Эва Дуарте – агент “Абвера”

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Эва Дуарте – агент “Абвера” FLB: Кто на самом деле руководил созданием “нацистского рая” в Аргентине

" Покровитель беглых нацистов президент Аргентины Хуан Перон и его жена Эвита Перон. Инаугурация, 1952 год Отто Скорцени Адольф Эйхман «Охотник за нацистами» Симон Визенталь Группа офицеров СС. Первый слева – доктор Йозеф Менгеле Эвита Перон. Предвыборное выступление перед женской аудиторией Операция «Крысиная тропа» После окончания Второй мировой войны прошли десятки лет, но в списке главных нацистских преступников, нашедших приют в Аргентине, до сих пор остаются белые пятна и знаки вопроса. В том числе вопрос номер один: не было ли среди бежавших в Южную Америку Гитлера? «Каждый год дня за два до 9 мая в замкнутом и скучном пространстве нашего дворика, окружённого облезлым кирпичом старых, ещё дореволюционных домов, растягивались верёвки. На них хозяйки из выходивших на двор подъездов и подвалов развешивали военные мундиры – проветривать от нафталина и сырости. Солнце сияло на погонах и орденах, ветер раскачивал верёвки, весёлые зайчики скакали по стенам и прыгали в окна. Вслед за мундирами ближе к вечеру появлялись их обладатели. Немного, человек пять-шесть. Кто выжил. Да и из тех – у одного нет руки, у другого – ноги, у третьего – шрам от носа до уха… Мужики садились за омытый дождями серый стол в хилом палисадничке и молча сдвигали стаканы. Первый они всегда пили молча, - пишет в новом номере «Совершенно секретно» Михаил Белят . - Так в нашем дворе начинался Великий Праздник Победы. В те годы она не была далёкой – расстояние от неё укладывалось в десятилетие. И память о ней была ощутимой, реальной, живой. Она, эта память, пела под ветром тихим медальным перезвоном, сурово пила водку во дворе, висела на стенах фотографиями тех, кто не вернулся. Тогда нам, мальчишкам, – кому пять, кому семь лет от роду – всё было ясно, всё казалось простым и понятным. Зло наказано, разрушено, изничтожено – его больше нет на Земле. А самый главный злодей получил сполна, и чёрный прах его развеян ураганами. Какие могут быть сомнения! Да и кто бы позволил им появиться, сомнениям? Советская страна возводила истины навсегда и колебаний, исканий, лишних мыслей вокруг них не терпела и не допускала. Так бы и жить нам хорошо и спокойно в том мальчишеском легкомыслии до скончания века. Но вот пришло время, когда сомневаться и задумываться разрешили». Разговор под звуки танго «Зло нацизма ещё живёт на Земле. Непостижимо и неправедно, однако и сегодня в Европе, Америке и у нас, в России, вскидывают руки в фашистском приветствии, щеголяют дьявольской символикой вывернутых свастик, эсэсовских молний и прусских орлов, жаждут погромов и абсолютной власти. Да и главный злодей, тот самый антипод добра в человеческом облике, получил ли сполна, его ли прах рассеялся в пространстве? Первые сомнения настигли в Аргентине, в Буэнос-Айресе на исходе 1980-х. Гласность в СССР уже появилась, но ходила ещё под седлом, в узде и властных шенкелей слушалась почти беспрекословно. Потому всякие неудобные мысли и знания приходилось носить в себе – проблема «облико морале», а также «облико идеологико» не утратила в ту пору своей остроты. Любое отклонение от официозных истин всё ещё приравнивалось к предательству, государево недрёманое око вездесущим хакером считывало подкорку любого, и кары за крамолу продолжали быть неотвратимыми. В те времена в аргентинской столице ещё попадались «кафе-тангеро», где собирались любители и танцоры-профессионалы, знатоки истории и композиторы, просто всякий вдохновенный люд, чтобы поговорить, послушать, пообсуждать, потанцевать танго. Если вам хотелось увидеть подлинное, незамутнённое