Щит и мяч. Спорт-скандалы

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"(origindate::07.06.2005) " Появление Евгения Гинера в российском футболе в 1992 году прошло незамеченным для «широких слоев общественности», впервые услышавших его имя только через девять лет. Но оно принесло будущему президенту ЦСКА множество полезных знакомств и в чем-то предопределило дальнейший ход событий. 32-летний Евгений в ту пору занимался бизнесом (на вопрос одного из недавних интервью, каким именно бизнесом он занимался в ту пору, последовал ответ: «Всем, чем только можно»). Судя по всему – небезуспешным, раз у него нашлись деньги на финансовую поддержку сборной ветеранов, которую курировал Российский футбольный союз (РФС). Гинер и сам несколько раз сыграл за эту команду – бок о бок, кстати, с будущим тренером сборной России Георгием Ярцевым и Михаилом Гершковичем.

Вслед за ветеранской сборной Гинер стал помогать юношеским, молодежным и даже национальной команде. Он спонсировал подготовку сборной России к чемпионату мира 1994 года. В то время подобная форма спонсорства (без договоров, широкой огласки и логотипов спонсоров на футболках) была довольно распространенной в РФС – ведь суммы, поступавшие в ведомство Вячеслава Колоскова от ФИФА и УЕФА, тогда были заметно скромнее нынешних. Например, один из тренировочных сборов юношеской сборной в первой половине 1990-х состоялся только благодаря тому, что дружественный колхоз выделил РФС для его проведения продукты питания. Любопытно, что сам Гинер, изредка заговаривая об этом периоде, избегает слова «спонсорство» и настаивает на формулировках «работал в молодежной сборной» и «помогал команде Павла Садырина готовиться к чемпионату мира».

Эта незаметная и в общем-то не вполне ясная футбольная деятельность Евгения Гинера, между тем обеспечила ему изрядное количество знакомств в футбольном мире и, по официальной версии, предопределила его появление в Центральном спортивном клубе Армии в феврале 2001 года. «Новые акционеры ЦСКА обратились за советом в РФС, а его руководители Вячеслав Колосков и Александр Тукманов порекомендовали мою кандидатуру», – так Евгений Гинер излагает историю своего прихода в армейский клуб, восьмую на тот момент команду чемпионата России.

Команда в тумане

Переход ЦСКА в руки новых акционеров в начале марта 2001 года в печати назвали «громом среди ясного неба», но в устных обсуждениях чаще звучало другое слово из метеорологического лексикона – туман. Никто так и не обнародовал суммы, за которую контрольный пакет акций команды перешел от прежних его владельцев – Armis Sports Group (фактическим владельцем клуба был Шахруди Дадаханов) – к образованной незадолго до этой сделки британской компании Bluecastle Enterprises. Неназваными остаются также конкретные имена или компании, скрывающиеся за этим прикрытием. Bluecastle Enterprises получила (и владеет до сих пор) 49% акций клуба, инвестиционная компания АВО «Капитал» – 26,1%, Министерство обороны – 24,9%.

Примечательно, что в результате смены владельца доля Министерства обороны выросла в десятки раз – с 0,6% акций, находившихся в его распоряжении во времена управления клубом Шахруди Дадаханова. Крайне сомнительно, что Минобороны нарастило свою долю в клубе за счет финансового участия, и эта деталь стала косвенным подтверждением популярных в то время слухов о силовом вытеснении из клуба его прежних хозяев. Мало кто из сведущих в футбольном бизнесе людей сомневается в том, что за туманными инвесторами с Альбиона стоит Роман Абрамович: поверхностного анализа происхождения владеющих ЦСКА компаний деловым журналам хватило для того, чтобы рассмотреть нити, тянущиеся к Александру Мамуту, нередко выступавшему брокером российских олигархов. Много поговаривают и о том, что сам Евгений Гинер владеет в нынешнем ЦСКА определенной долей. Или по крайней мере может себе это позволить благодаря размерам своего нынешнего состояния.

Такие не подкрепленные документами свидетельства – ненадежная опора при реконструкции событий, но никакой другой информации не имеется. Евгений Гинер сам провоцирует обилие слухов вокруг ЦСКА, всячески избегая обнародования хоть каких-то обстоятельств сделки по приобретению армейского клуба, как, впрочем, и большинства связанных с ним контрактов. Тогдашние заявления Гинера о том, что стоящие за Bluecastle Enterprises структуры – инвестиционные компании, которые рассчитывают со временем получать финансовую отдачу от вложений в ЦСКА, никак не согласуются с состоянием футбольного рынка в России (он глубоко убыточен) и произнесенными Гинером же чуть позже словами о том, что зарабатывать на российском футболе пока невозможно.

