, а рассылку читают не только от меня.

О: А от кого еще?

ВБ: Не знаю, от кого еще, но это факт.

О: А откуда знаешь?

ВБ: Ну, просто, если бы читалась только моя рассылка, мои бы письма отмечались как «Прочитанные».

О: Не факт!

ВБ: Если есть другой способ, как это делать, я не знаю этот способ.

Оригинал материала

«Оборона СПб» от origindate::04.02.09