туристической «попсой» аргентинское танго, каким исполняли его в начале прошлого века в портовых кабачках Буэнос-Айреса, идти нужно было туда. Тема танго была в «кафе-тангеро», безусловно, превалирующей, однако далеко не единственной. Обстановка и отменное вино располагали к беседам обо всём. Вот в одном из таких кафе, в неспешном поначалу разговоре мне и довелось впервые услышать имя покойного Сильвано Сантандера . Известный в прошлом политик, депутат аргентинского парламента, он некогда серьёзно конфликтовал со знаменитым президентом Хуаном Доминго Пероном из-за изданной в начале 50-х годов прошлого века книги «Нацизм в Аргентине» . Сантандер написал эту документальную книгу, основываясь на материалах возглавляемой им комиссии по расследованию нацистской деятельности в Аргентине с 1939 года. Комиссия работала в годы президентства Перона. В силу многих причин, отдельные из которых изложены ниже, Перон комиссией был недоволен. В результате Сильвано Сантандер был вынужден временно эмигрировать в Уругвай. Перон и его Эвита Для большинства аргентинских бедняков, мелких буржуа, крестьян и фермеров президент Перон, и особенно его супруга Мария-Эва Дуарте де Перон, Эвита, занимают в шкале национальных ценностей второе место вслед за танго и перед чаем матэ, который там пьют все поголовно с детства и до смерти. Поэтому неспешный разговор в кафе вдруг быстро превратился в бурный спор с кипением страстей и вполне искренней ненавистью противников друг к другу. Немногое удалось мне почерпнуть тогда: Сильвано Сантандер обвинял президентскую чету в симпатиях нацизму; в каких-то конкретных акциях по оказанию им поддержки, как в ходе Второй мировой войны, так и после неё; в спасении нацистских преступников… Фигурировали в той сумбурной дискуссии миллионы долларов третьего рейха и непонятные «немецкие поселения, вроде Барилоче»… Разумеется, всё услышанное показалось мне тогда фантазиями, гротеском и ерундой, которые часто, да почти всегда, служат аргументами в эмоциональных спорах. Но имя Сильвано Сантандера в памяти задержалось и пробудило интерес. Постепенно, с годами, накапливалась уже иная, далёкая от эмоций, информация. Факты были разрозненные, никак не складывались в логическую картину, но уже беспокоили, заставляли задумываться. Например, Сильвано Сантандер написал в 1953 году ещё одну книгу, она называлась «Техника предательства». У неё был подзаголовок: «Хуан Перон и Эва Дуарте – нацистские агенты в Аргентине». Заполучить эту библиографическую редкость надолго у меня не вышло, но посидеть над ней пару часов удалось. Верить не хотелось – очаровательная Эвита, ненавистница богачей и заступница бедных… Крестьянская девчонка, сумевшая пробиться из глухой деревушки в президентский дворец… Красавица, сводившая с ума всё мужское население обеих Америк… В наши дни – героиня Мадонны в знаменитом фильме по знаменитому мюзиклу Эндрю Вебера… Та самая – Don't cry for me, Argentina… Фашистский агент? Невероятно! Ну ладно, предположим, Хуан Перон был связан с нацистским Берлином. В такое ещё можно поверить – у крупных политиков с принципами и моралью всегда непорядок. Но Эва! Нет, в это положительно не верилось. Когда Сильвано Сантандер познакомился с Симоном Визенталем, знаменитым израильским охотником за нацистскими преступниками. Они вместе стали расследовать пути, по которым скрывались от возмездия именитые наци, шли сотни килограммов золота и отмывались десятки миллионов долларов третьего рейха. Вновь все следы, обнаруженные Сантандером и Визенталем, вели в Аргентину, к президентской чете Перон . Более того, аргентинец утверждал, будто Эва Дуарте была агентом немецкого абвера с 1941 года и будто лично Вильгельм Канарис, всегда очень внимательно