В своих первых публичных выступлениях новый президент ЦСКА сказал столь ожидаемые болельщиками команды слова о необходимости строительства нового стадиона и желании превратить этот спортивный клуб в команду европейского уровня, а также пообещал со временем сделать его полностью открытым. Чуть позже Евгений Гинер печатно продекларировал себя приверженцем европейской модели управления и выразил надежду, что со временем часть акций ЦСКА будет продана его болельщикам. Эти заявления придали ему популярности среди армейских фанатов и звучали почти революционно для российского футбола того времени – ведь за многими заметными в ту пору его персонажами тянулись длинные шлейфы слухов о договорных матчах, подкупах судей и растворившихся на сомнительных счетах трансферных выплатах.

Однако пределы открытости Евгения Гинера в начале его управления ЦСКА обнаруживались даже при самых ненастойчивых расспросах о бюджете команды и суммах осуществленных ею трансферов: на них он отвечал уклончиво и с видимым неудовольствием. Причем порой в этой своей скрытности президент спортивного клкба доходил до каких-то анекдотических степеней – как, например, летом 2004 года, когда отрицал отставку тренера Артура Жоржи еще сутки после его отлета домой в Португалию. И, кстати, на роль спортивного директора ЦСКА на первом этапе Гинер нанял одного из одиознейших персонажей российского футбола – Валерия Четверика.

Красноречивым примером меры открытости Евгения Гинера стала презентация весной 2004-го трехлетнего спонсорского контракта на сумму $54 млн между ЦСКА и компанией «Сибнефть». Гинер к этому времени уже полгода появлялся в компании Абрамовича на матчах лондонского Chelsea и даже называл Романа Аркадьевича другом. Но на пресс-конференции заявил, будто ему лично «ничего не известно о связях Абрамовича с этой нефтяной компанией», и отчитал спросивших об этом журналистов за недостаточную компетентность. А дальнейшие попытки выяснить мотивы и обстоятельства сделки пресек фразой: «Кого интересуют подробности, могут обратиться в нашу пресс-службу».

Презентация рекордного спонсорского контракта в истории российского спорта и одного из самых крупных в истории мирового футбола оказалось и рекордно короткой. После невнятно-загадочных объяснений Гинер ретировался со скоростью человека, которому в этот день срочно требовалось заключить еще как минимум три 54-миллионные сделки. Со временем президент ЦСКА все же стал озвучивать какие-то суммы трансферов или параметры клубного бюджета – такой степени открытости требовал имидж продвинутого управленца западного типа. Но все равно в определенных случаях эти цифры значительно занижались.

Шесть нападающих

В ЦСКА эпохи Евгения Гинера (а период его президентства в клубе, несмотря на все противоречия, когда-нибудь непременно назовут «эпохой») всегда было что занижать. 2001 год, первый для Гинера в роли президента клуба, ознаменовался размашистой рекрутинговой кампанией, которая до сих пор не имеет аналогов в российском футболе. За один сезон в команду пришли 20 футболистов общей стоимостью в $13 – 17 млн (сумма оценочная – точных цифр клуб не называл), в подавляющем большинстве представлявших национальные или молодежные сборные России, Украины, Латвии и Литвы. Только нападающих в этот год было приобретено шесть – Попов, Кириченко, Гогниев, Ранджелович, Пиюк и Монарев.

Быстрого результата эта «подписная кампания» не дала: армейский клуб закончил сезон на 7-м месте. Но Евгений Гинер его от команды и не требовал, неустанно повторяя слова о «работе на перспективу». С перспективой у первого призыва нового ЦСКА тоже сложилось неважно: к моменту европейского триумфа весной 2005-го в команде не осталось никого из перечисленной шестерки форвардов, хотя все они, кроме Ранджеловича, еще вполне молоды. Всего же из 20 человек, приобретенных Евгением Гинером в первый год работы клуба, в победной кампании Кубка УЕФА-2005 команде пригодились лишь шестеро: братья Алексей и Василий Березуцкие, Рахимич, Гусев и в какой-то степени Лайзанс с Шебмерасом.

Удивительного в этом мало. Футбольные познания Евгения Ленноровича, хоть он и говорит о любви к футболу с детства, в то время были весьма поверхностными. Через три с небольшим месяца после покупки ЦСКА, в июне 2001-го, он так рассуждал в интервью «Спорт-Экспрессу» о роли личности в истории: «Игру делают 11 человек, а не отдельный игрок. Если он, конечно, не Марадона. Но и помимо Марадоны в команде были Пассарелла, Батистута и другие мастера». Заметим, что карьера Марадоны практически не пересекалась с Пассареллой и Батистутой (звездные годы великого аргентинца пришлись на пору, когда Пассарелла уже закончил играть на высоком уровне, а Батистута еще не начал). И уж совершенно точно двое последних никогда не выходили на поле вместе.

Но опыт – сын ошибок трудных. Взявшись за дело с видимым энтузиазмом, президент ЦСКА довольно быстро начал ориентироваться в футбольном мире. Он обзаводился новыми знакомствами в агентской и тренерской среде, причем на довольно высоком международном уровне, который обеспечивался статусом друга владельца Chelsea. А еще он смотрел очень много матчей: в рабочем кабинете Евгения, по утверждениям очевидцев, постоянно включен канал «НТВ + Футбол». Важно, конечно, и то, что у Гинера хватало денег для исправления всех допущенных трансферных ошибок. Последовавшие в 2002 году, а особенно в 2003-м и 2004-м кадровые решения оказались куда более эффективными, хотя и суммы постоянно росли. Россиянин Алдонин достался ЦСКА за $2 млн, чех Ярошик, бразилец Карвалью и аргентинец Феррейра – за $4 млн каждый, хорват Олич – за $5 млн, бразилец Вагнер Лав – за $9 млн. Не все эти суммы были объявлены официально, некоторые из них футбольная общественность была вынуждена вычислять самостоятельно.

Ошибочным на сегодня представляется единственный из этих трансферов – так и не освоившегося в России Феррейры, и это высокий даже для классных западных клубов селекционный кпд. А две из покупок, совершенных Евгением Гинером зимой 2004 года, выглядят едва ли не самыми удачными в истории российского футбольного менеджмента: камерунец Чиди Одия и россиянин Юрий Жирков, за каждого из которых ЦСКА заплатил не более $500 000, сегодня, после победы в Кубке УЕФА, стоят как минимум впятеро больше.

Гинер и Газзаев

В конце 2001-го Евгений Гинер пригласил в ЦСКА нового главного тренера Валерия Газзаева – прежний, Павел Садырин, страдал от давних проблем со здоровьем, которые в итоге и стали причиной его смерти. На протяжении трех последующих сезонов, с 2002-го по 2004-й, армейский клуб неизменно вел борьбу за победу в чемпионате РФ, как это и подобает самой богатой команде России этих лет. Дважды ЦСКА проиграл борьбу «Локомотиву», но самым болезненным ударом по репутации клуба стали не эти относительные неудачи, а победа в чемпионате России 2003 года. Ей сопутствовал шлейф судейских скандалов, беспрецедентный даже для этого чемпионата, и прежде стерильностью не отличавшегося.

Накануне сезона, когда коллегии судей не хватало денег на один из тренировочных сборов, расходы по их подготовке Евгений Гинер взял на себя. Свист и улюлюканье, под аккомпанемент которых армейский клуб взошел на пьедестал, были предопределены не только судейскими ошибками, но также до цинизма упрощенной, незрелищной игрой команды. А самым большим ударом по самолюбию Гинера стало поражение в квалификационном раунде Лиги чемпионов от скромнейшего македонского «Вардара». Хотя весь годичный бюджет этой команды был ниже стоимости хорватского нападающего Ивицы Олича, которого Гинер приобрел за несколько дней до матчей с «Вардаром».

По окончании сезона-2003, несмотря на долгожданное «золото» чемпионата России, Евгений Гинер принял самое важное и эффективное для дальнейшего развития клуба решение – об увольнении Валерия Газзаева. Пусть даже в футбольных кулуарах говорят, что это было сделано под давлением Романа Абрамовича. И даже несмотря на это, через полгода, после не вполне убедительной работы с ЦСКА португальского тренера Артуро Жоржи, Валерий Газзаев снова возглавил команду. Ясный посыл тому же Газзаеву и всему российскому футболу был дан: «такой футбол нам не нужен». Хотя Гинер сам никогда и не делал подобных заявлений – это не в его стиле, – аккуратно оговариваясь в интервью о том, что «Газзаеву просто нужен отдых».