присматривавшийся к Латинской Америке и, в частности, к Аргентине, поручил ей завоевать сердце Хуана Перона . Тогда этот, с точки зрения адмирала Канариса, многообещающий, тщеславный и харизматичный, но излишне увлекающийся сладкой жизнью полковник был руководителем группы офицеров, выступавших за «великую Аргентину» и преклонявшихся перед деяниями Адольфа Гитлера. Любитель юных дев, жуир и сибарит, Перон нуждался в поводыре, направляющем полковничье тщеславие в нужное русло. Таким человеком стала Эва Дуарте. По официальной биографии, они познакомились в 1944 году, стали любовниками в день знакомства и не расставались до трагического ухода Эвиты, умершей от рака в 1952 году, на 33-м году жизни. Аргентина до сих пор уверена: если бы не Эва, с её обаянием, острым умом и страстью к интриге, вряд ли сумел бы Хуан Доминго Перон добиться поста президента в 1946 году. Впрочем, одними утверждениями Сильвано Сантандер не ограничился – в своей последней книге он привёл и подлинные документы. Например, копии протоколов допросов бывшего посла нацистской Германии в Буэнос-Айресе барона Эдмунда фон Терманна и советника посольства князя Стефана Шаумбург-Липпе (оба – офицеры СС), проведённых союзнической комиссией по расследованию преступлений нацизма в сентябре 1946 года. В частности, секретарь, не обладавший, видимо, крепкими нервами, «раскололся» очень быстро и начал сыпать сенсациями. В том числе номерами банковских чеков, которыми посольство оплачивало услуги «нужных людей»: № 464803 от 26 июня 1941 года на сумму 33 тысячи 600 аргентинских песо предназначался Эве Дуарте, а № 682117 от 30 июня 1941 года на сумму 200 тысяч песо – полковнику Хуану Доминго Перону. Суммы более чем солидные по тем временам: Эвита получила около 10 тысяч долларов США, а полковник – свыше 50 тысяч. По одному только чеку . В заявлениях обоих дипломатов присутствуют также и упоминания о тайном визите в Аргентину в мае 1943 года генерала Вильгельма фон Фаупеля, советника фюрера по американским делам . Во время этой миссии генерал встречался с прогермански настроенными офицерами аргентинской армии и флота. Безусловно, среди них не могло не быть Хуана Доминго Перона. Отдельно и приватно генерал фон Фаупель беседовал с «фройляйн» Эвой Дуарте . Все эти факты, разумеется, можно оспаривать. Можно не замечать и отмахиваться от них. Собственно, большинство аргентинцев именно так и поступают. Наверное, поэтому между ними и сегодня, 60 лет спустя после смерти Эвиты, ведутся жаркие споры относительно её идеологических предпочтений. И, наверное, поэтому Хуан Доминго и Эва Перон до сих пор почитаются национальными героями, заступниками бедных и гонителями богачей-олигархов. Никого не волнует таинственное исчезновение 100 миллионов долларов из созданного первой леди Аргентины фонда помощи неимущим. Равно как загадочное происхождение нескольких килограммов принадлежавших ей ювелирных украшений на общую сумму свыше 14 миллионов долларов, которые составили лишь небольшую часть наследства Эвиты . Все эти вопросы и сомнения меркнут перед блистающим в народной памяти образом обворожительной женщины, которая строила жилища для бедняков, бесплатные детские сады и школы для их детей, раздавала им деньги и хлеб, заступалась за них перед владельцами заводов и земельных латифундий, и которую постигла печальная судьба умереть молодой. Нацистский рай До последней возможности Аргентина поддерживала нейтралитет, дружественный, сочувствующий и симпатизирующий державам оси Рим – Берлин – Токио. И уступила лишь под политическим и экономическим давлением Соединённых Штатов: за тридцать дней до штурма Берлина войсками Советской Армии объявила, наконец, войну Германии и Японии. Все годы, пока в Европе, в Северной Африке, на