Арест, обстрел, бред

2004 год, следующий после скандальной победы в чемпионате России, складывался для Евгения Гинера вполне удачно. Он покончил с разделением величайшей хоккейной команды Европы ЦСКА и снова объединил ее в одну (51% акций ХК ЦСКА принадлежит сегодня «Норильскому никелю», 49% – АВО «Капитал»), пусть даже пока не сумел вернуть ей и тени былого величия и снова оставил в тайне все обстоятельства сделки. Он возглавил Российскую футбольную Премер-Лигу (РФПЛ). И хотя и не привел ее к какому-либо прорыву, все равно проявил себя на этой должности эффективнее нынешнего главы РФПЛ, делегата от московского «Динамо» Юрия Заварзина. ЦСКА начал показывать куда более презентабельный футбол, чем в чемпионский сезон, пусть даже этот футбол далеко не всегда приводил к победам. А сам Гинер не использовал для достижения побед клуба каких-либо финансовых или административных ресурсов – пусть даже денег и власти (еще раз вспомним управление РФПЛ) у него стало значительно больше.

Однако затем по имиджу Гинера как менеджера современного европейского типа снова было нанесено несколько ощутимых ударов. Все началось с ареста Татевоса Суринова (давнего партнера влиятельного бизнесмена Сулеймана Керимова), которого Гинер привел в РФПЛ на должность генерального директора и которому доверил финансовую деятельность лиги. Суринову предъявлено обвинение в финансовых махинациях, связанных с его прежними сделками в авиационном бизнесе.

В феврале 2005-го криминальная тематика в связи с именем Евгения Гинера снова всплыла в газетах – после того как из автомата была обстреляна машина его сына, 23-летнего Вадима Гинера. В публикациях, появившихся после этого покушения со ссылкой на МВД РФ сообщалось, что Гинер-старший в 1991 году попадал под следствие по обвинению в хищении государственной собственности в особо крупных размерах.

Сам президент ЦСКА объявил все эти утверждения «бредом», но никаких контраргументов, которые позволили бы рассеять окутавшее его облако слухов, у Евгения Гинера не нашлось. В интервью «Ведомостям» он рассказал-таки о видах бизнеса, позволивших ему заработать его нынешнее состояние – но объявить название хотя бы одной своей компании отказался. В этот же период глава Счетной палаты (и, кстати, самый высокопоставленный болельщик московского «Динамо») Сергей Степашин многозначительно высказался о Романе Абрамовиче и генеральном спонсоре ЦСКА компании «Сибнефть».

Победа

Но весной 2005 года ЦСКА заиграл так, что все разговоры о его прошлом и структуре финансирования клуба отошли на второй план. Эта европейская кампания стала самой успешной в истории российского футбола – даже в эпоху СССР российские клубы еврокубков не выигрывали. С формальной европейской точки зрения этот успех скорее логичен, нежели сенсационен, – учитывая, что средства, потраченные на проект ЦСКА, также были рекордными. Только на приобретение игроков за четыре года работы Евгения Гинера у армейского клуба ушло не менее $55 млн – никто из оппонентов клуба по Кубку УЕФА, включая «Бенфику», «Парму» и «Спортинг», не потратил за этот период на трансферы сопоставимых денег. С другой, российской стороны, сотворенное ЦСКА – несомненная сенсация. Нигде в футбольной России, особенно в «Спартаке» и «Динамо», вкладываемые деньги еще не заработали со схожей отдачей. Точно так же если с формальной, европейской точки зрения ЦСКА – непрозрачный, исключительно подозрительный по структуре финансирования клуб, то для сегодняшней России и он кажется едва ли не эталонным.

В мае 2005-го Евгений Гинер пережил первый настоящий триумф и даже появился вместе со своей командой на приеме у Владимира Путина – пусть даже по каким-то таинственным причинам присутствовал на ней не с самого начала. Без тайн у него никак не выходит.

Евгений Гинер

Возраст: 45 лет. Родился в Харькове в 1960 году. Образование: учился в Харьковском институте инженеров коммунального строительства, но не окончил его.

Профессиональный опыт: занимается автомобильным (перевозки и торговля автотранспортом) и энергетическим бизнесом, хотя свои компании никогда не называет. С 2001-го года – президент ПФК ЦСКА, с 2004-го – президент Российской профессиональной футбольной лиги. Личная информация: женат, воспитывает двоих детей

"